День двенадцатый — действие
6 марта 2020 г., 21:48
В пятницу Луи во время пришёл на заклинания и даже не забыл свой учебник. Он сел рядом с Эриком, который был очень хорош в этом предмете. В этот раз они изучали «бомбардо максима» и Луи уже прокручивал в голове как применит его на слизеринцах в эти выходные.
— Было бы забавно, — шепчет Блэк, когда друг озвучивает свой коварный план вслух.
Все занятие они обменивались шутками и записывали самые классные идеи в свои пергаменты, совсем отвлекаясь от предмета.
— Знаешь, Лу, — произносит Эрик, — мы завтра собираемся как следует напиться и я хочу, чтобы ты был с нами.
Томлинсон улыбается, вспоминая их последний поход в Хогсмид. Если бы не Пейн, то владелец котлов подал бы на них жалобу директору школы, и Луи уже бы поковал чемоданы обратно домой.
Он касается рукой своей шеи, ощущая легкое покалывание после вчерашнего вечера. После того, как слизеринец ушёл, Луи позволил себе то, о чем никогда не признаёт и не будет вспоминать, он заплакал. Слёзы вырвались сами собой, и он не смог это контролировать. Ненависть к самому себе росла с каждой падающей слезой.
Было настолько глупо полагать, что Гарри поведётся на такой детский фокус. Он вспоминает, как на шестом курсе кто-то подарил ему такую коробку, и Луи без задней мысли съел большую часть конфет, а потом преследовал Элли, не давал ей прохода. Когда девушке это надоело, она попросила своего однокурсника сделать противоядие и спасти Томлинсона от такого позора. После Лу узнал, что ее соседки по комнате решили, что она тайком влюблена в гриффиндорца и таким образом хотели помочь ей. Слизеринцы ещё несколько месяцев пародировали Томлинсона в коридорах и издевались.
— Где собираемся? — спрашивает Луи.
Эрик пожимает плечами. Обычно они всегда встречались у ворот, чтобы тихо ускользнуть, но в последнее время каждый расходился по своим делам, а позже все собирались в мётлах и выпивали по три стакана сливочного, рассказывая увлекательные истории своих прогулок. В крайнюю встречу Пейн жаловался, что девчонки с Пуффендуя не давали ему прохода, преследовали буквально несколько часов. Ему удалось скрыться в книжном магазине. Он прошёл мимо нескольких стеллажей и удивился, когда увидел там Стайлса, держащего в руке несколько книг. Парень тщательно выбирал учебники, будто бы он и правда собрался их покупать. Впервые Стайлс был похож на нормального человека, и Пейн подумал, что, лучше скорее убраться отсюда, пока его дружки не вернулись. Но любопытство взяло верх, и он прятался половину часа, поражаясь, что никто так и не появился. Лиам даже решил, что Гарри скрывает такие свои покупки, а может он просто был одинок.
***
На втором уроке Луи решил, что с него хватит. Он вышел из кабинета и направился в восточное крыло, где смог бы спрятаться от всех, включая своих друзей. Он закрылся в чулане, облокотился о стену и проспал несколько часов. Тем временем Лиам снова не решался войти в кабинет. Последний урок травологии на этой неделе, и он снова должен сидеть рядом с когтевранцем. Пейн дожидается, когда преподаватель входит в кабинет и следует за ним, обращая внимание на пустое место рядом с Зейном. Лиам бесшумно присаживается рядом и здоровается, но получает в ответ тишину. Тогда он решает, что молчание лучше, чем броские фразы и приглашение на свидание. Он записывает лекцию, делает заметки в учебнике и улыбается глупым шуткам профессора. Малик как обычно пропускает все мимо ушей, листая книгу по истории магии. Зейн был увлечён чтением истории, точнее пытался делать вид, что увлечён, но на самом деле не решался сказать ни слова. Только под конец урока, когда профессор разрешила каждому прочитать про растения в учебнике, Зейн смог открыть рот и произнести: — Помнишь про завтра? И Лиаму снова показалось. Эти слова пролетели сквозь него как ветер. Он решает не отвечать, пролистывая очередную непрочитанную страницу. Тогда Зейн толкает его локтем, привлекая внимание. — Около статуи с гаргульями в три, — произносит Зейн. Лиам вздрагивает от услышанного. Конечно он часто видел Зейна там и никогда не понимал чем это место его привлекает. Обычно там нет людей и единственная скамейка больше похожа на старый стул. Но Малик всегда приходил туда, брал книгу из магазина (он настолько часто появлялся там, что ему разрешили брать пару штук на неделю) и читал несколько часов, не обращая внимание на все вокруг него. — Почему там? Малик усмехается и снова проводит рукой по волосам так, как нравится Лиаму. — Хорошее место, чтобы не заблудиться, обзор хороший и рядом есть магазин с книгами, — такой ответ полностью устраивает Лиама. — Отлично, — отвечает Лиам, вызывая улыбку у соседа по парте.***
В конце дня все собираются в общей гостиной, обсуждая итоги этой недели. Лиам садится на диван рядом с Луи, который все ещё выглядит слишком уставшим, хоть и проспал большую часть дня. Найл облокотился на стену и бросал шутки в адрес Блэка. — Неделя была скучной, — заключает Найл, — хотя моя выходка на матче была самой запоминающейся. Все соглашаются, продолжая вспоминать тот момент. Пейн в очередной раз рассказывает как чуть не свалился с метлы, когда увидел слизеринцев. Зейн опаздывает и буквально врывается в гостиную. — Прошу прощения, — произносит и приземляется рядом с Луи, бросая быстрый взгляд на Лиама, — что я пропустил? — Мы вспоминали наш триумф на матче, — говорит Найл, — подводим итоги недели. — Но неделя ещё не закончена, — и Зейн оказывается прав, — Лиам ещё может задать свой вопрос. Пейн краснеет, но этого, кажется, никто не замечает. Он несколько секунд обдумывает, а потом спрашивает: — Правда или действие, Эрик? Парень улыбается, потому что в этот раз он готов к любой глупости, которую они придумают. После того поцелуя и принятия Зейна в команду, он готов на все. — Действие, Ли. У Пейна не было времени обдумывать задание. На этой неделе его мысли были заняты одним единственным человеком и одним днём. Он даже забыл, что пришла его очередь на вызов и решил, что скажет что-то слишком простое и спокойно сможет думать о завтрашнем дне. — Завтра в мётлах ты должен выпить три стакан пива и крикнуть: «кто хочет быть моим парнем», — глупость, но Лиама даже позабавила его идея. — Я вот не понимаю, — произносит Эрик, — с чего вы вдруг решили, что я по части парней? Если я поцеловал Зейна, то это ничего не означает. — Я был так плох? — спрашивает Малик, и Лиам уверен, что это не может быть правдой. Наверняка он целуется лучше всех. — Скорее Эрик не прочувствовал момент, — шутит Луи, поправляя надоевший галстук. Он расстёгивает пару пуговиц, забывая о красных отметинах на своей шеи. Зейн бросает короткий взгляд на них, понимая, что Томлинсон не хотел, чтобы об этом кто-то знал. Луи замечает куда смотрят его глаза и беззвучно шевелит губами: «не надо». Зейн понимающе кивает, и Луи приподнимает ворот рубашки. — Один поцелуй не уничтожит натурала внутри меня, — уже кричит Блэк, — и хватит шутить по этому поводу. — Да ладно тебе, — смеясь, произносит Хоран, — может завтра тебе повезёт, и ты найдёшь себе парня. Эрик машет на них рукой и уходит в своё крыло. Он не злился на друзей, но такие шутки могли вывести его из себя. Он заходит в свою комнату, переодевается и ложится на кровать. Все больше парень думает о том, что его секрет, тот самый, из-за которого он никогда не выберет правду, может вылезти наружу. И это не то, о чем могли подумать его друзья. Эрик сто процентный натурал, и парни его интересовали меньше всего. Единственный человек, который мог всплыть в его голове, подчинить себе сон или просто засесть в мыслях слишком надолго, находится в недосягаемости. Как бы Эрик не хотел, чтобы он не делал и как бы не пытался, все будет бесполезно. Он не может так поступить. Не снова. Он накрывается одеялом и надеется, что в этот раз она не придёт к нему во сне.
