Заложники судеб: Стремление к свету

      Джулия сидела перед трюмо, оценивая проделанную над макияжем работу: небольшие стрелки на верхних веках, густо накрашенные ресницы, чьей длиной она гордилась с момента первого приобретения туши; и красная, почти бордовая помада на губах.       Когда же она в последний раз позволяла себе так выглядеть?.. Кажется, на годовщине отношений с Ганнибалом. Ох, как же был прекрасен тот вечер! Ганнибал всегда умел заставить женщину чувствовать себя принцессой, сошедшей со страниц детских сказок.       Мастерсон невесело хмыкнула и прикрыла глаза ладонью, вторую запустив в светлые волосы. Эти события были так давно, что казались вымыслом, ярким сном. Шутка больного разума.       Что ж, сегодня она ещё раз позволит себе примерить образ принцессы.       — Принцесса без принца и короны, — хмыкнула и вновь уставилась на себя в зеркало.       Ох, капилляры в очередной раз покраснели — Джулия не спала около трех суток, после разговора с Уиллом, который преподнес ей потрясающую новость: возможность отомстить.       Но, так же, как сердце грела мысль о возможном скором отмщении, так и сомнения сжирали её разум, подкидывая, словно поленья в огонь, картины худших исходов. Если всё пойдет не по плану, и они с Уиллом будут пойманы — Ганнибал их не пощадит.        — Джу! Джул! — кричал Уилл, вытирая ноги о коврик, мчась на поиски девушки. — У меня потрясающие новости!       Та же вздрогнула и чуть не вколола иглу в хвост Понго, на что последний пискнул и повернул голову, обернутую в конусную конструкцию, в сторону хозяйки, смотря с неким осуждением.       — Уилл, я ключи тебе давала не для крипи-появлений, — осуждающе взглянула на мужчину и таки вколола обезболивающее, свободной рукой успокаивающе поглаживая песика по тёплому боку.       — О, прости, — несмотря на виноватый тон, его глаза искрились предвкушением. Грэм облокотился плечом о косяк двери и постарался успокоиться.       — Джу, — ухмыльнулся, — сегодня кое-что случилось…       Мастерсон тяжело вздохнула, после последних событий ей было неловко находиться рядом с ним. Да и Уильям, словно чувствуя её состояние, старался реже беспокоить.       — Рассказывай, — почесывала Понго между ушек.       — У тебя появился шанс отомстить, — ухмылка стала шире.       Джул замерла и с недоверием взглянула в лицо Уильяма, что буквально светилось от предвкушения.       — Что?.. — в горле мгновенно пересохло и на секунду возникло желание дать заднюю.       — Шанс отомстить Лектеру, — медленно произнес Уилл, с торжеством смотря на Джулию. — Твой шанс, Джул… Вот он!       — Да, но… — рука сама потянулась к округлившемуся животику.       Конечно, она хотела мести, но сейчас, когда она уже ощущала жизнь внутри себя, было лишь желание уберечь, сохранить её, эту жизнь, не подвергая неоправданному риску.       — Джу… — Уилл подошел к ней и опустился на колени, накрывая её ладонь своей. — Его больше не будет, понимаешь? Шанс один из тысячи!       — Раз такой умный, то просчитай возможность того, что после отмщения он так просто отпустит нас, — прошипела, глядя на мужчину исподлобья.       — А он не узнает нас. Во всяком случае, тебя, — хмыкнул. — Будет бал-маскарад.       — Если так, то… — заметно расслабилась, и осторожно поднялась с пола, держась одной рукой за кофейный столик. — Пройдем на кухню, там всё обсудим.       — Джу, скажи, — произнес Уилл, присаживаясь за стол. — Ты хочешь полного разоблачения Лектера?       — Честно? — включила чайник. — Не знаю, — поднявшись на носочки, достала две кружки из серванта. — Что бы ни было, а прошлое отпустить слишком тяжело.       Уилл кивнул сам себе, наблюдая за Джулией, что готовила для них чай и уже что-то вкусное подогревала на плите.       — Этот прием совсем скоро и продумывать наши действия нужно прямо сейчас.       — Хорошо, — вздохнула, — что ты предлагаешь?       Уилл призадумался, опустив глаза на свои руки, что лежали на столе, а ведь действительно: что?       — Может, подставить его? — спросил он и поджал губы.       — В чем? — удивленно вздернула брови.       — Нет, не получится, — вздохнул Грэм, откидываясь на спинку стула. — Там будет куча народу…       — Ты если что-то предлагаешь, то хоть объясняй, — буркнула, поворачиваясь к столешнице и принимаясь заваривать крепкий чай из ромашки для Уилла и себе зеленый с лимоном. — Для крепкого сна, — девушка буквально чувствовала недоуменный взгляд мужчины.       Тот кивнул и вновь призадумался, неотрывно следя за каждым ее действием.       — Может, у тебя есть какие идеи? — выдохнул он       — Ты слишком неожиданно пришёл, ещё не могу включиться в ситуацию, — поставила кружку перед ним.       — Это будет не простой вечер, — проговорил он, отхлебнув чая. — Там наверняка будут убийцы. Ты ведь знаешь про новую череду убийств? У ФБР есть план на его поимку, скорее даже очевидная ловушка. Никто из гостей не знает о том, что на вечере будет преступник, кроме агентов, меня и… Лектера. Случай представился как нельзя лучший.       — Хах, мне это кое-что напоминает, — иронично фыркнула, помешивая жаркое деревянной ложкой. — Помнишь я тебе рассказывала о книге «Десять негритят»? Конечно, не совсем то, но почему-то напомнило.       — Десять негритят, говоришь, — задумчиво пробормотал он, устало наблюдая за плавающими в чае листиками.       Из воспоминаний Мастерсон вывел затяжной звонок в дверь. Странно, что Уильям решил прийти так рано, скорее всего решил осведомиться в готовности и желании следовать плану.       — Уилл, у тебя ведь есть ключи, — прикрикнула, проходя в прихожую, поправляя платье.       — Ну, я подумал, что могу застать тебя в неглиже, если открою дверь сам, — проговорил Уилл, когда Джу его впустила. Вытерев ноги о коврик, он поднял голову и с приятным удивлением взглянул на девушку. — Ты потрясающе выглядишь, — улыбнулся он.       Джул чуть улыбнулась уголками губ и опустила глаза в пол, замечая непривычно чистые ботинки на Уильяме. Новые? Или же сам в кои то веки решил проследить за чистотой вещей?       — Спасибо, — пропустила мужчину вперед, а сама прикрыла за ним дверь. — Взяла платье в аренду, надеюсь, не оставлю на нём пятен. Оно определённо мне не по карману, — печально вздохнула и прошлась пальцами по ткани, наслаждаясь её мягкостью.       — Оно тебе очень идет, — произнес Грэм, чуть улыбнувшись, — Ты ещё собираешься?       — Осталось только парик надеть, — обогнула мужчину, чуть соприкоснувшись с ним плечами. — Может чаю? — её голос заметно дрожал, а глаза всё так же были опущены.       Каждый раз, когда их взгляды встречались, по коже девушки пробегали мурашки, а сердце пропускало такт. Неужели после ворованного поцелуя в ней наконец пробудились тщательно укрытые даже от неё чувства?       — Не откажусь, — легко улыбнулся он, однако внимательно следя за Джу.       Они прошли в кухню девушки; Уилл сел за стол, наблюдая за приготовлениями Мастерсон. Он задумчиво глядел на её спину, откинувшись на спинку стула и сцепив на столе пальцы.       — Джу, скажи… — медленно начал Грэм, стараясь тщательно подобрать слова. — Что случилось? Почему вдруг твоё отношение ко мне изменилось?       Мастерсон замерла и повернулась к мужчине, удивленно глядя на него. Вопреки ожиданиям, его внимательность распространялась не только на намерения убийц, но и на обычные жизненные ситуации. Хотя, возможно, он не обратил бы внимание на это все раньше, до их встречи.       — Изменилось? — криво улыбнулась, начиная заметно нервничать.       — Да, изменилось, — повторил Уилл, спокойно смотря в глаза девушки. — Ты стала избегать меня, Джу. И я чувствую, что что-то не так, когда я с тобой рядом. Что изменилось?       — Ты же понимаешь, что если отвечу честно, то оно изменится ещё сильнее? — чуть приподняла брови. — Да и не только с моей стороны, — поставила кружку с чаем перед Уиллом и прежде, чем тот успел поймать её за руку, вернулась к столешнице.       — Это связано с Ганнибалом? — спросил Уилл, даже не поведя бровью и всё так же не отводя свой взгляд. — Ты… до сих пор его любишь?       По лицу Уилла пробежала странная тень, на долю секунды на нём можно было увидеть печаль и странную обречённость. Он запутался. Просто запутался. Не мог объяснить свои чувства Джу, которые она вызывала в нём. Джулия стала глотком свежего воздуха, она принесла с собой тепло и уют. Словно сама девушка была ими. Когда Уилл о ней думал, Джул всегда вызывала теплую улыбку. С ней было интересно, с ней было весело; её хотелось обнимать и оберегать. Между ними не было страсти, но были те домашний уют и забота друг о друге, что бывает у супругов, которые сделали всё, чтобы счастливо жить в браке. Может, это и есть любовь?.. Такая странная, тихая? Или же это привязанность, нежели что-то большее?       Мужчина вздохнул и отвел взгляд на кружку с чаем, криво дернув уголком губ, словно пародия на усмешку.       — Уилл… — закусила губу, отведя взгляд в сторону коридора. — Ты ведь знаешь, что это непростая для меня тема, — прикрыла глаза и отвернулась, сжимая пальцы в кулаки до такой степени, что ногти вонзились в кожу.       Как ему сказать, что дело вовсе не в Лектере? Как объяснить, что она не может разобраться в чувствах, не может позволить дать себе право на счастье, боясь, что вновь может его потерять? Как объяснить свой страх того, что Ганнибал может узнать о них и причинить им вред? Как ему объяснить то, что ей приходится повторять самой себе каждый день?..       В конце концов, какой бы ни была эгоистичной натура Джу, она слишком дорожила Уиллом, чтобы играть с ним в жестокую игру «люблю-не люблю». Давать шанс на общее будущее и забирать его в миг сомнений.       — Всё как прежде, — нацепила на лицо своё привычное любезное выражение и, выходя в коридор, остановилась возле Уилла. — Не волнуйся, — коротко, но невероятно трепетно коснулась губами его кудрявой макушки.       Уилл коротко вздохнул, цепляясь пальцами о горячую кружку, утыкаясь в неё своим взором. Он уже пожалел, что вообще затеял этот разговор, что спросил, но… он не мог не спросить.       — Джу, я… — начал было Грэм, однако замолчал.       — Пожалуйста, проверь миски у Понго, — попросила девушка, уже будучи в спальне.       Смочив горло глотком чая, мужчина поднялся из-за стола и прошел в гостиную, где на уютной небольшой лежанке дремал пес. Услыхав легкое шуршание одежды, Понго тут же поднял свою мордочку, с сонливым интересом смотря на гостя.       — Привет, дружище, — улыбнулся Грэм, почесав его бочок, а после и мордочку. — Что, Джул хорошо о тебе заботится?       Понго, словно бы понимая Уилла, тявкнул и замахал хвостиком       Проверив миски и досыпав корма, Уилл прошел к комнате Джу и, облокотившись об косяк двери, стал наблюдать за последними штрихами в приготовлении образа.       Её пальцы заметно дрожали и парик, волосы которого она укладывала около трёх часов, никак не желал выглядеть на ней естественно, все время казалось, что он ″сидел″ ассиметрично, да и её волосы частенько норовили выбраться из-под ″шапочки″.        «Мастерсон, успокойся! Это всего лишь парик, ты этим занимаешься чуть ли не каждый день!», — пыталась себя утешить, но, что забавно, в голове звучал голос отца, что всегда так же неумело её успокаивал.       — Я параноик, да? — тихо спросила девушка, заметив Уильяма в уголке зеркала.       — Совсем чуть-чуть, — усмехнулся Грэм.       Он подошел к Джул, что прятала торчащие светлые волосики; его пальцы случайно прикоснулись к её, и Уилл замер. Но уже спустя секунду ободряюще и нежно сжал её дрожащие пальчики, оставив на них легкий поцелуй. Мужчина взглянул на Джу через зеркало и тепло ей улыбнулся, продолжая держать небольшую ручку в своей.       Девушка сглотнула и повернулась к нему лицом, вглядываясь в глубь его глаз. Их лица были столь близко, что в голову невольно закралась мысль о поцелуе. Возможно, именно он мог многое разъяснить между ними, расставить все точки над «i»?       — Ты привёз маску? — тихо спросила она, не сводя своих глаз с его, таких глубоких и чистых, безмерно добрых.       — Привёз, — так же тихо ответил он.       Его пальцы вдруг прикоснулись к щеке Джу, скользя по нежной коже, поглаживая. Ровно как и она, Уилл тонул в её глазах — зеленых омутах, поблескивающих в свете ламп, и он не смел отвести от них взора.       Так близко… Казалось даже, что мужчина ощущал дыхание Мастерсон на своем подбородке. Теплое, чуть рваное… и он решился. Уилл чуть склонился к лицу Джул и прикоснулся к её губам в легком, невероятно нежном поцелуе.       — У…илл… — выдохнула и хотела было оттолкнуть его, но вместо этого опустила ладонь на его щеку, чуть поглаживая, не позволяя отстраниться. — Волшебно… волшебно целуешься, — скрыла лицо у него на плече, едва видно улыбаясь.       Мужчина чуть улыбнулся и прикрыл глаза, прижимая к себе девушку. Он прижался щекой к черным, жестким волосам, чуть вдыхая их запах, перемешанный с шампунем и любимым парфюмом Джу. Легкий, едва уловимый аромат. До боли знакомый, но также любимый.        «Ох, Джу… — несколько печально думал Грэм, — кажется, мы перешли непозволительную черту».

***

      Всё время в дороге Джул провела в мрачных думах, связанных с предстоящим вечером и, возможно, худшим его окончанием. Мысли подогревались относительной тишиной, нарушаемой лишь где-то на фоне звучащим диктором, рассказывающим прогноз погоды, иногда вставляя остроумные, как ему казалось, фразы.       За окном мелькали деревья и разделительная полоса, одного взгляда на которую хватало, для отвратительного ощущения тошноты. Бедному Уиллу не раз приходилось останавливаться на автозаправках, чтобы его всё-ещё-беременная попутчица прочистила желудок. Из-за этого ей даже пришлось купить пару пачек мятной жвачки, что частично убирала запах желчи.       Уилл также был молчалив, лишь иногда спрашивая о самочувствии, обеспокоенно поглядывая. Девушка каждый раз пугалась и вздрагивала, когда её небольшую ладошку накрывала его и бережно сжимала, словно бы желая передать ей крупицу своих сил.       — Мы уже рядом, — вдруг произнес Грэм, чем здорово напугал Джулию.       — Не знаю даже: радоваться мне или нет, — вздохнула, прижав ладошку к груди, где бешено билось сердце.       — Всё еще тошнит? Может заедем на заправку? — обеспокоенно спросил, постепенно снижая скорость.       — Нет, уже отпускает, — слабо улыбнулась, — только мне стоит подправить макияж перед выходом, иначе необходимость в маске отпадет.       Уильям улыбнулся в кулак и вновь взглянул на Мастерсон. Видимо проверял степень зелёности её лица.       — Да нет, не отпадёт. Как бы сказал мой знакомый художник: на тон светлее твоего обычного лица.       — В темноте не особо понятно, бледная я или зеленая, — тоже улыбнулась, даже не скрывая во взгляде нежности и теплоты.       Грэм вздохнул и остановил машину у обочины, включая аварийные огни. Включив свет в салоне, мужчина придвинулся к Джул и обхватил ладонями её лицо, внимательно разглядывая.       — Говорю ведь: не зелёная, — оставил ласковый поцелуй на её лбу. — Ты прекрасно выглядишь, не переживай.       Мастерсон смущенно улыбнулась и опустила глаза. Все её мысли были заполнены нежностью, теплом к этому мужчине. С ним было невероятно уютно, было чувство надежности, и она точно знала, что Уильям в состоянии её защитить. Даже от Лектера.       — Мы опоздаем, — проговорила она, всё же решившись поднять на него взор, утопая в его глазах, что были холодного, серого цвета, но одновременно такими теплыми, искрящимися.       — Не страшно, — только Уилл начал склоняться к её губам, как в кармане его куртки зазвонил телефон. — Проклятье, — прошептал и достал небольшой смартфон, с неудовольствием смотря на экран. — Алло?       — Уилл, где ты?       Мастерсон вздрогнула, ощутив, как внутри засосало под ложечкой и по телу разлилось нечто необычайно горячее. Ох, этот голос… мягкий, бархатный, чарующий… Её ладони вмиг похолодели, и взмокли: она одновременно была испугана и счастлива вновь его услышать.       Уильям взглянул краем глаза на девушку и прикрыл глаза, словно бы всё понял. Его пальцы принялись массировать переносицу, а голос, коим он отвечал Ганнибалу из спокойного стал жестким, даже несвойственно грубым.       — До встречи, — не дождавшись ответа, Грэм нажал на отбой и, не говоря ни слова, вновь выехал на дорогу.

***

      Из колонок лилась прекрасная музыка, наполняя чудесными звуками главный зал. Даже Ганнибал, что никогда особо не жаловал современных исполнителей, был готов признать, что песни подобраны весьма неплохо. По крайней мере не резали слух. Свет в помещении был приглушен — наряду с обычными лампами присутствовали и сделанные под старину канделябры, что все разом создавали уютную атмосферу. Отблески свечей играли на стеклах бокалов, подсвечивая их содержимое, изменяя их цвет в более приятный.       Всюду были слышны разговоры, шелест платьев и звон бокалов. Ганнибала воротило от этой мерзкой кучки людишек, что смели веселиться в момент, когда их друг и коллега находился в опасности. Вся суть прогнившего высшего общества.       Ганнибал переговаривался со своими бывшими пациентами, которые были приглашены на торжество; их беседа была легкая, обсуждали последние новости. Взгляд психотерапевта скользил по гостям и встретился с глазами Кроуфорда. Мужчина едва видно кивнул и отсалютовал тому бокалом шампанского. Еле заметный кивок в ответ, и Джек отвернулся, широко улыбаясь подошедшим к нему гостям, что стремились завести с ним разговор; но только гости думали, что за маской скрывается светило медицины — Джед Оуэн, который запатентовал новое лекарство от онкологии.       Онкология… Одно слово, а сколько оно вызывает чувств: страх, отчаяние, смирение при неизбежном приговоре… Однако не все опухоли имеют смертельный исход, даже злокачественные. Нужно лишь пережить лечение и его последствия: анемия, выпадение волос, лучевые язвы… Выстоять перед всем этим, чтобы жить.       Группа онкологов пытались создать лекарство от рака, они проводили множество исследований, пытаясь добиться положительных результатов. Медленно, но верно их работа продвигалась к успеху. И всё было хорошо, пока однажды не нашли мертвым одного из основателей проекта — Роберта Хидстона. Поочередно, один за другим умирали остальные участники исследования. Пока не остался Джед Оуэн, который буквально закрылся в собственном доме, никого не впуская и отвечая лишь хорошо знакомым людям.       ФБР и пресса находились в недоумении: почему выбор пал именно на них? Таинственный убийца прекрасно заметал за собой следы даже при том, что убивал среди толпы людей и не оставлял никаких улик.       Неужели учёные совершили некую фатальную ошибку и теперь расплачивались за неё своими жизнями? Чем они могли заслужить такой исход своей жизни?       На протяжении двух недель не удавалось найти ни одной зацепки, кроме как соответствия очередности убийств списку фамилий в контракте. Под подозрение сразу попали бывшие пациенты и те, на ком тестировались начальные разработки препарата. Но загвоздка состояла в том, что большинство «подопытных» уже не было в живых, а их семьи уехали из Балтимора в надежде начать новую жизнь и забыть о пережитом.       Узнав о соответствии списку, полиция первым делом заподозрила семьи погибших испытуемых. Спецы из криминального отдела разрабатывали план по поимке убийцы. Кроуфорд лично предложил план-капкан, где в роли наживки выступит он сам в личине последнего выжившего — доктора Джеда Оуэна.       Онколог даст прием в честь запатентованного лекарства, но, чтобы затеряться в толпе, было принято решение провести бал-маскарад. Соберется множество гостей, чьи лица будут скрыты под масками, благодаря чему и агентам, и убийце ничего не будет стоить скрыться среди красочно одетых людей. Практически никто с первого, а может и со второго взгляда не узнает, кто перед тобой. Прекрасный шанс для убийцы совершить свой апофеоз.       Вот только нападать он будет не на Оуэна, как думает, а на Джека. Ганнибала до сих поражало удивительное сходство агента ФБР и онколога: оба имеют короткие, чуть поддетые сединой волосы, оба чернокожи, почти одинаковый рост и вес. А если надеть маски, то не различить их и вовсе, похожи как две капли воды. На этом Джек и решил сыграть.       И Ганнибал признал, что план Кроуфорда весьма и весьма неплох, однако всё же был риск, что мститель каким-то образом сможет разгадать всю затею или же ранить агента.       Что ж, бал набирал свои обороты и остается лишь ждать, высматривая убийцу среди гостей. Может быть убийца совершит прокол, на который не обратили бы внимания другие, но не Лектер, имевший дело с подобным.       На его губах появилась едва видная усмешка, когда увидел одного из официантов, что едва ли удерживает поднос. Затея Джека «спрятать» своих людей среди официантов была не совсем уж хорошей. Конечно, агенты прошли специальное обучение, но неуклюжесть никуда не деть и то, как они держались. Но вполне себе справлялись, не привлекая к себе много внимания, а это уже хорошо.       Тихо хмыкнув, Ганнибал переговаривался со знакомыми ему люди, изредка бросая взгляды на гостей, что прибывали на прием. В очередной раз оглядывая приглашенных, взор психотерапевта остановился на знакомой шевелюре, в этот раз аккуратно уложенной. Уилл прибыл позже оговоренного времени, и не один: рядом с ним была его спутница, что держала мужчину за локоть. Они повернулись к нему спиной, и психотерапевт мог только разглядывать ниспадающие на спину черные локоны да само вечернее платье.       А ведь Ганнибал давно заметил изменения в Грэме: тот поменял ужасный лосьон на более приятный; волосы, что раньше неким вихрем лежали на его голове, теперь же были всегда аккуратно причёсаны; одежда опрятно выглядела и была всегда отглажена. И тогда Лектер понял, что у него появилась женщина. Вот только сам Грэм не говорил о ней кому-либо из знакомых. И Ганнибалу было весьма интересно, что же это за особа у него появилась.       И вот сейчас он мог лицезреть её… Однако на долю секунды Ганнибал ощутил разочарование, что мог видеть лишь половину её лица. Может быть Грэм пришел вместе с Аланой?       Лектер внимательней оглядел спутницу Уилла и едва видно усмехнулся. О нет, это не Блум, фигура девушки была не его ученицы, та была утонченной и на вид казалась хрупкой. А уж как выглядели формы Аланы Ганнибал знал не понаслышке. Но и эта особа была ему смутно знакома.       Извинившись перед собеседниками, Лектер направился к Грэму. Его одолевало странное чувство того, что стоящая рядом с профайлером девушка кого-то напоминала, словно он давно знал этого человека. Но только кто это мог быть? Кого Ганнибал мог встретить?       — Мистер Лектер! — окликнул его журналист, с которым он вел беседу минуту назад.       — Ганнибал? Ганнибал Лектер? — раздался рядом с психотерапевтом удивленный возглас. — Неужели это Вы? Право, я вас и не узнал!       Перед глазами Ганнибала возникла тучная фигура мужчины, что широко улыбался. Губы Лектера изогнулись в едва видной ответной улыбке, а его глаза метнулись вслед за уходящим Грэмом, что уводил за собой спутницу. На мгновенье ему показалось, что Уилл взглянул на него, перед тем, как скрыться в гуще толпы.       — Карбри, — протянул психотерапевт, переведя на собеседника взгляд. — Здесь весьма легко скрыться, неудивительно, что не узнали.       — Какими судьбами Вы здесь? — спросил он, предчувствуя тему для новой статьи.       — Пришел поздравить своего давнего знакомого с таким грандиозным прорывом, — ответил Ганнибал.       — Это, несомненно, огромная удача! — восторженно отозвался Карбри. — Команда Оуэна упорным трудом добилась потрясающих результатов. Статья выйдет просто поразительной!       Ганнибал с лёгким презрением взглянул на мужчину: ещё один яркий представитель человеческих пороков. В момент такого горя он думает лишь о грандиозности своей статьи. Как неоднократно замечал Лектер, Карбри явно черпал свое вдохновение у небезызвестной Лаундс, даже в какой-то мере ″позаимствовал″ манеру её письма. Но, надо признать, ему до этой чертовки было далеко. Ганнибала до сих пор поражала её манера, нет, даже дар совать свой носик в чужие дела, обводя окружающих вокруг пальца.       — Думаю, что статья у Вас будет не одна. Кажется, Вы хотели взять интервью у Уилла Грэма? — с легкой насмешкой поинтересовался Лектер. — Он как раз здесь.       — О! — возбужденно воскликнул журналист, уже представляя свой заголовок на первых страницах популярных таблоидов. — Тогда поищу-ка я его среди гостей.       Лектер кивнул, с прищуром наблюдая за тем, как Карбри уходит. Осталось только не упускать его из виду, ведь такой пронырливый журналист быстро найдет свою цель.       Покой оставил Лектера с тех пор, как он увидел спутницу Грэма. В ней определенно чувствовалось что-то знакомое, по-странному родное. Его влекло вслед за ней, желание узнать, кто скрыт под маской было практически непреодолимо.       Ганнибал двинулся вслед за Карбри, отставая от него на пару шагов, чтобы тому не пришло в голову, что тот идет за ним. Зрачки быстро перемещались по лицам гостей, в поисках таинственной особы.       Но когда журналист отыскал Грэма, тот стоял один, держа в руках бокал шампанского. Лектер в досаде поджал губы, вновь оглядывая гостей, желая увидеть знакомую фигуру девушки в черном платье.       У Ганнибала создавалось впечатление, словно с ним играли в кошки-мышки, специально отдергивая, стоило ему приблизиться к Уиллу. Вся эта ситуация безумно раздражала, заставляя кровь буквально бурлить внутри. Однако, неприятно чувствовать себя ″мышкой″.       Мужчина заметил, что Грэм с журналистом двинулись в сторону, продолжая беседу, и так же он заметил явное неудовольствие профайлера в сторону последнего.       Уилл со скрытым раздражением отвечал на вопросы Карбри, желая поскорее покончить с беседой. Хотя, в некотором роде журналист может и помочь в их с Джу деле: надо лишь напустить на себя заинтересованный вид и подвести его поближе к сцене.       Уильям вполуха слушал вопросы журналиста, отвечая на них невпопад и с заметной задержкой. Формулировке более длинных ответов мешали размышления о том, как же заткнуть наконец этих дрянных музыкантишек, из-за пения которых всё может полететь к чертям.       — Как вам позволили вновь вернуться к работе в ФБР? — спросил Стэн, внимательно вглядываясь в лицо Грэма, про себя отмечая, что слова Лаундс о том, что он чокнутый, весьма недалеки от истины.       — Что? — ″очнулся″ Уилл, взглянув на него.       И в этот же момент, когда он обратил на журналиста внимание, под ноги так удачно подвернулся шнур от колонки, и споткнувшийся Грэм смог без труда вылить шампанское в крепящийся к стене переходник.       Надо отдать ему должное — с такого расстояния он мог не сориентироваться и попасть в стену вместо нужных розеток, что сейчас во всю искрились, а сама аппаратура у ребят на сцене начала заметно барахлить.       Грэм изобразил на лице крайнюю степень раскаяния, даже для правдоподобности начал потирать, якобы взмокшую от стыда, шею. Разговоры мгновенно оборвались, недоуменные взгляды гостей устремились в сторону сцены, а уже после на профайлера, что про себя улыбался, ведь всё идет именно так, как должно было.       Что самое потрясающее, по плану Джека он так же должен был отвлечь толпу на себя, чтобы дать шанс мстителю напасть на подставного Оуэна, ведь он не настолько глуп, чтобы ринуться его убивать под взглядами десятков пар глаз.       Однако, нападения не последовало… остается лишь надеяться, что провернутая Уиллом шалость поможет Джу затеряться в толпе, а после ″спасти положение″.

***

***       Ганнибал продолжал высматривать таинственную спутницу Грэма, пока его взгляд не наткнулся на знакомую фигуру, которая скрылась в толпе, и он, не медля, двинулся вслед за ней. В его груди появилось странное чувство ожидания и некого нетерпения; его наполняла любопытность того, чье лицо скрывала черная маска.       Девушка вполоборота повернула к нему голову, словно проверяя, следует ли он за ней. А в Ганнибале словно проснулся хищник, который выслеживает свою добычу, желая сполна насладиться слежкой. На его губах заиграла предвкушающая улыбка от мысли, что совсем скоро он узнает, кто эта таинственная незнакомка, которая не давала ему покоя с момента пребывания.       Девушка вновь чуть повернула голову, и Лектер сумел увидеть, как её губы тронула усмешка. Она с ним играет? Что ж, он не прочь принять её правила игры и после стать победителем.       Незнакомка уверенно шагала вперед, продолжая вести мужчину через зал, чем ещё больше подогревала его заинтересованность. Ганнибал не сводил с неё взгляда, чувствуя внутри бешеный круговорот чувств, а мысли сменяли друг друга с невероятной скоростью в его голове. Но лишь одна давала робкую надежду, и Лектер молил о том, чтобы она оказалась верной.       Девушка повернула в сторону, сворачивая, и вдруг Ганнибал почувствовал легкий аромат её духов. На миг его сердце сжалось, словно с тисках, и забилось с удвоенной силой, когда он понял, кем является таинственная спутница Грэма.       Мужчина прибавил шаг, желая настигнуть её, но так спешил, что не заметил гостя, чуть не сбив его с ног. Он спешно извинился за свою невнимательность, но эта малейшая оплошность позволила на пару секунд упустить девушку из виду.       Но, найдя её возле музыкального центра, вновь двинулся к ней. И тут же остановился, когда зазвучала песня:

«I fear the fever Deep in my bones It runs electric It draws me home It knows the weakness Deep in my soul»

      И только девушка завернула в темный коридор, как во всем зале погас свет. Лектер спешно отправился вслед за ней, лавируя меж испуганных гостей. Мужчина настиг Джу, схватив ту за руку, и прижал к стене. Он поднял руку и коснулся её маски вдруг задрожавшими пальцами, стягивая её с лица девушки. Как только деталь её наряда была скинута на пол, медленно на губах Ганнибала появилась ухмылка, и мужчина принялся с жадностью вглядываться в её лицо, подсвеченное пламенем свечей в настенных канделябрах.

«It keeps me hostage I’m never alone Maybe you should go? Baby can’t control»

      — Я знал… — произнес он тихо, не сводя с неё взора. — Знал, что это ты… — его ладонь скользнула по её щеке, ощущая нежность её кожи. — И в сквере тоже была ты!..       Ганнибал задавался вопросом: как он тогда мог её упустить? Ведь даже тогда черты лица девушки показались психотерапевту до боли знакомыми, разве что было слишком много макияжа. Как он мог не узнать её, ведь она всего лишь сменила свой цвет волос?! И даже не побоялась пройти мимо него…       — Здравствуй, — усмехнулась девушка и смахнула ладошкой его пальцы с лица, словно бы это была надоевшая муха.       Мужчина замер, услышав её холодный голос. Его лицо чуть дернулось в сторону, словно бы только что он получил от Джу оплеуху.       — Эта песня — твоё послание мне? — спросил он, прищурившись.

«It wants to kill you It wants to tear you apart It wants to thrill you This vengeful love that I’ve got Wants to consume you Then spit you out»

      Джул усмехнулась, глядя прямо в его глаза. Странно, она не боялась его, а даже наоборот чувствовала власть над ним, да такую огромную, какую он никогда в жизни не позволил ей иметь.       — Значит… хочешь избавиться от меня? — удивленно вздернул брови. — Не выйдет, моя дорогая…       Последние слова он прошептал ей в губы и захватил их в жадном поцелуе, прижимаясь к ней. По телу мужчины расползалось облегчение, а в груди свои обороты набирало пламя, которое словно готово было выскочить из Ганнибала. Лектер тесней прижал её к себе и вдруг почувствовал её выпирающий животик. Пораженный, он удивленно выдохнул и прервал поцелуй, неверяще заглядывая в глаза Джу. Мужчина не мог поверить в то, что она носила ребенка… их ребенка!       — Солгала!.. — прорычал он, крепко сжимая её плечо.

‚I fear the fever, fear the fever Can you feel it now? I fear the fire Burning below Its gonna to trick you Swallow you whole‘

      — С чего ты взял, что он твой? — вздернула брови и уперла ладони ему в плечи, желая уйти из его объятий.       Голова кружилась, всё внутри неё переворачивалось с ног на голову, стоило лишь ощутить его горячие губы на своих, дыхание, обжигающее кожу и такой же пламенный взгляд. Она уже и забыла, каково это, быть с ним. Чувствовать, что в мире кроме них больше никого не существует. Джулия выдохнула, и её взгляд вновь сделался надменным, несколько злым.       — Отпусти или я закричу, — пригрозила, все так же упирая ладони в него.

«Maybe you should go? Baby can’t control»

      Ладонь Лектера скользнула по выпирающему животу девушки, нежно поглаживая, только сейчас его разум пробило осознание, что их дитя всё ещё живо и от этого едва видная счастливая улыбка тронула его губы. А ребенок, словно бы ощутив ладонь отца, толкнулся прямо в его руку.       — Я убью его, ты ведь понимаешь? — вдруг произнес он, ласково поглаживая место соприкосновения его ладони с детской ножкой.

«It wants to kill you It wants to tear you apart It wants to thrill you This vengeful love that I’ve got Wants to consume you Then spit you out»

      — Не смей его трогать! — вдруг прошипела Мастерсон, округлив глаза.       Да, конечно происходящее соответствовало их с Уиллом плану, но слышать обещание убийства вживую было слишком… От одного только представления, что Уилл может из-за неё пострадать, всё внутри как будто обрушивалось.       — А иначе что? — в глазах Лектера появилась жесткость. — Он с самого начала знал, куда и к кому лез. Его наказание не заставит себя долго ждать.

«I fear the fever, fear the fever Can you feel it now?»

      — Иначе Джек узнает подробности нашей совместной жизни, — прищурилась и вновь попыталась оторвать от себя его руки.       — Да? — наигранно заинтересовался он. — И что же он может узнать? — Ганнибал сжал её руки, прижимая их к стене.       — О, ты действительно думаешь, что рассказывать нечего? — усмехнулась. — Ты только учти, что остатки той одежды, что были на мне во время изнасилования, всё ещё у меня, также в качестве свидетелей можно использовать врачей, что зашивали меня после тебя. Если уж не за каннибализм, то за изнасилование сядешь точно. Ах, да. Мне так же ничего не будет стоить рассекретить твою личность Лаундс.

«You know you’re not safe here I’ll only bring you down Can’t help you disappear»

      — А мне ничего не стоит сегодня же убить Уилла, — спокойно произнес Ганнибал, будто бы не было сказано тех фактов. — Ты ведь прекрасно осведомлена, в честь чего затевался этот прием, не так ли? Среди гостей убийца… а Уилл так не вовремя попался ему под руку… Лишний свидетель ни к чему, не правда ли?.. И не сомневайся, я смогу провернуть дело так, что не смогут подумать на кого ещё, кроме него…       — Хорошо, тогда, что ты хочешь взамен? — с прищуром заглянула в его глаза, которые едва-едва можно было увидеть в тени маски.       — Ты сама можешь ответить на свой вопрос, — прошелестел мужчина. Он вновь склонился над ней и, найдя ее ушко, шепнул: — Тебя.

«My love, it’s too late now You know you’re not safe here I’ll only bring you down The end is almost near My love, it’s too late now»

      — Что?.. В каком смысле?! — поморщилась и внутренне содрогнулась лишь от одного воспоминания о пережитой боли и унижения. — Отпусти меня наконец!       И Лектер послушно отпустил её руки, но не отошел, продолжая прижимать её своим телом к стене.       — Во всех смыслах, — ответил он. — Я хочу тебя. Чтобы снова была рядом со мной. Неужели так сложно исполнить это?       — Господи, как же ты омерзителен, — скривила губы с презрением взглянув на мужчину. Джулия, потирая затекшие запястья и всерьез задумываясь над решением, взвешивала все «за» и «против». А если план провалится? Получится, что она отдала себя в рабство! Но… тогда Уильям будет жив. — Да, — проговорила она и опустила глаза.       — Славно, — довольная ухмылка появилась на губах Лектера. — Если ослушаешься… ты знаешь, что тебе за это будет.       Пальцы мужчины прикоснулись к подбородку Джу и приподняли её лицо: та всё продолжала отводить от него взгляд. Пальцами второй он прикоснулся к своей маске, снимая её.

«It wants to kill you It wants to tear you apart It wants to thrill you This vengeful love that I’ve got Wants to consume you Then spit you out»

      — Ты поняла меня?       — Думаю, ты и сам понимаешь, что будет, если ослушаешься ты, — прошипела, с искренним пренебрежением заглядывая в его лицо, что было столь ненавистно ей сейчас.       — Туше, моя дорогая, — хмыкнул он. — Наша сделка состоялась.       Вдруг из зала донеслись испуганные вскрики и топот тяжелых ботинков. Мститель напал? Операция началась? Женщины визжали, бокалы разбивались о паркет и была слышна мужская, громкая ругань. Да. Операция началась.       — Судя по всему, тебе нужно быть там, — усмехнулась, обрадовавшись тому, что мужчина наконец покинет её общество.       Ганнибал повел бровью и схватил Мастерсон под локоть, выводя из коридорного закутка. Как бы остро она не ранила его своим языком, постоять за себя в нынешнем состоянии она не в силах.       — До скорой встречи, моя дорогая, — улыбнулся Лектер, оставив её в более или менее пустом пространстве зала, где её не могли задеть ни неуклюжие агенты, ни испуганная толпа.

«I fear the fever, fear the fever Can you feel it now?»

      Мужчина и женщина, поглощенные друг другом, даже не заметили присутствие другого человека, что жадно внимал их разговору. На него ниспадала тень от высоких, тяжелых штор, и было неудивительно, что во всей суматохе его не увидели. Но вот он видел и слышал достаточно, записав беседу на диктофон. Его наниматель будет доволен проделанной работой.