Радиус сна

<offtop> Новых глав не будет долго. Наверное. Такие дела. </offtop> –…Скорость звука в воздухе при нормальных условиях составляет около трёхсот тридцати метров в секунду. Я почти уверен, что вся суть в молекулярном составе – температура сразу отпадает, а вот состав…Ну, может, с адиабатой* что-то не то, но я всё-таки склоняюсь к первому, – вдохновенно вещал Альфред, шагая рядом со мной по улице. – А если… – Да, да, – вяло и невпопад отзывался я на его болтовню, машинально переставляя ноги и невидящим взором глядя перед собой. Мысли мои были заняты совершенно другими вещами. Засунув руки в большой карман белой толстовки-кенгуру и сцепив пальцы друг с другом, я, размышляя над тем, что мне делать дальше, попутно пытался отогреть замерзшие ладони. Вместе с кофтой из магазина мною были также временно позаимствованы прямые тёмно-синие джинсы и чёрные беговые кроссовки. Альфред нарядился в серые джинсы с множеством карманов, красную толстовку-худи и ярко-красные же кеды. – Артур, а ты помнишь… – Нет, я не помню, Альфред, – с усталым вздохом отрезал я, не дослушав, что именно я, по мнению Альфреда, должен помнить. – Из нас двоих физику знаешь только ты. Я гуманитарий, не мучай меня. – Но это же элементарно! – возразил он. – Для тебя – возможно. А я – за бортом. Прошагав вдоль улицы минут пятнадцать, мы свернули на Честер-стрит и оказались напротив упомянутого ранее Альфредом кафе. На месте витрины зияла дыра, обрамлённая острозубыми остатками окна. Я поджал губы, Альфред тем временем, похрустывая обувью по битому стеклу, подобрался ближе и лихо перемахнул через оконный проём. – Ну ты где там? – донёсся до меня его едва слышный голос. Он выглянул наружу. – Залезай! Вздохнув, я подошёл к кафе и, проигнорировав протянутую мне руку, забрался внутрь. Без особого интереса оглядев интерьер помещения, я повернулся к Альфреду. – Зачем мы здесь? – в лоб спросил я Джонса, не желавшего до последней минуты рассказывать, куда мы направляемся и с какой целью. Эта неуёмная тяга к таинственности раздражала меня. – Какого чёрта ты притащил меня в это дурацкое кафе? Мне казалось, что ты уже пообедал, – я кивком головы указал на пустующую раму. – В том-то и дело, что нет, – проговорил Альфред, двигаясь к прилавку и подныривая под откидной столик. Приблизившись к неработающему холодильнику, он открыл дверцу и пробежался взглядом по полкам. – И чего ты постоянно ноешь? Всё равно ведь заняться нечем, почему бы не скоротать время в этом наипрекраснейшем кафе? – глумливо прошепелявил он последние два слова, подражая невнятной дикции Робинсона-младшего. Я хотел было вспылить по поводу вопиюще несправедливого упрека в нытье, брошенного Джонсом в мою сторону, но вовремя одумался и счел нужным не отвечать на вопрос. Альфред, восприняв мое молчание как капитуляцию, довольно улыбнулся. – Кола, спрайт, кофе? – Спасибо, не нужно. Я ничего не хочу, – отказался я. – Ну а если бы хотел, что бы взял? – Чай или минералку. Услышав мой ответ, Альфред выудил из недр холодильника бутылку слабогазированной минералки и протянул мне. – Я не буду, – повторно отказался я, но Джонс насильно всучил мне воду. – Просто попробуй. – Да зачем? – Попробуешь – поймёшь. Я пожал плечами, решив уступить упрямой настойчивости Альфреда (спорить было бы себе дороже), открутил крышку и глотнул из бутылки. Буквально через мгновение ощутив редкий по своей отвратности вкус на языке и тут же поперхнувшись, я фонтаном выплюнул минералку изо рта и закашлялся, прочищая горло от омерзительной затхлой жидкости. Альфред, предусмотрительно отошедший в сторону и посему не попавший под минеральный душ, сочувствующе похлопал меня по плечу, прибавив сверху к мерзкому пойлу ещё и головокружение. – Ну, как? – Ты меня отравить хочешь? – прошипел я, как от огня дернувшись в сторону от Джонса и вытирая губы тыльной стороной ладони. – Что это было? – Минералка обыкновенная, – без запинки бодро отрапортовал Альфред. – Срок годности ещё не истёк, к слову. – Весьма специфический вкус у водички, – ядовито отозвался я. – Ты туда что-то насыпал, так ведь? – Ага, дрянь отменная, – кивнул Ал. – И ничего я туда не насыпал, ты же сам видел – бутылка была запечатана. Я перевел всё ещё двоящийся, никак не желающий возвращаться в фокус взгляд на минералку. Да, всё верно. Когда я открывал её, я ясно слышал треск предохранительного кольца, так что Альфред не лжет. Но что же… – Но что же тогда…– вслух начал я, но Альфред перебил меня. – И вот что интересно: испорчено всё.. Все напитки – кола, спрайт, эта минералка, и бургеры просрочены, и печенье, и пицца… – Ты что же, успел перепробовать весь ассортимент? – поразился я. – Ну, не весь, конечно. Кое-что, – уклончиво ответил Джонс, а я краем глаза приметил рядом с прилавком урну, наполненную мусором. На самом верху покоился надкушенный гамбургер. – Только проку от этого немного – это же невозможно есть. Сроки изготовления везде нормальные, по идее, продукты должны быть съедобными, но, – парень развел руками, – сам видишь, как оно на деле. Вот тебе ещё один пункт в список странностей. Я молча завинтил крышку на бутылке и отправил её в урну вслед за обкусанными Альфредом булками. – И есть так хочется, – вновь заговорил Альфред, окидывая тоскливым взглядом витрины. – А нечего. Я по дороге зашел ещё в несколько кафешек, но там такая же фигня… Его речь всё журчала и журчала, иногда меняя громкость и эмоции, вкладываемые в рассказ, но происходило всё это где-то на периферии моего сознания. Я же, будто попав в плен бесконечного цикла, снова и снова крутил в голове одни и те же слова. «Список странностей». Стран-нос-ти. Их список. Я рассеянно кивнул Альфреду, не вникая особо в смысл того, что он говорит, и не зная даже, к месту ли это было сделано или нет. Список странностей… Мои мысли в тот момент были заняты другим – я напряженно обдумывал всё то, что успело приключиться со мной. Странности… Тот псих в шарфе, несусветный бред, оказавшийся абсурдной правдой… безлюдный город, застывшая жизнь, гнетущая тишина, холод… Альфред и его осунувшееся, потемневшее лицо, не вяжущееся с лучезарной улыбкой, галлюцинации от соприкосновения, протухшая вода – и всё это только за последние… Странности… Кстати, а который сейчас час? Словно пьяный, я с усилием поднес враз ослабевшую руку к лицу. 04:07. Ещё половина. Половина от отпущенного срока. Надо же. После встречи с Альфредом время, казалось, пошло быстрее…но сейчас важно не это. Мы уже много потеряли. И… Бездумно тратить отпущенные мне минуты больше нельзя. Вдруг со всей ясностью осознав это, я, упрямо сжав губы, двинулся по направлению к выходу, а потом, запоздало сообразив, что дверь заперта, переориентировался на пустой оконный проём. – Артур? – Альфред, наконец спохватившись, догнал меня уже на улице. – Ты куда? – На разведку, – отозвался я, решив пока не открывать Джонсу всей правды относительно причин и целей моего пребывания здесь. – Хочу осмотреться. Альфред замолк и некоторое время тихо шел рядом, но потом внезапно резко остановился. – Подожди. – Ну что ещё? – я раздраженно повернулся на просьбу Джонса, но тот со всех ног припустил в противоположном направлении и вскоре снова скрылся в глубине кафе. …Следующие пять минут я провёл в не поддающемся словесному описанию состоянии, прикрыв лицо рукой и сквозь пальцы наблюдая, как Джонс кетчупом старательно и размашисто вырисовывает на уцелевшем стекле нецензурное слово. *** Впечатлений за эти несколько часов я нахлебался по самое не хочу, поэтому решение действовать предельно осторожно показалось мне самым разумным, даже более того – единственно верным. Сонливость пропала, уступив место напряженному вниманию – я остро впивался взглядом во всё, что попадалось мне по пути, пытаясь найти хоть что-нибудь, что выпадало бы из обыденного восприятия вещей, и делал это до тех пор, пока Альфред вдруг снова не подал голос. – Подожди. Во второй раз сказав это, Джонс, заставив меня внутренне содрогнуться от тотчас же взвихрившихся в голове предположений насчёт его безумных затей, резко свернул в сторону и через несколько секунд исчез за дверями спортмаркета. Спустя пару минут двери, подталкиваемые пинками изнутри, вновь открылись, и Альфред выволок наружу два спортивных велосипеда. – Так будет удобнее. И быстрее, – проговорил он и подкатил один из них ко мне. – Это уже даже не мелкое хищение, – пробормотал я, не отказываясь, однако, от предложенного средства передвижения. – Полноценная кража. Ты по уши в дерьме, дружище. По уши в дерьме. *** Шуршащий стрекот, издаваемый вращающимися колёсами, был единственным звуком, скрашивающим безмолвие. Я механически крутил педали, вертел головой, осматривая окрестности, и изредка взглядывал на Альфреда, удостоверяясь, что он всё так же едет чуть позади меня, тихонько напевая под нос какую-то мелодию. Квартал за кварталом, улица за улицей мы проезжали знакомые места, но картина везде была одинаковая. Внимание моё от однообразия начало притупляться, надеяться на зоркость Альфреда было бессмысленно (в силу его неосведомленности о намеченном мною разведывательном маршруте), поэтому я чуть было не проехал нужный поворот – примелькавшиеся здания слились в одну сплошную полосу, несущуюся перед глазами без разрывов и трещин. Вовремя опомнившись и резко крутанув руль, я наехал колесом на какую-то неровность на асфальте, подпрыгнул на седле и от неожиданности сильно прикусил язык. Внезапная боль разбавила монотонность нашей прогулки и обволакивающую тишину моими едва слышными проклятиями, но, несмотря на это, вокруг всё так же царили серость, холод, пустота… Пустота?! Слишком занятый своим горящим от укуса языком, я не заметил, как Альфред на этом самом злополучном повороте обогнал меня и теперь на всех парах несся прямиком в невесть откуда взявшийся, но тем не менее ясно маячащий впереди серый, густой-густой туман, который стеной заслонил восточную часть города. Чувствуя, как сердце моментально свалилось в желудок, я со свистом глотнул воздуха. – Альфред, тормози! – зарядив лёгкие до отказа, заорал я что есть мочи, но расстояние между нами было уже слишком велико – Джонс меня не услышал. Я с бешеной силой закрутил педали, сокращая дистанцию, думая лишь о том, чтобы успеть. Благо, Альфред чуть снизил скорость перед небольшим подъёмом, но впереди был длинный спуск, а сворачивать с пути парень явно не собирался. – Стой! Да стой же! – захрипел я Джонсу, наконец поравнявшись с ним. – Тормози, быстро! – Что? Зачем? – удивленно спросил он, повернув ко мне голову. – Давай посмотрим, что там за дым, на разведку же поехали, ты сам гово… – СЕЙЧАС ЖЕ! – заорал я в бешенстве. – Останови велик!!! Джонс тут же насупился, замолчал, но спустя пару секунд вновь открыл рот, чтобы что-то сказать. Однако времени на выслушивание его обиженных реплик уже не было – до точки невозврата оставалось лишь пара десятков метров, а мы всё так же неслись вперед по наклонной, ускоряя и ускоряя вращение велосипедных колес. Плюнув на бессмысленные попытки уговорить Альфреда послушаться, я сманеврировал вправо, вцепился в руль его велосипеда и до упора нажал на рукоять тормоза. …Я не сообразил в тот момент, что нахожусь от Ала слева, и что тормоз, за который я ухватился – передний.** И понял я это только тогда, когда велосипед резко встал на дыбы, и Альфред, всё это время пытающийся сбросить мою руку, кувырком полетел через руль. Мигом осознав, что я натворил, чудом успев ухватиться за капюшон его толстовки, я что есть силы дернул парня на себя и истерично ударил по тормозам. Не в силах больше удерживать велосипед в вертикальном положении, я вместе с ним, утянув следом за собой ещё и Джонса, с грохотом свалился на асфальт всего в паре метров от мутного марева. Больно ударившись головой и оказавшись, ко всему прочему, придавленным двойной тяжестью в виде металлической рамы и приземлившегося на меня сверху Ала, я успел заметить, как его велосипед, по инерции ещё чуть-чуть пролетев вперед, замер, краешком колеса коснувшись серой пелены. Перед глазами опять все расплылось. Ушибленное тело ныло, саднила разодранная в кровь рука, и от тяжести чужого тела на груди было трудно дышать, но всё это в ту минуту показалось мне незначительным, глупым пустяком. Потому что я увидел, как сквозь велосипед Альфреда, неподвижно лежащий от нас на расстоянии всего лишь вытянутой руки, стала неясно проступать белая дорожная разметка. _______________________ * Подробнее об адиабате можно почитать в статье "Скорость звука" на всем известной энциклопедии. Сам автор по части физики туповат, поэтому доступно объяснить не может. Извините. ** Для тех, кому не приходилось ездить (здесь есть такие вообще?) (: Стандартно левый тормоз на спортивных велосипедах - передний. Если резко нажать его, не используя при этом заднее торможение, можно быстро познакомиться с асфальтом немного ближе, чем вам того бы хотелось.