Гамбит короля

      Слышишь — не слышишь, спишь — не спишь…       Олис шла по коридору, напевая весьма фривольную песенку, и лишь очень немногие, прислушиваясь, могли бы заподозрить, что слова через строчку были не подпевкой, а искусно вплетаемым в песню заклинанием, усыпляющим бдительность       — Господа-стражники, вот вам с кухни посылка по приказанию его высокости. Сидр хороший, яблочный. И разбавлен специально, чтоб до утра сон не сморил. И закусить есть чем. Немного, конечно, чтоб не разбаловались, а то его высокость заругает. Но хлеб хороший, добрый. Станете преломлять — обязательно Небесного Отца помяните. И яблочки вот мочёные. Вам понравится. Да не, обознались вы, я дочка кухарки старшей, Сциммы. Не, не лекарша, просто тоже рыжая. Папашка из Вереля был. А лекарша, говорят, ещё в обед сбежала. Её наш конюх за воротами видел. Ведьму эту. Она, гадюка эдакая, всё на моего брата заглядывалась. Поганое отродье! Да что вы?! А ребёночек-то родился? Да вы пейте, пейте. Хороший сидр…       И нечего вам знать, что нет на кухне никакой Сциммы, и не обознались вовсе вы в темноте. Всё равно ведь не вспомните, кто вам сидру поднёс по приказу Фарена, и что приказа вовсе не было не догадаетесь… Что ж вы про ребёночка-то ни слухом, ни духом? И кто в покоях принцессы, тоже не знаете… Кроме того, что эта гадина Эльха там. Тоже мне, подруга называется. С трёх лет вместе, и лепёшки делили, и кукол нянчили, и головастиков ловили, и в луга за ранней медуницей по росной прохладе бегали… Как моим даром задаром пользоваться, так «сестрёнка Олис», а как бастардом королевским делиться — так не тронь, не про твою честь… Ну, ничего, я вам все ваши великие планы порушу. Ни власти тебе не будет, ни счастья. И этому хитрому старому медведю Фарену теперь покоя не знать, а уж трона и подавно… И до бастарда доберусь. Хотя нет… Защищён он — даже мне не под силу его достать. Но вот королевского наследника — можно… Власти хотите? Государства своего? Ну-ну… Только б дверь сейчас в покои принцессы не скрипнула, ой, как мне надобно Эльху врасплох застать…       — Слышишь — не слышишь, спишь — не спишь… Нет никого, это туман мешается с лунным светом, и шаги не слышны, и дыхание легче, чем этот лунный свет… Тот ли кто ведает прошлое, тот ли кто плетёт будущее — кто из них впустил меня сюда незамеченной? Месть моя остынет не скоро, но, остывши, да обернётся змеёю вокруг Древа их Мира и задушит его… Вот погасший светильник из доброго чугуна. Удар будет сильным, даже если не смертельным — Фарен сам убьёт эту двуличную гадину, не уследившую за священным ребёнком…

***

      На шум упавшего тела обернулась кормилица — дородная деревенская деваха. Торопливо опустила спящего ребёнка на постель и развернулась к Олис, уперев руки в боки. Ведьма судорожно сглотнула: та была в полтора раза мощнее и почти на голову выше. Ей даже не нужно шум поднимать — она и так справится с рыжей голыми руками. И Олис, сделав шаг назад и оказавшись к кормилице в пол оборота, выхватила припрятанный в поясе нож.       Однако, и деваха была не промах, ничуть не уступая в быстроте худенькой ведьме, она в мгновение ока подскочила к ней и, крепко схватив за руку, резко дёрнула к себе, второй рукой вцепившись в шею потерявшей равновесие ведьмы. Вот только ножа в другой руке у той не заметила. И рухнула как мешок с мукой к ногам Олис, чуть, правда, не придушив её во время агонии.       Это было плохо. Две, хотя нет, наверное всё-таки одна смерть и раненая ведьма на её совести у колыбели младенца королевской крови в ночь рока. Ну, да выбор сделан, и уступать Судьбе право решений девушка не собиралась. Молодость редко думает, чем будет платить, особенно если плату потребуют не скоро…

***

      Майгор и Фарен, не сговариваясь, пришли на рассвете к покоям принцессы, где и застали храпящую у дверей охрану. На грозный окрик кардинала стражники никак не отреагировали, и Фарен, походя хорошенько пнув одного из них, чересчур подпирающего дверь, ворвался в комнату. Майгор влетел следом.       Увиденная ими картина удручала: труп деревенской кормилицы, лежащий в луже собственной крови, и рядом — бесчувственное тело Эльхи, волосы которой слиплись от спёкшейся крови. Тут же валялась и чугунная плошка масляного светильника. Ребёнка нигде не было, а в распахнутое окно врывался толчками ледяной пронизывающий ветер.       Принц озадаченно присвистнул.       — Что здесь произошло?!       — Понятно что, — огрызнулся Фарен. Можно подумать, так не видно. — Ведьма сидела спиной к двери и ждала беды со стороны окна, понадеявшись на охрану. Кормилица занималась ребёнком и промешкала. А убийца или убийцы и похитители вошли в дверь, предварительно напоив охрану. Что-то помешало им уйти тем же путём, и они, или он, или она вылезли в окно. Но, похоже, что это был кто-то один. И не смог открыть дверь обратно, потому что один из стражников ее перегородил. Поэтому он, а, скорее всего, она, сбежала по простыням в окно. Вместе с ребёнком. И, если это и правда была женщина, то понятно, как она смогла опоить охрану, не возбуждая подозрений.       Фарен выглянул наружу, но кроме снега внизу ничего не увидел.       — Следы уже замело. Надо посылать погоню. Далеко они уйти не могли — не успели бы. Значит, надо прочесать поселения к северу вдоль берега. Пойдём отсюда.       Майгор сделал шаг к выходу, но не удержался и наклонился к Эльхе. Он перевернул тело, желая то ли посмотреть, нет ли других повреждений кроме разбитого затылка, то ли проверить, вдруг она ещё жива, и, о чудо! — девушка чуть слышно застонала. Фарен обернулся уже от двери.       — Жива?       — Похоже, что да. — Кивнул он. — Удар по голове был сильный, она долго пролежала без сознания и сильно замёрзла. Но жива.       — В подвал её, в темницы. Под охрану.       — Под вашу? — Майгор чуть дёрнул бровью, но более никак не выдал иронии.       — Нет, — кардинал едва сдержался, чтобы не рявкнуть в ответ на этого юнца. Но — сам виноват, да и принц прав — это охрана графа оказалась… Скажем так… кхммм… несостоятельной. Мягко говоря.       — Нет. Пусть Вирраер своих поставит. И лекаря пришлёт. Когда будем судить, она должна быть в хорошей форме.       — Уж не для пыток ли? — хмыкнул принц.       — Как суд решит. — отрезал Фарен и быстрым шагом вышел из комнаты. Майгор неодобрительно покачал головой, но не счёл нужным спорить. В её непричастности к похищению он не сомневался, впрочем, Фарен, скорее всего тоже. Но кардиналу надо на ком-то выместить злобу и сделать виноватым, а Эльха слишком хорошо подходила для этих целей по всем параметрам. Хорошо, что сторожить будут не люди графа. С Вирраером можно попробовать договориться.       Майгор подхватил девушку на руки и двинулся следом. Стражники не проснулись до сих пор.