Разговор
11 марта 2017 г., 17:57
Знаете, есть такое состояние, когда человек просто ничего не хочет? Он идет по городу, по лесу или просто сидит в своей квартире, и у него нет мыслей, нет желаний, нет ничего. Просто пустота. Человеку не хочется плакать, не хочется есть, пить — он просто сидит и ждет чего-то. А чего — он и сам не знает.
— Ты всегда гуляешь по лесу одна? — Девушка резко обернулась и врезалась глазами в широкую мужскую грудь. Чуть подняв взгляд, она заметила восхитительную улыбку, ямочки, которые могли принадлежать только одному человеку. И глаза, как серые льдинки, смотрели на нее.
— Только тогда, когда хочу подумать и побыть одна, — блондинка вскинула бровь, сделав акцент на последних словах.
— Я бы сейчас не советовал тебе гулять одной. За Эммой гонится призрак ее прошлого, которому удалось выбраться из ада. Сейчас небезопасно разгуливать по улицам одной. Тебе лучше поберечь себя, сладкая.
— Не смей называть меня сладкой, Клаус. Если ты всегда помогал нам, был рядом, когда это было нужно, это еще не значит, что что-то изменилось. Я благодарна тебе, за все. Но сейчас у нас другая жизнь, и ты как никто понимаешь это, — и он действительно понимал, что Кэролайн права. Она всегда была права, — что ты знаешь о человеке, который хочет отомстить Эмме?
— Ты уверена, что хочешь знать правду, Кэролайн? — Древний сложил руки за спиной и, поравнявшись с блондинкой, пошел рядом с ней. Ответом послужил лишь короткий кивок. — Что ж, я расскажу тебе, но ты пожалеешь об этом, дорогуша…
…Много веков назад, когда Клаус был еще маленьким мальчиком и с семьей жил в Европе, он слышал много занимательных историй, которые рассказывали местные сказочники в их деревне. Их считали сумасшедшими, но Клаус истинно верил, что все их слова не выдумка, возможно, они что-то и приукрасили. Но в душе Клауса никогда не возникало сомнений насчет слов рассказчиков.
Они повествовали о пяти древнейших правителях, кровных братьях, что жили на разных концах тогда еще целого материка Пангея и правили они мудро и властно, хотя и чтили своих подданных за верность и славу, которую они разносят среди своих близких.
И однажды в одном из своих военных походов братья нашли удивительной красоты кристалл, он переливался всеми цветами радуги и словно оживал под прикосновением человеческой руки. Но породил тот кристалл среди неразлучных братьев вечную вражду, и отправляли они на земли друг друга свои воинственные армии, и казалось, нет тому конца и края. Пока однажды один из братьев не предложил уничтожить камень, чтобы прекратить кровопролитную бессмысленную войну друг с другом.
Но как оказалось, камень нельзя было уничтожить, тогда он лишился бы своей магической силы. И решили братья расколоть его на пять мелких частей. И как только кристалл распался на пять маленьких кусков, распалась и Пангея, образовав, совершенно новые отдельные материки. Братья и представить себе не могли, какой вклад в формирование новой Земли они внесли. С тех пор между братьями больше не было вражды и войн, но люди, нашедшие обломки кристаллов обрели непонятный для них самих дар, отныне они обрели темный дар и криком своим могли извещать о скорой кончине.
— Из поколения в поколение передается знание о том, что предки твоего знакомого имели корни в одной из древних деревень, где одна из жительниц нашла кристалл. И когда его предки просили о помощи, она не могла излечить их младшую дочь, потому что болезнь уже взяла свое… И по пророчеству эта девочка должна была стать одной из сильнейших ведьм той эпохи, — Кай хлопнул в ладоши и потер их, — а есть что-нибудь пожевать?
— Ага, ты будешь есть червей в могиле, если не расскажешь, как он попал сюда? — Сальваторе кинул злобный взгляд на Паркера и улыбнулся.
— Что непонятного? Она убила его, и когда он был в аду, очевидно, он узнал, что она одна из таких банши. К тому же она сама его убила. А потом очевидно случился мощный скачок энергии, и он смог выбраться оттуда, откуда когда-то выбрался я. Вопрос только в том, как он мог выбраться? Если только?..
— Если только что?
— Если только мощный энергетический скачок был. А он был, я прав? — Но дожидаться ответа Кай не стал; по лицам присутствующих он и так понял, что произошло, и почему древний колдун выбрался из ада. — Я прав. Твой крик разрушил завесу между нашим миром и альтернативный адом. Не знаю, как вы. А лично я собираюсь валить из этого города…
****
Вечер этого же дня. — Думаешь, Кай прав и способа уничтожить его действительно нет? — Эмма посмотрела на свое отражение в зеркале впервые после того, как не стало Мэтта. Что-то определенно изменилось; может быть, кожа стала бледнее или мешки под глазами от бессонницы, но скорее всего дело было в глазах. Они стали другими, теперь в них словно отражался огромный жизненный опыт, который она видела в глазах Стефана и Энзо. — Думаю, он просто придурок, который боится, что его драгоценная задница пострадает. Способ есть всегда, и ты должна знать это, — Сальваторе зашел сзади и обвил руками талию девушки. Кажется, они первый раз остались наедине за то время, что прошло после их прибытия, — я говорил с Ником, и он обещал отправить мне один интересный материал. Там описано как изгнать духа из мира живых. Думаю, что артефакт, который нужен для этого будет или в тайниках Мэтта или в Арсенале? — Что такое Арсенал? — Ерунда. Тебе не стоит забивать свою прекрасную голову такими вещами. Это просто место, где Рик часто проводит свободное время, — мужчина резко развернул Эмму к себе лицом и, приподняв, заставил ее тем самым обвить ногами его бедра, — не думал, что однажды решусь это сказать, но я… люблю тебя, Эмма Рид. — Это в тебе говорит бурбон или ты сам? — Пожалуй, бурбон помогает мне говорить то, что я вряд ли смог бы сказать в трезвом состоянии, — мужчина опустился на кровать, по-прежнему сжимая брюнетку в своих объятиях. — Тогда я вынуждена ответить, что тоже люблю тебя… «Я жива. Я все еще жива, — как только Сальваторе касается губ Эммы, в голове взрывается вихрь эмоций. Настолько мощный и бесконечный, что хочется раствориться и стать частью чего-то большего, — так почему бы не воспользоваться этим? С тобой тот, кто тебе нужен, дура! Так будь с ним!». — Никогда еще в своей жизни Эмма стояла перед столь сложным выбором — отдаться Деймону без остатка, статью его частью, одним целым, или сбежать, как только все это закончится. Оттолкнув с силой вампира, Эмма села на постели и поправив растрепанные волосы, устремила взгляд далеко за пределы бесконечного леса, окружающего дом Сальваторе. — Я никогда не встречала мужчину прекраснее, — ее голос тихий и почти безжизненный, — но это все неправильно… Они никогда не перестанут охотиться за мной… неужели ты хочешь подписать себе смертный приговор? — Девушка поворачивает голову, глаза блестят, но все, что сейчас видит в них Деймон… вся его жизнь. Снова. Кадр за кадром. Как в страшном дешевом сериале про подростков. — И я хоть сто раз могу сказать, что готов к этому. Плевать, что случится завтра… все, что мне нужно, происходит сейчас… И я не отпущу тебя, привяжу к батарее, закую в наручники, закрою в подвале… что угодно, но ты так просто не отделаешься от меня. Не от меня, Эмма, — мужчина резко дернул Эмму за ноги на себя и сам навис сверху, — ты моя, Эмма Рид. Всегда и навечно. — Всегда и навечно, — повторяет Эмма. На самом деле Эмма не понимала, почему Деймон так стремится все сохранить. Это опасно, для него, для нее, для всех. Но все, о чем сейчас может думать Эмма, это его напряженное горячее тело и его чувственные и властные прикосновения. Его горячие сильные руки на ее хрупком теле, его губы и язык. — Ты прекрасна, — наверное, Эмма никогда не привыкнет к его такому бархатистому хриплому голосу, каждый раз это заставляло ее чувствовать себя жертвой, загнанной в угол диким зверем. Но он не собирается убивать ее… И избежать его гипнотического опьяняющего влияние не представлялось возможным. — Ты так и будешь пялиться на меня, — спросила Эмма и слегка повела плечом, — или все-таки снимешь с меня одежду? Без слов Деймон улыбнулся и разорвал тонкую ткань маленькой вишневой майки, его руки дотронулись до бретелей бюстгальтера и стянули их с плеч Рид. Так же быстро он разделался и с маленькими шортами, и теперь единственным предметом одежды, оставшимся на Эмме, были маленькие кружевные трусики... Глаза Эммы заблестели, когда взгляд Деймона медленно проскользил по ее груди. Затем он поднял глаза. Щеки загорелись, и голова пошла кругом, как только его губы коснулись шеи брюнетки. Руки Эммы сами поднялись к его плечам и обвили его шею. Наконец, его рука потянула вниз ее кружевные трусики…****
Лес. Бесконечный темный лес. И девушка в нем. Девушка, которая напугана, измотана и загнана в угол. Казалось, этот лес никогда не закончится, но вот бедная девушка достигает поляны, совсем пустой и такой светлой. — Сбежать от монстра, так же, как и от самого себя невозможно. Ты можешь бежать или нет, но рано или поздно он настигнет тебя, так же как волк настигает лань. Нет смысла бежать от того, кто быстрее тебя, — Эмма резко оборачивается, позади нее в лесу стоит ее бабушка, которую она любила больше, чем свою жизнь. — Бабушка? Что ты тут делаешь? — Пора запомнить, дорогая, что я всегда рядом. Расскажи мне, как ты себя чувствуешь? — Женщина заботливо провела рукой по волосам внучки и улыбнулась. Ее улыбка была теплой и приветливой, и порой Эмме не хватало ее светлой улыбки. — Все хорошо, бабуль, я просто устала. Устала от всего, что происходит; иногда мне так хочется забыть все, что связывает меня с вампирами и монстрами. — А хочешь ли ты этого? Ты спрашивала себя когда-нибудь, чего ты хочешь на самом деле? Быть с Деймоном так плохо? Хочешь ли ты быть с Деймоном или хочешь отступить? — Я люблю Деймона, но я больше не могу бороться. Я устала, я запуталась и хочу обычной человеческой жизни. — Ты знаешь, что я поддержу тебя, какое бы решение ты не приняла, но знай, выбрав одно, ты не сможешь выбрать другое. — Как мне выбрать, зная, что можно выбрать только один путь. Я не могу, ты сама говорила, что таково мое предназначение. — Что ж, тогда мне пора. Мое время вышло, но я обещаю, мы еще встретимся. А сейчас поспи, — женщина поцеловала девушку в лоб и, коснувшись ладонью щеки Эммы, ушла. Просто растворилась в воздухе.****
Наверное, скоро для Кэролайн станет весьма популярным просыпаться посреди комнаты с кучей сухой травы в голове и вампиром, лежащим рядом. Единственное, что сейчас было по-другому — с ней был Стефан, ее лучший друг и союзник, и мужчина всей ее жизни. Кажется, Кэролайн даже сама не совсем поняла, что произошло тогда в лесу между ней и Майклсоном. Хотя не важно! Она не хотела это понимать. Она поддалась вампирскому инстинкту, совершила ошибку, которую больше никогда не повторит, но сейчас все было иначе... И не потому, что это был Стефан или она отчаянно хотела вспомнить тот день с Клаусом, просто что-то было по-другому. Она понимала это, но даже для себя самой не смогла бы объяснить. Девушка быстро медленно поднялась с постели, чтобы хотя бы привести себя в порядок и направилась в ванную, когда поняла, что Стефана уже нет на том месте, где он лежал еще секунду назад. — Доброе утро, — над ухом раздался мягкий шепот до дрожи в коленях. От такого шепота сердце сжималось в маленький комок, который даже отмирать отказывался. — Боже мой, ты напугал меня. — Прости, просто я решил, что ты хочешь сбежать от меня. Даже на долю секунды испугался. — Я никогда и никуда не сбегу. Я ведь пообещала, помнишь? — Девушка провела ладонью по щеке парня. — А если я дала обещание, я его сдержу, потому что люблю тебя…****
— Кашу с малиной или клубникой? — Брюнетка стояла у плиты и помешивала кашу в кастрюльке, когда где-то в противоположной части кухни уже приготовились тосты. — Тосты! — Готово, — Сальваторе вытащил тосты и положил их на тарелку. — Дамы? Малина или клубника? — Малина, — в один голос ответили близняшки, и Деймон даже поежился от такой плотной связи девочек, — Эмма, а ты поможешь мне с тем заклинанием, о котором я говорила? Ну для… того парня, — Лиззи села на стул, Деймон поставил перед ней большую тарелку каши с малиной и стакан молока. — Я не пью молоко. — Молоко полезно для организма, и если ты не будешь его пить, я все расскажу твоему отцу, и он не посмотрит на то, что ты уже взрослая. Деймон, блинчики! — Девушка метнулась снова к плите, но вампир уже выложил последний блинчик на тарелку и поставил ее с ароматным еще горячим лакомством на стол. — Так не честно. Эмма, кто вообще так поступает? И ты не умеешь готовить кашу, она не съедобна, — Джози поморщилась и отложила ложку с невкусной кашей в сторону. — По-моему, очень вкусно. — Согласен. Замечательная каша, — Деймон сел за стол и с аппетитом занес ложку с кашей в рот, сразу же его лицо изменилось; стало каким-то напряженным и задумчивым, — вкусно, — Сальваторе кивнул головой, изо всех сил стараясь не выплюнуть кашу прямо на стол, и пережевать ее. Но Эмма-то понимала, что не владеет особыми кулинарными навыками. Ей некому было готовить кашу, — но думаю, ее стоит выкинуть. Не хочешь попробовать? — Вампир поднес ложку ко рту Рид и улыбнулся. — На вкус… как старая подошва. Да, ее нужно выкинуть! — Девушка быстро открыла шкафчик, где стояло мусорное ведро, и вывалила в него содержимое кастрюли и тарелки, — вы правы леди, я совершенно не умею готовить. Видимо, на завтрак у вас будут блинчики Деймона. — Отлично. — У нас никогда такого не будет, — с горечью заметила Эмма, — я всегда думала, что лет в двадцать пять у меня будет первый ребенок, мальчик. Я бы готовила ему завтрак, собирала в детский сад, а потом в школу… — Эй, всегда есть способ все изменить. Я обещаю, что… — Нет, — брюнетка перебила вампира и, положив руку на его щеку, посмотрела в глаза, — я не хочу смотреть в будущее без тебя, я вижу его только с тобой, потому что я люблю тебя. И я отказываюсь жить без тебя, Деймон Сальваторе. — А что если я найду способ стать человеком вместе с тобой? И тогда у нас будет все, о чем ты мечтала: дети, дом, работа, у нас будет семья. Каждые выходные мы будем отправлять детей к твоей тете или моему брату, чтобы хоть на секунду остаться наедине. — А о чем мечтаешь ты? Ты хочешь променять жизнь вампира на все это? Потому что если нет, нам придется искать компромисс, я не хочу лишать тебя того, к чему ты привык, Деймон. — Я привык к тебе, Эмма. И если ты хочешь жить обычной человеческой жизнью, я найду способ сделать это вместе с тобой. Но давай сначала спасем тебя от чокнутого ведьмака. — Пообещай мне кое-что! — Рид мгновенно изменилась в лице, стала серьезной как никогда. Ее взгляд изменился, Деймон даже предположить боялся, что такого она может потребовать. Вампир кивнул, и девушка продолжила. — Если я умру… — Что?! — Сальваторе развел руками. — Ты себя сейчас слышала? Эмма, ты не умрешь! Я отдам свою жизнь, только лишь бы ты жила. — Я знаю, Деймон. Пообещай — если ничего не выйдет, и я умру, продолжай жить дальше. Ради меня. Я не хочу, чтобы ты опустил руки и перестал бороться. Я хочу, чтобы ты жил, потому что я любила тебя. — Я обещаю, — Сальваторе опустил голову. Он боялся представить свою жизнь без нее. От одной мысли сердце бешено заколотилось в груди, потом сжалось и глухим эхом отдалось где-то в животе. — Хорошо, — Рид потянулась, чтобы поцеловать Деймона, когда на пороге кухни снова появилась одна из близняшек, — мы проверим то заклинание, ладно? — Я люблю тебя. — А я тебя, — девушка улыбнулась и пошла вслед за Джози.
