Однажды

Мусорный ветер, дым из трубы Плач природы, смех сатаны А все оттого, что мы Любили ловить ветра и разбрасывать камни Крематорий - Мусорный ветер

Зоро не любил Санджи. Он искренне и от всей широты своей могучей души ненавидел этого мага и не раз пытался подтвердить, что внутренности Санджи ничем не отличаются от любых других человеческих. Но до кровавой кульминации их драки никогда не доходили: они оба достигали какого-то своего предела и разбегались, как два одинаково полярных магнита. Что не мешало им снова при каждой новой встрече сцепляться как кошка с собакой. В гильдии находчивая Нами принимала ставки на то, как быстро и как долго они будут ругаться. Особенно прибыль рыжей ведьме приносили совместные миссии Зоро и Санджи. Мастер всегда ставил их в пару, аргументируя это тем, что их способности усиливают друг друга. Впрочем, такие заявления Шанкса бесили парней ещё больше, и они снова скатывались до драки. Обычно Шанкс, не слушая никаких претензий, отправлял их на миссии вместе с Робин, которая умудрялась сдерживать взрывные характеры обоих парней. В таких случаях всё проходило более-менее гладко: не менялись природные ландшафты, не рушились попавшиеся под горячую руку дома, да и заказчики были довольны. Но Нико далеко не всегда могла сопровождать их, и почти всегда процент от заработка парней шёл на возмещение убытков. Эта миссия подвернулась случайно. Зоро проснулся ближе к обеду, выбрался из своей берлоги и направил свои стопы под крышу родной гильдии Авантюристов. Его организм требовал крепкого алкоголя, и мечник был более чем уверен, что у Виви найдется бутылка-другая крепкого рома. Зоро оскалился в довольной усмешке, уже почти чувствуя приятную прохладу бутылки в своей руке, и широким жестом распахнул дверь. В главной зале гильдии было почти пусто и светло – сквозь стрельчатые окна днём проникало много света, в котором кружились медленные пылинки. У доски с миссиями ошивался Усопп, за дальним столиком Брук настраивал скрипку. Виви протирала бокалы, а рядом… Рядом, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку высокого стула, курил Санджи. Настроение Зоро резко скатилось с «отличного» куда-то под плинтуса. Он вскинул голову и, игнорируя навязанного напарника, прошел между столов, усаживаясь рядом. - Привет, Зоро! – Виви заулыбалась, заметив Зоро ещё тогда, когда он только перешагнул порог гильдии, и почти сразу поставила непочатую бутылку перед другом. Зоро ответил кивком и услышал фырканье справа. Ну конечно, когда Санджи не комментировал каждое движение мечника? - Маримо, неужели даже произнести вслух «Добрый день» для тебя невыносимый труд? Санджи улыбался, и в его словах не было обычного яда. Его глаза блестели озорным блеском из-под светлой слегка растрепанной челки. В распахнутом вороте кипельно-белой рубашки виднелись острые ключицы. Зоро сглотнул, стараясь не пялиться, и ответил на автомате: - А ты всё утро пытался выпрямить бровь, но затея снова провалилась? Санджи поджал свои губы: розовые, тонкие, обветренные, с маленькой ранкой в уголке, что так и не зажила с прошлой их миссии. - Виви, ты слышала? – Санджи сделал большие круглые глаза, таращась на привычную к таким стычкам девушку. – Кактус умеет разговаривать! Выпьем за это! Санджи усмехнулся и глотнул своего любимого вина из пузатого бокала. Зоро совсем не смотрел, как двигается кадык мага, как его холеные пальцы держат бокал. Демонстративно отвернувшись, он прямо из горла пил свой ром и пропустил момент, когда его от души хлопнули по плечу. Мечнику даже не надо было оборачиваться, чтобы узнать кто это. Такую тяжелую руку имела только Нами, и только она могла так по панибратски обращаться с ним. Конечно, был ещё и Луффи, но пацан всегда вцеплялся сразу всеми конечностями и так не мелочился. - Мальчики, у меня для вас есть работенка. Эта фраза стала началом конца. *** - Действительно, - Санджи подпер левой рукой бок, а правой стряхнул пепел прямо на кучу драгоценностей валяющихся на полу. – Как я мог только подумать, что сокровища древних гномов будет охранять могучее проклятье! Это же бред, не так ли, маримо? Санджи затянулся от души и его лицо, в холодном свете магической сферы выглядело совсем мрачно. - Эти сокровища нас так ждали и всё мечтали, чтобы мы их забрали поскорее, ведь гномы самый добрый и милый народ! Разве что сами до дома нам его не донесли. Зоро только скрипнул зубами, роясь в своем мешке, чтобы найти кошелек Нами. Эта вещица обладала удобным свойством: была бездонной и могла вместить в себя всю ту груду драгоценностей, которую блондин пинал сейчас ногами. О, Санджи был зол, и Зоро, конечно, понимал, что напортачил, но ведь всё можно исправить. - Всегда знал, что ты маг-недоучка, - фыркнул мечник, находя наконец одно из гениальнейших изобретений Усоппа и Френки. – Даже простенькое проклятие снять не можешь. - Заткнись! – Санджи рявкнул на всю мощь легких, выходя из себя уже в который раз за день. – Это всё потому, что ты думать не умеешь и прешь куда не надо! Я тебе сказал стоять, а ты что? Ты тупая гора мышц с железяками, своих мозгов нет, так хотя бы слушай, что тебе умные люди говорят! В следующее мгновение Санджи отлетел к стене, пропустив момент, когда Зоро выпрямился и ударил его. Магическая сфера мигнула, но не потухла. - Хорош истерить поварешка - чем быстрее мы соберем сокровища, тем быстрее вернемся в гильдию. Больше чем уверен, что это проклятие не стоит и выеденного яйца. Санджи только фыркнул в ответ и прикурил новую сигарету. В отличии от Зоро, он-то более-менее разбирался в заклятиях и знал, что его ждало. Проклятие было непростое, иначе сокровищницу гномов давно бы уже подчистили. - Как знаешь, маримо. Собирай всё это добро сам, раз так нас подставил. Санджи устало опустился на камень, пачкая и без того заляпанный плащ, широко расставил ноги и оперся локтями о колени. Вся эта миссия была ужасно муторная: дорога в горы отняла много сил, в запутанном лабиринте гномьих пещер они плутали из-за Зоро чуть ли не сутки и, кажется, повстречали всю нежить, какую только мог предоставить магический мир. Санджи тяжело вздохнул и поправил челку. Ему ужасно хотелось спать. Он уже почти было задремал, когда его грубо окликнули, и они потащились к выходу из мрачных подземелий. *** Им пришлось потратить ещё полдня на то, чтобы спуститься к первому трактиру. По дороге парни даже почти не ругались; так, огрызались друг на друга, кутаясь от пронизывающего холодного ветра в меховые потертые накидки, и с удовольствием дышали свежим разряженным горным воздухом, очищая себя от затхлого запаха подземелий. Санджи так вообще замирал, словно кто-то останавливал время, и с детским восторгом смотрел то на рассветное небо, то на заснеженные вершины гор. А Зоро смотрел на Санджи. Уставшего, растрепанного, с красными от холодного ветра носом и щеками. Ветер трепал его волосы, забирался под плащ, и Санджи щурил свои глаза и кутался ещё больше. Ророноа презрительно фыркал и отворачивался: мужик, маг, а жмется от холода как девица. *** В трактире был жарко растоплен камин, караван торговцев и охраняющие их солдаты шумной толпой занимали половину столов и вовсю гремели кружками, ложками. На двух припорошенных снегом парней глянули с легким подозрением, но, заметив на их руках кольца со знаком гильдии, предложили выпить. Санджи благодарил с вежливой улыбкой, а Зоро тем временем уже выторговал им комнату. Маримо в таких случаях был незаменим: его суровый взгляд и три катаны не позволяли трактирщику требовать высокую плату за постой. Когда смешливая служанка, вовсю строившая глазки Санджи, который в кой-то веки едва обращал внимания на девушку и не лез целовать ей руки, закрыла за собой дверь, блондин скинул плащ и в чем был рухнул на заправленную постель. - Я спать… - пробормотал он удивлённому такому необычному для блондина поведением Зоро и уснул лицом в подушку. Зоро захлопнул приоткрытый от удивления рот, оскалился в усмешке, так как получил новый повод подразнить сволочного блондина, и полез в рюкзак к Санджи. Прежде чем тоже принять горизонтальное положение, было необходимо позаботиться о безопасности. *** Проснулся Зоро от тихого, болезненного стона. Санджи метался на постели, сбивая стеганное одеяло в комок. Лоб покрывала испарина, рядом с кроватью грудой лежали вещи блондина. Серебряный кулон на его птичьей шее и впалой груди едва заметно светился в сумерках комнаты. - Маримо… - Санджи сгреб пальцами простыню и уставился почти безумным взглядом на замершего Зоро. – Мешок… Там, на дне, - маг прикусил губу, на секунду зажмурив глаза, - фиолетовый мешочек, быстрее. Санджи охнул, сжался болезненно, разметав серебряные от темноты волосы по подушке. Зоро одним плавным движением скользнул на пол и рывком перевернул мешок мага, высыпая на деревянные половицы амулеты, книгу в кожаном переплете, мешочки разной величины и цвета и руны. Нужный фиолетовый мешочек словно сам прыгнул в руки и мягким бархатом холодил ладонь мечника. Внутри оказались три ярко алых даже в сумраке комнаты пилюли. - Сколько? - Од-дну. Губы мага коснулись пальцев мечника, сухие и горячие. Прикосновение словно обожгло Зоро, и тот отпрянул от стучащего зубами в ознобе Санджи. - Воды… Зоро кинулся к графину. Пока блондин пил, Зоро хмурил брови, догадываясь, что это остаточные явления проклятия гномов. Как только они покинули пещеру, молодой маг по памяти восстановил рисунок рун, в ловушку которых попал благодаря Зоро и армии скелетов, и, не без помощи своих же конспектов, смог снять его с себя. Но видимо не всё прошло гладко, и теперь Ророноа чувствовал себя виноватым. Это он толкнул Завитушку в тот поворот с древней вязью рун на стенах и потолке, хотя маг и ругался, что им совсем в другую сторону. Санджи наконец уснул, и его лицо приобрело спокойное, мягкое выражение. Зоро, поймав себя на том, что пялиться на напарника вместо того, чтобы лечь спать, рыкнул сам на себя и улегся на своё уже остывшее место. И что он вообще переживает за этого бездарного мага? Санджи выпутывался из гораздо более безнадежных дел, так что и сейчас нет смысла думать об этом всём. С этими мыслями мечник Ророноа Зоро уснул сном младенца. *** Проснулся Зоро когда солнце уже вовсю заливало комнату, а во дворе собирались в путь торговцы. Они шумели, запрягали лошадей. Звонко лаяла собака, фыркали и всхрапывали кони, покрикивали конюхи. Санджи всё ещё спал, завернувшись в одеяло так, что торчала только светлая макушка. Зоро усмехнулся беззлобно и тут же широко зевнул. Обычно всеми утренними делами занимался блондин, но раз такое дело… Ророноа спустился вниз, распорядился, чтобы приготовили завтрак и нагрели воду и вернулся в комнату - пора было будить спящую красавицу. - Вставай, чертов маг, – мечник потянул одеяло с Санджи, рассчитывая в любой момент получить ногой по лбу, но вместо этого блондин перевернулся на спину, потянулся и посмотрел на Зоро с легким удивлением. - Ты кто? *** - Так, хорошо… - Зоро запустил пятерню в свои отросшие волосы и с силой потянул. – Ты помнишь только то, что ты маг? Санджи кивнул и устроил подбородок на поджатых к груди коленях. Казалось, его совершенно не волнует потеря памяти. Он выслушал Зоро, послушал про их похождения в гномьих пещерах и философски пожал плечами. - Я помню, что, кажется, состоял в гильдии. И кольцо на пальце это подтверждает, я помню все заклинания и знаю свои возможности, - Санджи откинул одеяло и спустил ноги на холодный пол. Оценил разбросанные по полу вещи и вскинул бровь. – Это моё? Зоро кивнул, не зная, что делать в подобных ситуациях. Санджи наклонился, поднимая мешочек с табаком и коробку с бумагой. Совсем не задумываясь, скрутил сигаретку и заозирался в поисках спичек, но наткнулся на тонкую книжицу в кожаном переплете. Подняв её с пола, он провел ладонью по обложке и раскрыл её. Довольно хмыкнув, он начал листать страницы исписанные мелким почерком. Последние листы были исписаны мелкими рунами, и Санджи, не отвлекаясь от своих записей, выудил из поднятой с пола жилетки спички и закурил. Зоро поморщился. Как бы сильно Санджи не лупили по голове, каким бы проклятьем его не отделали, а про сигареты он не забывал никогда. - Ну, теперь всё понятно… - спустя какое-то время протянул маг и, закрыв книгу, снова затянулся. – Это проклятье на потерю памяти. Забывается всё после того, как проклятый уснет. Хм… Ну разве я не лучший? Расплел такое сложное и мощное проклятье! Санджи довольно заухмылялся и потянулся, отчего его рубашка задралась выше, и Зоро отвернулся. - Придурок, ты не помнишь половину своей жизни, ты даже не помнишь, что был в гильдии. - А, - Санджи махнул рукой, - главное, что я помню, как меня зовут и все мои умения со мной. Неприятно конечно, но что поделать, это лучше, чем вообще быть беспомощным младенцем, который даже не помнит как ходить. Или я что-то упускаю? Санджи нахмурился и в упор посмотрел на Зоро. - Ты ведь мой напарник? – Зоро кивнул, и Санджи улыбнулся. Улыбнулся так, как никогда раньше не улыбался мечнику, и сердце Ророноа сделало кульбит, прежде чем забиться быстрее. – Позаботься обо мне, пожалуйста. Зоро тяжело вздохнул и провел ладонью по лицу. Всё было очень, очень плохо. Но прежде чем Санджи спросил что-то ещё, в дверь постучали и крикнули, что вода готова. Они по очереди вымылись в маленькой деревянной кадушке с горячей водой и дешевым мылом, а потом пообедали запеченной картошкой и мясным рагу в общей зале. Санджи почти ничего не говорил и не задирал мечника, и тому было очень непривычно видеть дружелюбие Завитушки по отношению к себе. Это было странно, неправильно, но приятно. Для разнообразия вполне подходило. *** - Наша гильдия находится здесь, - Зоро ткнул пальцем в миниатюрный замок на потертой карте. Они всё ещё сидели в трактире, в обеденной зале, заняв самый маленький и дальний стол. Между двумя парнями лежала видавшая лучшие времена потертая карта. Парни уже договорились с трактирщиком, купили лошадей и теперь ждали, когда им соберут с собой снеди. Санджи послушно посмотрел на карту, потом на Зоро. - Зачем ты мне это говоришь? Ты ведь знаешь дорогу. Ророноа покраснел. - Обычно ты следишь за дорогой. - Ты что, не можешь даже дорогу до дома запомнить? - Нет! – Зоро рявкнул, хлопнув кулаком по столу, привлекая тем самым внимание трактирщика к их столу. – Просто… я люблю приключения, а они любят меня. Санджи улыбнулся как обычно: язвительно скривил губы в усмешке, изогнул брови и насмешливо протянул: - Значит, я водил тебя за ручку, Зор-ро? Если бы маг не назвал его по имени, Ророноа решил бы, что тот его дурит и на самом деле прекрасно всё помнит. Что не мешало всё равно проверить… - Да, – Зоро подался вперёд, почти нависая над чуть озадаченным такой реакцией Санджи, и приподнял его колючий подбородок, заставляя посмотреть на себя снизу вверх. – Мы держались с тобой за ручки и… не только за ручки. Зоро не удержался, большим пальцем провел по нижней губе напарника, недвусмысленно оттягивая её вниз и ловя шокированный взгляд голубых глаз. Опомнившись, Ророноа сел на своё место и сложил руки на груди. Лицо Санджи сначала побледнело, а потом на скулах разлился мягкий румянец. - Но… Ты же говорил, что мы просто напарники. Нет? И прежде, чем Зоро понял, что он говорит, его рот открылся, и он ответил: - Нет. Мы любовники, Санджи. Санджи протянул многозначительное «Ооо…» и уткнулся в карту, словно там были все ответы на любые вопросы. Какое-то время они оба молчали, а потом Санджи вскинул на него потемневший, пытливый взгляд. - Прости… Я не помню. - За что ты извиняешься? – Зоро не ожидал, что этот ловелас начнет извиняться перед ним. Он скорее рассчитывал на истерику с рукоприкладством, больше чем уверенный, что любовь к ведьмам пересилит все липовые доводы. - Это же тяжело, да? Когда твою любимый человек не узнает тебя. Я постараюсь вспомнить. Санджи улыбнулся теплой, ласковой и извиняющейся улыбкой, а Зоро… Зоро не знал куда деться от жгучего чувства вины. *** Чем ниже спускался горный тракт, тем теплее становился воздух вокруг. Лошади мягко ступали по сырой дороге, серпантином обнимающей склон горы. Горная гряда тянулась с запада на север, сдерживая холодные ветра и заботливо прикрывая южные долины. Вид был потрясающий, и Санджи ухмылялся, жадно вглядываясь в окружающий пейзаж. - Эй, Зоро, мне кажется, я тут уже был. Его сияющий взгляд жег дыру в мечнике, который всю дорогу ругал себя за длинный язык и корил за несдержанность. - Мы тут были не один раз. В этих горах полно нечисти. - Значит, мы сюда вернемся? Тут неплохо. - Тебе всегда здесь нравилось. Санджи в ответ только рассмеялся и приударил коня, вырываясь вперед. - Не тормози, маримо! Зоро фыркнул, пришпорил коня, догоняя взбалмошного мага, и только потом понял, что Санджи впервые с того момента как проснулся назвал его этим глупым прозвищем. *** На постоялый двор они попадают затемно. Свободных комнат совсем мало, и их селят в комнату с одной широкой постелью. Санджи флиртовал с дочкой хозяина, оставил ей парочку белли в кармашке передника и, поймав взгляд Зоро, виновато улыбнулся, чуть пожимая плечами. Это настолько выбивло мечника из привычной колеи, что он отвернулся от Санджи и фактически сбежал от него в номер. Когда Санджи зашел в комнату с подносом полным еды, Зоро уже успел умыться и остаться только в рубашке и любимых кожаных штанах. Его остальная одежда свисала со стула и оставляла желать лучшего. Они оба молчали, и Зоро смел свою порцию, в то время как маг мылся в остывшей воде. Пока Санджи ужинал, мечник лег к стене и завернулся в тонкое холодное одеяло. Совсем скоро Санджи потушил лампы, оставляя только ту, что стоит у кровати, и забрался к нему под бок. Ноги и руки у мага были холодные, и он смущенно пыхтел и лез обниматься. - Ты злишься? Нет, Зоро не злился. Все его мысли бродили вокруг вкрадчивого шепота и прохладных рук. И мысль о том, что такой Санджи - идеальный Санджи, не давала Зоро покоя. Тем временем его молчание приняли за согласие, и блондин поцеловал шею напарника, закинул ногу на его бедро. - Эй, - в желтом неровном свете свечи глаза мага были словно черные, - хватит обижаться, я всего лишь перекинулся с ней парой фраз. Зоро всё ещё молчал, но теперь уже по другому поводу: все его мысли бежали наперегонки и боролись с собственной совестью. Надо сказать, что легкие прикосновения блондина послужили серьезным аргументом против той самой совести, и, отбросив все сомнения прочь, Зоро рывком откинул одеяло с них обоих, подминая Санджи под себя. И смотрел на него, расслабленного и податливого, с таким знакомым снисходительным взглядом и этой мерзкой улыбочкой на лице. - У нас всегда такие прелюдии? - Нет, - Зоро опустил ладонь на крепкое бедро своего любовника, провел шершавой мозолистой ладонью по гладкой коже, наблюдая, как дергался кадык Санджи, как судорожно он вдыхал потяжелевший воздух. – Обычно мы деремся и, после хорошей драки, я нагибаю тебя там, где придётся, – в своих мечтах и мокрых снах Зоро делал это бесчисленное количество раз. – Мы трахаемся с тобой, как дикие животные, и ты стонешь подо мной, как сучка, подмахивая бедрами и требуя большего. Ты всегда такой развратный в постели, жаль тебя, мокрого и грязного, не видят твои меллорин. - Жаль, я не помню… Ничего не помню, – Санджи фыркнул, чуть морща нос, и поднимает руку, касаясь кончиками пальцев золотых сережек. – Надеюсь, это правда, и ты действительно так хорош в постели, как говоришь. Хотя… Я никогда не ошибался в своем выборе. - Трепло, - Зоро склонился к лицу Санджи, отодвигая его руку от своего лица в сторону, прижимая за запястье к постели и, наконец-то, целуя его губы. Губы были горьковатые от табака и обветренные - самые лучшие. Зоро прикрыл глаза, наслаждаясь долгожданным теплом и ощущением крепкого тела под собой. Санджи закинул ногу на его бедро, попытался было перехватить инициативу в поцелуе, за что тут же был наказан укусом. Зоро склонил голову, губами повторил изгиб шеи своего любовника и прикусил кожу на ключице, с торжеством отмечая, как тяжело задышал Санджи, как дрогнула его рука, которую маг запустил в отросшие волосы Зоро. Зоро хотелось доставить Санджи такое удовольствие, чтобы он не мог больше даже думать о ком-то, кроме него. Мечник провел рукой по крепкому бедру, сжал с силой ягодицу, ухмыльнулся, почувствовав как отреагировал на это член Санджи, недвусмысленно упираясь в пах не менее возбуждённого, но всё ещё одетого, Зоро. Пришлось приподняться и скинуть с себя мешающуюся рубашку, стянуть белую сорочку с усмехающегося Санджи, который даже не думал помогать Зоро раздевать себя. Пока Ророноа, путаясь в штанах, раздевался сам, блондин откинулся на подушки, прогнулся в пояснице, приподнимая бедра, огладил свою грудь, скользнул ладонью по впалому животу, обхватил холеными пальцами свой возбужденный член, обнажая темную, аккуратную головку, на которой уже блестели капли смазки. Санджи улыбался, будто сам дьявол. По его телу гуляла сладкая дрожь возбуждения; когда он ловил на себе лихорадочный тёмный взгляд своего любовника, внутри всё жарко сжималось. Санджи любил секс - это он помнил точно, и сейчас, глядя на мечника он впервые за этот день пожалел, что потерял память. Он хотел помнить их первый раз. Как они познакомились? Всегда ли Зоро смотрел на него так, что хотелось раздеться и прямо на месте заняться горячим сексом? Впрочем, все эти мысли исчезли, стоило Зоро накрыть тело мага собой. Зоро был горячим, тяжелым, от него чуть пахло потом, дорожной пылью и железом. Санджи это более чем нравилось. Он обнял мечника за плечи, прижимаясь грудью, притираясь пахом о пах и снова закидывая ноги на его талию. Дыхание Зоро обожгло кожу, сильные руки мяли бока, и жаркой волной Санджи окутало возбуждение. В тёплом свете свечи Санджи видел, как напряглись мышцы мечника, когда он приподнялся и закинул ноги мага на плечи, влажно поцеловал острую коленку, царапая едва отросшей щетиной кожу, и прикусил кожу на бедре; бросил многообещающий взгляд на Санджи, который мял застиранную простынь и облизывал губы. Зоро согнул послушное гибкое тело, и блондин практически лежал на лопатках, пока мечник раздвигал его ягодицы так, что кожу начинало пощипывать, и Санджи успел порадоваться, что смог принять ванну, прежде чем язык Зоро коснулся его ануса. Мечник дразнил блондина языком так, что между ягодиц стало совсем мокро, и только после этого ввел пальцы внутрь. Санджи прикусил губы и заерзал, пока не привык к тянущему и саднящему чувству, не расслабился. Зоро растягивал его торопливо, смотрел жадно, но при этом старался не причинить лишней боли. Терпение, правда, закончилось быстро; член мечника прижался крупной мокрой головкой к животу и требовал внимания. Да и сам Санджи не хотел уже больше терпеть, подавался навстречу пальцам, ругался хриплым голосом сквозь зубы, и это подстегивало и заводило Ророноа ещё больше. Блондин пытался прикоснуться к себе, но Зоро не дал, перехватил руку, приподнялся, горячим телом вжимаясь между его бедёр, и, помогая себе, толкнулся внутрь. Санджи схватил ртом воздух, но вскрикнуть не успевал – Зоро поцеловал его так, что блондин всхлипнул прямо в его рот. Ему некуда было деться, Санджи цеплялся за деревянную спинку кровати и отчаянно целовал Зоро в ответ, и они были так близко друг к другу, что магу казалось, будто Зоро слышал, как бьется его сердце. Но Зоро не слышал – его кровь шумела в ушах, Санджи плотно обнимал его член внутри себя. На его губах – привкус того самого крепкого табака, которым пропитался Завитушка, а перед глазами раскрасневшийся, влажный и распущенный Санджи. Зоро приходилось жмуриться, чтобы не кончить сразу, сжимать зубы, чтобы убедится, что это не сон. Он целовался, не закрывая глаз, – следил за тем, как намокли ресницы Санджи, как липла чёлка к его вспотевшему лбу, как он запрокидывал голову, когда им обоим не хватало воздуха. Зоро прикусил кожу над кадыком и начинал медленно двигаться, а Санджи изогнулся в его руках, гибкий, словно кошка. - Держись за меня, - прерывисто шепнул ему Зоро, так как понимал, что сил, держать себя в руках у него почти не было. Санджи послушно вцепился в его плечи, оставляя красные полосы на загорелой коже; протяжно застонал, когда Зоро ещё одним движением попал членом в простату. - Давай же… Чёртов мечник! Зоро глухо зарычал, снова находя губы Санджи, и подался своим желаниям. Комнату наполнили звуки сбитого хриплого дыхания, влажных шлепков бедер о бедра; воздух казался Зоро горячим, а стоны Санджи - громкими. Зоро смотрел на то, как скользил его член между ягодиц любовника, на то, как плотно обхватывали его бархатные покрасневшие стенки ануса. Скользил взглядом выше, на поджавшиеся яички, на подрагивающую плоть, напряженный живот, светлые горошины сосков, искусанные губы и, наконец, ловил тёмный взгляд, в котором было столько желания, что Зоро охватила жаркая волна. Санджи сжал его внутри себя так, словно хотел почувствовать его ещё глубже, и с протяжным стоном запачкал их обоих спермой, едва рука Зоро коснулась его ствола. Зоро кончил следом, а перед глазами – звездная россыпь и синева глаз Санджи. Какое-то время они так и лежали, не расцепляясь, силясь отдышаться и осознать головой, что только что, чёрт побери, произошло между ними. Зоро тяжело вздохнул, выскользнул из податливого и расслабленного после оргазма Санджи, лег рядом, сгребая блондина в собственническое объятие. Санджи был не против. Ему только не нравилось, что между ягодиц и бедёр было мокро и липко, но он слишком устал, чтобы идти смывать с себя всё это. Маг хмыкнул и, подавшись лени, убрал последствия их любви движением руки и простым заклятием. Голову прострелило легкой болью; Санджи поморщился, но терпел, зная, что сам виноват: нельзя так халатно использовать свою силу. Но это всё мелочи, это того стоило. С улыбкой на губах Санджи заснул и не видел, как Зоро, приподнявшись, погасил истаявшую свечу.