Гамбит короля

      Шерх мрачно смотрел на поле боя. Да будь трижды, четырежды проклят этот город! И его защитники. Уже четвëртые сутки его армия бьëтся о него как волны о лиловые утëсы крутых и извилистых берегов далëкого и жаркого юго-востока… И это не считая тех дней, которые ушли на преодоление их мерзких и коварных трусливых ловушек. Что с того, что они наконец столкнулись с этими северянами в открытом бою? Каждый новый день заканчивается одинаково: валом трупов, преимущественно, конечно, горожан, но этого мало, ибо через этот вал невозможно перелезть, и потом его приходится опять разбирать самим кочевникам, а уже готовые собранные осадные башни так и стоят без дела у края поля… Конечно, с каждым таким днём они всё ближе к осаждëнным стенам, но слишком медленно, слишком. Ну, да, кмерльцы не торопятся умирать и даже не ищут среди тел своих мëртвых для дальнейшего погребения. С одной стороны их можно понять: зачем облегчать врагам путь к городу? Но с другой… Неужели их боги могут простить такое отношение к своим мëртвым?! Ну, ничего, если не их фальшивые боги, то он, Шерх, великий шехин скванхов, их покарает не хуже. А то и лучше! Жаль только терять здесь так много времени. Путь к северным горам ещё очень долог, неблизок и нелëгок, а надо успеть добраться к Двери до конца августа, когда их летние звëзды ещё не скроются за горизонтом, а осенние созвездия уже выйдут из-за крутого бока старшего слона…       Ещё ни один город не сопротивлялся ему так долго, так упорно. Правда и с лазутчиками ни разу ничего не вышло. Точнее, они посланы то были, но ни один не пришëл обратно со сведениями, ни один не прислал весть, что удалось хоть кого-то склонить к предательству, ни один… Ну, в конце концов! Не может же не быть среди защитников города трусов, предателей и паникëров! Надо просто внести сумятицу в их ряды, заставить бояться того, что за их спиной, больше, чем того, что перед ними! Иначе ещё долго придётся заново строить и разбирать крепостной вал из трупов. Видимо, пока горожане не закончатся? Или скванхи. Или пока вал не окажется прямо у стен? Шерх тряхнул головой, словно отметая хвостом малахая из серебристого лиса непрошенные злые пророчества. Гордо вскинул голову, прищурился, обдумывая что-то, пытаясь не упустить ускользающее видение ли, мысль, догадку…       Что ж…       Воины вперемешку с рабами схоронились за гребнем импровизированного вала. Очередная рукопашная завершилась очередной ничьей, продвинув, правда, нападавших ещё на сотню-другую локтей, но… Сумерки приближались, а кочевники были как на ладони, да ещё, или уже, в пределах досягаемости кмерльских лучников, стрелявших со стен. Поэтому перелезть и броситься вдогонку этим трусливым городским свиньям, просто ушедшим не торопясь с поля битвы по домам, не получалось. Так что пришлось теперь просто сидеть и ждать, когда стемнеет, и можно будет расчищать место для завтрашнего боя.       — Приказ великого шехина! — глашатай уже хрипел, то и дело срываясь на сип, конь под ним был весь в мыле, но каждое слово великого шехина посланцу следовало донести до каждого воина великой и победоносной армии скванхов, и он старался. — Приказ великого шехина! Вал из трупов сегодня не разбирать! И завтра тоже! Наоборот, по возможности, двигайте всю эту груду в сторону стен! Держитесь за ними, под их прикрытием! Когда подберëмся ближе, обстреляем город горящими стрелами! Приказ великого шехина!

***

      — Что они задумали? — Майгор, несмотря на слабость, сегодня всë-таки смог не просто выйти, а подняться на восточную городскую стену самостоятельно, хотя и в сопровождении графа Арбиса. И сейчас с удивлением наблюдал, как кочевники пытаются медленно переместить вал из мертвецов, закатывая нижние и задние тела наверх, переваливая их вперëд. Вероятно, именно так в старых сказках великие герои прошлого сдвигали горы прежде чем стать богами или богоизбранными принцами. Только кочевников всё ещё слишком много, а не один-два как героев сказок, но они так же упрямы и целеустремлëнны. Что ж, всё равно это ещё пара дней до неминуемого штурма. Два дня безумного ожидания, напряжения, волнений в городе, возможных интриг и предательств, неоправданных надежд, но… Жизни. Ещё целых два дня жизни. Может даже он, его величество король Майгор Первый, окрепнет настолько, что сам поведëт в бой своих подданных. Кто ещё останется к этому часу. Пусть хоть в этот раз на острие удара окажется не младший брат… Сколько ж можно то? И надо сказать, точнее, велеть, чтобы лучники поберегли стрелы. Если кочевники смогут подобрать наши, то нам лишних взять неоткуда. Да, пусть стреляют только если наверняка… Похоже, эти дикари хотят завалить городскую стену трупами также, как они завалили ими все поля, овраги и ловушки на подступах. И потом взойти по ним же на стену и ворваться в Кмерль…       Арбис с сомнением и плохо скрываемым неодобрением поглядывал на короля. Не хватало ещё, чтобы люди прознали о его состоянии или, упаси Великие Боги, догадались о реальном положении дел! Слаб король. Тяжела рана и всё ещё силëн яд в его крови. Если и сможет выехать с войском, то лишь до первой кочки, и меч в руке точно не удержит. А это не поднимет духа войска. Так и придётся снова переодевать бастарда, выдавая его за короля. Тоже, конечно, потрëпан, измотан и не до конца оправился от своего ранения, но хоть в седле держится крепко и в обморок от слабости не падает во время речей перед народом.       Да тут ещё новая напасть. Пропала дочь искельской княгини. Не та, что в невесты королю метит, ещё чего не хватало, а та, что младше. Тоже, кстати, ведьма. Как и мамаша-княгиня. Хотя для матери, конечно, это без разницы, которая из дочерей, ведьма или королевская невеста, тут еë можно понять. Сам Арбис за любого из своих сыновей, законного, но болезного, или незаконнорожденных, но здоровых и умственно и физически близнецов — всех порвал бы, без разбору. Но княгиня Эхинга потребовала с него клятву, что он найдëт и вернëт ей дочь. И теперь почти все его люди заняты не столько охраной дворца и короля, сколько поисками пропавшей, точнее, украденной девицы. Хорошо ещё, что госпожа княгиня не отказалась им помогать. Ещё одна такая магическая буря, и город сравняется с землёй без помощи скванхов. А его люди меж тем уже почти весь Кмерль прочесали, а девицу так и не нашли! Где ж и кто еë спрятал то? Метриз и его охрана в темнице, а среди командоров больше особенно рьяных противников короля нет. А умыкнули еë практически из королевских покоев! Власти и пронырливости может хватить, пожалуй, только у Вирраера, но зачем ему это нужно?! Барон, конечно, далеко не прост и вообще себе на уме, но очень не хочется верить в его вероломство. За эти полгода стал, можно сказать, единственным другом, да почти братом! И если это Вирраер, то мы все обречены… Даже если ведьмы всё-таки придут к нам на помощь. Если вообще успеют…

***

      Барон Вирраер проверял гарнизон на Северной стене. Ну, как, проверял, конечно, всё как положено, оружие, готовность, часовых, смотрящих там… Но сам себе он врать не привык: больше всего ему хотелось с этой стены увидеть идущие к ним на помощь армии. Хорошо, пусть не армии, но войска. Ладно, ну хоть какие-нибудь отряды подкрепления! Великие Боги! Ведьмы же присягнули на верность королю! Залог прислали! Какой-никакой… И ветер… Обещаный, кстати. Резкий такой ветер, холодный, северный, как со стен спустишься — так на кухню к Арим зайти в пору, чего горячего испить, горло прогреть… Уж третья неделя идёт, как погоды стоят неправильные. Солнце печëт, выжигая траву, высушивая землю… А ветер ледяной. Ночью пар изо рта, хоть и май к середине идëт. И ни облачка, ни тучки. Если б всё шло своим чередом, то посевы бы просто погибли от засухи, и год вошёл в хроники как страшный неурожай…       Впрочем, если удастся выжить, голода не миновать. Да и сеять теперь — где? Все окрестные поля безнадёжно завалены мертвечиной, ещё много лет эти земли не смогут родить…       Да где же эти ведьмы, наконец?! Или — не придут? Тогда зачем этот мерзкий ветер, несомненно, наколдованный? Только для того, чтобы дать ложные надежды? Или они в пути? Тогда — успеют ли? Или… Как клялись — всё же явятся к разгару битвы?.. Или — после?       После? Добить уцелевших и уничтожить изрядно, многократно поредевшие ряды победителей? И взять власть, которая уже никому не принадлежит в свои руки? Прикрывшись клятвой верности, сделав вид, что они просто не успели вовремя? Великие Боги! Вы же не одобрите подобного вероломства несмотря на изящность интриги?