На другом конце света

Высоко, в небесах, где нет боли и нет слова Страх, Там сбываются сны, и находится мир наших грез, Только ангел и бес, позабыли про силу небес, И дерутся за власть над королевством из слез И дерутся за власть над королевством, Час королей и другим здесь не место, Не место на троне королевства из слез. Эпидемия «Королевство Слез» -Роза, сколько можно? А? – Северус переходит на свист, уже не в силах сдерживать себя, он проталкивает слова сквозь сжатые челюсти, сжимая руки в кулаки, чтобы, не дай Мерлин, не поднять руку на женщину. -Что ты хотел? Что ты хотел от парня? Он же еще ребенок! Естественно, что он считает тебя… -НО НЕ ОТЦОМ ЖЕ! – кричит мужчина, не выдерживая, ударяет кулаком о стену, да так, что крошится побелка с потолка. Женщина сидит на стуле, ее юбка расстилается подобно волнам, до самого пола. Она спокойна, но в глазах читается некая настороженность. -Ты знал, на что идешь, притащив сюда ребенка, Северус… - деланным безразличием вторит она разбушевавшемуся мужчине. Снейп как-то сразу успокаивается, потому что на пороге ванной появляется этот самый «ребенок»…ну да, а ведь действительно ребенок, и ничего поперек этого не скажешь. -Умничка, Томас…Иди к тете Розе… Мальчик отходит к мужчине и прячется за его спиной, а женщина смотрит на Снейпа, как бы говоря: «Видишь! Видишь! А я что тебе говорила? Непроходимый тупица!» -Том, ступай в спальню, переоденься. Мы сходим прогуляться. Мальчик, к удивлению Северуса, слушается, покорно идет в комнату и прикрывает за собой дверь. Снейп садится в кресло, закрывает руками лицо и бормочет, обращаясь к носкам своих ботинок: -Ну и что мне с ним делать? -Усыновить, конечно – резво говорит Роза, ответом ей служит сдавленный стон. Женщина подходит к креслу и, немного поколебавшись, проводит рукой по черным волосам, слегка их касаясь, совсем чуть-чуть. -Тебе же дополнительные хлопоты… -Ох, Северус, ты сам мне как сын родной, так что нечего стесняться…К тому же я всегда мечтала о внуках…-подмигивает она и, приподняв юбку, как истинная матрона исчезает за обшарпанной входной дверью. И не скажешь, что дамочке этой уже стукнуло шестьдесят… /Эзотерика – красивое и бессмысленное слово. Магглы не могут колдовать, но хотят знать основы. Для них это слово – чушь, пыль, которая стелется под их сапогами. Однако если вдуматься, оно очень даже много значит. Оно – хаос и пропорция, определяющая основы, так желанные для магглов. Магия – сила стихий, сила, против которой не устоишь. Почему она выбирает одних и игнорирует других? Неужели магия – это просто взмах палочки, нарезка ингредиента, вид чар? Маги забыли про истинное волшебство, отделяясь от остального мира, отгораживаясь от природы – нашего источника. Неужели так сложно поверить в чудо? Именно, что сложно, потому как эти самые взмахи, нарезки, чары – мы их видим, знаем, откуда что берется, а суть упускаем. Ведь даже самый простой Люмос – чудо. Да что там Магия, рассвет – чудо, солнце – чудо, жизнь – ярчайшее из чудес, и я спрашиваю себя, где я потерял веру в волшебство? Где я разучился быть магом и стал представителем магического общества? Я стараюсь возродить это ощущение трепета перед стихией, но вижу лишь закономерности, грани. Кем я становлюсь? Из дневника Северуса Снейпа/ ---Белокурый юноша сидит в углу пустой комнаты, больше похожей на камеру, и не произносит ни слова. -Драко, Драко, ты ничего не смог сделать… -Они даже не похоронили его как следует – безразлично отзывается теперь уже старший Малфой. Снейп не знает, что нужно делать в таких ситуациях, ему жаль парня, ведь теперь этот баловень судьбы лишился всего. -Для тебя есть выход… - почти шепотом, боясь собственных слов – Орден, ты можешь пойти к ним… Драко тяжело поднимается на ноги, подходит к крестному: черные, пустые и серые, с гремучей смесью ярости и отчаяния. Незримая борьба. Рука сама дает пощечину тому, кто высказал хотя бы предположение о предательстве отца, о том, чтобы наследник Древнего рода обратился за помощью к тем, кто уничтожил его. А по щекам, неизвестно откуда взявшиеся, текут соленые, горькие слезы. -Это выход, Драко. Крестный уходит, а юноша так и замирает, стоит, опершись одной рукой о стену, а другой обхватив себя за живот, стараясь заглушить собственные рыдания под заунывную песнь сквозняка, властвующего здесь из-за не до конца закрытой двери.--- Северус встряхивает головой, отгоняя воспоминания. Том, давно одетый, ждет его, чтобы отправится на прогулку. Парк находился в трех квартах от квартиры Северуса, так что довольно небольшое расстояние мужчина и мальчик прошли пешком. До сих пор Северус не мог понять, каким лешим ему это надо? Можно было отвести парня в приют, можно было его выставить, да можно было в любом случае найти выход. Он собирался заняться этой проблемой сегодня же, как только почувствовал себя достаточно здоровым для длительных вылазок в «большой мир». Но не стал ничего предпринимать. Тут же встал вопрос: «Почему?». Ответ тоже был найден, но так хотелось отсрочить этот момент, когда придется озвучить его…. Он банально привязался к мелкому чудовищу, методично уничтожавшему его образ жизни, он банально решил исправить что-то в этом мире по собственной воле, а не по приказу, и ему до обморока нравилось слово отец. Его считают не только нормальным, но и отцом. Приятно. Очень. Охренительно приятно, коли вдуматься. Да и вдумываться не надо… -Сэр… -Ты можешь звать меня Северус, Том. – бормочет мужчина, явно погруженный в свои думы. -Сэр…Северус…Вы…Вы ведь не обиделись, правда? Снейп резко останавливается, мальчик врезается в спину, забыв притормозить. -За что? – вкрадчивый голос. Если бы Том не знал этого человека, он бы испугался, а теперь…ведь все это – лишь проявление беспокойства и заботы…пусть и в столь извращенной форме. -За отца… - практически выдыхает мальчик, уставившись на свои руки. – Я не хотел вас оскорбить, простите…пожалуйста, если…если вам не нравится… - продолжает бормотать Том, теребя рукав, кепка давно сползла на бок, почти свалившись на асфальт, но мальчик и не думает исправить это, все еще с деланным безразличием рассматривая что-то перед собой. -Том, хватит. Говори членораздельно, или помолчи. Я выказывал свое неудовольствие по поводу этого замечания? -Нет, сэр… -Хорошо. Я хоть раз тебя отругал за это? -Нет, сэр… -Так какого черта ты продолжаешь вести себя как полный идиот! Том поднял глаза и уставился на мужчину. Он искренне не понимал происходящего. Это что ж получается, ему дали добро? Северус вздохнул и присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с мальчуганом. -Том, ты…то, что ты сказал Розе…я… -«черт, ну как сложно-то», - я, в принципе, не против…Том? Этот наглый узурпатор просто-напросто вцепился в него, повис на шее и расплакался. И на что такие мучения бедному зельевару? И не правда, этот зельевар не улыбается. Еще чего, это неприемлемо, да элементарно глупо, это…Черт. Мужчина поправил съехавшую кепку и вытер мокрые дорожки слез, на лице его была теплая улыбка. -Я хочу сладкой ваты. Можно….папа? ---Статного вида молодой человек, с гордо поднятой головой входит в большой зал своего родового замка. На лице застыла маска безразличия, но глаза выдают человека с потрохами. -Я рад приветствовать вас здесь, на этом торжестве в честь рождения наследника Малфоев. Одобрительный гул голосов. Тут только «свои»: чистокровные, богатые…убийцы и насильники, считающие себя избранными для новой эпохи, править которой будет Лорд Воландеморт. И как венец образа аристократа – хозяин замка – Лорд Люциус Малфой. -Поздравляю, Люциус. – холодный, но почтительный тон. Худощавого телосложения юноша с резкими чертами лица и неестественно черными глазами, прожигающими собеседника насквозь, подходит поприветствовать «коллегу». Большой нос с горбинкой делает его похожим на грифа. -Северус, рад тебя видеть. – отчетливо слышится брезгливость, губы кривятся в подобии улыбки, а серые глаза скользят по присутствующим гостям, не обращая внимания но стоящего рядом. Снейп салютует бокалом заклятому другу, рукой показывая на юную Леди Малфой: -Будь достойным, Люциус… - небрежно роняет Снейп. -Знаешь… - аристократ вертит в руке бокал шампанского, наблюдая за поднимающимися со дна пузырьками, – знаешь, а ведь буду. – Недобрая ухмылка, – Мне вот иногда жаль твоих будущих детей, – скалится Люциус, наблюдая за реакцией зельевара. Тот стоит, не двигаясь, – более бездушного и жестокого отца представить сложно, не так ли, Снейп? Малфой отходит от Северуса, а юноша еще долго пытается испепелить взглядом новоиспеченного папашу.--- Снейп сидит на лавочке в парке, наблюдая за мальчонкой, увлеченно играющим со сверстниками. На душе, в кои то веки спокойно, даже тепло. Он следит за Томом и понимает, что выбор он сделал правильный. Единственный разумный из всего, что он когда-либо совершал. Что нет ничего ценнее этой улыбки, этого смеха и порванных штанов с заплатками. Что нет ничего ярче, чем детский взгляд, ничего звонче, чем детский голос. И что никто у него не отнимет эти минуты, часы, дни, проведенные в покое и мире с самим собой. На второй план отходят кошмары прошлого и рассыпаются о смех маленького узурпатора, растворяются как сизый дым, исчезают с каждой теплой улыбкой и Северус осознает, что лишь сейчас начинает жить, действительно ЖИТЬ, а не выживать…