По ком звонит колокол

Когда они заняли самый отдалённый стол в читальном зале, прихватив с собой книг для отвода глаз, Кармина выложила всё, что видела сегодня утром, а Патрик рассказал о своём кошмаре, который приправил и до того нагнетённую ситуацию небывалой остринкой. В итоге ни у кого больше не было сомнений относительно того, что в этой школе творятся ужасные мистические вещи. Краем глаза Кармина увидела Мишель, которая ошивалась неподалёку с видом шпионки секретной службы, учитывая то, что она наверняка десяток раз прочитала весь заданный на лето материал и, собственно, здесь ей делать особо нечего. - Действовать будем незаметно. За нами могут следить… эта Мишель сто пудов учительская шестёрка. Не нравится мне то, как она смотрит. - О Боже, Локхарт здесь, - пискнула Агнешка, - он тоже за нами следит? - Надеюсь он не слышал, что мы тут о нем наговорили… - пробормотал в полголоса Айвен, - когда он такой дерганный… мне кажется, он вот-вот кому-то врежет. Все взялись за книги и состроили умный вид. Учитель литературы побеседовал с библиотекарем, выслушал вопросы и жалобы нескольких учениц, тут же обступивших его, как фанатки суперзвезду, но серьёзного правдивого ответа, как какой-то змей-искуситель не дал ни одной. Наконец, избавившись от них, он прошёл в зал и направился прямо к дальнему столику. - Моим предметом занимаетесь, я вижу, - произнёс он, поднимая пальцем книгу в руках Агнешки, сидящей напротив, чтобы увидеть обложку. – Похвально, просто гордость берёт, как подумаю, что передо мной может сидеть новое поколение гениальных писателей, да, Патрик? – Локхарт отодвинул свободный стул рядом с Сейнтом, уселся на него, как в домашнее кресло, обняв спинку соседнего стула и уставившись на своего ученика, как на возлюбленную. – Мне всегда нравилось читать твои сочинения, в них столько благородства, рыцарства, просто дух захватывает… Это твоя банда, да? – обвёл он свободной кистью всех сидящих за столом. – Я давно заметил, что вы всегда вместе, ты, должно быть, их предводитель, да? Патрик поднял на учителя внимательный взгляд, какое-то мгновение он смотрел ему прямо в глаза, но без ненависти, без страха, лишь с каким-то интересом. Он раздумывал над своим вопросом. С одной стороны ему не терпелось спросить напрямую, какое отношение Локхарт имеет к ночному звону колокола, с другой – Сейнт понимал, что раскрывать перед ним карты было очень опасно. Никто не знал, на что был способен Локхарт ради «сохранения своих тайн». - Мне кажется… - осторожно начал Патрик, мельком глянув на своих друзей, которые сидели как мышки с книжками, - вы не тот, за кого себя выдаете. - Разумеется, мы все не те, за кого себя выдаём, - отпрянул от него учитель и взял его книгу, полистал, но не нашёл ничего и захлопнул, - социальные маски – это такая благая ложь, которую ожидают от каждого, как ежедневного туалета, без которого, никто не принимает нас за людей. Мы все ненавидим эти маски, но не лишаемся их, потому что другие готовы растерзать тех, кто искренен, как стая голодных стервятников. А всё потому, что маски в этих «стервятников» вросли, как проказа. Надеюсь, вы сознаёте это. Локхарт заботливо перевернул книгу в руках Агнешки, так как она впопыхах схватила её вверх ногами и так и не поняла этого, потому что почерк в ней был мелкий, линзы она не одела, а очки вообще терпеть не могла. - Так гораздо понятней, не правда ли? - Д-да, точно… спасибо. - Итак, может, вы признаетесь мне, маленькие шалуны, что вы задумали? – снова приблизился он к Патрику, подперев голову одной рукой, являя собой само внимание и слух. – Я знаю, вы все что-то задумали. Скажи, Патрик, что ты и твоя банда думаете о мисс Хансен? Она вам нравится? Только смотри мне в глаза, не люблю, когда подростки лукавят… «Он все знает, - в ужасе мелькнула в голове Сейнта мысль, и он испугался еще больше, когда решил, что Локхарт заметил, как испуганно он на него смотрит, - он видит меня насквозь, читает мои мысли… смотрит в душу. Быть может, прямо сейчас разбирает по полочкам мои чувства к мисс Хансен. А что я к ней чувствую?» Последний вопрос заставил Патрика прийти в себя. Он вспомнил про то, что Хэльга рассказала им на уроке – звон колокола. Сердце сжалось в груди Сейнта. - Вам ведь на самом деле интересно, откуда нам известно о колоколе? - Патрик посмотрел на своих друзей и решился на ложь, хотя прекрасно знал, что Локхарт, вероятно, читал его мысли. Стараясь не смотреть ему в глаза, он быстро пробормотал: - Это не мисс Хансен, это все… это… м-р Мастерс. Да, он все рассказал нам. - О колоколе, - повторил учитель чётко, не сводя с Патрика взгляда, точно ожидал продолжения. - О колоколе, да, - ответила за него Кармина, - я подслушала разговор замдиректора… сегодня… на стоянке. Он говорил с доктором Фрименом… - О колоколе? – снова повторил Локхарт, оглядывая каждого. От их серьёзных бледных лиц он и сам старался казаться серьёзным, хотя это давалось ему с трудом, но он понимал, насколько хрупко доверие подростка. - То есть, мисс Хансен… - Мисс Хансен ничего не знает о колоколе, - перебила его Кармина. - Ерунда! – вдруг вмешалась в их разговор Мишель, которой было завистно, что Локхарт предпочитает общение с безумцами столь умной девушке, как она, - это мисс Хансен рассказала легенду о колоколе, я прекрасно это помню, я тоже вчера была на её уроке. Она, конечно, просила об этом не распространяться. Но лично я всегда предпочитаю правду наглой лжи. – Вздёрнула она брови в свою честь, - хотя вся эта история с полуночным звоном читая выдумка суеверных глупцов. Локхарт развернулся к Мишель с таким же неуместным пониманием в глазах. - Разумеется, выдумка, какой здравомыслящий человек способен поверить в такую наглую и бессовестную чушь? – выпалил он на одном дыхании, и Мишель победительно вздёрнула перед всеми нос и отошла к полке, где выбирала книги, но продолжала следить за ними из-за стеллажей. Локхарт оглядел сердитые и испуганные лица «команды Патрика» и поднялся с таким довольным выражением лица, точно вот-вот готов был расхохотаться. - У вас очень богатое воображение… Надеюсь, вы используете его для написания отзывов, а не… всяких глупостей. Айвен, в прошлом году я не получил от тебя ни одного сочинения, надеюсь, ты исправился, мне непременно хочется знать, что творится в твоей светлой голове. Что ж, мне пора, долг зовёт, - похлопав Айвена по плечу, он стремительным шагом покинул читальный зал. Агнешка обессилено стукнулась лбом о стол. Это означало только одно – враг выхватил козырь, а крыть нечем! - Откуда эта дура Мишель там взялась, просто сущее невезение какое-то, - бубнила Кармина, рисуя виселицы в тетрадке по Анатомии. Они сидели в кабинете медицины и дожидались учителя и звонка. – Убила бы её веником… - Может, кинуть ей зажженную сигарету в волосы? - предложил Квенин, усердно жуя жвачку и надувая из нее пузыри. - Может, лучше веником? Его тоже можно зажечь. - Жаль, она не выбрала с нами Фримена, - отозвалась Агнешка с парты впереди, - на его лабораторных есть скальпели и кислота. А вот наша подруга Ребекка опять тут, я бы посоветовала ей хоть иногда убирать волосы в хвостик, скажите, так смотрелось бы гораздо уродливее? Все посмотрели на Ребекку на соседнем ряду. Она выбрала единственное свободное место рядом с Фуонгом и наблюдала его в надежде как-то начать разговор. Однако японец в таких ситуациях всегда вёл себя, как законченный аутист, и делал вид, что её просто не замечает. Через какое-то время м-р Фримен бодро вошел в класс, мягко притворив дверь. В его руках была стопка бланков и папок. Он улыбнулся ученикам, однако чувствовалось, что настроение м-ра Фримена было скверным. Нет, он не срывался на детях и не злился по пустякам, просто в таки моменты он выглядел как-то особенно грустно и тревожно. Джон потратил несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, стоя у своего стола. Наконец, он обратился к классу. - Я знаю… сейчас начало года. Всегда очень трудно выйти из «состояния каникул» и начать усердно работать в школе, - спокойно и мягко произнес он, как заботливый отец, готовый простить своим детям всевозможные шалости из чистой любви к ним, даже самым глупым из них, - Но я знаю, что вы с этим справитесь. Я бы хотел попросить вас только об одном… Если вам очень сложно или у вас какие-то проблемы, не стесняйтесь обращаться к нашему психологу или ко мне, да и… любому из нас. Наша задача не только вас воспитывать, но и защищать от… дурных сторон этой многогранной жизни. Убедившись, что его слова оказали более или менее положительный эффект, Фримен уж собирался начать писать тему урока, как вдруг что-то вспомнил и добавил: - И еще одно… ночами нужно спать. Как бы вас не тянуло в разные закрытые здания, вроде школы, вы должны помнить, что бродить ночью подросткам очень опасно. Это и будет темой нашего сегодняшнего урока – Биоритмы. - Думаешь, он заодно с Локхартом и Мастерсом? – шепнул Кармине Патрик. - Я уверен, он знает про колокол, - вмешался Квентин, сидящий сзади них с Айвеном, который благополучно спал, спрятав лицо в скрещенных на парте руках. - Думаю, он просто за нас боится. Может, просто не хочет лишних жертв, - ответила шёпотом Кармина. - Все питают к Фримену нездоровую слабость, даже сам draco benedictus, Фримен наш главный козырь против этих монстров… Что за… Последняя реплика относилась к Фуонгу. Кармина заметила, как сильно тот изменился в лице, чуть ли не позеленел, когда Ребекка попыталась взять его за руку, но тут же испуганно отпрянула. Японец отдёрнул руку, вцепился в парту, судорожно пытаясь сделать вдох, потом подорвался, чтобы выбежать из класса, но споткнулся и упал. - Я только дотронулась до него! Что с ним? – встревожено оправдалась Ребекка. Все повыскакивали с мест. - Он болен? – кто-то выкрикнул. Учитель, бросив мел и конспект, который держал, немедленно поспешил на помощь. - У него приступ астмы! – воскликнул доктор Фримен, ослабляя галстук школьной униформы на шее Фуонга, - кто-нибудь поищите в его сумке лекарства… живо! Сам Джон быстро осмотрел его карманы и нашел маленький флакон аэрозоля. Учитель помог Фуонгу ввести лекарства, придерживая за спину и только, когда парень смог сделать более или менее спокойный вдох, доктор Фримен помог ему подняться. - Теперь уже лучше? – тихо поинтересовался Джон, не отпуская ученика. Он вернул ему аэрозоль и добавил, - пойдешь к медсестре и с занятиями сегодня окончено. Пусть она выпишет тебе справку… Скажи, что доктор Фримен просил. Тони? Тони, помоги Фуонгу дойти до медсестры. И Тони, осторожнее… если ему станет по дороге плохо, беги в класс, понял? Джон хлопнул по плечу Тони и вздохнул, еще раз посмотрев на Фуонга. Лица остальных учеников были бледные и перепуганные. К счастью, д-ру Фримену удалось убедить их, что это заболевание не смертельное и не заразное, и что Фуонг очень скоро поправится. - Скажи серьезно, ты ему что-то сделала? – поинтересовался ехидно Квентин у Ребекки когда они болтались в школьном дворе между занятиями, - ты сидела рядом с Фуонгом, когда у него это началось… - Я только просила его описать всё, что он видел ночью, про колокол и звуки, я не думала, что он так будет переживать, - сцепила она вместе кулаки на коленях, сидя на лавке. - Ребекка тут не причем, - вмешался Патрик, пиная ногой какой-то камушек, - Фуонг сам по себе такой… не любит, когда его трогают. - Я тоже не люблю, когда меня трогают, - признался Айвен, сидя на скамейке рядом с Ребеккой, - я же от этого не начинаю задыхаться… - Да тебя никто и не захочет трогать, Айвен, - ухмыльнулся Мак’лауд, - ты такой белый, что это кажется заразным, так и вижу, как у меня белеют от тебя пальцы… - Ты хоть сам понял, что сказал? - обиделся Айвен. - Да я шучу, Белоснежка, - расхохотался Кристиан и в доказательство своей несерьезности крепко обхватил альбиноса за шею, несмотря на его яростное сопротивление. - Квентин, оставь Айвена в покое, - серьезно произнес Сейнт, как настоящий командир военного отряда, пресекающий шалости своих солдат. И хотя командиром Патрик не был, а его друзья далеко не походили на солдат, Квентин его послушался и отпустил сопротивляющегося Айвена. Альбинос первым делом вернул Мак’ладу свое раздражение в виде хорошего толчка и поспешил отсесть от него на другую сторону лавочки. - Что? – развел руками Квентин, - я же из чисто дружеских побуждений… - Есть только одна вещь, которая нас должна сейчас беспокоить, - напомнил друзьям Сейнт. - И какая же, Капитан Америка? – хмыкнул Мак’лауд. - Александр Локхарт, - нахмурившись, произнес Патрик, - он знает, что мисс Хансен рассказала нам о колоколе… и что самое ужасное, он знает, что нам многое известно. Мы просто обязаны вывести его на чистую воду, пока он не переловил нас всех, как зайцев и не бросил на закуску Дракону. - Я хочу, чтобы он поймал меня, как зайку, - вздохнула Агнешка мечтательно. – И отшлёпал, если захочет… Я готова вытерпеть ради него любые муки. Квентин уставился на Агнешку так, точно она призналась в убийстве Джона Леннона. - О Господи! Какая мерзость, - выплюнула Кармина соломку от коробочки с соком, которую жевала по инерции. – Ещё слово в том же духе, и у меня завтрак назад выйдет. - Ничего ты не понимаешь, Морковка! И мы не знаем наверняка, что именно он звонит в колокол, - оправдалась Агнешка. - Вот именно, - обрадовалась Ребекка, - Прежде, чем кого-то повязать, нужно всё проверить. Последим за мисс Хансен. Завтра у нас с ней занятие, если с ней будет всё в порядке – Локхарт не при чём. - Прекрасно, - возмутилась Агнешка, - да у тебя прям всё схвачено! Ты прям вторая Маргарет Тэтчер? А если её до завтра сожрут? - Да что с ней до завтра станет-то? – пожала плечами Хилл. - Колокол-то может зазвонить и сегодня ночью. Что ты ещё предложишь – прийти в школу ночью привидений ловить? - А это… - смутилась Ребекка, - я и хотела вам предложить. Как иначе мы поймём, кто таинственный звонарь, если он вообще есть? - Ты сдурела. Ночью? Сюда? В этот ад кромешный и логово мразей ползучих? - Мы не можем явиться в школу ночью, здесь сейчас четыре охранника, забор на ремонте, Дракон рвёт и мечет, - возразил Патрик, с отчаянным вздохом подсаживаясь к своим друзьям. Сам он был очень даже не против того, чтобы заявиться в эту школу в полном вооружении, чтобы голыми руками поймать подлого убийцу, будь он хоть самим Вельзевулом с девятью головами. - Вообще-то, - вмешалась Кармина и сделала паузу. – Старый охранник, который ещё жив, Винс, он друг моей мамы. Вместе одну церковь посещают. Он рассказал мне, что задняя калитка, которая ведёт через сад (ей сейчас не пользуются), она держится на фальшивом замке, а окна на первом этаже кабинета химии часто не запирают. Там лаборантка такая, у неё клаустрофобия…