По ту сторону души

      «Мир страшен и полон ужасов», — откуда-то издалека раздался загробный голос. Принадлежал ли он человеку? Сомнений в этом не было, но человек этот словно больше не владел своим телом и душой; им владела тьма.       — Чего вы хотите от меня? — Девушка посмотрела по сторонам, но на темной освещенной только звездами поляне, не было никого кроме нее и ее страха.       «Пойдем со мной, и ты узнаешь, что значит иметь весь мир у своих ног,» — из тьмы показалась тонкая изящная рука, которая призывала ее уйти с обладателем этого голоса. А следом за рукой в свет вышла и сама ее обладательница — высокая стройная брюнетка, с изящными аристократичными чертами лица: пухлые губы искажало некое подобие улыбки, а в карих медового оттенка глазах блестел дьявольский огонек. Каштановые волнистые волосы густыми прядями спадали на хрупкие бледные плечи, а ее некогда милое белоснежное платье местами порвалось, и каскадом книзу перетекало в кровавые волны. Такую девушку Эмм видела лишь однажды — в воспоминаниях одной из тех девушек, которых она видела на въезде в город. Лиззи и Джози. Точно! Они называли ее Еленой. Но Елена была доброй… И лишь мельком взглянув на отражение прекрасной женщины в воде, поняла, что все это обман… ложь. На дребезжащей поверхности озера отражалось безобразное существо с прогнившей кожей и пустотой вместо карих глаз, волосы растрепались, а вместо изящной ручки к Эмме тянулись длинные костлявые пальцы.       — Нет. НЕТ! Оставь меня в покое. Я не одна из них… я не такая, — девушка вырвала свою руку из ледяных цепких пальцев женщины, и, подхватив подол такого же окровавленного платья, побежала прочь. И сколько бы она не бежала, она так и не смогла избавить от преследующей ее поляны.       — Они идут за тобой, Эмма. Ад уже близко — спасайся, — ее лицо исказила гримаса боли и ужаса, из тьмы выползла щупальца и, обхватив талию незнакомки, утащила ее за собой…       …Эмма! Эмма, давай же. Очнись, милая, — Сальваторе слегка ударил девушку по щеками, как и прежде она снова распахнула свои карие глаза и замерла, уставившись на него, словно прежде никогда не видела. – Боже мой… ты так меня напугала. Что произошло? — Укутав девушку поплотнее в одеяло, он сам сел на кровать и усадил ее к себе на колени.       — Просто дурной сон... — Рид облегченно выдохнула, — там была женщина, молодая, с карими глазами… в окровавленном белом платье. Она хотела, чтобы я пошла с ней. А потом, когда я пыталась убежать, но ничего не вышло… она сказала, что они уже идут за мной и мне нужно спасаться. Еще она сказала, что Ад уже близко…       — Что за женщина? Ты знаешь ее?       — Нет. Но я видела ее раньше. Когда утром мы приехали в город, помнишь, мы видели двух девочек? Ты сказал, что это дочери твоего друга. В прошлом одной из них… я видела похороны. Гроб. В нем лежала девушка, но она не выглядела мертвой, скорее просто спящей. Я подумала, что это она. Но… в воспоминаниях Мэтта она была доброй и милой, она любила его когда-то. Но та, что была в моем сне, она другая… будто ее точная…       — Копия? — Эмма кивнула. — Тогда ты не все увидела в его глазах, потому что у Елены была злобная копия по имени Кэтрин, и она попала в Ад. Надеюсь.       — Она пыталась предупредить меня. Кем бы она ни была, это не та самая Кэтрин, которую ты когда-то знал. Потому что, когда она попыталась меня предупредить, ее утащила тьма…       — Хочешь сказать, что ты как-то связана с Кэтрин? — Странно, но до этого момента Эмма даже не думала об этом. Но что если сейчас Деймон оказался прав и между ней и потомками Пирс действительно существует некая магическая связь, которая сейчас и пытается проявить себя? Если это так, то, все что сейчас происходит, — лишь малый пазл огромной картины, которую пытаются собрать и змеи, и отец Эммы.       — Да… нет… я не знаю, Деймон. Вполне возможно. Ты прекрасно знаешь, что когда ты простой человек, сон это всего лишь своеобразное восприятие реальности, при помощи которой твой мозг пытается связать те детали, которые ты упустил из виду. Но когда ты сверхъестественное существо, способное «читать» жизни людей, разве может это быть просто сном? Ты ведь не знаешь, что произошло с Кэтрин, верно? Что если теперь из некого подобия ада она пытается сказать мне то, что я упускаю из виду. Нам нужно знать больше. Кто может знать все о роде Пирс, кроме Елены?       — Никто. Только сама Кэтрин и ее дочь Надя. Но они мертвы, — Сальваторе задумался. Раньше ему и в голову не приходило, что все происходящее как-то взаимосвязано. Но теперь, когда Эмма во сне видела Кэтрин, а Кэролайн и Стефан уехали в Новый Орлеан под предлогом каких-то проблем. Они все знали. И сейчас они возможно уже на пути к источнику всей той информацию, которую нужно знать лишь Эмме, — Клаус. Кроме Кэтрин лишь Клаус мог знать о жизни Кэтрин все... — на первом этаже раздался хлопок; послышались тихие аккуратные шаги, но они исчезли так же быстро, как и появились.       — Что с тобой?       — Мы должны найти Клауса. Потому что ни Стефан, ни Кэролайн понятия не имеют, где он сейчас находится. Я буду ждать тебя внизу, хорошо?       — Да, — Эмма кивнула, и Сальваторе скрылся за дверью комнаты.

****

      — Какой у тебя план? — Над ухом мужчины, который стоял у дома Сальваторе, раздался бархатистый женский голос, и он поспешил обернуться.       — Бонни Беннет собственной персоной, — он усмехнулся. Впрочем, с его внешностью грозного викинга и статью варвара ему определенно шла эта едва уловимая кривая усмешка. Именно она могла обескуражить любую девушку и заставить влюбиться в этого мужчину навсегда и бесповоротно, — эта девочка сильнее, чем думает. Не в тех руках она станет сильнейшим оружием против человечества. Нельзя, чтобы змеи нашли ее.       — Я и так делаю все, что могу. Но, Клаус, моя магия все еще слаба, и рано или поздно они найдут ее, даже если она будет на Марсе. К тому же они будут искать тебя, чтобы узнать, кто она… что тогда? Скажешь, что понятия не имеешь, кто она такая? И она превратит тебя в пыль.       — Бонни, дорогая, я же сказал, что у меня есть план. Твоя задача состоит в защите ее от змей и от Мэтта в частности. Он как никто заинтересован в ее дальнейшем процветании…       — Потому что от нее напрямую зависит его бессмертие. Да-да. Ты сотни раз мне это говорил, но пока что это никак не подтвердилось, — девушка нахмурилась, как только за окном гостиной мелькнул мужской силуэт. Догадался ли Деймон, что она здесь, совсем рядом? Скорее всего. Это ведь Деймон Сальваторе; его не так просто провести. Вопрос времени лишь в том, когда он даст о себе знать.       — Это уже подтверждается. Кем бы ни была та женщина, что родила Эмму. Но с тех пор, как это произошло, Мэтт не состарился ни на год. И так будет до тех пор, пока змеи не придут.       — Я позабочусь о них, а ты… защити ее. Потому что одного Деймона недостаточно; рано или поздно ее сила станет настолько большой, что он не сможет сдерживать ее, — Бонни похлопала вампира по плечу и пошла прочь от дома, в котором она когда-то частенько бывала, в котором когда-то царила та атмосфера, которую старалась поддерживать Елена. Но с ее уходом все изменилось…

****

      — Ты это видел? — Метрах в двухстах от дома, где разрослись кусты дикой розы, Рид, кажется, заметила чью-то тень, но уже было решила сослать это на воспалившийся разум, как та же тень мелькнула возле нее, едва заметно коснувшись лишь одной пряди волос. Но это было вполне достаточно, чтобы она ощутила дрожь во всем теле.       — Видел что?       — Рядом с нами кто-то только что был. Мои волосы... они шевелились… я уверена, что здесь кто-то был.       — Ерунда, — Сальваторе отмахнулся, — я бы заметил. Садись в машину, нам пора ехать. — Рид не стала возражать, только покачав головой, она бросила на Деймона осудительный взгляд, но все же села в автомобиль. И только тогда Сальваторе, наконец, решил осмотреться, потому что и он тоже чувствовал это нечто, что находилось рядом с ними. Как он и предполагал, никого поблизости не оказалось, но так или иначе, человек это, тень или просто разыгравшееся воображение, — все это было на самом деле, все это реально. — «Я знаю, что это ты, Кэтрин… и я обещаю…»       Несколько лет назад.       Кейд называл это место персональным адом для грешников, которые совершали слишком плохие дела. И душ в этом месте было настолько много, что их нельзя было счесть. Деймон даже и предположить не мог, что место, куда он несколько месяцев отправлял людей, было создано психопатом, который затащил туда и саму Кэтрин Пирс.       — Я видел ее там, — Стефан замахал руками, начал ходить из стороны в сторону. Будто помешанный на какой-то идее сумасшедший. Но все, что он видел и знал, было правдой, — это была она…       — Кэтрин мертва, чувак. Ты сам лично всадил в нее «странный» клинок, она попрощалась с Надей и ушла…       — А что потом? Бонни сказала, что Кэтрин унесло во тьму, когда она пыталась пройти на иную сторону. То же было с тем парнем, которого мы видели… он просто исчез в облаке черного дыма. Что если Кейд затащил Кэтрин в ад, когда узнал, сколько она грешила? Я уверен, что это была она. Она говорила со мной…       — И что она сказала? — Сальваторе хмыкнул; в какой-то момент он, казалось, даже перестал слушать брата и полностью сосредоточился на полуобнаженной танцовщице в баре. — Что ты любовь всей ее жизни, и что она всегда любила тебя? А я был потому, что ей стало меня жаль? Да, Стеф?       — Вообще-то нет… она сказала, что сожалеет, что причинила нам столько боли. Она хотела тебе что-то передать, но я ее не услышал, потому что ее забрало облако черного дыма.       — Ты ничего не хочешь сказать о том, что было между нами ночью? — С каких пор его вообще начали волновать подобные вопросы? Раньше он даже и не вспомнил бы имени девушки, с которой был ночью. Но Эмма стала чем-то большим, чем просто девушка она одну ночь. Эмма стала его новым смыслом.       — Тебе Ник не звонил? Я думала, что если змеи добрались до него... боже! Прекрати так на меня смотреть! То, что было между нами… это на меня совсем не похоже. Я не хочу ни к кому привязываться, потому что все они уходят. Стоит мне только подумать, что этот человек будет со мной, как вдруг он уходит. И… я не хочу, чтобы ты тоже ушел.       — Значит, сделаем вид, что ничего не произошло? — Деймон пожал плечами. В это раз почему-то было куда больнее, чем от разрыва с Кэтрин и после потери Елены. От слов этой девушки сердце буквально сжималось от боли, которая ледяными щупальцами стягивала все тело, и дышать не представлялось возможным. Но видимо Вселенная снова решила посмеяться над ним, раз его снова отвергает девушка, которая ему не безразлична.       — Я не хочу делать вид, что ничего не произошло. Об этом никто не должен знать… для всех мы должны быть просто напарниками, союзниками, которые временно работают вместе, чтобы разрешить сложное дело. Ты нравишься мне, Деймон. Поэтому я не хочу потерять тебя. Пойми меня правильно, но все должно оставаться в секрете, — Эмма вложила свою руку в ладонь Сальваторе, и в ответ он крепко сжал пальцы, будто боялся, что через мгновение она растает словно мираж.       На некоторое время в машине воцарилась полная тишина, и казалось ничто не способно ее нарушить, разве что атомный взрыв. Но и он не смог бы сравниться с той атмосферой, которая с каждой секундой накалялась между Деймоном и Эммой все больше и больше. Но все же Эмма решилась нарушить ее…       — Послушай, я все хотела спросить тебя… что стало с Еленой? Я имею в виду, почему ты уехал из Мистик-Фоллс, почему был со мной, а не с ней?       — Не знаю, что и сколько ты увидела в глазах Мэтта, но где-то там в его воспаленном одержимом мозгу должно было промелькнуть воспоминание о Елене, о том, как на нее наложили заклятье Спящей Красавицы и все такое… ближайшие лет пятидесяти-шестидесяти она пробудет во сне, пока жива ее подруга Бонни Беннет. Но это сути дела не меняет, я люблю Елену и желаю ей только лучшего… но не со мной. Я не тот человек, с которым, проснувшись, она сможет почувствовать себя счастливой.       — Бонни Беннет — это та ведьма, к которой мы сейчас едем, чтобы она сказала, кто я такая? — Сальваторе в ответ кивнул. — Почему ты решил, что ей можно доверять? Она подруга Мэтта, значит, может быть с ним заодно.       — Бонни один из самых светлых людей, которых я когда-либо знал. Я был козлом, когда она старалась найти во мне хоть что-то хорошее. Бонни мой друг. И ты можешь доверять ей так же, как доверяешь сейчас мне. Она никогда не предаст тебя, даже если не захочет говорить со мной.

****

      «Бонни, черт тебя побери, Беннет, какого черта? — В трубке раздался раздраженный голос; Бонни скривилась, хотела даже возразить, но во время разговора с Кэролайн в этом просто не было смысла. — Почему ты не сказала, что Клаус в Мистик-Фоллс? Потому что это было очень глупо, когда мы оказались на пороге дома Майклсонов, и дверь нам открыла дочь Клауса. И сказала, что он уехал к какой-то женщине по имени Бонни в Мистик-Фоллс. Ты ничего не хочешь сказать?»       — А что я могу поделать, Кэролайн? Клаус попросил меня не разглашать путь его следования. Во время поездки в Вену мы поладили, если ты помнишь. У меня не было причин ему отказывать…       «А Энзо в курсе, что ты в компании чокнутого гибрида разгуливаешь по улицам Мистик-Фоллс?»       — Да. Я сказала ему перед тем, как Клаус приехал. Он не выразил каких-либо противоречивых эмоций… так что, Кэр, прости, но я не могла сказать вам, что Клаус едет к нам. Змеи повсюду, и они могли узнать, для чего он следует в Мистик-Фоллс. И тогда я не смогла бы защитить ее…       «Скажи, что Мэтт все еще не запер ее в подвале ради бессмертия…»       — Пока она с Деймоном, он не сможет получить ее… к тому же она раскрыла в себе новый талант и никто из его ребят не сможет ей навредить, — Бонни пожала плечами. Когда-то она даже и представить себе не могла, что будет сотрудничать с Клаусом ради спасения какой-то девушки, которую она даже не знает. А что стало сейчас? Она врет Кэролайн, врет собственному парню, врет всем окружающим ради спасения этой самой девушки? Интересно, чтобы сказала бабушка? Наверняка, она сказала бы поступать так, как Бонни считает нужным. Но Шейлы тут нет, и от этого с каждой минутой Бонни чувствовала, что поступает ужасно, — просто будьте осторожнее, змеи могут быть у вас на хвосте…       «Ладно. Бон, милая, будь осторожна… хорошо?»       — Не волнуйся, Кэролайн. Со мной все будет хорошо. Люблю тебя, пока.

****

      Тем временем машина Сальваторе уже остановилась у небольшого белого домика, который почти не изменился с тех пор, как Деймон видел его последний раз. Справа гараж на две машины, причем гараж довольно длинный, просторный. Слева вход и небольшое крылечко с уютными скамейками и цветами в подвесном кашпо. Крохотный палисадник, в котором сейчас уже вовсю цветут красные и белые розы. Все такой же ухоженный газон, за которым раньше приглядывала Шейла, а сейчас наверняка Бонни. Ажурный белый забор, как в глупой мелодраме о любви. Этот дом будто сам говорил: «Эй, привет, незваный гость! Не желаешь зайти на чай?» Но все здесь буквально напоминало о том, что произошло несколько лет назад… и сколько воды с тех пор утекло, жаль только, она ничего не смыла, а лишь наоборот усугубила положение. В любом случае жалеть было уже поздно…       — А что мы будем делать после того, как поговорим с Бонни? — Рядом раздался голос Эммы, заставив Сальваторе вздрогнуть и мгновенно прийти в себя.       — Не знаю, Эмма… хочешь, можем напиться в местном баре или просто посидим дома. В любом случае… найдем чем заняться, — на долю секунды Сальваторе снова замолчал, казалось, временами он будто уходил в глубокие чертоги разума и возвращаться оттуда не собирался. Но на самом-то деле для него сейчас решался весьма важный вопрос: может ли он просто так после всего случившегося взять и заявиться на порог дома Беннетов, или это не самая лучшая из его идей. Но как он когда-то говорил: «Не бывает плохих идей, бывают лишь плохо реализованные хорошие идеи». — Идем!

****

      В дверь дома Беннетов раздался настойчивый стук, который словно выдавал волнение непрошеного гостя. Так или иначе, Бонни уже знала, кто стоит по ту сторону двери и зачем он сюда пришел. Вопрос был не в том, зачем он здесь, а в том, сможет ли она ответить на все их вопросы? Лишь в этом Бонни стала сомневаться незадолго до известия о скором приезде Сальваторе с его спутницей.       — И вовсе не обязательно было так стучать... — не спеша девушка приоткрыла дверь и замерла. Что-то определенно пошло не так как она планировала. Вся ее холодность и лишь идеальный почти математический расчет улетучились, стоило ей только увидеть Деймона на пороге своего дома. В долю секунды перед ней промелькнули все те годы, что она жила здесь до приезда Деймона и после него. Все было словно вчера, но так много лет прошло с тех пор. И вот он, ее хороший друг, ее опора, ее поддержка, Деймон Сальваторе спустя столько лет снова стоял перед ней. И все те гадости, которые она хотела высказать ему прямо в лицо, мгновенно улетучились, осталось лишь теплое чувство ностальгии и умиротворения, — как же я скучала по тебе… ты даже представить себе этого не можешь, Деймон!       — Отлично представляю, Бон. Прости, что все эти годы от меня не было вестей, но так было правильно. Так было лучше для всех вас, хотя я тоже скучал...       — Сукин ты сын! — Бонни быстро перешагнула через порог, подошла к Сальваторе и сдавила его в крепких дружеских объятиях. Так обнимаются только по истине преданные друг другу друзья, которые вновь встретились после долгой разлуки. На мгновение Эмма даже позавидовала им, потому что ее друзья, с которыми она когда-то общалась, остались в прошлой жизни. — Ну что это я, совсем с ума сошла что ли?! — Беннет отстранилась от мужчины, попутно смахнув со щеки слезу. — Заходите скорее, — без замешательств Сальваторе перешагнул порог и оказался в доме, пока его спутница, переминаясь с ноги на ногу, так и оставалась стоять на ступеньках, боясь нарушить ту связь между Бонни и Деймоном, которая едва заметно начала восстанавливаться и была еще так хрупка, — тебе не стоит бояться меня. Я Бонни, и добро пожаловать в мой дом, — она протянула Эмме руку… Рид подняла голову и посмотрела в глаза Беннет — вся жизнь как на ладони: детство, первый велосипед, уход мамы, ее подруги, которых она любила больше, чем себя, первая любовь, первая смерть… Но все, что бы ни сделала Бонни в своей жизни, все было ради друзей. Деймон был прав, когда сказал, что Бонни одна из самых светлых людей, которых он когда-либо встречал.       — Спасибо, — девушку вложила свою руку в ладонь Бонни, и дверь за ними захлопнулась.