Спираль

      

Мышь попадает в мышеловку из-за сыра, мотылёк обжигается о лампочки из-за тяги к свету. А какое оправдание у умных людей?

             8:30 Нью-Йорк              Звук сообщения раздался на всех телефонах команды за полчаса до начала рабочего дня.       «В офис»       

***

             7:35 Техас              Телефонный звонок раздался в машине после операции.       — Да, — поднял трубку владелец.       — Привет, Мейс, как у вас продвигается текущее дело?       — Только что посадили в машину. А что?       — Есть дело…       

***

             8:58              — Фильтр сработал, — встретил Има, Туана и Пака Югём. — Полчаса назад в Сан-Антонио в полицейский участок пришёл некий Джон Блэк, сознавшийся в убийстве двух человек. Спустя три минуты с появления в системе первого отчёта о нём, на имя его жены поступила кругленькая сумма.       — Три минуты? — Джебом присвистнул.       — Да. У него точно есть люди в системе, — согласился с прозрачной, но невысказанной догадкой Ким, так же подтверждая, что микронадежда на более-менее безопасный план может смело погибать любым удобным для неё способом.       — Супер, чёрт побери, кто он такой? — вопрос настолько задолбавший всех присутствующих, что стал почти риторическим.       — Джинён, Марк, поехали, — как чёрт из табакерки появился Джекс из своего кабинета.       — Куда?       — К одному полезному человеку. Гём, займись подготовкой к удалению наших данных из системы и подменой данных вот этого человека, — Ван передал листочек бумаги. — Джебом, проверь этого Блэка.       — Есть, — в разнобой ответили агенты.              Очередной необходимый звонок чуть ранее.       …       — Ёндже, не говори лишнего.       — Ни-за-что.       — Вот так тоже не стоит.       Чхве усмехнулся:       — Я всего лишь шучу. Не переживай так по пустякам. Не идиот я вроде.              Не раннее утро. Нью-Йорк… Однозначно всюду пробки. Достаточно времени, чтобы ввести агентов в курс дела.              — Кто Марк?! — вырвалось из Джинёна.       — Серийный убийца, который не гнушался даже убийством детей.       Марк состорил кислую мину, он не был против такого прикрытия, но вот одна деталь беспокоила:       — Ты ведь понимаешь, что мне с этим лицом дальше жить, да?       — Хочешь пластику? Нацепим на тебя маску, не волнуйся.       — А во всеуслышание придать операцию огласке не хочешь? — поинтересовался Джинён.       — Ммммм, я представляю уже лицо министра юстиции. Он однозначно будет счастлив. И можно сказать заодно, кто устраивает побеги из непреступной тюрьмы, а может, всем заодно рассказать и как это сделать?       — Чёрт, Ван, ты же понимаешь риск: Техас, убийца. Как для Марка, так и для того Блэка. Не проще ли будет жертве поверить такому же невиновному, по крайней мере, убийце в состоянии аффекта? Чёрт, глупости говорю.       — Ничто не помешает Марку говорить, что он невиновен, — парировал Джекс.       — Джинён, я подхожу на эту роль, да и опыта у меня побольше, нас же из-за него взяли.       — Так, но…       — Так дай мне делать мою работу и не мешай со своими переживаниями, ты тоже вряд ли будешь в безопасности, — прорычал Марк.              Ван припарковался по привычке в квартале от места назначения.       Солнце отказалось в этот день смотреть на Нью-Йорк и ушло за ширму из туч, оставляя мегаполис тонуть в оттенках серого света, придавая зданиям и живой природе ещё более запылённый вид. Воздух, казалось, тоже отказался шевелиться, потихоньку душа всех жителей города.       Утром рядом с баром, к счастью, никого не было, но Джекс всё равно повёл их ко входу в слепой зоне камер наблюдения. Ввёл код.       Пустое помещение встретило их слишком громким хлопком двери, закрывшейся за ними. Тишина. Все трое обвели взглядом прибранный зал, и Ван пошёл уверенно наверх. Потому что ОН точно был здесь.       В это же время Ёндже в своём тихом уютном кабинете валялся приятно на диване, всё ещё сонный, мечтая кого-нибудь убить. Чисто для профилактики. Когда очередная дверь распахнулась перед агентами, Чхве и бровью не повёл, лишь приоткрыл один глаз, как типичный ленивый кот на стрёме, и закрыл обратно, покрепче обнимая диванную подушку в руках.       Марк и Джинён уже не раз встречались с хозяевами подобных заведений, поэтому отреагировали неоднозначно: он точно был их младше, но не понятно на сколько. Шатен в белой рубашке и серых джинсах спал на спине на кожаном диване, положив под голову одну из подушек, явно из комплекта, а вторую сжимал в объятьях.       — Ты же знаешь, что моё чувство юмора и способность хоть к какой-то эмпатии страдают от недосыпа, — пробормотал недовольно парень с закрытыми глазами.       — Знаю, — мягко сказал Ван, проходя мимо парня к бару, по пути нежно путая ладонью волосы шатена, за что получил подушкой в спину, усмехнулся, сменил капсулу в кофемашине и налил ароматного кофе.       Сонный Ёндже всегда напоминал Джексону необычного немного капризного ребёнка, с которым он провёл много времени в пригороде Чикаго.       — Мы же по делу, — меняя капсулы и чашки у кофемашины, начал Джекс, повернулся и продолжил, — позволь представить тебе, Марк Туан и Джинён Пак, им предстоит работа под прикрытием, собственно ты уже догадался.       — Да, — парень сменил положение и сел, — кто из них Винсент? — Ёндже пристально изучал парней, всё ещё стоявших у входа.       — Марк.       — Ну и дебильное имечко у твоего прикрытия, хотя Майкл тоже не подарок… — парень вздохнул. — Что же, приятно познакомиться, Винсент и Майкл, я Чхве Ёндже, информатор и друг, вашего босса. Проходите, располагайтесь, — парень жестом пригласил всех выпить кофе, что организовал Ван.       — Могу вас поздравить, — продолжил Ён, сделав глоток кофе, — вы оба необщительные парни без близких родственников: Майкл просто задрот, не пользующийся популярностью и без мозгов настолько, что попался при первой же попытке распространения крупной партии наркотиков, которую к тому же украл, дебил и неудачник ещё тот, его, то есть тебя, — обратился он к Паку, — поймают завтра, так что надеюсь в подобное альтер-эго тебе не сложно будет перевоплотиться, а Винсент Ковальски настоящий и при этом до недавнего времени кристально чистый, с точки зрения правоохранительных органов, социопат, покупающий всё за наличность, поэтому в официальной системе не оставляет денежного следа, со стороны Большого Брата он простой безработный, время от времени сидящей за кассой каких-нибудь мелких супермаркетов. Не примечательный внешне, единственный нюанс — блондин, хоть и немного азиатской внешности, так что придётся посетить салон. Джекс, ты тоже воспользуешься своим альтер-эго?       — Ага.       — Вот вместе и пойдёте. В общем, информации среди преступного контингента не много. Так что можете придумывать что заблагорассудиться, но, — Чхве отошёл к столу и достал из встроенного в него сейфа несколько страниц, — Марк, тебе придётся ознакомиться с этой информацией.       — Что это?       — Так уж сложилось, что спрос всегда порождает предложение, надеюсь, ты знаком с тёмной сетью интернета, потому что Ковальски знаком, более того, он брал там заказчиков и участвовал в некоторых аукционах, нелегальных аукционах, специфика которых люди. Насколько я понимаю, это ФБР ещё не раскопало. Там всё настолько анонимно, что будет очень сложно что-либо оттуда инкриминировать, однако, учитывая в какое крыло ты попадёшь под таким прикрытием, возможно, там будут клиенты этой сферы, помимо тебя. Тут их ники, имена какой-то части твоих жертв и часть переписки.       

***

             Марк и Джексон пробившись сквозь толпу репортёров, сели наконец в машину, выйдя из офиса ФБР в Сан-Антонио, где они пересеклись с командой Мейса.       — Столько усилий, чтобы я просто сел с нужной биркой. Господи, — стягивая с себя маску и снимая очки, пробормотал Иен.       — Мы не знаем, где у него есть глаза и уши.       — Знаю я это. Самое публичное прикрытие в истории ФБР.       — Не в первый и не в последний раз мы играем со СМИ. Но у тебя самый крутой адвокат, который нереально завалит твоё дело, радуйся.       — Даже список адвокатской лиги взломали.       — Нет, не взламывали, у меня первое образование юридическое, практика тоже имеется. Так что я просто фриланс юрист. Теперь надолго, так как данные обо всём остальном стёрты.              

Чувство долга.

→←↔