Гамбит короля

      — Вот ещё тёплое питьё, мистрисса, — Нагирель поставила перед Эльхой большую деревянную кружку с чем-то горьким и травяным.       — Странный у вас, то есть у нас, — Эльха поправилась, — обычай: сначала постараться умертвить, а потом лечить, что есть сил.       — Это не обычай, мистрисса. — Нагирель была сама выдержанность. — Это испытание и посвящение в высшие. Только те, кто его выдержит, могут войти в Совет Ордена. Та, что смогла пережить эту ночь, обретает ещё большую силу и неприкосновенность. Кроме, конечно, поединка с верховной мистриссой, если вдруг встаёт вопрос о смене власти в Ордене или у претендентки достаточно веских оснований, чтобы бросить вызов. Просто у вас получилось наоборот. Сначала был поединок, а уже потом — посвящение.       — Но нагишом, на морозе, привязанной к столбу, так что не шевельнуться, на ветру на открытом месте?! А летом вы как проводите посвящение? То есть, мы проводим?       — Обряд проводится только в ночь зимнего и весеннего солнцестояния, мистрисса. Мы всё-таки Орден Зимы. — Пожала плечами Нагирель. — Те, кто приходят летом и осенью, ждут.       — И многие выживают?       — Немногие прежде всего отваживаются. Но из тех, кто решился — примерно четверть. Иначе это не испытание.       — А ты?       — Я не чувствую в себе достаточной силы и не так отважна как они… — Нагирель опустила глаза. Она как раз рискнула… Но то, что она осталась жива и как она осталась жива, едва не стоило ей жизни. Трижды. Нагирель почти незаметно покачала головой. Верховная мистрисса её этим попрекала не раз, но позволила остаться и даже взяла в услужение. Для особенно грязной работы в том числе. Теперь верховной мистриссой стала эта девчонка, младше её самой, самонадеянная выскочка и бывшая шлюха из клана оранжевых… Ну и хорошо. Если она не узнает про тот позор, то и власти такой у неё над Нагирель не будет!       Верховная мистрисса Эльхвейоре только согласно кивнула, сделав вид, что поверила. Что ж, всегда найдётся тот, кто знает, и обязательно – тот, кто проболтается.       — Ладно, с обрядом понятно. А что там с девушкой из отряда, который мы посылали следом за теми, кто ушёл с моим… — она чуть запнулась… — с его высочеством?       — Только прикажите. Она ждёт, когда вы призовёте её.       — Пусть придёт. Мне нужно знать…       — Вы призывали, мистрисса? Довольно молодая женщина, лет едва ли за двадцать пять, снова старше новой верховной мистриссы, медленно опустилась перед ней на колени.       — Вы дошли до банов? Ты говорила с нашими переговорщицами? Видела его высочество?       — Нет, госпожа. Да, госпожа... Ой...То есть мы встретились с посланницей мистриссы Нивэ. Потом вернулись на западный берег и прошли почти до Верельских порогов. Переговоры с банами были довольно успешными. Хотя и непростыми. Мистрисса Нивэ смогла убедить их выступить на нашей стороне и даже помочь в реализации нашего плана. Скоро они будут готовы выйти на юг. Просили только обеспечить им нужную погоду и стойкий северный ветер.       — А его высочество? Он, надеюсь, встанет во главе войска?       Ведьма смутилась, замолчала.       — Что-то случилось? — верховная мистрисса чуть дёрнула бровью. Только не дрогнуть, только не…       — Увы, госпожа. Он исчез без следа. Ещё когда он с отрядом вышел из монастыря, по их следу уже шли оборотни. Мистриссе Нивэ удалось их обмануть и оставить позади, но отряд отклонился от нужного направления и попал в засаду дружины кардинала Фарена и его племянника. Его высочество был ранен, взят в плен и увезён в деревню у границ края Пепельных озёр. Мы дошли до этой деревни, но от неё осталось лишь пепелище после набега орков. И никого в живых. Пойманный оборотень подтвердил, что орки уходили только с добычей, а людей всех порешили. Простите, мистрисса.       — За что? — горько усмехнулась Эльха.       — Я принесла вам печальную весть…       — Ты в этом не виновата. К тому же ты принесла и хорошие вести тоже. Иди. Можешь отдыхать до завтра. В конце концов, мы всегда знали, что дороги опасны, враги сильны и непредсказуемы, а боги любят испытывать нас на прочность.       Ведьма вышла. Нагирель же только покачала головой. Хорошо держится новая мистрисса. Несмотря на молодость и незнание этикета, только не слишком ли много милости? Отпустить отдыхать посланницу? Не заставлять отмаливать плохую весть? Вряд ли с таким мягкосердечием ей удастся надолго удержать власть в ордене. Даже учитывая обстоятельства её верховенства. Да и принц вон сгинул… Нагирель долго смотрела на словно окаменевшую Эльху. Потом всё же нарушила молчание:       — А ведь он вам не брат, мистрисса…       — Это имеет какое-то значение?       — Пожалуй, — Нагирель задумалась на несколько секунд, — пожалуй, уже никакого, мистрисса.       — Вот именно. Иди. Тебе тоже нужен отдых…       — Как и вам, госпожа. Как и вам…

***

      — Винелла! — хриплый и громкий мужской голос неприятно резанул уши. Да сколько ж можно-то?! Когда, наконец, эти клиенты угомонятся. Спасибо, правда, уже на том, что этот — клиент её матери. Владелицы борделя. По совместительству. Но мерзавец редкостный, даже по нынешним временам. — Винелла! Дай ещё вина! И сама иди сюда. Разговор есть.       Послышался негромкий но довольно внушительный «звяк», словно встряхнули полный кошель. Значит, мать всё-таки шпионит для этого мерзавца. Ну, не вот уж удивительная новость, по городу охотники на ведьм шныряют уже давно, а последнее время и вовсе куда не плюнь — в охотника попадёшь. Что ж, послушаем… Мужчина перешёл на шёпот, но нам ведь это не помешает, правда?       — Я просил тебя узнать, с кем из ваших мог наш король в прошлый свой приезд в Верель нажить ещё детей? Да знаю я, сколько воды утекло! Семнадцать лет это вам не кот наплакал! Просто подумай или поспрашивай, кому сейчас шестнадцать. Слыхал я, что непростое дитя там предсказано было, тем более девчонка, сама понимаешь. И мне скажи, в долгу не останусь.       — Да что тут думать. Я и так знаю. На постоялом дворе моего отца он тогда останавливался. Ну, и шлюх там же выбирал. А родила потом только одна.       — Ты что ль, свою Вейо? — хохотнул тот. — Этой твоей ведьмочке же как раз столько и будет!       — Молчи, сам не знаешь, что несёшь! Не Вейо это. Во-первых, я тогда и шлюхой не была. А во-вторых, я её от… Не от короля, в общем, родила! Сам же знаешь, что ведьма она. Я тебе не зря и службу всякую исполняю, чтоб никто не узнал ненароком… Да, чтоб ты знал, роди я ведьму от короля, то и дня бы не прожила после родов! Закон есть такой, если ведьма королю сына родит, то король умрёт, а если у короля дочка ведьмой родится, — мать умрёт!       — Это ещё почему? С чего ты взяла?       — С того, что королевская кровь ведёт отсчёт от Богов наших великих, а жёны богов наших как раз и есть демоницы, покровительницы и родоначальницы ведьмовских дел! А с их божественной точки зрения союз королевской крови и ведьмовской — есть грех кровосмешения! Понял?       — Понял. Так говоришь, кроме твоей Вейо должна быть в Вереле ещё одна молодая ведьма, только сирота?       — Две у нас таких, две. Завтра к обеду обещаю точно узнать, которая.       — А что не сегодня?       — Негоже неправду вершить и губить невинную душу! Вдруг я ошибусь? Это тоже грех. Или тебе остальных своих грехов мало?       — Удумала дочурку успеть спрятать? Или её подружку предупредить? Так всех трёх Ордену сдам, если обмануть вздумаешь!       — Клянусь! Найду я тебе эту ведьму-бастарду! Подружка она Вейо моей, должна завтра из деревни с продуктами вернуться…       Две девушки прятались в шалаше на плотах сплавщиков леса, глядя, как зарево, что поднимается над кварталом таверн и борделей, отражается в широкой глади Мелы, чуть дробясь на волнах. Рыжая Олис обнимала плачущую темноволосую подругу, приговаривая:        — Вейо, не бойся, мы с тобой не пропадём! Видишь, как нас судьба хранит? И про соглядатая рыцарей вовремя узнали, и пожар кстати случился! Жалко, конечно, тётку Винеллу, хоть и стерва та ещё, но что поделать!