L. A. Woman

В Международный аэропорт Лос-Анджелеса Плант ехал с Коулом и Грантом. Ричард и Питер вечерним рейсом отбывали в Нью-Йорк; вылет был около десяти, так что они вполне успевали вместе с Робертом встретить Кэти. В здание аэровокзала Цеппелины вошли буквально за несколько минут до того, как мелодичный голос дикторши объявил, что самолёт, следующий рейсом Нью-Йорк — Лос-Анджелес, совершил посадку. Грант и Коул с облегчением вздохнули: ещё каких-то четверть часа — и Кэтрин избавит их от общества Планта, у которого от предвкушения свидания с возлюбленной всю дорогу не закрывался рот, так что у обоих звенело в ушах и шла кругом голова. А взбудораженный предстоящим рандеву Роберт не замечал ничего вокруг и трещал без умолку о всяких пустяках, испытывая и без того небезграничное терпение своих товарищей, у которых уже чесались если не кулаки, то языки точно: соблазн заткнуть неиссякаемый словесный поток Планта был очень велик. Питер и Ричард держались из последних сил, уповая на скорую встречу с мадам де Нуво. Да и посадка на рейс до Нью-Йорка вот-вот должна была начаться. Для Роберта эти томительные минуты ожидания действительно были очень волнительны. Головой он понимал, что долгое путешествие закончено, самолёт благополучно сел и Кэти где-то рядом; ей остаётся лишь получить багаж — и они встретятся посреди шумного зала. Но сердце не желало прислушиваться к голосу разума; оно билось часто-часто, будто собираясь выскочить из груди, и не давало Роберту покоя. Где-то внутри чуть подрагивала и тихонько ныла какая-то чувствительная струнка, внося тревожную нотку в радостно-возбуждённое состояние Планта. Потому-то он и молол чушь, не замечая постных физиономий товарищей. В глубине души Роберт отдавал себе отчёт, что его несколько тяготит вчерашняя интрижка с Сейбл Старр; он отчаянно хотел сохранить это пикантное приключение в тайне, но к своему большому сожалению осознавал, что шила в мешке не утаишь. В то же время молодой человек надеялся, что эта история не получит широкой огласки и никак не повредит его отношениям с возлюбленной: с его слов Кэти было известно, что хлеб куда важнее пирожных, а всё остальное зависело теперь от самого Роберта. И если он не даст своей драгоценной девочке поводов для ревности, то какое ей дело до того, что её любимый случайно заскочил в кондитерскую лавчонку и съел щедро политый глазурью эклер с приторно-сладким кремом, от которого во рту осталось не шибко приятное послевкусие. Роберт ведь не собирается лакомиться постоянно, а это для Кэти самое главное. Но все тревоги, все сомнения в одно мгновение отлетели прочь, стоило только знакомому силуэту мелькнуть в толпе. «Кэти!» — восторженно выдохнул Роберт и со всех ног бросился навстречу любимой женщине. До слуха Коула и Гранта, несмотря на суетливый шум аэровокзала, долетел заливистый смех мадам де Нуво, когда Плант подхватил её на руки и закружил в радостном танце. Влюблённые во все глаза смотрели друг на друга, словно желая впитать в себя милые черты после долгой разлуки. А потом принялись откровенно, страстно целоваться, напрочь позабыв о том, что они здесь не одни. Неожиданно рядом раздалось многозначительное, весьма настойчивое покашливание: продюсер и тур-менеджер Лед Зеппелин подошли к влюблённым, незамеченные ими. Грант и Коул хотели немного пообщаться с Кэти, пока не началась посадка на их рейс. Любовникам пришлось вспомнить, что вокруг них полным-полно народа, и спуститься с небес на землю. — Питер, Ричард, здравствуйте! — лучезарно улыбнулась Кэти, пожимая протянутые ей руки. — Очень рада нашей встрече. — Кэтрин, дорогая, добрый вечер! — рокотал Грант. — Приятно видеть тебя в добром здравии. Хорошо, что ты прилетела, а то Перси сам извёлся без тебя и нам все нервы вымотал. Но теперь мы можем быть спокойны: наш чудесный вокалист в твоих надёжных руках, и я очень надеюсь, что никаких дров в наше с Ричардом отсутствие он не наломает. — Вы куда-то уезжаете? — удивилась Кэти. — Я подумала, вы решили вместе с Робертом встретить меня. — Да, Кэтрин, мы летим в Нью-Йорк, — вступил в разговор Коул. — Питер горит желанием пообщаться с принимающей стороной насчёт новой системы расчётов наших гонораров, а я постараюсь зафрахтовать самолёт, коль скоро твой «Журавль» не может принять нас на борт. — Мне жаль, но мой самолёт сейчас действительно занят, — огорчённо произнесла Кэти. — Переговоры увенчались успехом; по этому поводу кузен Филипп вспомнил, что «Журавль» был приобретён в первую очередь для нужд компании, так что временно отобрал у меня любимую игрушку. Правда, он обещал, что если закончит все свои дела до окончания нашего турне, то пришлёт самолёт в Америку. — Это всё неважно, детка, — подал голос Плант, о котором Кэти на несколько минут незаслуженно забыла. — Полетаем на том, что арендует Ричард. А сейчас поедем-ка лучше в отель. — Да-да, милый, конечно, — поспешно согласилась Кэти. — Питер, Ричард, счастливого пути! Она едва успела помахать Гранту и Коулу рукой, как Роберт сгрёб в охапку свою сиятельную добычу и, кинув через плечо: «Пока, парни!» — увлёк её к выходу из аэропорта. Продюсер и тур-менеджер переглянулись между собой и неожиданно громко рассмеялись. — Бедный Перси! — хохотал Коул. — Кажется, он приревновал к нам Кэтрин. — Его можно понять, Ричард, — ответил Грант. — Парень жутко соскучился по своей подружке, а она с нами любезничает. Ну да ничего, думаю, этой ночью Перси своё наверстает. — Точно, — подтвердил Коул. — Однако, Питер, нам пора: вон уже объявили наш рейс. И Цеппелины, подхватив свой немудрёный багаж, двинулись к стойке регистрации, где уже выстроилась небольшая очередь пассажиров, желающих улететь этим вечером в Нью-Йорк.

***

Как ни старался Роберт, шила в мешке и в самом деле утаить не удалось. История о его похождениях стала известна Кэти, стоило только влюблённым покинуть роскошный люкс, дабы составить компанию Бонзо и посетить вместе с ним «Рэйнбоу». Джон позвонил как раз в тот момент, когда изрядно проголодавшаяся после любовного марафона парочка раздумывала: выбраться поужинать в город или же заказать еду в номер. Услышав об этом, Бонзо взял с места в карьер: «Конечно, давайте куда-нибудь сходим! А хоть и в „Рэйнбоу“, кухня там неплохая и пиво подают отменное. Перси, Кэтрин, соглашайтесь! В самом деле, вы любуетесь друг другом, Джимми заперся где-то со своей Лори, Ричард ещё не вернулся из Нью-Йорка, а Джонси и вовсе как сквозь землю провалился. Скучно! Айда со мной!» Роберт вопросительно посмотрел на возлюбленную. «Хорошо, — кивнула Кэти, — скажи Джону, что минут через двадцать мы будем готовы». Плант лучезарно улыбнулся своей подружке и передал Бонзо, чтобы полчаса спустя тот ждал их в холле. «Вот и правильно, — довольно проворчал Бонэм. — А то бросили меня все, прошвырнуться по городу совершенно не с кем. Собирайтесь скорее». И положил трубку. Уже в клубе Роберт понял, что поступил опрометчиво, приведя Кэти туда, где всего пару дней назад подцепил Сейбл. Надо было выбрать какой-нибудь ресторан поприличнее, запоздало подумал он. И тут же понял, что эта его затея с треском провалилась бы, потому как были они не одни, а вместе с Бонзо, которому страсть как хотелось погулять, да не где-нибудь, а именно в ночном клубе. Но после того, как двое друзей отлучились ненадолго в комнату для джентльменов, Роберт впал в совершеннейшую беспечность: Бонзо разделил с лучшим другом завалявшийся в кармане пакетик кокаина, после чего пылкому влюблённому жизнь представилась в самых радужных красках и море стало по колено. Вернувшись в зал, Плант и Бонэм с удивлением обнаружили, что во-первых, за время их отсутствия к Кэти присоединилась её давняя приятельница Памела Миллер. А во-вторых, в клуб, непрестанно хохоча и взвизгивая время от времени, ввалилась целая компания группиз с Сейбл Старр во главе. Последняя, едва завидев Роберта, с криком: «Перси!» — повисла у него на шее, так и норовя поцеловать в губы, да покрепче. Плант немного обалдел от эдакой прыти, но затуманенные кокаином мозги соображали туговато, и он довольно тепло ответил на пламенное приветствие Сейбл. Это был пробный шар — первый камень в огород Катрин де Нуво. Первый, достигший цели. Первый из многих. Кэти не была к этому готова. Совсем. Выходка наглой девчонки повергла её в великое изумление, тут же сменившееся дикой ревностью. Но маленькая графиня в любой ситуации привыкла держать удар, так что ни один мускул на её лице не дрогнул, ничем она не выдала своего волнения. Кэти лишь вопросительно посмотрела на Памелу и спросила: — Кто это? — Сейбл Старр, — презрительно хмыкнув, ответила Памела. — Ушлая девочка — палец в рот не клади, даром что ей ещё и пятнадцати нету. Не то что руку отхватит — голову отгрызёт и не подавится. Ведёт себя так, будто до неё ни у кого ни титек, ни волос на причинном месте не было, а она всё это изобрела и милостиво нам подарила. Веришь, сама себя провозгласила королевой группиз и готова оспорить у меня этот титул. У самой молоко на губах ещё не обсохло, а всё туда же — без мыла в дамки лезет. И подружка её Лори Мэддокс ей под стать: нахалка малолетняя, своего не упустит, дрянь. Кэти, краем уха слышавшая о том, что ради юной Лори Джимми бросил Памелу, сочувственно вздохнула. — Памела, милая, — улыбнулась она подруге, — Джимми, конечно, поступил очень некрасиво по отношению к тебе. Но пойми, он влюбился. Глупо, страстно. А страсть, как известно, глаза застит. Сейчас Джимми не видит ничего вокруг себя, кроме этой самой Лори. Однако пройдёт немного времени — и он обнаружит, что их связывает только секс и ничего более. А на одном сексе, сама понимаешь, далеко не уедешь. Им ведь кроме оного и поговорить-то не о чем. К тому же эта крошка глубоко несовершеннолетняя и в возраст войдёт нескоро. Да и общественное мнение в этом вопросе далеко не на стороне взрослого дядьки, потерявшего голову из-за такой вот Лолиты. Думаю, Джимми прекрасно понимает, что за связь с этой крошкой можно запросто угодить за решётку, а ему такая перспектива не улыбается вовсе. Да и ни на одну вечеринку Лори не возьмёшь, что тоже немаловажно. Так что в один прекрасный день Джимми надоест прятаться по тёмным углам и он обратит свой взор на тебя, Памела. Старая любовь, как говорится, не ржавеет. — Ох, Кэти, твоими бы устами да мёд пить, — ответила Памела. Лицо её, до той поры несколько бледное, приятно порозовело: слова подруги вселили в неё надежду. — Ты не сомневайся, всё именно так и будет, — заверила Кэти. — А может, и по-другому: возникнет на твоём пути прекрасный принц, который наденет на твой пальчик колечко и сделает тебя счастливой. — Как знать, — задумчиво произнесла Памела, — возможно, так будет даже лучше. Однако смотри, эта юная нахалка Сейбл, похоже, намертво приклеилась к твоему Перси. Ни стыда у неё, ни совести, тьфу! В самом деле, Сейбл Старр ничтоже сумняшеся липла к Роберту, на весь зал вереща, как она по нему соскучилась и как в прошлый раз ей с ним было хорошо. Эти вопли свободно долетали до слуха Кэти: представление именно на неё и было рассчитано. Плант расслабленно улыбался и всё пытался отстраниться от навязчивой группи, но это удавалось ему из рук вон плохо. Наконец он смог выпутаться из цепких объятий юной хищницы. — Сейбл, — вымученно улыбнулся певец, — рад тебя видеть, но я здесь не один. Со мной моя девушка, и я вовсе не хочу её нервировать. — Ты всё-таки подцепил другую девицу? — вскинула брови Старр. — Я же сразу сказал тебе: до конца гастролей я занят. А если повезёт, то и на всю оставшуюся жизнь тоже. Сейбл скривилась, будто увидела жабу. — И кто же украл твоё сердце? Не та ли высокомерная французская выскочка, что на пару с бывшей пассией Пейджа перемывает кости нам с Лори? Интересно, чем она тебя взяла? — Это не касается ровным счётом никого, — ответил Плант. — Ни-ко-го. А теперь я покину тебя, детка. Приятного вечера! И нетвёрдой походкой изрядно подгулявшего кавалера Роберт направился к столику, за которым сидела любовь всей его жизни — его маленькая Эвита Перон.

***

По дороге в отель Кэти не проронила ни слова. Роберт всё время спрашивал её о милых пустяках, но графиня лишь вздыхала да горестно поджимала губы, чуть отворачивая в сторону красивое лицо. Англичанин, понимая, в чём дело, вновь и вновь пытался расшевелить подружку. Но обида была сильна; похоже, этой ночью блистательная Королева Света превратилась в задумчивую, грустную Царевну Несмеяну. А и были тому причины: Сейбл Старр весь вечер не давала сопернице прохода, стараясь побольнее задеть её. Бойкая группи не разбирала методов, доказывая своё превосходство: уж больно её самолюбие было уязвлено появлением Катрин де Нуво и отказом Планта. И если вокалиста Лед Зеппелин Сейбл трогать пока не собиралась, то заморской выскочке следовало как можно скорее показать, кто здесь главный и где её место. И на голову бедной Кэти посыпался град острот и злопыхательств. Но Сейбл зря затронула самолюбие графини де Нуво. Подобные выходки Кэти не прощала никому и уж тем более не собиралась уступать такой дрянной штучке, как Сейбл Старр. «Ишь ты, всего-то из-под горшка два вершка, а всё туда же, — думала Кэти, слушая, как юная нахалка хвастается перед остальными группиз проведённой с Плантом ночью. — Лезет в волки, а хвост собачий. Хочешь сразиться со мной — будет тебе войнушка, детка». Кэти поднялась со своего места. — Мне надо носик попудрить, милый, — сказала она, целуя Роберта в щёку. — Я скоро. Однако в дамской комнате Кэти пробыла довольно долго. Расчёт её был крайне прост: заметив отсутствие графини за столиком, соперница либо отправится за ней, чтобы наговорить побольше колкостей, либо, что более вероятно, пристанет к Планту. Время шло, золотые часики на руке Кэти тикали бесстрастно, а Сейбл всё не появлялась в дамской уборной, из чего мадам де Нуво сделала вывод, что события пошли развиваться по второму варианту. «Ну что ж, пора поставить тебя на место, девочка», — подумала Кэти и вернулась в зал. Так и есть, Сейбл, воспользовавшись отсутствием подружки Планта, уселась к нему на колени и мило щебетала о чём-то. Роберт глупо улыбался, выслушивая настырную группи, и совершенно не пытался прогнать её. Рядом чему-то с детской непосредственностью радовался Бонзо, из чего стало ясно, что друзья в очередной раз приняли на грудь изрядное количество кокаина. Кэти брезгливо поморщилась: ей не нравилось пристрастие Цеппелинов к бодрящему порошку, а уж вид оседлавшей любимого потаскушки и вовсе не добавлял положительных эмоций. — Эй, крошка! — подойдя поближе, сказала Кэти. — Уступи место даме. Сейбл сделала вид, что не слышит Кэти. Она потянулась к Планту, желая поцеловать его, но тут на её плечо опустилась узкая ладошка маленькой графини. Сейбл обернулась и слегка вздрогнула, напоровшись на полный презрения взгляд Катрин де Нуво. На какие-то доли секунды ей стало страшно, но Кэти хватило этого мгновенья, чтобы почувствовать: соперница дала слабину. — Девочка, ты же вроде не глухая, — продолжила Кэти. — Повторяю ещё раз: с чужого коня среди грязи долой! Волны уверенности в своём превосходстве, исходящие от маленькой графини, заставили Сейбл сползти с коленей Планта. «Мой! — прочла группи в полыхающих огнём ненависти карих глазах подружки Роберта. — Только мой! Не лезь к нему, я его никому не отдам!» Сейбл стало не по себе. — Присаживайся, — неожиданно пригласила соперницу Кэти, кивнув на свободный стул, — в ногах правды нет. Сейбл, сама не понимая почему, подчинилась и опустилась на мягкое сиденье рядом с Бонзо. — Я смотрю, ты очень шустрая, детка, — продолжила Кэти. — Небось спишь и видишь, как бы извести меня поскорее, а самой занять место в постели Роберта. Не получится, милочка, зря только силы потратишь. Я тебе не по зубам, да и Роберт — парень взрослый и, кажется, давно уже определился, с кем ему хочется быть. Но коль скоро ты решила поиграть в серьёзные игры… что ж, есть у меня одна идея. Кэти подозвала официанта и что-то шепнула ему. Тот понимающе кивнул и скрылся в подсобке. А когда вернулся, на его подносе тускло поблёскивала, красуясь фирменной красной этикеткой, запотевшая бутылка водки «Smirnoff». — Предлагаю устроить небольшое состязание, — промолвила Кэти, пока официант расставлял стопки на столе. — Соревнование по литрболу? — сострил Бонзо, наблюдая, как ледяная влага льётся в гранёные стопки, из которых и положено пить водку. — Да, Джон, — ответила Кэти. — Мы с Сейбл посоревнуемся немного. А тебя я приглашаю побыть нашим экспертом и арбитром. — С удовольствием, — облизнулся Бонзо. — Русская водка — это хорошо. И, опрокинув свою порцию обжигающего напитка, удовлетворённо крякнул: — Ух, забористая какая! Совсем как в Москве! — Ты побывал в моём родном городе, Джон? — удивилась Кэти. — Нет, из аэропорта выбраться не удалось, хоть я и настаивал на том, чтобы пожить пару деньков в Москве. Но Питер был категорически против после того, как Перси понарассказывал ему страшилок про вашу столицу, — пьяно улыбнулся Бонзо. — Мы так и просидели полдня в Шереметьево, коротая время за бутылочкой «Столичной» из дьюти-фри. — Ясно, — коротко кивнула Кэти. Бонзо помолчал немного, словно размышляя: говорить дальше или нет. Потом продолжил: — Этот… который в Зальцбурге… приходил. Тебя спрашивал. — А ему всё неймётся? — нехорошо усмехнулась Кэти. — Какой настойчивый товарищ, однако. А вы что? — А мы ему сказали, что ты в отдыхаешь в Ницце, но возможно, тебя там уже нет, — утробно рассмеялся Бонзо, вспоминая, как вытянулось лицо бывшего кавалера Кэти. Внезапно барабанщик Лед Зеппелин как будто вспомнил что-то и лицо его приняло самое серьёзное выражение. — Перси, — обернулся он к Планту, — этот русский просил на словах кое-что тебе передать, да я запамятовал совсем. Береги Кэтрин, как зеницу ока береги. Бонзо хотело было сказать ещё что-то, но Кэти прервала его: — Оставим это, Джон. Призраки прошлого пусть нас сегодня не беспокоят. Давайте лучше выпьем, девочки-мальчики. Твоё здоровье, Сейбл! Кэти внимательно посмотрела на соперницу и тихо добавила: — Не чокаясь. Роберт вздрогнул: он понял, что означают слова Кэти. Не чокаясь русские пьют только за покойников. Он поспешил забрать опустевшую рюмку из тонких пальчиков любимой и, глядя в подёрнутые хмельной дымкой милые глаза, произнёс: — Кэти, детка, давай вернёмся в отель. Маленькая графиня помедлила несколько секунд, а затем ответила: — Пожалуй, я соглашусь. Кэти поднялась из-за стола, оставив на клетчатой скатерти приличную сумму, которой с лихвой хватило, чтобы расплатиться за всю компанию, да и чаевые оставались солидные. Потом окинула присутствующих томным взглядом и, едва разжимая губы, проронила: — Ладно, ребята, хорошего помаленьку. Сейбл, детка, продолжим наш разговор в следующий раз. Памела, Джон, до свидания! Идём, Роберт. И покинула заведение в обнимку с Плантом, отчаянно целуясь с ним на ходу. Со стороны могло показаться, что инцидент с Сейбл никак не повлиял на отношения влюблённых, но это была игра на публику, всего лишь игра…