Гамбит короля

      Карган, наконец, выбрался из своего укрытия. У него было достаточно времени чтобы привести себя в порядок и даже слегка перевести дух, но отдыхать, тем не менее, было особенно некогда.       В коридоре стояла тишина. Он выглянул за угол: от караульного развода графа Арраура сторожить потайной ход к слуховому окну в тронный зал осталось лишь двое. Впрочем, и этого вполне хватит чтобы осложнить ему жизнь. Даже с его опытом два хороших бойца сейчас слишком много. Значит, мы пойдём другим путём. Короля наверняка охраняют так, что в его покои не попасть. Его братец-бастард, демоны его забери, точно бегает где-то по замку, прикидываясь братом-королём и отдаёт распоряжения. А то и на поле боя сражается. Ну, слабоват он, конечно, для открытого боя, но сделать вид может, да и охрану к нему наверняка нешуточную приставили. Но уж по крайней мере отправить войско и сказать напутственное слово он точно способен. Значит, никого из братьев сейчас не достать. Это плохо, время уходит. Опять же, ведьму Эхингу, эту гадину неблагодарную, тоже стерегут. Не подобраться. А вот к дочерям её… И бастард этот наверняка к ним побежит сразу после визита к брату, как в замок вернётся. Ну, может, не к ним, но к одной из них — точно. Вот тут мы его и встретим. Надо только хорошо подумать, к которой из этих горных козочек он пойдёт…

***

      Хагир потоптался у комнаты короля, не решаясь ни войти, ни покинуть свой, ставший за эти полгода для него привычным, пост, но, наконец, решился. Гномья стража зачастую надёжнее стен любого замка, а у него ещё осталось одно незавершённое дело. Собравшись с духом, он направился к искельской княгине.       У предоставленных ей покоев тоже стояла стража. Люди Арраура Октинского. Не гномы, но и не хуже. По крайней мере пять человек из октинской дружины это, можно сказать, как двенадцать дуболомов из верельской. Пароля, правда, Хагир не знал, но ему было что сказать княгине при встрече. Вот только она не вышла. Через стража передала, что занята и не собирается давать аудиенцию кому бы то ни было, даже по приказу его величества, а уж по личному делу — тем более не примет. И даже имя Итиэль не открыло ему этой двери.       Расценив её отказ как знак свыше, Хагир развернулся и пошёл прочь. Что ж, значит, дар будущего должен принадлежать не ей. Вот только время уже выходит. Кое-где скванхи уже прорвались в город, возможно, скоро уже доберутся и до дворца, а там уже некогда будет искать кого-нибудь чтобы раздавать дары. Там уже останется только драться. До конца. А пока… Пока он не нужен, можно спуститься на кухню, отдохнуть, отдышаться. В конце концов у него сегодня может быть последний день жизни, а прощаться всё равно не с кем…       Как раз по пути, в соседнем коридоре, ещё две охраняемые двери, напротив друг друга. Совсем рядом. Четверо гномов. Неплохо. Видимо, княжон Искельских охраняют, не иначе. Хагир кивнул страже и уже собрался быстро пройти мимо, только…       Гномы тоже встрепенулись. Из-за одной из дверей послышался голос, точнее, нечто, похожее на сдавленный крик. Распахнуть дверь сразу не удалось, видимо, она оказалась закрыта изнутри на засов. Двое гномов, не мешкая, выхватили топоры и меньше чем в полминуты разнесли дверь в щепки. Хагир ворвался в комнату первым, вдобавок споткнувшись о тело служанки, лежащей поперёк дверного проёма. У бедной девочки была свёрнута шея. Он не успел правильно развернуться, но, тем не менее ему удалось в один прыжок достать злодея, который отступал в дальний угол, приставив нож к горлу младшей княжны. Девушка была испугана настолько, что даже не трепыхалась и бессильно висела на его второй руке, мешая сколь-нибудь значимому манёвру. Так что основную роль сыграли инстинкт и боевая выучка. Хагир успел вцепиться в Каргана и отшвырнуть девушку в сторону, но при этом сам напоролся на нож. Карган же, оттолкнув палача, буквально запрыгнул в большой платяной шкаф, в котором оказалась очередная потайная дверь, через которую он и исчез. Гномы тоже ничего не успели предпринять: механизм закрылся слишком быстро, и в итоге они просто разломали шкаф, маскировавший этот выход.       Вбежавшая в комнату младшая из княжон бросилась к сестре, но, быстро поняв что с той всё обошлось испугом и незначительными ушибами и синяками, сразу подбежала к раненому палачу.       Хагир не мог ошибиться. Кровь толчками лилась из раны, с бульканьем и хлюпаньем, пропитывая насквозь одежды и растекаясь по полу. Странно, но он совсем не испытывал страха или ужаса, только обречённость. В отличие от княжны, как её, ах, да, Аргины, которая попыталась закрыть рану сначала руками, а потом сорвала с головы белый, княжий, с бирюзовой вышивкой, платок чтобы перевязать рану и хоть немного замедлить кровотечение…       Хагир ещё успел удивиться ясности сознания при таком ранении, и искреннему испугу и желанию помочь у благородной девицы. Знает ведь, что не рыцаря спасает, не его высокость какую — палача без роду и племени, не признаваемого обществом! Надо же, даже княжий платок с волос сорвала! Кто бы из искелов увидел — под ведьмовской суд бы отправил девчонку! Вот кому мир спасать впору, а не…       — Постой, княжна, — он прохрипел из последних сил. — Это бесполезно. Я знаю. Прости, что не так, только возьми это. На прощание. Это тебе. Твоё теперь...       Он только успел коснуться перевязи торбы, в которой лежала заветная пряжа, как жизнь окончательно покинула его. Один из гномов сорвал с него торбу, пока растекающаяся кровь не запачкала её, и, хотел было сначала посмотреть, что там, но всё же не посмел и подал княжне, встретившись с ней взглядом.       Аргина заглянула в сумку, потом сунула туда руку. Испуг, ужас, восторг и благоговение нахлынули одновременно. Дар был поистине великий, даже больше, чем королевский. Она никогда в жизни не встречала вещи, обладающей такой магической силой…       В конце концов решив, что одну комнату всё же охранять проще, чем три, княжон отвели в комнату к матери, предварительно обследовав её на наличие потайных входов и выходов. Может, и не следовало «класть все яйца в одну корзину», но только что едва не потеряв девушек по одной и упустив Каргана, гномы и люди Арраура решили объединить усилия. Ну, в крайнем случае большой отряд в открытом бою продержится дольше…

***

      Сказать, что Карган был зол, значило ничего не сказать. Бывший оруженосец и тайный порученец охотника на ведьм и кардинала Ордена Древа графа Фарена был в ярости! С тех пор как погиб Фарен, у него всё время что-то не получается! Три покушения на короля! Дважды, даже трижды на Искельских княжонок, княгиня Эхинга, граф Арраур, командор Эглет, барон Вирраер... Правда, до барона он вообще не смог добраться — ибо тот чрезвычайно хитёр, осторожен и предусмотрителен. Даже Метризу с Арвирром не удалось хоть как-нибудь подобраться, чтобы если уж не убить, то бросить тень на репутацию! Нет! Такое ощущение, что Судьба и все Великие Боги разом хранят этого мальчишку-короля и его свиту! Ну, подумаешь, убил он с десяток верных ему людей. Так то — пешки, незначительные фигуры. Таких ещё много. Ну, вот королевский палач. Уже близко, гораздо ближе, но толку? Карган клялся себе перед Великим Солнечным Отцом, что отомстит за кардинала и его дочь, клялся этому, предводителю дикарей, их шехину, что убьёт короля в замен на... Нет, умолчим о том, что он хотел взамен. Не время и не место...       А вместо короля — что? Королевский палач? Которого и за человека никто не считал? Напуганные малолетние ведьмачки? Даже не смешно. Король как был недосягаем, так и остался. Нет, есть, конечно, надежда, что яд всё же подействует так, как ему обещали, но пока это, так сказать, вилами по воде, травой по тропе...       Вот, снова пришлось искать место для схрона. Нашёл, конечно. Прямо здесь, в Башне Советов. Только на потолоках. В компании летучих мышей. Хорошо, что удалось в углу найти несколько свёрнутых старых одеял. Опять насквозь пропитанных пылью. И мышиным этим самым. Ну, хоть есть что постелить. На полу ещё грязнее. Интересно, кто их здесь забыл? Ну, да не о том речь. Зато внизу большой Зал Советов. Почти полгода назад, в канун зимнего солнцестояния кардинал Фарен здесь речь говорил. Убеждал в целесообразности регентства при принце Миргире. Сколько воды утекло. Может, эти одеяла как раз с той поры?       Да, всё как в той шахматной партии. Вокруг короля столько и вражеских и дружеских фигур, а опасности нет — всё больше друг другу мешают, а дело не делают. Сейчас бы переиграть, да не с кем. Может, не стоило брать убийство соигроков на свою совесть? И того, который за короля играл, и той ведьмы? Всё равно это ничего не изменило. Осталось узнать про последний ход той партии. Дерзкое, неожиданное фианкетто. Кто и как? И чем всё закончится?       Карган беспокойно заворочался, ища более удобное положение. Что ни говори, а за последние дни ему досталось немало. Ничего серьёзного, но шишек и синяков хватило бы на полгода вперёд. А он, извините , уже далеко не юный отрок... И тут ещё что-то острое в бок воткнулось. Вроде не сильно, но больно. Да что ж такое-то?!       Он, наконец, вытащил застрявшую в одеяле длинную надломанную булавку. Такие когда-то он сам покупал для дочери Фарена по её просьбе у кузнеца в Вереле. Их ещё её служанки потом пользовали. Мерзкие шлюхи!.. Точно! Вот откуда одеяла на чердаке башни. Вот кто слушал заседания Совета Ордена! Вот чей ход должен был стать последним!