Remedium/Панацея

      Обещанный Акумо вечерний разговор по не зависящим от него причинам перенесся на дообеденное время.       Быстро поделившись с парнями своей догадкой, Рэй широким шагом зашел в палатку к азиатам и без предисловий схватил стоявшего к нему лицом Тамадзуки за грудки. Его подчиненные, мигом набычившись, вскочили со стульев и двинулись к напавшему на босса.       – Или ты рассказываешь все здесь и сейчас. Или, если опять начнешь увиливать, вытрясу из тебя правду. Понял? – с тихой яростью проговорил Рэй, сжимая воротник японца, чтобы доказать, что обещание драки – не пустые слова.       Акумо опешил (все-таки его можно застать врасплох!) и следом по-шакальи ухмыльнулся (самообладание он вернул себе за считанные секунды):       – Понял, Рэй-сан. Все в порядке, – сказал он азиатам.       Те, не сводя с Рэя настороженных взглядов, замерли на месте, готовые по первому зову прийти Тамадзуки на помощь.       – Хорошо. Сейчас так сейчас. Зови остальных. И убери руки, пожалуйста, – попросил япошка вежливо и холодно. Отбиться он мог и отчаянно хотел. Но опускаться до мордобития с тем, кто ниже его по социальному положению (Сандерс кратко описал жизнь каждого из четырех пациентов-добровольцев), непозволительно для потомка самураев. К тому же, Акумо – командир отряда, и не надо прилюдно срываться на сопровождаемого. Да и сенатор будет не в восторге, узнав, что охотники за целебной травой сцепились на почве такой ерунды. И хоть Тамадзуки главный, он главный тут. А Сандерс – везде и над ним. И у него деньги, половина из которых еще не перекочевала в карман Акумо. Банковские счета он не любил – по ним несложно вычислить легальность их пополнения и опустошения. Живые, шелестящие и пахнувшие купюры куда надежнее: легко получить и легко сбыть.       Рэй с сожалением разжал кулаки, и япошка коснулся пола подошвами ботинок целиком.       Да, Акумо действительно растерялся, чего за ним никогда не водилось, когда взбешенный бугай почти поднял его, сдавливая горло. Тамадзуки не сомневался: будь Рэй злей чуть больше, он бы либо придушил, либо зашвырнул противника подальше.       С таким сильным человеком японец сталкивался впервые.       Прежнее равнодушие к чудо-растению сменилось интересом. А к финансовой зависимости от конгрессмена добавилось желание побывать в его клинике. И отнюдь не для экскурсии.

***

      Акумо рассказал все в точности, как Рэй и предполагал. Но была ли история созыва их в команду истинной – знал лишь Сандерс. Он мог запросто солгать и Тамадзуки, а тот посвятил бывших пациентов в те детали, в которые посвятили его.       – Зачем нам боевые навыки, если наша миссия по поиску растения мирная? – Лис тоже был недоволен тем, что сенатор умолчал о следующих заданиях, а японец тянул с подробностями.       – Они пригодятся в других, – ответил Акумо.       – А если кто-то из нас откажется прямо сейчас? – спросил Джош.       – От этой – уже поздно.       – Я могу вернуть мистеру Сандерсу деньги!       – Эй, спокойно, – Рэй глянул на парня: он испуган не на шутку. Но Джош хотя бы выражает эмоции, а Майкл застыл камнем. Ни движений, ни мимики. Наверно, и ему страшно, но ступор сковал все мышцы.       – Так, – отрывисто, как удар молотка, сказал Тамадзуки. – Я не имею права давать советы сенатору, однако попробую донести до него, что вы подписались на одну миссию. Речь шла только о ремедиуме, когда он беседовал со всеми вами.       – Будем очень признательны за содействие, месье, – с облегчением поблагодарил Анри.       Майкл наконец-то отмер и кивнул, согласившись с Акумо. У Джоша настроение поменялось не столь быстро: он, хоть и не расслабился, но уже не показывал боязни.       Рэй не страшился ни задания, ни возможного кровопролития. Правда, о нем и вообще о сути миссии важно сообщать заранее. Сандерс поступил ловко: убедил пациентов помочь больным, так как сами когда-то страдали. Подманил деньгами, выдал группу для сопровождения, а сам вдали от перуанской деревни умиротворенно ожидает, когда Акумо привезет ему и растение, и героев.       – Как и вы, я наемник. Отличие в том, что опыта у меня побольше. Я тоже связан с сенатором работой и оплатой за нее. И я не прослыву тем, кто не выполняет обязательства. Поэтому хотелось бы вместе с вами завершить миссию и получить деньги. Как на это смотрите?       Японец говорил без пафоса, присущего Сандерсу, без напирания и без высокомерия. Словно и его напрягало отыскать конгрессмену вожделенную траву. А вот врал Акумо или нет, сейчас было не определить. Он вел себя как будто бы на стороне не работодателя, а четверки людей, лишенных полной картины.       «Он раньше раздражался из-за того, что сенатор навязал ему новичков», – сделал вывод Рэй и решил все равно не доверять Тамадзуки. Какое о нем составили мнение Лис, Майкл и Джош, они обсудят позже, без свидетелей-азиатов.       – Ну если мы пришли ко взаимопониманию, то с завтрашнего дня можем провести тренировки. Не для новых заданий, а просто так. В жизни пригодится. Это утром, до жары. Днем поболтаем с жителями о растении, – вдохновенно огласил распорядок действий Акумо. – А сегодня попривыкаем к климату, как и планировалось.       Пациенты Сандерса покинули палатку. Однако шедший замыкающим Рэй услышал за спиной оклик, адресованный именно ему – поднявшему бунт.       – Погоди.       – Зачем? – остановился Рэй, но не повернулся.       – Ты ведь завел знакомство с местной девушкой.       – И что с того?       – Порасспрашивай ее о ремедиуме. Это же будущее лекарство. И оно необходимо всему миру.       – Угу.       Прежде всего, Каяра была интересна Рэю как приятный человек. И абсолютно не хотелось продолжать общение вопросом о траве, словно ему нужна только она. Но Акумо Рэй не отказал. Он постарается в разговоре с Каярой что-нибудь узнать о растении. Не для Сандерса или японца. Для больных людей.