Сахарный

Шуга вошел первым. Высокие потолки, громадные комнаты, много-много белого цвета. Чонгуку кинулось в глаза все и сразу. То, что он видел теперь, не было и отдаленно похоже на убежище. Это была квартира. Самая настоящая, с предметами мебели, с ощущением, что кто-то здесь живет. Тут даже были эти маленькие статуэтки на полках, которые добавляли шарма. Красиво, роскошно, по-домашнему. Гук чуть было не забыл, что вообще все еще тащил Тэхёна на пару с тем человеком, врачом, если он не ошибался. Опомнился он не скоро, аккуратно положив того на кровать. Шуга выглядел так, будто все в этой жизни пошло под откос. А стоило лохматому Холду проковылять мимо, подозрительно принюхиваясь к каждому предмету, он и вовсе направился к стойке с алкоголем. - До этого момента об этой квартире знал только я, - Чонгук остановился. Шуга был на взводе. Упершись обеими руками в гладкую поверхность стола, он опустил голову, тяжко и с надрывом дыша. - А теперь еще трое. И это. - Его зовут Холд. И это звучало так странно, так неуместно после всего, что вообще произошло. Чонгук сделал еще шаг, потом еще, а потом, прислонившись спиной к стене, съехал по ней вниз. И стоило? Стоило это всего того? Куда он попал? Кем... стал? - Это снова он виноват, правда же? - от пренебрежительного жеста в сторону Тэхёна стало даже в какой-то степени не по себе. Чонгук поморщился, откидывая голову назад. Растрепанные волосы лезли в глаза. Похоже, за все это время он окончательно оброс. - Что он снова сделал? Что этот мудак снова предпринял, Чонгук? Говори. - Он спас меня, - и в эти слова не хотелось верить даже самому Гуку. Это звучало как-то даже почти сверхъестественно. - Похоже, он действительно сделал это. - Он умеет спасать только свою задницу. Мы, похоже, говорим о разных людях. Какого... черта? Какого хуя там делал Чимин? Он мертв. Он должен был быть давно мертв. - Видно, все не так просто, как кажется на первый взгляд. Чонгук находился будто бы и не тут вовсе. Все образы плыли. Квартира ходила ходуном. Даже тот факт, что Шуга подошел к нему, вплотную, был замечен совсем не сразу. Юнги поднял его на ноги в один момент, прикладывая затылком к стене столь крепко, что в глазах заплясали черти. Злость в его взгляде была почти ощутима. - Чонгук, я весь на чертовых нервах. Я сейчас почти не соображаю. Лишь чувствую. И чувствую слишком много всего. Либо ты начинаешь говорить, нормально, черт подери, говорить, что произошло. Либо я не в ответе за свои же действия. - Я убил его. - Что? - Я человека убил, Шуга, - и ничего не ощутил при этом. И не почувствовал того, что должен был. Ничего не почувствовал. Будто муху прихлопнул. Чонгук задержал дыхание, не сводя взгляда наблюдая за тем, как Шуга мало-помалу приходил в себя. Его хватка несколько ослабла. - Нельзя убить того, кто уже был мертв, - прорычал Шуга. И ударил кулаком чуть правее головы Чонгука. В этот момент действительно почудилось, что он вышибет стену. Что разобьет ее вдребезги. - Тэхён уже убил его. Тэхён, подставив его, отправил в тот парк. Что за гребанная чушь? - Не Тэхён сдавал информацию обо мне или Хосоке. И это сейчас было похоже на то, что Чонгук, сам того не ведая, ударил. В самую больную и нудящую точку. В глазах Шуги аж потемнело. Не Тэхён. Чимин. В голове Гука все очень медленно складывалось воедино. Мешало слишком многое, слишком много мыслей было вразброс. Но картина восстанавливалась. С трудом, но восстанавливалась, собираясь в одно целое. Чимин, тот, кого, видимо, Юнги считал другом, не был им с самого начала. Не только его смерть была фикцией. Ей была вся его жизнь. - Нет, - Шуга опустил голову, справляясь сам с собой. - Нет, этого не может быть. Чимин помог мне сбежать. Чимин дал понять, что с Намджуном рядом мне не место. На кой черт... - Да почему ты спрашиваешь об этом меня?! - не выдержал Чонгук, стараясь дышать. Просто дышать. Просто хватать ртом воздух. Даже это сейчас делать было крайне сложно. - Откуда мне знать? Этот человек появился из ниоткуда и направил на меня пистолет, предварительно убив девушку за прилавком! - Что он сказал? - руки Шуги очень сильно сжимали локти. Казалось, вот-вот, и кости внутри просто дадут трещину. Чонгук непроизвольно вжался в стену еще сильнее. - Что он говорил, Гук? - Что ты стал слишком мягок. И что пора с этим что-то делать. И это было будто бы еще одним ударом. Шуга сжал пальцы еще крепче прежде, чем, наконец, ослабить хватку. И выглядел при этом так, будто сам Гук сейчас выстрелил в него. Раз эдак пять. - Все это с самого начала было не иначе как игрой, - враз успокоившись, прошептал он. Смиренно, спокойно, с почти неощутимым напряжением. Будто натянутая струна, готовая вот-вот оборваться. Чонгуку, кажется, наконец, стало легче дышать. - Вот ведь сюрприз. Ведь, получается, далеко не Тэхён должен был вернуть Шугу на его законное место. Это должен был сделать Чимин. И Шуга понял все, что только-только начало сформировываться в голове Чонгука, сразу же. В один момент. Чонгук вряд ли мог понять, что тот ощущал. Вряд ли мог представить, что творилось на тот момент у того на душе. Достаточно было видеть. То, как помрачнел хотя бы его взгляд. Или как посерело лицо. - Ты останешься здесь, - с напором произнес он. Тоном, не требующим возражений. - Все равно, что ты об этом думаешь. Ты будешь здесь. И не дай бог, Чонгук, я увижу в твоих руках пистолет. - Шуга... - Это не ебаные игрушки. Не фильмец, где у тебя главная роль, а потому ты априори останешься в живых, Чонгук, - его глаза сверкали. Чонгук уже сам, без всякого воздействия со стороны, вклинился в стену, сливаясь с ней. Шуга был похож сейчас на загнанного зверя. А оттого - еще более опасного. - Почему ты, блять, не понимаешь, что все это время, что бы я ни делал, я хотел огородить тебя от всей этой хуйни? И что-то внутри резко дало трещину. - Мой брат мертв, Юнги. За последнее время я видел слишком много блядских смертей. Огородить? Серьезно? Могу поздравить, у тебя не вышло. У меня ощущение, что я по локоть замарался в крови. И знаешь, что самое дерьмовое? Я даже обвинить никого не могу. Потому что полез сам. Потому что нашел тебя сам. Потому что сам в этом виноват! Может, для тебя и нормально - ощущать нечто подобное постоянно. Но для меня - нет, - каша, что была в голове, все не хотела сформировываться в слова. Чонгук не знал, что хотел сказать конкретно. А потому просто говорил. Говорил и говорил, не стесняясь в выражениях. Как бы плохо, как бы нелогично это ни звучало. Шуга должен знать. Почему-то Чонгук был уверен, что хочет, чтобы тот знал. Впервые был уверен в чем-то настолько сильно. - И я действительно думал, что мне сразу полегчает, когда ты исчезнешь. - Полегчало? - этот вопрос был больше всего похож на издевательство. - Нет. Стало лишь хуже. Шуга отошел на шаг назад, позволяя Чонгуку насладиться хотя бы ненадолго мнимым личным пространством. Он был потерян. Гук был уверен в этом, потому что чувствовал то же. А что, собственно, дальше? Что потом? Сколько он сам выдержит в таком ритме, не сломавшись окончательно? Сколько там выдержал Намджун, пока не стал тем, чем был сейчас? Гук не спешил отходить от стены: та казалась ему крепкой опорой. Казалось, отойди он, и точно не выстоит. - Все было бы гораздо проще, если бы ты ненавидел меня, - прошептал Шуга, доставая из кармана пачку сигарет. Его нисколько не смущало, что они находились в квартире. В его квартире. Все казалось уже неважным. Чонгук, смотря на это, вспомнил о своей купленной недавно пачке. - Было бы, сука, проще, если бы мы тогда вообще не пересеклись. Чонгук, наконец, отлип от стены, резко повернувшись к Шуге лицом. Вообще не пересеклись. И сидел бы Гук просто за компьютером, в своей зоне комфорта, спокойно играл во что-нибудь. Не знал бы этого ужасающего чувства, когда в тебя тычут пистолетом. Не ощущал бы вечного адреналина. Не терял бы никого. А еще - не стоял бы сейчас напротив человека, в чьих глазах видел прямое отражение. И не тонул бы в них. - Было бы, - согласился тот, облизнув пересохшие губы. Чонгук не знал, сколько бы еще так выдержал. Казалось, он просто падает все дальше и дальше, без возможности как-то выкарабкаться, выползти обратно. Просто тонет. И что-то сверхтяжёлое тянет и тянет вниз. Настолько сильно, что и бултыхаться-то по сути бесполезно. Взгляд он отвел. Прямо в тот момент, когда раздался звонок в дверь. - Ты же сказал, никто не знает про эту квартиру, - стараясь вовсе не смотреть в сторону Шуги, сказал Чонгук. Тот резко дернулся в сторону двери. - Теперь уже без разницы. Наён ворвалась в нее стремительно, сразу и замирая на пороге, стоило только ей пересечься взглядом с Чонгуком. Стоило только даже заметить собаку, отчаянно осматривавшую все вокруг. Вместо приветствия она коротко кивнула, почти что сбрасывая верхнюю одежду. - Где он? - сразу же, буквально с порога, спросила она, оборачиваясь. - Там, - кивнув в сторону одной из комнат, проговорил Шуга. Дважды просить ее ни о чем не пришлось. Наён первая прошла туда, куда ей, собственно, и указали. Чонгук, с трудом разбирая дорогу, направился следом за ней. Девушка остановилась также резко, как и рванулась туда. Просто раз, и, будто зависнув, встала. - Боже... Тэхён выглядел действительно плохо. Чонгук помнил все ощущения от полученного им же ранения, словно это было вчера. Всю ту боль, что он чувствовал. Несравнимую, наверное, ни с чем. И казалось, что большего организм, да любой, черт подери, организм, был выдержать просто не способен. Чонгук бы не выдержал - это точно. Но Тэхён, кажется, очень плохо, но все же с этим справлялся. Человек, об имени которого Чонгук все еще ничего и не знал, сразу поднялся, собирая все, что было разложено, в свою сумку. Похоже, он закончил. Правда, Ким лучше от этого выглядеть не стал. - Ему нужен отдых, - озвучил тот вслух, поднимая тяжелейшую даже на первый взгляд сумку и перехватывая ее в руке. - Список лекарств я написал. Будут осложнения - звоните. Большего я все равно в условиях квартиры не сделаю. - Он выживет? - голос Наён дрожал. - Все ведь не так плохо, как кажется? - Все зависит только от него. Наён прошла первой, садясь рядом с ним. Чонгук, пропустив врача, следом, крайне опосредовательно осматривая Тэхёна. А если бы он выстрелил раньше, ничего бы и не было. Не лежал бы этот человек сейчас почти при смерти. Все было бы проще. Все было бы еще проще, если бы Чонгук не промахнулся и тогда. Если бы выстрел в Намджуна себя оправдал. И такие мысли настолько четко укрепились в голове, что становилось даже страшно. - Что случилось? - Чонгук уже обернулся, когда в спину ему прилетел этот вопрос. Не так давно он бы полил Тэхёна небывалым слоем грязи, лишь бы выставить его во всей своей красе. Лишь бы показать, что это за человек. А теперь он не знал, и правда, не знал, кто тот такой. Был бы тот подонком, что подставляет всех ради своей выгоды, кинулся бы вообще его, незнакомца, спасать? - Чимин был жив все это время, - он не видел ее лица, но вполне мог предположить, какие эмоции на тот миг на нем обозначились. - Тэхён спас мне жизнь. Эту пулю тот предназначил бы явно мне. - Иной раз я вообще перестаю понимать, что происходит. - Я уже давно перестал. Он окинул взглядом ее еще раз. Ее, сидевшую у кровати Тэхёна, и взявшую в тот момент его почти что серую руку. И только потом вышел, прикрыв дверь. Наверное, тот очнется не скоро. И пусть и не так хорошо, но все же зная Наён, Чонгук почему-то был уверен: если уж она пришла, то теперь не уйдет. Шуга сидел за громадным лакированным столом, разложив перед собой целый арсенал. Здесь было все. Оружие разного калибра, куча пуль, запчастей, о предназначении которых Гук мог лишь догадываться. Юнги, выкуривая явно не первую сигарету, спокойно проверял одно за другим. Оружие в его руке сидело ровно так, как должно было. Наверное, он мог бы сделать то же с закрытыми глазами. Собрать, разобрать, потом снова собрать... Почему-то после того, как это делал он, не чудилось даже, что здесь есть сложность. Юнги делал все так, будто был приучен к этому не иначе как с детства. - Ты можешь не стоять за моей спиной, - произнес он вслух, взяв один пистолет и прицелившись. Не выстрелил, только посмотрел, опустив то снова. Чонгук подошел ближе. Вот парадокс: ничего из того, что он видел теперь, не пугало. Даже завораживало. - Хочешь что-то сказать? - Ты хочешь его убить? Шуга на секунду остановился, выдохнув. Чонгук сел неподалеку, стараясь не смотреть на все это. Стараясь не видеть. - Да, - тихо прозвучало в ответ. - И сможешь? - Не знаю. И пистолет, что тот держал в руке, был с грохотом брошен на стол. Шуга нервничал. Шуга ужасно переживал. И злился из-за этого, впадая в крайности. А ведь тогда, в том доме, у него тоже был шанс. Тогда он тоже мог в него выстрелить. Убить. Но не сделал этого. В последний, наверное, момент, остановился, лишь ударив. Наён была точно права в одном: эти отношения были губительными для них обоих. Сложно было даже понять, кого они тянули вниз больше. - Расскажи, - и это звучало лишь как просьба. Шуга первый раз поднял взгляд. - Рассказать? - Что случилось? Что вообще могло произойти такого, что человек начнет убивать? Что вообще может в жизни подтолкнуть к таком рисковому шагу? Да сколько вообще он этим занимался? Явно не год, не два, не даже пять. Какой там. Чонгук готов был поставить, что здесь как минимум лет десять оттачивания навыков, тренировок. Убийств в конце концов. Он не знал, готов ли что-то подобное услышать. Но он хотел этого. - Я, - как-то пространственно ответил тот, крепко затягиваясь. Наверное, его легкие были уже похожи на уголь. - Я просто довольно хорошо порчу людям жизни. Моя специализация. Чонгук промолчал, просто пристально смотря. Не захочет - не скажет. Без разницы будет он давить или нет. - Мне было семнадцать, когда я убил первый раз, Чонгук. И я был слишком избалованным для того, чтобы понять, что это неправильно. Перед тобой типичный пример человека, которому в свое время было позволено все и вся. И мой секрет прост: я этим бездушно и бездумно пользовался, - Чонгук смотрел, не сводя взгляда. За тем, как пальцы Шуги перебирали пули, за тем, как менялись на его лице эмоции. Тот старался их скрыть. Старался полностью погрузиться в работу. Не выходило. - Представь, что такое убийство ради забавы. Тогда, думаю, многое встанет на свои места. Я перешел всякую черту, сделав это. Ну и поплатился, конечно. Так же, в принципе, скоро. Карма очень быстро нагнула в ответ. - А Намджун? - А что Намджун? - пальцы его, видно, не слушались. Оружие пришлось отложить. - Как там говорят? Монстр не монстр, когда ты его любишь. А Намджун действительно любил. Знаешь, это слишком дерьмовая история, Чонгук, чтобы рассказывать ее хоть кому-либо. Я даже не уверен, что хочу рассказать ее тебе. - А ты его любил? Шуга посмотрел на Чонгука, хмыкнув. И думал. И так понятно было, о чем. Чонгук сам не знал, стал бы рассказывать что-то о таком прошлом. Ему нечего было говорить о себе. Все слишком покладисто, чисто, бело. Прошлое Шуги его пугало с самого начала. С того момента, как тот вообще сказал, как к нему обращаться. Раз убийца, убийца навсегда, правда же? - Нет, наверное, - сдался он, откинувшись на спинку стула. - Мы проводили хорошо время. Спали в конце концов. Парадокс в том, что он меня тогда даже отговаривал. Он старался дать мне то, чего, видно, недодали родители. Банального разделения на добро и зло. Но юношеский максимализм вперемешку с поистине большими деньгами сделали больше. Намджун был рядом тогда, когда все резко пошло под откос. И не оставлял и потом. Тэхён сказал правду, Чонгук. То, кем он стал сейчас, целиком и полностью моя вина. Я не знаю, в какой момент получилось так, что мы начали меняться ролями. Я этот момент тупо проебал. А уже потом обнаружил, что Намджун резко стал совершенно другим. Жестоким, своевольным, дохера сильным и властным. То, что казалось веселым поначалу, довольно быстро начало пугать, я тебе скажу. Но еще больше начал пугать он сам. Я втянул нас в такой водоворот, что сложно даже представить, насколько нам обоим повезло, что мы еще живы. Чудо, не иначе. Чонгук смотрел и с трудом мог поверить в это. В голове не укладывалось. Все это просто не складывалось в одну общую картину. Примерный Намджун и просто адски поехавший Шуга. Слишком символично. Было бы куда проще принять хотя бы часть преступлений, если бы оказалось, что человека, например, заставили. Куда проще оправдать его для самого себя. Но Чонгук не видел ни одной причины вообще пытаться оправдать то, что слышал сейчас. - Да, Гук. И такое бывает. Дети бывают до безумия жестокими, - и ведь ему не было все равно. Явно не было. Как бы он в себе же это ни давил. - И именно таким я и был. Потом втянулись в немыслимый водоворот событий, когда те люди ответили. Потом оставили все, что было дорого. Намджун был все это время рядом, потому что знал, что без него я окончательно пропаду. А получилось так, что меня он вытащить успел. А вот себя - нет. И когда он начал буквально нападать на Наён, я понял окончательно, что с Намджуном все оказалось куда хуже, чем чудилось первоначально. - Наён ведь знала об этом? - Гук старался казаться спокойным. Старался всем своим видом выказать равнодушие. Но дрожь скрыть было труднее всего. - Конечно. Она пыталась его от меня огородить. Я слал и слал его подальше от себя. Толку от этого, правда, было немного. Во мне что-то щелкнуло в момент, когда он первый раз ее ударил, кажется. Наён никогда не была связана со всем этим. Но она была связана по рукам и ногам из-за него. Хрен знает, почему именно она. Почему именно из-за нее что-то внутри дрогнуло, наконец. Просто в какой-то момент все оказались по разные стороны баррикад. И мне досталась роль ее защитника. Хуй знает, что было бы, если бы я этого не делал. И без того творился сущий пиздец, что в их отношениях, что в наших. Все просто. Тогда, когда Намджун приспособился к этой жизни и начал получать кайф от нее, я не видел уже ничего в ней положительного. Прекрасная страшилка на ночь. Чонгук чувствовал, как внутри что-то окончательно порвалось. Монстр. Это был сущий монстр. Шуга, которого все это время он всячески старался оправдать, походил теперь на зверя в человеческом обличии. На реального зверя. И только сейчас, казалось, Гук понял, насколько попал. Это же надо: так облагородить истинное чудовище. - Что, не особо приятно? - Шуга одним резким движением смел все пули со стола в некое подобие кармана. - Мне нечего тебе сказать. - Твое лицо говорит за тебя, Чонгук. Можешь не напрягаться. Шуга спрятал пистолет где-то в недрах куртки, потушив догоревший окурок. А Чонгук словно в замедленной съемке смотрел, как от того исходил дым. И отчитывал секунды в голове. Это был конец. Финиш. Ради этого он пожертвовал столь многим. Ради того, чтобы теперь, когда все уже вертится и вокруг него в том числе, узнать такое. Когда Шуга двинулся к нему, он повернулся. И тот, хватая момент, будто предполагая, что тот исчезнет, впился в его губы длительным поцелуем, хватая его же за рубашку и притягивая к себе. Чонгук так на него и не ответил. - Прости, - прошептал Юнги ему в губы, отдаляясь. А потом обернулся. - Ты должен побыть здесь. Тут никого из вас не тронут. Намджун не знает об этой квартире. Она была оформлена давным-давно на того, кого он точно никогда не встречал. Хоть что-то же в моей жизни не должно быть связано с Джуном, правда же? А ведь Чонгук сам испытывал желание покончить с Намджуном. Сам выстрелить. Но похоже, Шуга справится с этим в разы легче. Ведь как такому, как он, да не справиться с такой, казалось бы, легкой задачей? В глазах Гука отображалось все, что бы он ни чувствовал. Он знал это. Шуга горько усмехнулся. - Все далеко не всегда происходит так, как нам хочется, - произнес он. - Я уже давно это для себя уловил, - и Гук сам слышал, насколько его голос отдавал металлом. Так же, как и чувствовал, насколько металлом обернулось все внутри него самого.