Солнце севера

      Они зашли в здание, оформленное изнутри тем же резьбленным деревом, что и постоялый двор накануне. Хотя двери в комнаты закрывались здесь такими же бумажными и тканевыми сёдзи, цветовая гамма была куда разнообразней, резьба — утонченней, а украшением стен служили картины на шелке. Отнюдь не дешевая прихоть. Впрочем, куда менее затратная, чем позолота или каменья.       Слуг оказалось не то, чтобы много, а может они просто старались не попасть на глаза лорду. С теллурцев могло статься.       Покои самого Амаранта представляли собой две комнаты : проходной зал и более личный кабинет, где расписанная цаплями ширма отделяла от доступного взгляду пространства спальню. Стеллажи с книгами разной степени древности, несколько неоконченных набросков пейзажей да карта на стене кабинета привносили в покои тот отпечаток личности, которого напрочь не имелось в комнатах светлейшего лорда в столице. И в этом интерьере он казался совершенно естественным, словно сам являлся неотъемлемой его частью.       За второй ширмой, сравнительно невысокой, едва по плечи Лоресу, скрывалась ванна, принесенная слугами и загодя наполненная горячей водой.       — Ты первый, – Амарант чуть улыбнулся Лоресу, прикасаясь рукой к корешкам книг на ближнем к спальне стеллаже. — Мне еще надо распорядиться, чтобы тебе одежду принесли. Потеплее.       — Спасибо, — Лорес легко скользнул за ширму.— Я ведь могу после осмотреть книги?       — Конечно, если захочешь.       Всего на мгновение прохладный воздух коснулся обнаженной кожи, вызвав волну мелких мурашек, прежде чем Лорес погрузился в теплую воду. От нее приятно пахло жасмином, а после долгой дороги по телу тут же разлилась приятная нега.       За несколько минут, пока Лорес отмывался от дорожной пыли, не было сказано ни слова, хотя ширма не скрывала передвижений теллурца по комнате. Сняв верхнее хо, Амарант забрал сверток с одеждой у сунувшегося было в комнату слуги.       — Эта твоя Келла... я понимаю, почему ты с ней спал, — вдруг сказал Лорес, присаживаясь в ванне.       — Она умная женщина, в первую очередь. Просто так вот сходу, пока она ошарашивает едва ли не с наскока, этого не приметишь. Кроме того мне было очень приятно видеть лица сиятельных лордов, когда я являлся с ней под руку на балы. И да… Она очень хороша во всем, за что берется. Ссориться с ней у меня сил не было. Хорошо, что мы расстались полюбовно.       — То есть она тебя бросила? — со смешком переспросил Лорес.— Тогда я, наверно, могу не так волноваться. И как думаешь, насколько сильно я уже ее раздражаю?       — Не то чтобы сильно, — Амарант улыбнулся, останавливаясь рядом с ширмой. — В этом я убежден. Давай, домывайся, одевайся и уступи ванну, пока вода не покрылась льдом.       — Хоть какого-то эльфа, кроме тебя, я не раздражаю.       Стоило Лоресу вылезти из воды, как он тут же ощутил, что начинает замерзать. Пришлось быстро одеться в новые вещи, надеясь, что шерстяная ткань хоть немного защитит от негостеприимного прохладного климата южного Теллура.       Лорд неспешно раздевался, также развешивая одежду на ширму. Больше не стянутые тугой лентой белоснежные волосы гладкими прядями спадали на обнаженную кожу плеч, и Лорес едва сдержался, чтобы не дотронуться до них хотя бы мимолетно.       — Это же прекрасно. Если я этого эльфа считаю вменяемым, значит с тобой все в порядке, просто остальной Теллур не в себе, — негромко отозвался Амарант, проверяя воду. — Кстати, не расскажешь мне, случаем, как ты относишься к семье Кастеллов?       — Кастеллы?— Лорес хмыкнул, застегивая верхние застежки куртки.— Хильда из их дома, так что мы союзники. Но я бы не сказал, что они могут быть названы моими друзьями. Глава их дома, лорд Родерик, умный мужчина. Жаль, что пропал без вести в первый же месяц. Мы искали его, но, похоже, что он попал в плен, а значит, найдем разве что труп.       Какое-то время был слышен лишь плеск воды, но потом Амарант как-то неуверенно ответил:       — Вы искали его на севере, поэтому и не нашли, пожалуй. Он здесь последние полгода. Хотя и твое предположение не лишено смысла: в плен он и впрямь угодил.       Лорес уже успел отойти вглубь комнаты, но услышав это, оцепенел на пару мгновений:       — Почему ты раньше не сказал?! — резко обернулся к ширме. — Человек у тебя в плену уже полгода, вдали от дома, а ты молчал.       — Родерик здесь не пленник, — отозвался Амарант и, судя по звуку, вылез из ванной. — Он сам решил остаться. Или ты думаешь, что я запер его где-то в подвале и отправился в столицу?       — С чего ему хотеть оставаться здесь тогда, когда его люди погибают на войне? Он никогда не был трусом и уж точно не стал бы по своей воле отсиживаться в безопасности, оставив север,— Лорес раздраженно мерил шагами комнату. В конечном итоге, остановился рядом со стеллажом и достал оттуда первую же попавшуюся книгу.       Верить в то, что Родерик Кастелл, которого вся северная аристократия заслуженно считала благородным и смелым человеком, предпочел отсиживаться в эльфийском тылу, Лоресу не хотелось. Думать о том, какие сведения могли получить теллурцы от столь важного человека — тем более. Только вот мысли все равно возвращались к этому. Лорес листал страницы, но смысл букв от него ускользал.       Амарант вышел из-за ширмы, поправляя складки расписанного ирисами кимоно:       — Потому что остаться в Теллуре — самое лучшее, что он мог сделать для своих людей, Лорес. Это не трусость, это — здравый смысл и огромная сила воли. Я бы так не смог, — признался внезапно. Помолчал, приближаясь к Лоресу. Взял из его рук книгу, демонстративно вернул на полку. — Его свои же сдали.       — Свои? — Лорес нахмурился, пытаясь припомнить историю с исчезновением лорда Кастелла.— Мне доложили только о том, что его отряд попал в котел.       — Попал. Только Родрик не очень-то хотел воевать с Теллуром, надеясь, что удастся хотя бы чего-то добиться переговорами. И кому-то у вас на севере это не понравилось. Так что сражение было проиграно. Только не с нами, а с наемниками. Пленников продали в Теллур.       Лорес раздраженно потер переносицу: сколько же еще предательств он упустил? Конечно, для него вовсе не были новостью междоусобицы северной аристократии. Куда больше поразило, как вся эта история прошла мимо внимания тайного советника и Хильды. Или же это только ему ничего не сказали?       — Я ничего не знал, — вздохнул наконец, принимая собственную беспомощность.       Такая… мелочь. Всего-то один заговор среди той паутины, которую плетут при любом дворе. Но на Лореса накатила паника. Он что-то упустил. Снова. Неожиданная слабость в ногах, глухо колотящееся сердце, мысли, разбегающиеся, словно муравьи, и выступивший на спине холодный пот — так плохо Лорес не чувствовал себя уже очень давно.       — Я догадываюсь, — примирительно произнес Амарант и осторожно приобнял Лореса на короткий миг. — Идем? Проведаешь своих друзей, пока не накрыли к обеду.       — Хорошо,— пытаясь скрыть свои эмоции, произнес Лорес и шагнул к выходу, остановившись у двери.— Ты не против, если я пообедаю позже?

***

      К двери обернулись двое из троих, находившихся к комнате, людей. Нейт, сидевший на подушках лицом к двери, уже совершенно не походил на тяжело раненого. Да и Рейн как-то поспокойней выглядел. Если бы еще не пытался торопливо сбыть из рук стакан для метания костей.       Третье лицо было северянину не знакомо, скорее всего, это было кто-то из замковых слуг.       — Лорес! — Нейт первым поднялся навстречу старому другу.       Рейн же и вовсе едва ли не в пару быстрых шагов пересек комнату. Протянул было руки для объятий, но замер в нерешительности:       — Ты цел? Все в порядке?       Слуга меланхолично смел со стола свою часть медных монет и, забрав игральные кости, решил ретироваться, резонно рассудив, что гостям теперь будет не до прерванной игры.       — Да, я цел. Только пара ссадин да синяков, не больше,— соврал Лорес, мельком кинув взгляд на Нейта. Говорить о случившемся в доме Оливы Лоресу ничуть не хотелось. Да и, по правде, разговаривать вообще. — А вы как?       — Нам повезло, — неохотно произнес Нейт. — Когда ты ушел, Ферн запер дверь и поднял весь дом, торопя всех собрать вещи и уходить, потому что твой остроухий впал в немилость. Что произошло дальше, я так толком и не понял. Кроме того, что в дом и впрямь вломились какие-то люди. И Ферн, ухватив нас с Рейном едва ли не за шиворот, вынес нас из уже полыхающего дома.       — На нем амулет был с чарами, — послышался тихий голос Рейна. — Сильные, я даже не смог определить, что именно там было замешано, но Ферн казался просто неуязвимым, наверное и те парни, что дом подожгли, тоже видели это и не рискнули с ним связываться.       — Скорее всего, так и было, — Нейт чуть повел плечами. — В любом случае он доволок меня до неприметного такого эльфа-целителя, разругался с ним вдрызг, а потом — раз, и я как новенький. Разве что слабость в теле жуткая была.       — Ферн стоит целой армии,— бледно улыбнулся Лорес. Он был рад. Правда. Но внутри разливалась такая необъятная пустота, что сил на эмоции не оставалось. — Светлейший лорд меня вытащил. Теперь нам с вами ничего не грозит, я надеюсь. А там и до возвращения в Альмэ недалеко, — недолгая пауза, за которую Лорес внезапно сник. — Мне сказали, что тут находится лорд Кастелл. Нейт, ты не говорил с ним? Боюсь, что мне придется выплачивать ему компенсацию за понесенные потери.       Нейт разом помрачнел:       — Видел его, мельком. Показалось, что он, но заговорить не удалось. Значит, правда...       Рейн растерянно перевел взгляд на Нейта:       — Тот слепой? — вежливостью тут и не пахло. То, что и Амарант, и Нейт старались сгладить, ощущая себя в равной степени неуютно, Рейн рубанул с плеча. Даже не осознав, что, собственно такого в его вопросе.       — Слепой?— переспросил Лорес, с трудом осознавая всю глубину случившегося. — Бесы… Я…       К горлу внезапно подступила тошнота, и Лорес оперся рукой о стену, пытаясь совладать с собой. Страх — совсем не то, что он должен был сейчас ощущать. Гнев был бы куда вернее, но Лорес отчетливо понимал, что хочет спрятаться куда-нибудь, где безопасно и не нужно сталкиваться ни с чем тревожным. А увечье лорда Кастелла… от одной лишь мысли становилось не по себе.       — Наверное, он догадывается, чью голову стоит крутить, — Нейт посмотрел в окно. — Если захочет говорить с нами. С той верткой танцовщицей он, по крайней мере, общается, правда, кто бы с ней не общался? — хмыкнул. — Я бы тоже не отказался, пожалуй. Огонь, а не девка.       Слова все не шли. Даже голова немного закружилась. Руки Рейна, внезапно приобнявшего Лореса, оказались спасением — иначе король севера попросту упал бы.       — Ты останешься здесь? — спросил Нейт, медленно собирая монетки на столе в стопочки. — Или скоро снова уедешь в столицу, следом за своим остроухим?       — Не знаю, как придется.       Рейн с беспокойством и бесконечной преданностью смотрел на Лореса, но услышав об Амаранте вдруг потускнел, полуобьятия стали крепче.       — На обед? — Нейт подошел к друзьям, на ходу поправляя на себе рубашку.       Лорес лишь покачал головой, так что вместо него прозвучал ответ Рейна: — Я тоже не голоден. Покажу ему замок. Не волнуйся, Нейт.

***

      Коварных ловушек в замке не нашлось. Были лишь диковинные стены, расписанные цаплями и деревьями, светильники в форме цветков, и циновки под ногами, скрывавшие деревянные, а может и каменные, полы от взглядов людей. Простота и светлые тона делали помещение визуально легче и больше, хотя по размерам дому Амаранта было далеко до столичных особняков, не говоря уж о дворце.       Рейн молчал, заботливо придерживая Лореса под руку. Он все время глядел себе под ноги, не пытаясь завести разговор, а Лорес лишь скользил безразличным взглядом по декору замка, пытаясь совладать со странной тревогой. Всегда он был человеком эмоциональным, но пугливым нытиком — никогда. От того осознание собственной слабости казалось еще более отвратительным.       Коридор уперся в тупик, единственным выходом из которого была винтовая лестница. Её ступени вели куда-то вниз, а стены только здесь были тем, чем являлись на самом деле — каменной кладкой из довольно крупных валунов.       — Пойдем обратно? — тихо поинтересовался Рейн. — Нам там нечего делать.       Лорес вздрогнул, услышав его голос, и замер глядя в темнеющую глубь. Он даже не помнил, как дошел до этого места: все коридоры и повороты казались одинаковыми. И что может быть там, внизу? Уж точно не оранжерея.       — Там темница, — ответил на молчаливый вопрос Рейн, а его рука сжала предплечье Лореса чуть сильнее.       Темница? В доме Амаранта? Это казалось почти безумием, да и стражи вокруг не наблюдалось. Недосмотр? Если бы Лореса спросили, зачем он ступил на эту винтовую лестницу, он бы наверняка не смог ответить. Прежде он видел только ту потайную комнату, где его самого держали, но больше никаких застенок у Амаранта не наблюдалось.       Два витка лестницы, освещенной небольшими магическими светильниками, вывели его в низкий коридор. Достаточно неуютный после широких и светлых переходов остального замка.       Похоже, здесь и впрямь располагалась темница. Несколько глухих дверей, запертых на засовы. Комнатки за ними должны были быть совсем невелики — максимум в три шага шириной. И вряд ли особо длинные.       Чуть дальше шли клетки, иначе и не назовешь. В половину роста Лореса каморки, затянутые стальными решетками по две, одна над второй. Поместиться в них человеку или эльфу можно было, лишь согнувшись.       В конце коридора слышался чей-то голос. Но скорее человек или эльф говорил сам с собой, чем с собеседником. Лорес не мог различить языка: то ли неизвестный говорил слишком смазано, то ли на незнакомом наречье. Как бы то ни было — в темнице Амаранта кто-то сидел.       Вдруг Рейн, все это время тенью следовавший за своим королем, схватил его за руку. Пальцы юного мага слегка подрагивали, и Лорес понял, что не одного его сковал страх. Захотелось немедленно убежать, забыть о том, что видел, только бы не разрушать хрупкое доверие к светлейшему лорду.       — Кто тут? — голос Рейна эхом отбился от стен, усилившись так в несколько раз.       Пленник умолк. Зато за одной из дальних дверей послышалось шевеление. Словно кто-то поковылял ближе.       — Кто здесь? — раздавшийся из-за двери голос звучал хрипло. Таинственный пленник тоже не видел того, кто стоял по ту сторону окованной железом стены. — Я не слышал твоего голоса прежде...       Звон металла, такой характерный для цепей, заставил Лореса вздрогнуть от страха. Он отступил было назад, но Рейн безжалостно повел его дальше, к тем самым дверям. Темное помещение, затхлый воздух, звуки — все напоминало Лоресу о доме Оливы, и казалось, что он не сможет держать себя в руках. Только Рейн был неожиданно настойчив.       — Ты пришел освободить меня?       — Кто ты такой?— подойдя ближе, решительно спросил Рейн.       — Я думал, Амарант не держит у себя заключенных, — сбивчиво проговорил Лорес, пытаясь дышать глубже.       — Не держит, как же, — пленник саркастично хмыкнул. — А я, по-твоему, кто? Гость? Он всегда мягко стелет, а потом, когда поперек делаешь хоть что-то, — вздохнул. — Может, выпустите меня? Ключи должны висеть где-то неподалеку. Этот тип никогда не носит их с собой...       — Его я знаю дольше. Трудно поверить, что он посадил кого-то незаслуженно, — голос Лореса дрогнул, с головой выдав его сомнения.       Мог ли Амарант действительно поступить… так? От волнения Лореса накрыла такая волна ужаса, что вдохнуть воздух стало почти невозможно. Ему хотелось наверх, прочь из этого ужасного помещения.       — Незаслуженно? — скептически повторил голос из-за двери. — Так и скажи, что тоже во всем доверяешь этому притворщику. Когда ты ему надоешь, окажешься в комнате напротив. Если не в лапах палача.       Снова звякнули цепи. Пленник отошел от двери.       — Хотя бы просунь мне ключи под дверь, лучше призрачная надежда на побег, чем уверенность в том, что с приездом лорда меня снова начнут мучать.       — Я все узнаю у него сам, — Лорес резко выхватил руку из хватки Рейна и направился к дверям.       В голове гудело, мысли танцевали дикий хоровод, а окружение плыло перед глазами. Может ли быть, что Амарант все это время лгал? Пытки, заключенные в темнице — как мало это вязалось с гуманным и вечно уравновешенным светлейшим лордом из дома Полыни. А если даже все так, Лорес хотел посмотреть Амаранту в глаза и услышать честный ответ из его уст.       Вдруг его схватили за рукав куртки и с неожиданной силой прижали к каменной кладке стены. В следующее мгновение Лорес встретился взглядом с голубыми глазами Рейна.       — Ты все еще веришь ему? Лорес, он остроухий! Ты забыл, что ненавидишь их?! — в голосе юноши слышалась злость, обида, и Лорес мог бы понять их в любое другое время, кроме этого.       — Это мое дело, — попытался было отмахнуться Лорес, но Рейн вновь преградил ему дорогу.       — Неужели ты правда влюбился в него? Не так уж он и красив.       Даже уши вспыхнули от стыда, но Лорес не хотел, да и не имел никаких сил говорить об этом. Влюбился. Какая же глупость влюбиться в того, кто, вероятно, ничем не лучше Вереста или Седума.       Пальцы Рейна до боли сжались на запястье Лореса.       — Забудь о нем, слышишь?       Губы Лореса обжег неожиданный злой поцелуй. В первые мгновения он замер, почти испуганно вжимаясь в холодную кладку.       — Прости, — Лорес рывком вырвался из хватки.       Рейн отшатнулся в тень. Различить черты его лица во тьме казалось невозможным, но Лорес и не пытался. Он тут же рванул к винтовой лестнице и, не оборачиваясь, бежал вверх по ступенькам, подгоняемый чувством тревоги и желанием поскорее увидеть Амаранта. Спросить у него все прямо, как есть.       У входа в темницу ему встретился одинокий стражник, даже не попытавшийся остановить бледного от ужаса человека, но на всем пути до покоев светлейшего лорда Лорес не повстречал ни одной живой души. Словно в насмешку, замок будто опустел.