Remedium/Панацея

      Почти в сумерках, принесших ощутимое снижение жары, они добрались до поляны в виде неровного овала, окаймленного деревьями и кустами.       – Это ремедиум? – Рэй кивнул на темно-зеленую траву с узкими листьями.       – Нет, у него листья не такие, – разочаровал его и себя Акумо.       – Если у вас, месье, есть фото – покажите нам, – попросил Лис. – Мы тоже поищем. Или хотя бы опишите словами, как выглядит растение.       Тамадзуки не ответил. Похоже, ну очень боялся, что ловкие пациенты Сандерса обнаружат вожделенный ремедиум и заберут себе.       – Ищите траву с другими листьями и постарайтесь не затоптать тут все, – бросил он и стал обходить поляну по кругу, всматриваясь в поросль. Азиаты тоже рассредоточились по краю овала, не заходя за его пределы.       На вывеске клиники Сандерса был изображен именно ремедиум – листья, стебель и цветок, как у многих растений, но Рэй смутно помнил его точную форму. Пришлось высматривать траву, хотя бы отличавшуюся от увиденной первой.       Темнело быстро. Со всех сторон из леса звуки раздавались все чаще и чаще – обитатели с приходом прохлады выбирались из своих убежищ. А уж просто погулять или на охоту, знали лишь они.       Азиаты нацепили на головы налобные фонари и, присев на корточки, раздвигали поросль узколистной травы, ища среди нее ремедиум. Значит, он или ниже, или в это время года только выпускает ростки. И стопроцентно раньше рос именно здесь.       На свои фонари и возившихся в растениях японцев Рэй и остальные парни смотрели без энтузиазма. Первым за фонариком потянулся Майкл. Рэй покачал головой и позвал главного в их отряде:       – Может, вернемся сюда завтра? Если ремедиум тут есть, то никуда от нас не денется. А нам пора бы нормально поесть и отдохнуть.       Под «нам» Рэй подразумевал только их четверых, однако больше заботился о состоянии парней, чем о себе. Ему стало получше от посвежевшего воздуха, есть особо не хотелось, и будь Тамадзуки хорошим человеком, Рэй обшарил бы всю сельву ради лекарственного растения. А сейчас от них подальше гнала ненависть к Шакалу, усилившиеся шорохи и далекие (пока что) подвывания и желание поскорее встретиться с Каярой, а также миссия с телефоном в деревне.       Акумо распрямился и повернулся к Рэю, не потрудившись уменьшить яркость фонаря или сдвинуть его в сторону, отчего Рэй прикрыл глаза ладонью.       – Мы и так долго ждали и долго сюда добирались, чтобы почти сразу уехать обратно, – проговорил Тамадзуки властным тоном одержимого командира, повелевавшего командой и источником света.       – Разве они, – Рэй указал на своих друзей, – способны еще и ночью что-то делать? Вы привыкли к трудностям, разному климату и работе без перерывов. Они – нет. Отправь парней домой, а я останусь.       – Какое благородство, Рэй-сан, – выдавил кривую улыбку Шакал. – Все вместе вы обшарите больше травы. Дело в количестве людей, понимаешь?       – Завтра, – твердо повторил Рэй.       И в очередной раз между ними повисло гнетущее напряжение.       – Мы тратим время, – процедил Тамадзуки. – Надевайте фонари! Иначе я вас заставлю!       – Нет. И дело не в количестве людей, понимаешь? – вернул японцу почти его же фразу Рэй. – Тебе и твоим приятелям со мной одним не справиться.       – Ты блефуешь, – хмыкнул Акумо насмешливо. Но слегка дрогнувший голос выдал струхнувшего азиата.       – Проверь.       На фоне тьмы освещенный фонариком чуть сгорбившийся Рэй казался еще крупнее и мощнее, словно огромный зверь со вздыбленным загривком, готовящийся напасть.       – Ну хорошо, поехали домой, – сдался Шакал, вновь примеряя роль доброго друга. – Но рано утром будьте готовы уехать сюда на сутки.

***

      Было жаль после сытного ужина вести Майкла в деревню, но парень, хоть и поминутно зевавший, отказался переносить звонок на следующий день.       – Завтра мы будем никакие, – шепнул парень Рэю, когда они собирались к перуанцам. – У меня хватит сил позвонить. Правда.       – Ладно.       Рэю по-прежнему не терпелось пойти к Каяре и начать подготовку к побегу от Акумо, однако все они живые люди, которым требовался срочный отдых, и он уточнил у Майкла еще раз – осилит ли он прогулку. Парень в целом держался стойко и выразил полную готовность.       Ночью неудобно было беспокоить Каяру и аборигенов, а сделать это очень требовалось. Стараясь сильно не шуметь и в то же время не слишком таиться от японцев, Рэй и Майкл выбрались из своей палатки и двинулись к деревне.

***

      Слава богу, на негромкий стук в дверь откликнулась Каяра, а не ее строгая бабушка. Узнав, для чего поздним гостям понадобился телефон, девушка сообщила, что аппарат есть у Качи – старосты деревни.       – Помнишь его? – спросила Каяра Рэя, когда она снова вышла на улицу уже утепленная. – Я говорила с ним, а рядом было пять детей.       – Да. Скажи, пожалуйста, где он живет.       – Я пойду с вами. Не зря же надела куртку и шарф, – улыбнулась Каяра, беря Рэя под руку.       – Нам и так стыдно, что мы тебя разбудили. И еще тащим среди ночи из-за наших проблем…       – Качи быстрее откроет знакомому человеку, – логично заметил Майкл. – Поэтому Каяра очень нужна.       – Вот видишь, – девушка чмокнула Рэя в щеку, и тот, конечно, больше не возражал.       В доме старосты горел свет, и они порадовались, что не придется беспокоить спящую семью. Каяра тихонько постучала в окошко, и вскоре отодвинулась занавеска. Показалась женщина и от явившихся белых мужчин шарахнулась назад, выпустив штору.       – Вайра, – позвала Каяра и снова легонько побарабанила кончиками пальцев по стеклу. – Это я и мои друзья. Мы к Качи по важному делу.       Девушка добавила несколько слов на языке кечуа, от которых в окне появился уже Качи. Он махнул в сторону входа.

***

      – Его телефон сломан. Качи ездил в город и написал заявление, чтобы прибыл мастер, но его нет неделю, – перевела Каяра фразы старосты, грустно вздохнувшего.       – Черт! – Рэю было досадно, что из-за ленивого или сверхзанятого мастера и перуанцы сидели без связи, и план дал трещину.       Качи торопливо что-то заговорил, и Каяра перевела:       – Он может отвезти вас в Куско, а там много телефонных автоматов. Еще можно позвонить с почты, из больницы или полиции.       Рэй и Майкл с такой надеждой уставились на старосту, что тот часто закивал.       – Скажи ему: мы заплатим, – попросил Рэй Каяру.       – Качи рад помочь бесплатно, – ответила девушка после аналогичных слов старосты на своем языке.       – Я помогу, – подтвердил он по-английски.       – Спасибо. Рэй, я поеду, а ты возвращайся, – сказал Майкл. – Вдруг Акумо нас спохватится, тебя так точно.       – Ты прав. Что-нибудь навру ему насчет тебя. Удачи!       Тем временем Качи выгнал из-под навеса старую пыльную машину.       – Скоро буду! – крикнул Майкл, залезая в автомобиль.

***

      Как бы ни хотелось побыть подольше с Каярой, а все-таки Рэй чувствовал дикую усталость, накатившую резко, как волна от цунами. Девушка тоже понимала, что свидание не получится длинным, и проводила Рэя до конца деревни.       – Не знаю, во сколько завтра мы вернемся из сельвы, но я все равно к тебе приду, – сказал Рэй на прощание.       – Буду ждать! Жаль, ваш командир такой упрямый. Думаю, он скоро отчается найти нинатьику и перестанет вас мучить.       Каяра прижалась к Рэю, а он ее крепко обнял. И это было настоящее счастье. Рэй поневоле благодарил Сандерса и Акумо. Если бы не ремедиум, не миссия в Перу, он бы никогда не нашел свою любовь.

***

      Палатка японцев и общая не освещались, а в жилище пациентов Сандерса горел тусклый огонек.       Зайдя внутрь, Рэй увидел, что включен маленький фонарик.       – Как все прошло? – оседлавший стул задом-наперед Лис спросил шепотом, ибо Джош спал.       – Относительно нормально. Телефон старосты сломан, и Майкл уехал с ним в Куско позвонить из автомата, – Рэй снял куртку и с наслаждением развалился на кровати. – Что там япошки? Не заходили?       – Нет. Джош услышал, как они почти без разговоров легли и тут же засопели. Но я на всякий случай из одежды соорудил лже-Майкла, – Анри показал на кровать отсутствовавшего парня, где одеяло укрывало объемную фигуру, контурами похожую на человека.       – У тебя талант, – усмехнулся Рэй. – А ты-то чего не спишь?       – Ждал вас.       – Ложись. А я не буду, пока Майкл не вернется.       – Я тоже подожду. И зря ты лег: так можно быстро отрубиться. Проверено на себе.       Рэй сел и постарался отвлечься от дремоты тихой болтовней с Лисом, который умостился рядом: «Чтобы щипать тебя, если заснешь». По прошествии нескольких минут засыпать начал сам Анри, роняя голову Рэю на плечо.       – Да ляг ты уже, – почти сердито прошептал Рэй.       – Мне совесть не позволяет. Майкл для меня как ученик, который ушел из класса за чем-то и никак не возвращается.       – Плюнь на совесть, Лис, и спи.       – Ох, mon ami, совесть – это лучшее в людях… Я должен ее слушаться.       К утру Анри не сумел противостоять сну и спал на кровати Рэя, который ходил по палатке. У него мигом пропала сонливость через два часа, как Майкл отправился с Качи в город. А уж на рассвете Рэй растормошил Лиса:       – Вставай скорее! Майкла до сих пор нет!