Тридцать три (Thirty-Three)

От автора: я написала четыре истории о Клэе и Дезмонде: «Тридцать три» и его сиквел «Без ума от жизни», плюс «Синхронус» и его сиквел «Несравнимый» (пять копеек от переводчика: это же сколько мне еще переводить! Но неперевести нельзя, ибо «Синхронус» - это вообще лучшее, что я читала про Шестнадцатого, а ведь это мой самый любимый персонаж). Уильям Майлс появляется во всех историях, хотя его персонаж несколько отличается в них. Оглядываясь на плоды своего труда, мне показалось, что я, вероятно, создала впечатление того, будто я не люблю Билла, хотя на самом деле я нахожу его очень приятным персонажем и даже уважаю. - Он идет? – нервно поинтересовалась Ребекка, когда Шон вернулся обратно с поджатыми губами. - Лучше бы ему прийти. - Тебе не кажется, что мы на него давим, Шон? После всего, через что он прошел… ему не повредит неделя отдыха. Кроме того, сейчас лето, у нас есть еще полгода до предполагаемых солнечных вспышек. Шон сел за свой стол и включил компьютер, готовясь предоставить информацию, которая может понадобиться Дезмонду в Анимусе. - Ах, как же я не догадался! Конечно, полное разрушение всего, что мы знаем, случится аж через шесть месяцев! Нет ничего, о чем стоило бы беспокоиться, мы можем просто разложить шезлонги и позагорать на солнышке. Ребекка, мы абсолютно не знаем, сколько нам потребуется времени, чтобы разобраться с тем, что мы найдем в святилище без риска взлететь на воздух. Нам надо попасть внутрь и посмотреть, что там находится. Дезмонд будет заниматься лечением, сколько ему влезет, в 2013, если мы все будем живы к тому времени. - И ты собираешься оплатить мое лечение, Шон, или ты добровольно согласишься стать моим личным медицинским поверенным? – спросил Дезмонд, входя в комнату и по очереди всматриваясь в глаза каждому из них. Шон вспыхнул, но взгляда не отвел. - Дезмонд! – воскликнула Ребекка, не уверенная насчет того, вызвал ли его визит радость или чувство вины. – Как ты…? - Оставим любезности, - оборвал её Дезмонд, поднимая вверх руку. – Давайте просто займемся работой, и чем меньше я об этом буду думать, тем лучше. Лаборатория их нынешнего убежища располагалась в старой круглой танцевальной зале, чем-то схожей с тайной комнатой в Монтериджони. На стенах висели зеркала, так что казалось, будто к Анимусу подходят десятки Дезмондов. На его лбу выступили капли пота, когда он посмотрел на почти пугающую красную кожу сиденья. Краем зрения он увидел, как его отражения в зеркалах покачнулись и подернулись рябью, так что внезапно одно зеркало показало Альтаира, другое – Эцио, а в еще одном отразился незнакомый человек в испанской униформе времен Первой Мировой. Он мог поклясться, что вдали комнаты он увидел Объекта Шестнадцать в форме ассасина. А затем отражения снова покачнулись, и остался лишь он один. Он лег в Анимус. Ребекка принялась набирать что-то на клавиатуре. - Где мой отец? Ребекка продолжала избегать его взгляда. - Он должен встретиться с группой ассасинов, на другом конце города. - А он знает о том, что здесь происходит? - Просто расслабься, Дезмонд. - Я задал тебе вопрос. Шон развернулся на своем стуле и уставился на него. - В последний раз спрашиваю тебя, Дезмонд: не мог бы ты заткнуться и вернуться в память своего предка? Я хотел бы жить и в один прекрасный день стать предком самому. Дезмонд фыркнул. - Да уж, твоей избраннице явно повезет вынашивать твое потомство. - Повезет побольше, чем кое-кому, - мрачно ответил Шон и Дезмонд понял, что тот намекал на Люси, он знал это, он почувствовал проходящую сквозь него волну ярости и решил, что убьет первого попавшегося офицера из ничего не подозревающего патруля стражников. ________________________________________ Дезмонд открыл глаза, окруженный холодным голубым экраном загрузки Анимуса, который всегда напоминал ему погружение под воду. Он почувствовал проходящие сквозь его пальцы нити воспоминаний Эцио и принялся выискивать нужный финальный момент, как раз перед тем, как пожилой ассасин произнес его имя и отбросил в сторону скрытые клинки. Несмотря на опыт в обращении с Анимусом, подобные задания давались ему с трудом. - Мда, в этом ты не профи. Дезмонд оглянулся через плечо и увидел Объект Шестнадцать – «настоящий» Объект Шестнадцать, а не один лишь голос в его голове – сидящем на своеобразном полу загрузочной программы, в той же самой одежде, как и на Острове Анимуса. Возможно, в этой одежде он умер, а может, она ему просто нравилась. Глазея на Объект Шестнадцать и чувствуя проносящиеся в голове вопросы без ответов, Дезмонд понял, что найденные было воспоминания снова ускользнули от него. Шестнадцатый странно рассмеялся и поднялся на ноги. - Не воспринимай это, как оскорбление. В свое время я очень хорошо обращался с этой штукой… как раз перед тем, как выпустить себе кровь и нарисовать ею же послания на стенах. Есть некоторые навыки, которые не стоит развивать, - он подошел немного ближе к Дезмонду. - Мы снова разделились, - медленно проговорил Дезмонд, глядя в глаза цвета грозовой тучи, окидывая взглядом вначале свое тело, а затем тело оппонента. Тот выглядел таким реальным. На столь близком расстоянии Дезмонд мог даже осязать его: смесь естественного, слегка мускусного запаха с каким-то дешевым промышленным мылом. Было нелегко поверить, что они оба - лишь компьютерные программы. Неужели Дезмонд выдумал это тепло, это присутствие, эти детали, которых здесь быть не должно? Неужели его мозг сам заполняет пробелы? - А мы никогда и не смешивались, я просто расквартировался в твоем мозгу, - ответил Шестнадцатый. – Единственный способ, благодаря которому я вообще умудрился вытворить подобное, это схватить тебя и держать изо всех сил, так что Анимус не мог выкинуть тебя из программы без меня. Но здесь? Мы снова по разные стороны… - он сделал жест рукой, - как вода и масло. Внезапно послышался голос Ребекки. - Дезмонд, почему, черт возьми, так долго? Почему ты еще не в воспоминаниях Эцио? Я наблюдаю какую-то странную активность. Что-то не в порядке? При звуке её голоса они оба инстинктивно подняли головы вверх. Но Дезмонд первым опустил взгляд обратно, и поэтому застал собеседника врасплох, когда замахнулся и изо всех сил ударил Шестнадцатого в солнечное сплетение, так что из его легких вышибло весь воздух и мужчина осел на пол, сворачиваясь в клубочек, отчаянно пытаясь сделать вдох. Дезмонд мешкать не стал. Он побежал так быстро, как только мог, не оглядываясь на Шестнадцатого, рванув в бесконечные просторы Анимуса, в безумии от внезапной свободы. - Ребекка! – закричал он. – Вытащи меня отсюда! Вытащи сейчас же! - Что? Дезмонд, что случилось? - Просто сделай это, черт тебя дери! – это было нелепо, но у него сбилось дыхание. Его легким, которые даже не существовали, не хватало виртуального воздуха. Видимо, во всем виноват его мозг, который старался быть столь буквальным. Прежде, чем Ребекка смогла ответить, он услышал голос своего отца, раздавшийся эхом. - Что происходит? Почему он снова в этой штуке? Как вы посмели засунуть его туда, даже не сообщив мне? - Мистер Майлс, простите… - Иди к черту со своим простите, что с ним такое? Биотоки его мозга словно с ума сошли, такое впечатление, что он сейчас заработает себе аневризму. Дезмонд! Сын, возвращайся оттуда! - Он прав, - произнес хриплый голос. Дезмонд в шоке упал на колени. Каким-то образом, убегая от Шестнадцатого по прямой линии, он финишировал там, откуда начал. Его визави сейчас сидел на полу и натужно дышал, на его лице отражалась боль, а каждый выдох получался с хрипами. Кто бы мог подумать, что Шестнадцатый тоже обладал столь буквальным воображением. – Они не могут… вытащить тебя… без риска… повреждения. Ты должен… выйти… самостоятельно. Дезмонд не смог сдержаться. Он облокотился ладонями о колени и рассмеялся тем смехом, в котором сквозят горечь и слезы. Этот парень до сих пор пытался ему помочь. - Ты не должен был… так поступать, знаешь ли, - продолжал Шестнадцатый все тем же тихим, болезненным голосом. – В тот раз… я вернулся с тобой… потому, что это было необходимо. Теперь, когда ты восстановился… ты можешь вернуться в свое тело один. - Но ты бы этого не хотел, - медленно произнес Дезмонд. – Ты говорил, чтобы я им не верил, что я не должен возвращаться сюда. Шестнадцатый избегал смотреть ему в глаза, но он не мог скрыть отразившееся на лице страдание. - Я… забыл. Анимус великолепно создает точную имитацию жизни, - он взмахнул рукой в сторону окружающей их загрузочной программы. – Посмотри на всё это. Мы дышим, мы сидим на поверхности, мы можем бегать, прыгать, ощущать удары. Ты можешь ударить меня в живот, и я почувствую боль. Сильную боль, между прочим. И я уверен, что Черная Комната казалась тебе настоящим островом. Но это не реальность. Это просто имитация. А когда мы были… снаружи… это неописуемо. Ощущения, вкусы, запахи, разговоры. Все равно, что на протяжении пяти лет есть один листовой салат, а затем получить в дорогом ресторане хорошо прожаренный бифштекс. Так что – да, я оттягивал этот момент, как только мог. Это было неправильно и эгоистично, и теперь, вернувшись сюда, я об этом сожалею. Теперь мне потребуется время, чтобы забыть это всё снова, - он уже восстановил свое дыхание и говорил отрывисто, с горечью в голосе. После долгих раздумий, он поднялся на ноги, и Дезмонд несознательно повторил его движение. Объект Шестнадцать выжал из себя улыбку. - Просматривая эти воспоминания, ты не найдешь ничего нового, поверь. Информация уже у тебя в голове, и каким бы великим изобретением Анимус ни был, в этот раз он тебе не поможет. Только ты можешь это сделать, - он протянул вперед руку. – Удачи, Дезмонд Майлс. Дезмонд посмотрел на вытянутую для рукопожатия руку. Не отрывая взгляда от ладони Шестнадцатого, он спросил: - Как тебя зовут? - Ты не знал? Они тебе не сказали? - Нет. Объект Шестнадцать опустил руку, посмотрел куда-то себе под ноги и покачал головой. - Ну конечно, - он снова поднял взгляд на Дезмонда. – Меня зовут Клэй. Клэй Качмарек. - Клэй Качмарек, - повторил Дезмонд, неуверенно произнося польское имя. В этот раз он первым протянул руку и Клэй крепко пожал её. – Приятно познакомиться. И с этими словами он неожиданно притянул Клэя к себе, крепко обнимая его, буквально зажимая в тиски, так же, как в свое время обхватил его Клэй, когда они покидали Остров. - Что ты делаешь? – испуганно спросил Клэй. - Клэй Качмарек. Ты пойдешь со мной, - ответил Дезмонд, одновременно взволнованный и испуганный таким серьезным решением, но твердо уверенный, что это было единственным верным путем. Он начал ментальный процесс выхода из Анимуса, под аккомпанемент выкриков его отца, уже достигших крещендо. Последнее, что он почувствовал перед возвращением в свое тело, был Клэй Качмарек, послушно положивший свою голову ему на плечо, и ощущение сильных пальцев, цепляющихся, вонзающихся в его спину в безмолвном и беззащитном выражении благодарности.