Сатьяграха

Мои курсы по белорусскому закончились буквально пятнадцать минут назад. И, пока я собрала сумку, обсудила с преподавателем домашнее задание и зашла в гардероб, мне уже успел написать Антон и поинтересоваться, где меня черти носят. Настроение у меня сегодня было на удивление прекрасным. Особенно с учетом того, что скоро я встречусь с Арсентьевым и проведу с ним весь вечер. Однако все как обычно пошло не по плану. Стоило мне только выйти из корпуса, как из тени вырулил Денис, представ мне и Антону на обозрение. Сказать, что я была ошарашена, значило просто промолчать. - Что он здесь делает? - я видела, как буквально за секунду лицо Антона приобрело гневные черты. Денис не нравился ему во всех своих проявлениях, особенно из-за той пощечины, но это не меняло того факта, что нам все же стоило поговорить еще раз. Денис и сам явно был не в духе, чтобы вести беседы еще и с Антоном. Мало того, он был немного под градусом. - Все хорошо. Я сама разберусь, - я положила руку ему на плечо и взглядом попросила не лезть во все это. - Есения, нет. Голос звучал настойчиво, но я была куда упрямее. Тем более что я хотела решить эту проблему сама. Он и так слишком много для меня делает. После того инцидента с бедром мне нужно было реабилитироваться в собственных глазах. Я бы даже сказала, что жизненно необходимо. - Антон, пожалуйста. В его взгляде я читала недовольство, но он все же кивнул и отошел в сторону, доставая из кармана пачку сигарет. Мы с Денисом же отошли в сторону от входа и остановились возле каменной клумбы с промерзшей землей и клочками грязного ноябрьского снега вперемешку с голубыми бычками от тонких ментоловых сигарет. - Слушай, прости меня за тот раз. Я сам не знаю, что на меня на шло. Словно снесло башню, а как представил тебя с кем-то другим, так вообще перестал соображать. Он смотрел чуть в сторону, спрятав руки в карманы куртки, а я лишь посильнее замоталась в шарф и шмыгнула носом. Слышать подобное от Дениса было весьма удивительно, хотя я все еще могла видеть в нем хорошее. Как ни странно. - За извинения спасибо, но скажи мне, пожалуйста, с какой стати такая реакция? Я была твоей девушкой? Я тебе изменила? Как-то унизила? Я просто действительно не могу понять, почему ты посчитал возможным что-то мне предъявлять. Я говорила спокойно и негромко, чтобы не слышал Антон. Хотя он и так догадывается, о чем мы говорили. Я даже не испытывала злости, мне было скорее любопытно. - Нет, но... - он запнулся и я хотела даже влезть в разговор, но решила промолчать. - Мы были с тобой в таких отношениях год. И, как мне казалось, все было прекрасно. Я чувствовал рядом с тобой свободу, ждал каждой новой встречи. - Да, пожалуй, - я усмехнулась уголками губ, видя его смущение. - Но в какой-то момент ты, видимо, забыл, что это не были отношения в их привычном понимании. Мы были с тобой любовниками, пусть это и звучит довольно глупо. Но суть такова. И этого ты уже никак не изменишь. Услышав это, он сразу встрепенулся и начал быстро говорить, видимо, боясь потерять мысль. - Но ведь нет совершенно никакой разницы, как это называется. Ты, я - это было важно для нас. Неужели ты с этим не согласна? Он стал дышать чуть чаще, а я лишь тяжело вздохнула и сделала шаг в сторону, чтобы несколько отдалить его от себя морально. Это сработало. - Я согласна с тем, что это стало для тебя особенным после моего ухода. И сейчас ты либо пьянее, чем кажешься, либо глупее, чем кажешься, если веришь в свои слова. И я надеюсь, что первое. Он явно был обескуражен моим заявлением. То ли он хотел возразить мне, то ли оправдаться черт знает зачем, но рта Денис так и не открыл. Для меня это было знаком, что разговор закончен. - Слушай, я не хочу, чтобы мы расставались с тобой так, - я сделала шаг в его сторону и постаралась улыбнуться. - Это был хороший год, который мне дал действительно много. И я не хочу, чтобы мы прощались с обидой друг на друга. Он явно был расстроен и не знал, что ему делать, но нашел в себе силы заговорить: - Если я скажу, что люблю тебя, это же ничего не изменит? - лицо его было полно надежды, но по глазам я видела, что он уже смирился с происходящим. - Да, ведь я люблю его, - я указала головой в сторону Антона и чуть улыбнулась уголками губ. - И с ним я счастлива. - Что? Тогда на этом все? - Пожалуй, что так, - я подошла к нему вплотную и обняла, чувствуя, как крепко его руки сжимали меня в своих, но все же довольно быстро отстранилась и пошла к сторону Антона, который, очевидно, скурил уже порядка трех сигарет. Когда я подошла поближе, то смогла разглядеть беспокойство, с которым Антон провожал взглядом Дениса. Я не могла распознать полный спектр его эмоций, но это было и не нужно, если я не хотела начать с ним конфликтовать. А после этого разговора я и так была несколько в потерянных чувствах. Выбросив бычок в урну, Антон резко схватил меня за руку и притянул к себе, чтобы поцеловать. Он делал это порывисто и чуть грубовато - был зол. На пару мгновений мне стало неописуемо стыдно, но быстро вернулось осознание того, что я поступила правильно. - Ты себе и представить не можешь, каких усилий мне стоило стоять на месте и ждать. Особенно когда он начал размахивать руками, - он крепко прижимал меня к себе и поглаживал мои волосы своими холодными пальцами. - Да брось, ты просто ревнуешь, - я усмехнулась и чуть отстранилась, игриво сверкая глазками. - И вот скажи еще, что нет? Нужно было видеть эту борьбу у него на лице. Изумление сменялось смущением и напускным гневом, а после и вовсе погрязло в недоумении. Это было так забавно, что довольная ухмылка не сползала с моих губ ни в какую. - Допустим, -он поджал губы на секунду и отстранился, закуривая и все также смотря в сторону. То суровое выражение лица, с которым он пытался не выдавать своих эмоций, уж слишком тешило мое самолюбие. Неужели Арсентьев умеет быть ревнивым и таким же, как и все парни, чьи девушки по воле судьбы говорят со своими бывшими. - Это все безумно мило, но для ревности нет причин. И ты это знаешь, - я даже не пыталась сдерживать свою улыбку и просто прижалась к его руке, чтобы он немного расслабился. - Это сложно объяснить, - он сделал еще одну затяжку и выбросил бычок в урну, прижимая меня к себе. - Головой я понимаю, что точка с ним была поставлена весьма однозначно и в очень конкретный для нас обоих момент. Но внутри что-то щелкает и заставляет мое нутро вскипать. Я смотрел на него, а перед глазами стоял твой синяк на щеке и слезы. Если бы он попытался к тебе прикоснуться, я бы действительно набил ему морду. Антон явно считал, что я не понимаю причин его гнева, но на деле я просто хотела дать ему возможность выговориться. Вполне очевидно, какие эмоции он испытывал по отношению к человеку, который ударил его девушку и фактически смешал с дерьмом. Так что сейчас, когда точка была обведена толстым перманентным маркером, я была крайне признательна Антону за то, что дал мне разобраться со всем этим самой. - Ты не считаешь, что я должна была сама с этим разобраться? - это был действительно вопрос, а не претензия. - Это весьма неубедительный довод, - он усмехнулся и взял меня за руку. - Но тебе это было важно. Я не знала, что еще могу ему сейчас сказать, поэтому просто шла рядом и улыбалась уголками губ. Мои пальцы едва ли не таяли в его горячей ладони. Это тепло распространялось и на внутреннее состояние. В эти секунды казалось, что я заново в него влюбилась. Мою идиллию прервал телефонный звонок. На экране высветилась мамина фотография, что меня весьма удивило, так как она была в Киеве на дружеском матче. - Привет, как ты там? - предчувствие у меня было каким-то нехорошим, но я всячески старалась отгонять эти мысли подальше и думать о хорошем. - Еся, милая, ты главное не переживай. Эти слова были словно спусковым крючком для бушующего моря волнения, в которое погружаешься в тот же миг, когда тебя просят об обратном. Думаю, выражение моего лица, сменившееся за пару секунд, было красноречивее любых слов. Антон встал напротив меня и вперился обеспокоенным взглядом. - Что случилось? - Бабушка упала на лестнице в подъезде и сломала ногу. Ее увезли сейчас на скорой в больницу. Я позвонила Игорю, но он застрял в Заславле на складе. Внутри меня все клокотало, аж пробирала мелкая дрожь, но все оказалось не так плохо, как я ожидала. По крайней мере, это не сердечный приступ или еще чего хуже. Хотя это было весьма относительным утешением. - В какой она больнице? В скорой помощи? - Да, - мамин голос слегка дрожал, но она старалась не выдавать этого. - Отвези ей, пожалуйста, вещи и ее лекарства. Игорь завтра утром заедет к ней и привезет уже все остальное. А я приеду послезавтра. Разговор продлился еще примерно минуту, после чего мама положила трубку и прислала сообщение с номером палаты и фамилией лечащего врача. Меня подколачивало, в горле встрял ком. Я едва могла удерживать в руках сигарету, которую так и не прикурила. Антон все это время терпеливо ждал, пока я буду в состоянии заговорить. - Что-то с бабушкой? - он, очевидно, слышал отрывки диалога. - Да, сломала ногу, - озвучив это, я почему-то почувствовала себя куда спокойнее. На миг пришло осознание, что это действительно не так страшно, как могло бы быть. Где-то в глубине души я была рада, что бабушка всего-лишь сломала ногу. У нее были больные почки и проблемы с давлением. Да и она не особо щадила себя, нагружая себя работой. Может, пару недель в больнице пойдут ей на пользу. - Ты съездишь со мной? - это вряд ли можно было назвать вопросом, ведь я знала ответ. - Не брошу же я тебя одну в такое время. Не хватало мне, чтобы ты еще тягалась в ночи по городу с сумками.

***

Мы управились со всем за полтора часа. Благо, ключи от бабушкиной квартиры были на той же связке, что и от дома. Но когда мы добрались до больницы, бабушка спала под действием обезболивающих. Так что я просто оставила сумку с вещами возле ее кровати и попросила дежурную медсестру передать, что я заходила. Уже на улице я закурила и достала телефон, на котором было несколько пропущенных вызовов от дяди. - Привет, - голос мой явно был измученным, но оно и ясно в начале первого. - Малая, ты чего трубку не брала? - его голос был настолько претенциозным, что я опешила. - Ты где сейчас? Я хотела огрызнуться, но просто не смогла придумать достойной ответки. - На лавке возле больницы. - Что ты там делаешь? - я слышала на заднем плане мужские голоса. - Курю, - с Игорем я могла говорить открыто, потому что знала, что он меня не сдаст. Он, в принципе, был единственным из семьи, кому я могла доверить все свои косяки и не получить осуждения. Просто потому что он был таков. Ему можно было доверить любую тайну и получить в ответ поддержку или совет. Если честно, даже не могу прикинуть, сколько раз он прикрывал мои аферы. - А, ну это дело святое, - он усмехнулся и на секунду отвлекся, посылая кого-то далеко и надолго. - Пиздец, у нас тут дурдом на складе. Никто нихуя не понимает, товар не принимают, я уже со всеми переругался. Так вдобавок ко всему еще и мама в больницу загремела. В отличие от мамы, Игорь был довольно простым. Работал водителем, жил в прабабушкиной однушке, которую та ему завещала, и был заядлым холостяком. Курил, периодически уходил в загул и много матерился. К этому мы уже давно привыкли и уже даже не обращали внимания. - Слушай, малая, ты там не одна хоть? - Не, с Антоном. Когда я произнесла его имя, он заметно напрягся и явно недоумевал, с кем это я так откровенничаю, но я жестом дала понять, что все нормально, и откинулась на спинку лавочки, делая очередную глубокую затяжку. На меня накатила такая усталость, что я готова была прямо здесь и заночевать. - О-о-о, с тем самым? С легендарным красавчиком-историком? - он сказал это так громко, что Антон едва не зашелся смехом, а я чуть не подавилась слюной. - Когда ты меня с ним познакомишь? - Когда-нибудь, - протянула я, понимая, что пора закругляться с разговором и двигать домой. - Ладно, я поеду домой. Набери меня завтра, оке? - Как скажешь, малая. На этом разговор был закончен, а мы с Антоном двинулись в сторону машины. По пути мне пришлось поведать, кто такой Игорь и что он из себя представляет. Впрочем, как и рассказать ему о том, почему я рассказываю дяде девичьи секреты. - Потому что он всю жизнь делал то, что ему хочется, и никогда об этом не жалел. Никогда не обвинял ни в чем и всегда поддерживал. А еще он всегда находится хотя бы в пределах страны, - я села в машину и не нашла в себе сил даже для того, чтобы просто пристегнуться. - Тяжело большую часть своего времени быть одной, ведь так? - он смотрел на меня краем глаза, параллельно заводя машину. - Не такая мечта, какой может казаться со стороны. - Есть разница между свободой и одиночеством, - я повернула голову в его сторону и грустно улыбнулась. - И я рада, что в моей жизни есть ты, который минимизирует последнее. Он завел машину и двинулся с места в сторону своей квартиры, так как идти домой я не хотела даже при условии того, что там будет Антон. В контексте сегодняшнего разговора я категорически не хотела находиться в этом рассаднике депрессии. Дома было одиноко уже давно, но вряд ли с этим можно было что-то поделать. - Мы ведь не пойдем завтра в школу? - голос мой был полон надежды. - Завтра выходной. - Завтра пятница, - протянула я с неохотой. - У меня завтра нет уроков, - он улыбнулся и открыл дверь в квартиру. - Значит, и у меня - тоже. Я улыбнулась и повесила на него свой шарф, скидывая на ходу ботинки. Я была настолько уставшей, что уснуть могла прямо в одежде и на ковре в коридоре, но все же добралась до комнаты и достала из шкафа первую попавшуюся футболку. К моменту, когда Арсентьев дошел до комнаты, я уже валялась на кровати и писала маме сообщение, что сегодня переночую у Игоря, так как не хочу оставаться дома одна. Я знала, что она не будет против. Думаю, она даже была бы рада такому моему решению. Где-то подсознательно она знала, что с ним мне легко и комфортно. Да и одной после такого сумасшедшего вечера она вряд ли хотела бы меня оставлять. - Спасибо тебе, - тихонько прошептала я в темноту, когда Антон улегся рядом со мной и прижал рукой к себе. - И за Дениса, и за бабушку. - Иначе и быть не могло, Королева.