Ошибки прошлого

Все-таки решиться позвонить папе было нелегко. Мне было страшно, что я ему действительно не нужен. Я пытался подготовиться к такому исходу. Все же он бросил меня, когда я был совсем маленьким, и с тех пор не давал о себе знать. Хотелось бы конечно знать, что у него были какие-то важные причины, чтобы поступить подобным образом. Знаю лишь, что мне безумно не хватало рядом папы-омеги всю мою жизнь. Каким бы он ни был, если мы сможем теперь общаться, я уже буду рад, даже если он не самый хороший человек. Наглотавшись легкого успокоительного, которое мне выписал Фрэнк, я все-таки нажал на вызов. Долгие гудки вогнали в уныние. Неужели и в этот раз он не возьмет трубку, а потом мне снова придется собираться с силами, чтобы позвонить ему? Но внезапно гудки прервались, что-то щелкнуло, и я услышал голос: — Алло? Я немного замялся, услышав незнакомый голос. Как он отреагирует на меня? — Сидни? — спросил я. — Да, а кто это? Сказать «Я твой брошенный шестнадцать лет назад сын» слишком тяжело. Я хотел что-то сказать и не мог. Ком застрял в горле, и мне казалось, что я вот-вот расплачусь. Отца сейчас судят, и видеть он меня не хочет. Остался только папа, которого я совсем не знаю, и больше совсем никого. — Макс? — внезапно слышал я в трубке. — Это ты, Макс? Я немного опешил. Как он узнал? — Да, это я, — все же заставил ответить себя. — О Боже! Не могу поверить! — произнес омега. — Я слышал по новостям, что твоего отца сейчас судят, и подумал, что ты можешь связаться со мной… Я сам пытался найти твои контакты, но у меня ничего не вышло. Это просто невероятно! Солнышко, как же я рад, что ты мне позвонил! Я даже и мечтать не мог, что ты захочешь со мной общаться. Думал, твой отец настроил тебя против меня. Боялся, что ты меня ненавидишь… Слушай, крошка, у тебя есть скайп? — Да, — произнес я, немного сбитый с толку таким ярким всплеском эмоций. — Давай я пришлю сейчас тебе контакты. Позвони мне по скайпу… Как же я хочу тебя увидеть! — Хорошо, — пришлось мне согласиться. Папа сбросил вызов, и вскоре мне пришло сообщение. Я быстро включил свой ноут, запустил скайп и ввел данные. Теперь уже было не так страшно. Он рад, и я, кажется, тоже — еще не понял. Теперь уже даже не особо важно, что было в прошлом. Главное — он помнит обо мне и хочет общаться. Спустя несколько гудков в экране ноута появилось изображение взлохмаченного, крайне возбужденного, рыжеволосого омеги. По нему я бы не сказал, что ему почти сорок. Экий худенький тоненький ураганчик — очень яркий, и несомненно красивый. — Привет! — улыбнулся омега. — Какой же ты милашка! — произнес он не без восторга. — Я знал, что ты будешь тем еще рыжиком, когда подрастешь, но не ожидал, что ты будешь настолько похож на меня. — Привет, — я чуть скованно улыбнулся в ответ. Он одновременно родной человек по крови и чужой по жизни. Я не помню его совсем. Он ушел, когда я был совсем мелким. Кажется, мне даже года тогда не исполнилось. Наконец омега угомонился и уселся, кажется, на кровать. Должно быть, он тоже использовал ноутбук. — Я знал, что когда-нибудь мы с тобой увидимся, — произнес Сидни. — Рано или поздно… первое время, когда мне пришлось уехать, я думал, что сойду с ума. Ты был таким маленьким и беззащитным… Я знал, что очень нужен тебе, но не мог ничего поделать… Со временем, я успокаивался. Жизнь продолжалась, а вернуться я не мог… — Почему? — спросил я. — Что случилось такого, что тебе пришлось уехать, и ты не мог вернуться? Омега замолкнул, весь немного осунулся. Взгляд его стал растерянным. — Я… мне не хотелось бы говорить об этом сейчас, ведь я так рад, что вижу тебя. А это очень больная тема для меня… С другой стороны, я понимаю, как важно тебе знать причину. Отец, наверное, многое наплел насчет меня, и я понимаю, что ты обижен… Я расскажу об этом сейчас, чтобы это не тяготило тебя и дальше. Ты мой родной сын, и мне очень хотелось бы, чтобы мы с тобой общались, чтобы хоть немного наверстали годы разлуки. Сейчас мне подумалось, что прошлое неважно, особенно, если оно несет боль. Главное, что я нужен папе, и он не забывал обо мне. Хотя он и абсолютно незнакомый человек, но теперь я точно уверен, что мы можем стать родными людьми. Но остались вопросы… Я правда хотел бы знать, что за отношения были между моими родителями в прошлом, как я появился на свет, и почему рос без папы, тем более, если он меня любит. — Я был тогда чуть старше, чем ты сейчас, — начал рассказ Сидни. — Только закончил школу… Родителей не стало, когда я был мал. Я рос на попечении старшего брата. Жили мы не особо богато, мозгов поступить на стипендию в колледж у меня не хватило, а денег на оплату учебы не было. Вот и пришлось, закончив небольшие подготовительные курсы, искать работу. Мне очень повезло - и с помощью одного хорошего знакомого я смог устроиться секретарем в довольно крупную фирму. Работа была не особо тяжелой — я сидел в приемной у генерального директора. Должен был следить за посетителями: есть ли кто у директора, делать запись, варить кофе, отвечать на телефонные звонки. Генеральным директором этой фирмы в тот момент был Марк Риктон — твой отец. Ему уже было за сорок тогда, но он был альфой в самом расцвете сил — харизматичный, симпатичный, богатый и обаятельный. Не влюбиться в него было сложно, особенно, такому неопытному ребенку, каким я был на тот момент. Твой отец вел довольно разгульный образ жизни. Семьи у него не было, к тому же он ни от кого особо не скрывал свою бисексуальность. Я знал, что мало кто задерживается рядом с ним надолго, и все равно, когда он обратил свое внимание на меня, не смог отказать. В общем… как-то так вышло, что как его секретарь я был всегда под рукой, и ему было удобно со мной… Я же был влюблен, и мне было плевать, даже если он меня использовал. Я хотел быть рядом с ним любой ценой… Мне казалось, что еще немного, и он полюбит меня так же сильно, как я люблю его. Я схитрил… Не принял вовремя противозачаточные… Он уже был довольно взрослым мужчиной, у него не было детей, и ко мне он тогда уже относился не совсем как к игрушке. В общем, мою беременность он воспринял довольно равнодушно… Сказал, что признает ребенка только после теста на отцовство… Тогда я и осознал, что сглупил… Но деваться было некуда, да и я действительно хотел родить ребенка от любимого мужчины. Мне не нужны были его деньги - я делал это для себя. Когда ты появился на свет, я был очень счастлив, а после был сделан тест на отцовство, и Марк признал тебя сыном. Внезапно он оказался любящим отцом, предложил переехать мне с тобой к нему. Вот так у меня и появилась семья… Новорожденный кроха-сын, и любимый альфа. К тому времени я уже не работал, все свое время уделял тебе, Макс. Марк, казалось, тоже остепенился: теперь больше времени проводил с нами, и запахов чужих от него почти не чувствовалось. Правда, позже я узнал, что остепенился он вовсе не из-за нас с тобой… К тому моменту у него были серьезные отношения с альфой. Это было больно… Какие-то редкие секс встречи я вполне мог терпеть, зная ветреную натуру Марка, но не постоянного любовника. Это разрушало последнюю надежду, что у нас с ним что-то наладится. Я думал, что рано или поздно он остепенится и поймет, что я тот, кто ему нужен. А успокоить свое либидо его заставил совсем другой человек. Сейчас я понимаю, что ревность вскружила мне голову, и стоило повести себя иначе. Но я тогда решил бороться за эти больные отношения, хотя в глубине души и понимал, что Марк меня никогда не любил, и я просто был удобен ему. У Марка я подсмотрел номер его любовника, а позже позвонил… Я тогда очень сильно надавил на того альфу — сказал, что у Марка есть семья, есть ребенок, мы очень любим друг друга… А этот альфа… Отношения между альфами изначально обречены на провал, особенно, когда у одного из альф есть семья. Я был убедителен, потому что тот парень тут же оборвал все контакты с твоим отцом. А Марк… наверное, он того парня действительно любил… После расставания сначала он метался, как раненый зверь, пытался вернуть любовника. Потом он узнал, что я во всем замешан, именно тогда он и вышвырнул меня вон. Сидни горестно вздохнул. Я видел, как больно ему вспоминать прошлое. — Я… самым страшным было, что ты остался у него, а меня выгнали и не давали видеться с тобой. Я пытался…, но власть и деньги решают все. А потом моего брата загребли в полицию. Догадываюсь, что это тоже было дело рук Марка. Тогда мне прозрачно намекнули, что отпустят брата, только если я уберусь как можно дальше из города и больше не буду доставать Марка, или пытаться увидеть тебя. Мой брат не был виноват в том, в чем его обвиняли, он меня вырастил, и я не видел другого выхода, кроме как выполнить то, что от меня требовали, хотя это и было неимоверно тяжело. Люди твоего отца выполнили обещанное: брата моего выпустили, а мне сказали, что если я когда-нибудь вернусь в город, меня просто убьют, чтобы не доставал. Я в какой-то степени понимаю Марка. Я должен был забрать тебя и уйти от него, когда узнал что у него появился любовник. Возможно, он бы позволил. А я разрушил его отношения с любимым человеком, и он меня возненавидел за это. Так что перед тобой, Макс, я очень сильно виноват - за свою крайнюю безответственность, глупость и трусость. — Не вини себя, — произнес я, улыбнувшись. — Важно, что теперь мы сможем общаться. — Должно быть тебе тяжело из-за того, что отец попал в неприятности. Но этого стоило ожидать - он был связан с криминалом. У тебя есть деньги? Жилье не отобрали? Никто не пытался угрожать? — в голосе омеги была неприкрытая забота. — У меня все хорошо. Я замужем, так что… — Замужем? — ужаснулся омега. — Тебе только семнадцать исполнилось… — Так получилось… — произнес я, пытаясь спрыгнуть с неприятной темы. — У меня все хорошо… Относительно… Я… ну… Я поставил ноут на стол и отошел немного назад, демонстрируя свою округлившуюся фигуру. — Ты скоро станешь дедушкой, папа. Я видел, как распахнутые глаза омеги наполняются слезами. — Я так счастлив, крошка. Хотя рано, конечно, ну да ладно… Раз уж замужем… Я тебя люблю, Макс! Очень сильно люблю! Поверить не могу, что скоро стану дедом… С ума сойти! — Омега счастливо рассмеялся. — Я хочу встретиться и обнять тебя, сынок. Не хочешь приехать в гости? Я бы очень хотел. Вырваться в другой город, встретиться с папой, увидеть младшего брата, но я связан привязанным к койке мужем. — Прости, — ответил я. — Я не могу приехать… Есть причины. Но если хочешь, приезжай ко мне вместе с братом… — Ты и про Ролана знаешь, — улыбнулся омега. — Он сейчас у соседей, с друзьями играет в приставку. Он будет рад с тобой познакомиться. Вы очень похожи внешне. Слушай, малыш, я с радостью приеду. Возьму отпуск на неделю и примчусь к тебе. Я согласно закивал. Хотя мы и совсем чужие люди пока, но кажется, теперь все у нас будет хорошо. — Я люблю тебя, Макс. Всегда любил и никогда не забывал. Я сделаю все, чтобы ты меня простил. — Я тебя уже простил, пап, — ответил я. Мы еще некоторое время поболтали о мелочах, а потом оборвали связь. После разговора мне показалось, что за спиной у меня появились крылья. Всю жизнь я был сам по себе, а оказывается - я кому-то нужен. И, наверное, папа хоть сейчас научит меня, как любить своего ребенка. Мне это нужно.