Спираль

      Как и предупреждал Уайт, он совсем не нежничал с учениками. Тренировки ужесточились раза в два. После разминки (к концу которой хотелось сдохнуть) с шагами с ведением мяча, отработкой передач и разным бегом, всегда начиналась практика техник и оттачивание навыков. Он подходил к каждому, время от времени подсказывал профессиональные трюки, давал советы и поправлял ошибки. Потом шла смена направлений, те, кто оттачивал данки, начинали работать над дриблингом, те, что тренировали дриблинг переходили на дальние трёхочковые, а эти в свою очередь переходили к данкам.       — Штрафные! — скомандовал Уайт.       Команда выстроилась в колонну перед линией.       Всё шло по привычному плану: один игрок на штрафной, один мяч на всю команду, бросок в корзину, попал/не попал, подбор мяча, передача следующему в колонне, который уже встал на позицию для броска и отправляешься в конец колонны.       Полюбовавшись на прилично уставших ребят, Томас решил разнообразить тренировку:       — Давайте сыграем в игру на доверие.       — Ловить друг друга будем?       — Зачем? — посыпались вопросы.       — Нет, мы всё-таки в баскетбольном клубе. Задача проста: вам нужно будет решить верите ли вы, что конкретный игрок забросит мяч в корзину с трёхочковой линии. Если верите, то вставайте по правую руку от бросающего за кольцом, то есть за ограничивающей линией, а не верящие — по левую. За каждую ошибку, будете челночным бегом, — раздался дружный стон, — преодолевать расстояние до противоположного конца поля и обратно, — стон прибавил мощности и истерические нотки. — Как вернётесь, будет бросать следующий. К слову, промахнувшийся получает такое же наказание и бегает с теми членами команды, кто в него поверил.       Никому не хотелось бегать лишний раз, так что все старательно пользовались мозгами. А Иен тем более, и каждый раз вставал по правую руку от бросающего, и дело было вовсе не в слепой вере во всех игроков, а в том, чтобы подбодрить, всё-таки даже вдвоём бегать не так неловко, как одному. Однако к концу игры он понял, что это была не такая уж маленькая цена за поддержание духа, ибо промахивались куда больше, чем попадали. 14 лет ещё не тот возраст, когда процент попаданий на тренировках у всех выше 50%.       Поэтому в дальнейшей игре один на один против Кайе, парень успешно проиграл, поскользнувшись в ответственный момент.       В субботу парни обычно восстанавливались после адской пятничной тренировки, а в воскресенье играли на уличных площадках.       Как-то раз, выйдя на пробежку вместе ближе к вечеру, признаваясь себе, что они ленивые задницы, Иен с Кайе заметили каких-то панков, задирающих школьников на баскетбольной площадке, молча переглянулись и пошли к шумной компании.       — Как-то нехорошо обижать младших, парни, что с вами не так? — начал Кайе, скручивая свои наушники и складывая их в карман.       — Мы пришли поиграть, вот и играем.       — Фоля напропалую? — сузил глаза Туан. — Хотя недавний удар локтем в живот, сложновато даже так охарактеризовать.       — Так, может, присоединитесь к ним и решим всё баскетболом.       — Я тоже хочу, не возражаете? — Томас со своим мячом взялся буквально из ниоткуда. — Тогда как раз получиться пять на пять. Хотя можно и трое на пятеро, а вы, — обратился тренер к младшеклашкам, — пока позаботьтесь о товарище, — Уайт снова повернулся к хулиганам, — так как? Готовы?       

***

             К приходу в офис Джинёна и Джебома, Марк уже вовсю погружался в сведения и показания заключённого Филимона Уайта, убившего Зеленски, которые по сути просто подтверждали некоторую информацию из ранее известной по этому делу, но так как все нарытые материалы ещё не до конца были им изучены, он старался ничего не пропускать.       Джексон поинтересовался из-за спины, подходя ближе:       — Чем занят?       — Читаю показания Уайта.       — И как? — Ван вложил в вопрос особый смысл, но Марк ответил буднично.       — Как пропустили понять не могу.       — Этим Югём занимается, — и добавил тише, почти шёпотом, — Томас Уайт…       — Кто такой?       — Кто?       — Томас Уайт. Он родственник этого Уайта?       — Кто такой Томас Уайт?       — Ага. Это я спросил у тебя несколько секунд назад, — Туан поднял на него взгляд, по нему Ван понял, что Марк его сейчас вовсе не разыгрывает.       

***

             Туан резко проснулся в холодном поту от какого-то жуткого кошмара посреди ночи, и сразу вдобавок к излишней прохладе от влаги на коже почувствовал тянущую боль в правой ноге, видимо, свело, пока спал. Та ещё неприятность, учитывая, что он сейчас был на спортивных сборах команды. Однако даже она не дала надолго забыть о сжимающем грудь страхе. Он растёр сведённые мышцы и лёг максимально тихо обратно на подушку, чтобы не разбудить никого в их домике, одном из предоставленных для их команды. Постепенно события сна тонули в тумане сознания, и он с трудом восстанавливал цепь происшествий, что его так напугала, пытаясь выловить обрывки из этого омута.       Там был кто-то, кто давал ему какие-то круглые белые таблетки с жёлобом по серединке, наверное, доктор, но сколько ни силился Иен не мог вспомнить его лица. Доктор… У них дома… Странно, участковым врачом у них была женщина, да и в школьном медпункте тоже, мама работала в клинике — и это все врачи, что окружали его. Баскетбольные кроссовки в прихожей… Что-то с ними было связано…       Во сне ещё был Кайе. Кайе…       Ход мыслей резко изменился.       Что друг ответит, когда они встретятся снова? Парень посчитал часы до возвращения в город — оставалось прилично. Наверное, он слишком переживал из-за признания и ожидания ответа, хоть и старался не думать об этом. Попытался вспомнить не было ли чего во сне по этому поводу, но всё ускользало от него.       Иен стянул с себя одеяло, тихо слез с кровати, надел оставленные в тумбочке шорты и худи, и, чуть прихрамывая, отправился прогуляться. Спать захочется позже, а сейчас ни в одном глазу. Дверь слегка скрипнула, и парень обернулся на спящих товарищей, вроде никто не среагировал. На улице светила полная луна и где-то вдалеке раздавался разнокалиберный вой кого-то из семейства псовых. Мурашки себя ждать не заставили, но они скорей были результатом холодного осеннего ветра, пота, лёгкого одеяния и «прекрасных» сновидений, чем страха перед опасными животными.       Туан вдохнул полной грудью, дабы избавиться от засевшего где-то глубоко ужаса сна, до сих пор мешающего дышать, но это не помогло. Парень повторил итерацию, и ещё раз, на десятый вдох голова сильно закружилась, и Иен облокотился на деревянные перила, которые в ночи сменили цвет на чёрный, местами отблескивая из-за лака. Только сейчас он заметил, что не взял у порога никакой обуви, а заходить обратно и рисковать разбудить снова кого-нибудь не смазанными петлями двери, не хотелось. Земля холодная, но при желании можно будет пройтись и босиком, а пока парень решил просто постоять на деревянной веранде и подышать свежим воздухом.       Чтобы развлечь себя, он начал вглядывался в темноту, которая наступала за пределами лунного света. На какое-то крохотное мгновение у границы света и тьмы леса ему что-то примерещилось, что-то до боли знакомое и в тоже время это что-то вызвало в нём чисто инстинктивный страх, не поддающийся никакому объяснению. Человек. Там был человек.       Что-то не давало ему сообразить, кто это. Потребовалось некоторое время, чтобы различить какой-то шум, мешающий сосредоточиться. Парень пытался понять откуда этот звук и только спустя несколько секунд понял, что это его собственный стук челюстей.       Если спросить, что может так испугать капитана баскетбольной команды Туана Иена, он сам за день до событий перечислил бы с дюжину причин, которые можно объединить под знаменем насекомых, и в основном они будут в этом списке во множественном числе и крупногабаритные. Собственно, по этой причине парень ещё в детстве решил, что ноги его не будет на Африканском континенте, по крайней мере, на большей его части. Вдобавок список стоило пополнить страхом за близких, но Иен всегда считал, что это у всех и по умолчанию, поэтому не сказал бы.       Но ничто из этого не было верным ответом на поиски причины ниоткуда взявшегося страха этой ночи.       Пока Туан старался совладать с собой, человек начал двигаться по направлению к нему. Но что-то в нём было не так…       «Его походка!» — стрельнуло молнией в голове Иена. — «Люди так не ходят…!»       Кровь в жилах стыла. Человек шёл ломано, в прямом смысле: то сгибаясь странно, то разгибаясь — как оказалось потом, каждый раз этими манипуляциями он вправлял себе вывихи во всём теле.       Туан бросил попытки узнать человека, сейчас ему хотелось орать от ужаса и разбудить всех, спрятаться, но голос от страха пропал, а тело стало ватным, и он просто осел на пол веранды, стараясь не смыкать глаза, поскольку крохотной частичкой ещё соображающего мозга, той, что не вопила: «Беги!!!» — успел заметить, что, теряя его из виду даже на миг, пугался ещё сильней, так как нежданный гость всегда оказывался ближе, чем можно было бы предположить. Наконец, этого человека от него отделяли только перила веранды. Гость, заслоняя лунный свет, прилично возвышался над ними, несмотря на то, что дом стоял на высоком фундаменте. Иен смотрел прямо, упираясь взглядом в живот человеку, боясь поднять взгляд на лицо, которое до сих пор не опознал. Почему-то он был уверен, что знает, кто перед ним, и именно этот человек пугал его до дрожи во всём теле.       Ветер стих и вой стал громче. Человек вправил себе последний вывих, запястье, и Туан услышал характерный хруст.       — Так-то лучше, — раздалось сверху.       Гость присел, встречаясь взглядом с подростком. Рот ребёнка раскрылся, чтобы закричать снова, но, как и прежде, ни звука — хрип застрял в горле, и только в глазах начала скапливаться влага. Перед ним было лицо доктора из кошмара.       — Тш, — гость приставил палец к губам, в соответствующем жесте, — Иен, давай ты не будешь кричать, — это вовсе не вопрос.       Глаза защипало сильней, и первая слеза от поглотившего парня страха скатилась по щеке, а гость расплылся в довольной хищной улыбке.       Туан резко проснулся в холодном поту от какого-то жуткого кошмара благодаря будильнику в кармане худи…