Факультативы

      — Северус, признайся, тебе было трудно их всех уговорить. Поди пальцем у виска крутили.       — Совсем нет. Все были очень рады за нас и с радостью согласились.       — Ну-ну, — Гермиона недоверчиво улеглась обратно на его грудь, выводя пальчиком узоры на его животе.       А Северус закрыл глаза. Он готов был молиться кому угодно, хоть самому Мерлину, хоть Темному Лорду, чтобы больше никогда в жизни не проходить через эту пытку.                     Он входит в просторный зал и дышит полной грудью. Он не был здесь полгода, а кажется, это случилось только вчера.       — Северус, рад видеть тебя в добром здравии, — сзади раздается спокойный голос, и Снейп оборачивается.       — Отец Лоренс, — он протягивает руку, но тут же оказывается в крепких мужских объятиях.       — Надеюсь, сегодня ты не собираешься помирать у меня? Мест на кладбище и так мало.       — Нет, я прекрасно себя чувствую, — усмехается зельевар и присаживается на лавочку следом за священником.       — Что тебя гложет, сын мой?       — Я… я пришел с просьбой.       — И с целым вагоном очередных сомнений, — старик тепло улыбается, всматриваясь в резкие черты лица.       — Я встретил девушку…       — Ага, в курсе, — он хлопает себя по коленке и смеется. — Читал ту статью в «Пророке». У тебя прекрасный вкус, Северус.       Снейп вздыхает и сгибается, опираясь локтями на колени. Низко опускает голову. Тихо шепчет.       — Неужели я достоин? После всего?       — Да, — священник с силой, неожиданной для такого миниатюрного мужчины, сдавливает его плечо.       — Как вы можете до сих пор верить в меня? Зная все? — глухо, отчаянно спрашивает зельевар.       — Именно потому, что я знаю тебя так хорошо. Даже когда ты вначале своей дороги ступил на темный путь, я не сомневался, что на все есть воля божья. Ты сам наказал себя сильнее, чем мог кто-либо. Твоя совесть была главным твоим мучителем, сын мой. И ни одна пытка, ни одна боль не могла сравнится с той, которой ты подвергал себя сам каждый день.       — Я творил ужасные вещи… — Северус прячет лицо в ладонях. — Как она может любить меня…       — Ты давно искупил их. И она умная ведьма, раз понимает это. Раз смогла разглядеть тебя настоящего.       — Я словно обугленный, — зельевар запускает пальцы в волосы. — Я разорвал свою душу на куски.       Старик настойчиво тянет его за руку, и Снейп вынужден взглянуть в его мудрые серые глаза.       — Но она собрала ее, не так ли? Она залечила твои раны. Поэтому ты здесь. Не сомневайся в себе.       — Вы говорите мне это каждый раз, — усмехается мужчина.       — И буду говорить, — согласно кивает священник.       — Отец Лоренс… — Северус выпрямляется. — Почему мне кажется, что я теряю себя? Становлюсь другим человеком? Я смотрю на себя и не узнаю.       — Ты не меняешься, сын мой. Наоборот, ты день за днем скидываешь остатки своей маски. Ты доверяешь ей и позволяешь увидеть себя настоящего.       — Но я не такой! — возмущается мужчина.       — Ты просто забыл и спрятал это глубоко внутри, — старик поддается порыву и взлохмачивает его волосы. Совсем как в детстве. — Но я-то помню того доброго мальчика, который так трепетно относился к своей матери.       Они замолкают, вспоминая женщину, изменившую их жизни.       — Тебе больше нет необходимости играть роль Пожирателя. Ты прекрасно с ней справился, но больше она не нужна. Хотя, я не думаю, что на занятиях ты стал вести себя терпимее.       — Не стал, — качает головой зельевар.       — Видишь? Только с ней ты становишься самим собой. Не упусти ее.       — Я говорил вам когда-нибудь спасибо за ваши советы и веру в меня? — Северус поворачивается к старику.       — Каждый раз, — усмехается тот, тепло улыбаясь.       — Я собираюсь сделать ей предложение после Рождества, — выпаливает Снейп.       — Почему мне кажется, что ты что-то затеял? — священник проницательно прищуривается, а зельевар переводит взгляд на алтарь.       — Отец Лоренс, а у вас есть службы двадцать шестого декабря?                     — Это должно было случиться когда-нибудь, мой мальчик, — успокаивающе шепчет Альбус.       Северус залпом опрокидывает стакан и поворачивается к МакГонагалл. Выпаливает на одном дыхании:       — Я собираюсь жениться на Гермионе.       — А она об этом знает? — прищуривается директор.       — Пока нет.       Женщина пьет из стакана, словно там яблочный сок. Решительно ставит его на стол, складывает руки на груди и спрашивает.       — И как ты собираешься женить ее на себе? Насильно?       — Нет конечно, — Снейп садится обратно в кресло. — Я сделаю ей предложение, и мы сразу сыграем свадьбу.       — Сразу?       — Да, сразу.       — Думаешь, она согласится? — Минерва скептично его разглядывает. — А если нет? Молодые девушки с самого детства мечтают о свадьбе. Ее может не устроить простое венчание в церкви. Без родителей и друзей.       — Я собираюсь всех позвать.       — Всех? Не зная, согласится ли Гермиона? Ты сошел с ума, — женщина взмахивает руками и недовольно поджимает губы.       — Она согласится, — уверенно заявляет Альбус. — Ты не видела того, что видел я.       — Мерлин упаси, — она краснеет, а зельевар осуждающе смотрит на портрет.       — Надо будет убрать тебя в стол, — бурчит Северус.       — Ты будешь скучать по мне, — смеется бывший директор и исчезает.       — Что ты от меня хочешь? — Минерва устало облокачивается на стол.       — Поддержку. Твое присутствие важно для меня.       — Хорошо. Раз ты так решил…       — И сохранение этой тайны. До того времени, пока Гермиона не закончит школу, — Снейп пристально разглядывает женщину и видит сомнение в ее глазах.       — Поговори еще с Кингсли, — советует МакГонагалл, вымученно улыбаясь. — Он сможет прикрыть вас, в случае чего.       — Все будет хорошо, Мини. Не волнуйся, — голос голубоглазого старика успокаивает их обоих. И на этот раз улыбка женщины более искренняя.                     — Ты меня поражаешь, честное слово. Северус, я не узнаю тебя!       — Ты уже говорил это, Кингсли.       — Признаться, я не очень верил слухам, расползающимся после Финальной Битвы. Ведь сам я не видел ваш известный поцелуй, — Министр Магии наливает себе очередной бокал и задумчиво чешет лысую голову. — Но однозначно я поддержу вас. Мы многим обязаны вам обоим.       — Кингсли, сколько раз повторять… — Снейп недовольно прищуривается.       — Да, да, да. Но Северус, ты уверен, что Гермиона даст свое согласие?       — Вот и увидишь двадцать шестого.       — Кстати, — Шеклболт поднимает палец. — Я знаю, как скрыть ваши кольца ото всех. Видел недавно интересное заклинание в одной книге.       — Отлично, — усмехается зельевар. — Обязательно разучи его.       — Северус, ты подумал о моем предложении? — переводит тему Министр, и Снейп понимает, что ему пора бежать. — Ведь с молодой женой не получится преподавать в Хогвартсе, а тем более быть деканом факультета. А нам нужен такой Мастер Зелий, как ты.       — Я многим обязан Минерве. Она огорчится моему уходу. Думаю, ты понимаешь, — аккуратно отвечает мужчина.       — Просто имей в виду, — не отчаивается Шеклболт.       — Обязательно, Кингсли.       — Кстати, что ты думаешь по поводу последней модификации…                     Северус стоит в магловском квартале Лондона и собирается с мыслями. На первом этаже типичного английского дома горит свет. Он смотрит на скомканный кусок пергамента в руке и сверяет адрес. Все верно.       Сильные порывы декабрьского ветра продувают его насквозь, заползая под одежду. Но сильнее его морозит от мысли, что надо зайти в этот дом. И всё-таки он подходит и стучит. Слышит шаги. Дверь открывает светловолосый мужчина с карими глазами. Удивленно смотрит на позднего гостя.       — Мистер Грейнджер? Я Северус Снейп, преподаватель из Хогвартса. Возможно, вы слышали обо мне.       — Д… да.       — Позволите войти?       — Конечно! — мужчина пропускает зельевара в дом, указывает на вешалку для одежды и проводит в гостиную. — Джин, это мистер Снейп, учитель нашей Гермионы.       — Очень приятно, миссис Грейнджер, — Северус кланяется женщине на диване, та приветливо улыбается, но взгляд зеленых глаз остается настороженным.       — Вы же тот шпион, которого долгое время считали предателем? — она вспоминает, что рассказывала им дочь. Как восхищалась этим мрачным профессором.       — Именно, — Снейп кивает и присаживается в кресло, вежливо предложенное хозяином.       — Что-то случилось? — взволнованно спрашивает миссис Грейнджер. — Что-то с Гермионой?       — Нет, я здесь по… личному делу, — запинается зельевар, не зная, как начать. Он тысячу раз прокручивал в голове этот диалог… Но когда настало время, всю его решительность и красноречие как рукой сняло.       Грейнджеры удивленно переглядываются, но не торопят гостя.       — Не знаю, говорила ли вам Гермиона… но… но мы вместе, — выдыхает Северус. Мерлин, почему лгать Темному Лорду было легче, чем просить руки их дочери. — Судя по вашим удивленным взглядам — не говорила.       — Вместе? В каком плане вместе? — мистер Грейнджер приподнимается со своего места.       — Мы встречаемся.       — Встречаетесь? Но вы же преподаватель!       — Дорогой!       — Что? Вы же тот самый шпион. Убийца!       — Дорогой! — решительнее окликает женщина, замечая опасный огонек в глазах гостя.       — Да вы ей в отцы годитесь!       — Прекрати! — миссис Грейнджер встает с дивана, грозно смотря на мужа. — Думаю, мистер Снейп и так все прекрасно понимает.       Хозяин дома ошарашенно смотрит на жену, открыв рот. А она уже поворачивается к зельевару, гордо вскинувшему подбородок.       — Итак. Раз Гермиона вас выбрала, значит вы достойный человек. Но это не объясняет, почему вы здесь.       — Я хочу сделать предложение вашей дочери.       — Боже! — мистер Грейнджер прячет лицо в ладонях.       — И пришли просить у нас ее руки? — удивляется женщина. — Бросьте, мистер Снейп. У нас нет таких пережитков прошлого в семье. Гермиона достаточно взрослая, чтобы сама решать такие вещи. Не думаю, что наше мнение сыграет хоть какую-то роль.       Она тепло улыбается и садится обратно на диван. Северус задумчиво облокачивается на подлокотник и замечает:       — И всё-таки мне важно получить ваше… согласие.       — Черта с два!       — Хорошо.       Супруги буравят друг друга. Миссис Грейнджер угрожающе прищуривает глаза, и муж, тяжело вздохнув, смиряется.       — Хорошо.       — Тогда, думаю, вы посетите нашу свадьбу.       — Ну, до этого еще далеко, — примирительно заявляет женщина, видя, как снова вскидывается мистер Грейнджер.       — Двадцать шестого декабря, — осторожно сообщает дату Северус, и в гостиной опять наступает тишина. — Я организую все втайне от Гермионы. Зову наших друзей. И, конечно, ей было бы приятно ваше присутствие.       — Моя девочка, моя маленькая девочка, — приглушенно стонет мужчина, пряча лицо в ладонях.       — Обязательно, мистер Снейп. Как мы можем пропустить свадьбу нашей дочери, — миссис Грейнджер вскакивает с дивана и подходит к зельевару. Тот поднимается и тут же оказывается в крепких объятиях миниатюрной женщины. — Северус. Я могу вас так называть?       — Само собой, — он отстраняется, а чуткий нос улавливает запах корицы. Вот откуда у Гермионы любовь к этой специи.       — Думаю, на Рождество нам ее не ждать?       — Если вы позволите…       — Конечно, — отмахивается хозяйка и поворачивается к обескураженному мужу. — Дорогой, поставь чайник.       — Не стоит, — Снейп начинает пятиться к выходу. — Мне еще надо патрулировать школу. Я и так задержался.       — Дорогой, проводи тогда Северуса.       Да уж, властные черты характера у его будущей жены явно от мамы. Мистер Грейнджер обреченно ведет гостя к двери, ждет, пока тот наденет пальто. Зельевар считает необходимым что-то сказать. Объясниться.       — Хочу, чтобы вы знали. Я никогда ее не обижу и не дам в обиду. За мной Гермиона будет как за каменной стеной. Я сделаю все, чтобы заслужить ее. И чтобы сделать счастливой.       — Но ни слова о любви, — мужчина пристально вглядывается в черные омуты.       — Я… я не могу этого сказать, — Северус отводит глаза и хмурится. Он правда не может. — Но то, что я чувствую… Это… это очень похоже на то чувство, что вы назвали.       — Мистер Снейп. Обидите мою девочку, и никакая волшебная палочка не поможет вам.       Они вглядываются друг в друга. И каждый находит там то, что искал. Мистер Грейнджер протягивает руку и улыбается ощутимо теплее, чем мог бы. Зельевар с благодарностью ее сжимает и уходит в ночь. Ему еще предстоит вечером позвать Гермиону к себе на каникулы.                     — Профессор, вы просили зайти, — на пороге класса зельеварения стоят Гарри и Джинни.       — Проходите, — Снейп откладывает перо и внимательно смотрит на вошедших. Ребята становятся перед столом, удивленно переглядываясь.       — Начну без долгих вступлений. Я собираюсь сделать предложение Гермионе и сразу, получив ее согласие, сыграть свадьбу. Уверен, ей будет приятно, если вы придете.       Уизли зажимает рот рукой и садится на парту. Поттер складывает руки на груди, недоверчиво глядя на мужчину.       — Это шутка такая?       — Нет, Поттер. Двадцать шестое декабря. Я пришлю сову с адресом. Вам надо только решить, хотите ли вы присутствовать. Пока же попрошу не раскрывать ей эту тайну. Можете идти.       — Вы думаете, она согласится?       — А вы думаете, нет? — Северус облокачивается на стол, подаваясь вперед и скрещивая пальцы.       — Нет, почему, — Гарри пожимает плечами и спокойно заявляет: — Она любит вас. Но я не уверен, что вы ее любите.       Мужчина поджимает губы и прищуривается.       — Мистер Поттер, не считаю нужным доказывать вам что-либо.       — Гарри, конечно, он ее любит, — Джинни кладет руку парню на плечо, не обращая внимания на угрозу в черных глазах. — Это же так романтично. Это ли не доказательство. Профессор Снейп, думаю, Гермионе будет приятно увидеть родителей.       — Уже пригласил, — нехотя отвечает зельевар, отводя взгляд в сторону.       Брови Поттера скрываются в волосах, Уизли восторженно вскрикивает.       — Правильно ли мы поняли, что вы хотите сделать предложение двадцать шестого и сразу потащить ее в церковь? И зовете ее родителей и нас… — Северус молчит, а парень фамильярно добавляет: — Вопросов больше не имеем. Конечно, мы придем. Но учтите, вам придется часто общаться с семьей Поттеров.       Мужчина обреченно кривится и возвращается к работе. Ребята направляются к двери, но девушка оборачивается и уверенно говорит:       — Не волнуйтесь, профессор Снейп. Гермиона согласится.                     Он сидит за столом у себя в гостиной и вертит в руках коробочку. Ту самую. С кольцом.       — Поверни ко мне, не видно же, — раздается голос с каминной полки. Северус молча показывает кольцо и отворачивает обратно. — Хороший выбор. Ты всех позвал?       — Да, — мужчина не в силах оторваться от созерцания миниатюрного украшения. — Нет. Еще Малфои.       — Ты сразу ему и обручальные отдашь? — старик хмурится. Зельевар лишь кивает. — Хоть убей, не понимаю, зачем тебе десять колец.       — А вдруг она не захочет жениться сразу…       — Не смеши меня, мальчик мой, — Снейп кривится от этого обращения. — После всех ваших… эмммм… выкрутасов тут…       — Альбус! Я уберу тебя в шкаф. На самую дальнюю полку, — в голосе мужчины проскальзывают угрожающие нотки, и он смотрит на портрет. — Ты еще додумайся при Гермионе заговорить.       — Ну да, она-то думает, что это фотография…       — Вот пусть и думает так дальше, — отрезает Северус и убирает коробочку во внутренний карман мантии, берясь за проверку эссе.       — Ты забрал обручальные кольца у гоблинов?       — Нет, завтра.       — А к Малфоям когда?       — Перед Сочельником.       — А…       — Альбус, ты мешаешь, — говорит зельевар обыденным тоном, но старик, насупившись, складывает руки на груди и замолкает.                     — Нет! Я быстрее сдам тебя в Мунго! Ты совсем свихнулся! Она же гря… маглорожденная!       Северус медленно поднимается с кресла, поправляет мантию. На лице застывает каменная маска.       — Ты вовремя исправился, Люциус.       — Ты мне угрожаешь? — мужчина откидывает назад свои великолепные волосы и ставит ногу на каминную решетку. Пытается испепелить гостя пренебрежительным взглядом, но тот разбивается о насмешливый изгиб тонких губ.       — Мне не надо угрожать тебе. Думаю, простого предупреждения достаточно.       — Северус…       — Всего доброго, Люциус. Я услышал достаточно. Прощай.       Снейп быстро выходит из кабинета друга. Гулкие шаги отдаются в пустынной гостиной. Он на мгновение замирает, вспоминая ужасы, которые творились тут год назад, и торопится дальше. Быстрее покинуть этот дом. Но уже у входных дверей его останавливает мягкий голос.       — Северус, подожди.       — Мне пора, Цисси. Меня ждут, — но мужчина все-таки оборачивается.       — Я слышала ваш разговор. Люц слишком вспыльчив. Прости его.       — Дело не во вспыльчивости, — его прерывает осторожное касание женской ладони к своему плечу.       На пороге гостиной зельевар замечает Драко. Тот внимательно разглядывает крестного, а в глазах читается небывалая решимость.       — Мы поддержим тебя, Северус. Если эта девочка сделает тебя счастливым… То неважно, кто она по рождению.       — Спасибо, Цисси.       — Я буду шафером, — слышится спокойный голос. — Я тоже не согласен с отцом. Вы с Грейнджер прекрасная пара.       — Драко? — Снейп удивленно смотрит на крестника, не зная, что сказать. Парень подходит к нему и становится рядом с матерью.       — Я многим тебе обязан. Ты спас мою душу. Но делаю я это не из чувства долга, не кривись. Я правда считаю, что тебе пора остепениться. Про «обрести свое счастье» говорить не буду. Слишком банально. Давай кольца.       Зельевар легко улыбается и тянется к карману.       — Не надо, — Люциус, появившийся в дверях гостиной, быстро подходит к нему. — Прости. Я был не прав. Если ты простишь меня и окажешь мне честь быть твоим шафером… Я буду счастлив.       Почти минуту они стоят, не шевелясь, а потом резко сжимают друг друга в крепких объятиях.       — Спасибо, Люц, — хрипло шепчет Снейп.       — Мы через столько прошли вместе… Конечно, я буду с тобой в этот день.                     Гермиона тихонько вздохнула, устроившись на его груди и перекинув через него ногу. И нарушив ход его воспоминаний. Он поцеловал ее в макушку и спросил:       — О чем ты думаешь?       — Смотри, не ляпни на занятиях «миссис Снейп».       — Хотелось бы посмотреть на физиономии учеников, — усмехнулся Северус.       — И не в Большом Зале, — продолжила нравоучения девушка. — А то половина студентов подавится и умрет.       — Особенно ваш Рон.       Ему прилетел ощутимый удар в живот.       — Эй! Жена! — возмутился зельевар. А Гермиона сложила руки на его груди и уперлась в них подбородком.       — А через порог Хогвартса ты меня тоже на руках заносить будешь?       — Я и так чуть не надорвался, пока нес тебя на второй этаж… Поэтому максимум — от камина до спальни.       — Ты сам решил меня так тащить! Сгорал от нетерпения, признайся, — она лукаво посмотрела на него.       — Чего я там не видел, — Снейп закатил глаза.       Гермиона возмущенно села и ткнула пальчиком в его грудь.       — Слушай меня внимательно, Северус Снейп. Я наслышана о том, какие оргии устраивали Пожиратели. Так вот. Не видать тебе разнообразия, ясно? Ты — мой. И делиться я не собираюсь, — это звучало настолько угрожающе, что зельевару захотелось поднять руки. Или выкинуть белый флаг. — Уловил суть?       — А то, миссис Снейп, — мужчина схватил ее за талию и опрокинул на кровать. Медленно, тягуче поцеловал, пока пальчики жены жадно скользили по его спине, а стройные ноги уже крепко обвили его талию, подталкивая мигом возбудившийся член ко входу. — Тройничка мне не видать.