Солнце севера

      Рейн пару мгновений стоял неподвижно, вслушиваясь в топот ног своего короля, удаляющийся все дальше, вверх по лестнице. Украденный поцелуй до сих пор горел на губах — будто злая насмешка, не иначе.       Сколько месяцев Рейн ходил за Соколом верной тенью? Сколько раз прикрывал его спину в бою, лечил раны? Разве мало стоила данная клятва верности, когда он вправе был уйти, не участвуя в бессмысленной резне? Но нет, Рейн отдал Лоресу всего себя без остатка. Да он и желал принадлежать этому Соколу, едва увидел его впервые. Высокий, темноволосый, с блеском стали в светло-серых глазах — тогда Рейну казалось, что он встретил живое божество. А выяснилось — человека. Слабого и глупого.       Рейна душила ненависть. Он готов был впиться пальцами в изящную шею светлейшего лорда до синяков — и давить, давить, пока тот не сдохнет, лишь изредка ослабляя хватку, растягивая агонию. Наверняка, это чары. Некромантия или еще какая мерзость — так решил для себя Рейн. Не мог Лорес быть настолько плох, чтобы добровольно отдаться остроухой твари.       Юный маг тихо зарычал, прохаживаясь от стены к стене. И сердце колотилось, будто желая пробить грудную клетку. Он должен помешать этой белобрысой шлюхе в шелковых кимоно, пока не стало слишком поздно… Он должен…       Тихий перезвон цепей в дальней камере вернул Рейна в действительность. Он вздрогнул, мимолетно схватился за голову, приходя в себя. И хотя ярость ничуть не улеглась, желание сию же минуту наброситься на светлейшего лорда сменилось привычным холодным расчётом. Он убьет его. Обязательно убьет. Но позже, не сейчас.       Рейн решительно направился вглубь темницы. Ему казалось, будто даже собственное сердцебиение в этой угнетающей тишине — оглушительно. Словно из тьмы на ближайшего приспешника Сокола над пустыней смотрели тысячи глаз. Но нет… Они здесь вдвоем. Он и тот человек за окованной металлом дверью.       А еще — острая нехватка времени, ведь Лорес мог столкнуться с Амарантом в любую минуту.       Рейн схватил связку ключей, висящих на проржавевшем крюке неподалеку. Вставил в замок первый, второй… Лишь на четвертом ключе тот поддался, и двери отворились с негромким скрипом проржавевших от времени петель.       Человек за ней совсем не походил на пленника. Впрочем, Рейн вовсе не был удивлен этому открытию. Северянин, замотанный в темные одежды настолько, что даже лица не разглядеть, смотрел на юношу перед собой безразлично, удерживая ладонь на рукояти короткого клинка.       Мимолетный обмен взглядами, прежде чем незнакомец заметил амулет на шее Рейна. Нижнюю часть лица северянина прикрывала ткань, но все же по глазам стало ясно – тот усмехнулся. И в следующий миг вышел из своего укрытия.       Рейн тихо хмыкнул — из «камеры» потянуло свежим воздухом. Ход явно был сквозным и вел куда-то за пределы замка.       Видя, что северянин уже направляется к лестнице, Рейн прикрыл глаза, всего на мгновение, прежде чем направиться следом за ним, уже сплетая пальцами сеть заклинания. Такого же, как в день их судьбоносной вылазки за стены Альмэ.

***

      Светлейшего лорда в его покоях не оказалось. У входа в них Лорес обнаружил только одинокого стражника, который и сообщил ему, что Амарант еще не вернулся с обеда. От волнения к горлу Лореса подкатила тошнота. Он чувствовал — если немедленно не задаст Амаранту все вопросы, точно сойдет с ума. Звон цепей в сыром подземелье все не выходил из головы, подгоняя его. Будто бы мгновение-другое до встречи могло еще на что-то повлиять.       От покоев поворот налево, следующий: все перед глазами шло кругом, и Лорес сам не понимал, что же с ним происходит? Почему хочется рыдать и рвать на себе волосы, а в следующий миг — забиться в угол и притихнуть там, едва ли не слиться со стенами? С того самого дня, когда Амарант вытащил его из застенок дома Оливы, Лорес будто терял разум с каждым часом все вернее.       К счастью, судьба столкнула Лореса со светлейшим лордом до того, как он успел натворить что-то непоправимое. Амарант направлялся к своим покоям в компании Ферна и незнакомого Лоресу эльфа. Тот казался неожиданно высоким (даже Амарант был ниже его на полголовы), осанка и телосложение безошибочно выдавали в нем опытного воина, да и собранность во всем, от неброской одежды до строго стянутых в хвост каштановых волос, не позволяла в этом усомниться.       Лорес столкнулся взглядом с незнакомцем и испуганно замер, невольно схватившись за угол стены, чтобы устоять на ногах. Перед глазами все вновь помутилось.       Увидев Лореса, Амарант чуть улыбнулся:       — Ты так и не передумал насчет обеда?       В целом все выглядело вполне мирно. И Ферн был даже без обычного клинка на поясе, сменив кожаный доспех на домашний наряд. Словно тут — в замке — лорду никакой опасности не грозило. Только на поясе незнакомого воина Лорес заметил ножны.       На ответную улыбку Лореса не хватило. Он смотрел на Амаранта неотрывно, будто пытаясь прочесть в его глазах ответ на свой вопрос. А задать его вслух, когда рядом столько слушателей, — не решался. Сохранить безразличное выражение лица — уже достижение.       — Я гулял. После стольких часов в дороге это полезно,— запоздало, будто нехотя, ответил Лорес.       — Увидел что-то интересное? — Амарант скользнул по Лоресу взглядом. Должно быть, приметил, что тот нервничает.       Ферн чуть повел плечами:       — Из всех здешних достопримечательностей, пожалуй, можно упомнить только библиотеку да ваши шелка вдоль стен… Но, похоже, прогулка настроения не прибавила.       Незнакомец все еще молчал, хмуро рассматривая Лореса. И это явное недоверие лишь сильнее заставляло северянина чувствовать себя не в своей тарелке.       — Если честно, я слишком задумался о своем и потому не особо смотрел по сторонам,— Лорес попытался улыбнуться. — Я… думал еще поговорить с Нейтом.       — Хорошо, конечно, говори. Потом дорогу обратно найдешь? — кажется, в голосе светлейшего лорда скользнуло беспокойство. Или он все такой же холодный, а эмоции — плод воображения влюбленного дурака?       — Найду,— кивнул Лорес.— А вы будете у себя?       — Да, минут через десять буду, — ответный кивок. — Но ты вряд ли поговоришь быстрее.       «Не к пленнику ли своему пойдет?» — мелькнула паническая мысль. Что если Амарант и правда удерживает того человека в подвале развлечения ради? И что он сделает, узнав, что его ручной король северян спускался туда? Лореса сковал страх.       — Хорошо,— только и смог выдавить он из себя.       Амарант мимолетно улыбнулся ему, будто ободряюще. И обернулся к Ферну:       — Пойдем? Расскажешь нам, что вы с Келлой надумали, — троица направилась в сторону, прямо противоположную той, где находился спуск в темницу.       — Да что рассказывать, — Ферн вздохнул. — Опять в столицу поедем, она здесь останется...       Лорес выдохнул, чувствуя себя трусом и слабаком. О Единая, он не смог задать один единственный вопрос! Будто сами по себе подкосились колени, и он с тихим стоном оперся спиной о стену. Столь желанная встреча не принесла никаких плодов: сомнений стало только больше.       Амарант же в компании своего телохранителя и незнакомого Лоресу воина уже успели скрыться за углом — теперь оставались слышны их шаги и обрывки разговора ни о чем. Идиллия, ничего не скажешь. Только сам Лорес казался здесь совершенно чуждым, будто заплесневелая лепешка в корзине, полной спелых фруктов.       — Бесы! — голос Ферна прорвал нависшую, было, тишину, и до острого слуха Лореса донесся вдруг звук обнажаемого оружия. — Акант…       — Милорд, назад!       Акант (должно быть, так звали того эльфийского воина) отозвался так резко, что у Лореса внутри что-то сжалось и перевернулось. Так не могли говорить со светлейшим лордом, если только не…       Слабость, сковавшая Лореса еще пару мгновений назад, отхлынула, уступая место совсем иному чувству. И тогда он бросился обратно к покоям светлейшего лорда, сам не понимая, что собирается увидеть там и как помочь, если случилось что-то действительно страшное.       Зрелище, открывшееся его глазам, на миг заставило Лореса оцепенеть. Лужа свежей крови на циновке, блеск стали клинка Аканта, а напротив дверей покоев светлейшего лорда — человек. Хотя лица его было не разглядеть, по какому-то внутреннему проведению Лорес распознал в нем своего земляка. А быть может, просто не могло у эльфа быть настолько ярких карих глаз и загорелой кожи, участок которой был заметен в узкой прорези.       Ферн прикрывал собой Амаранта, будто собираясь защищать его хоть бы и голыми руками, но катана в руках Аканта уж явно куда больше занимала внимание незнакомца. Эти двое неотрывно глядели друг на друга, не спеша ввязываться в бой, словно оба тянули время.       Неожиданно раздался тихий смешок, от которого по коже замершего в проходе Лореса прошли мурашки, а затем — вдруг со звоном разбился об пол небольшой сосуд, брошенный ловкой рукой загадочного убийцы.       Коридор в считанные мгновения окутал густой дым. Не то что увидеть хоть что-либо дальше своего носа — невозможно было даже вдохнуть.       Лишь по кашлю и голосам Лорес все еще смутно представлял, где кто может находиться. Наощупь, он тут же бросился искать Амаранта, хотя дым щипал глаза и, казалось, заполнял грудь без остатка, удушая.       Внезапный крик рядом и звук рухнувшего на пол тела. Лореса будто окатило холодной водой. Неужели…       Нет.       В постепенно начавшем рассеиваться дыме Лорес смог мельком различить расписанную ирисами ткань верхнего кимоно светлейшего лорда — и тут же кинулся к нему. Черная тень пересекла дорогу, блеснуло во мгле изогнутое лезвие северного кинжала.       Один взмах отделял убийцу от Амаранта, но в следующий миг Лорес с криком бросился на спину незнакомцу. То ли тот не ожидал такого, то ли не выдержал веса, но они оба с шумом рухнули на циновку.       Мимолетно Лорес заметил побледневшее лицо светлейшего лорда, прежде чем отчаянно вцепился в руку недруга, стремясь выбить из нее оружие. Но тот не стал дожидаться, пока дым рассеется окончательно: глухо рыкнув, незнакомец с неожиданной силой сбросил с себя Лореса.       Тяжелый удар на мгновение выбил из Лореса дух, но Акант времени не терял. Звон бьющихся друг о друга клинков привел Лореса в чувство. Первое впечатление об Аканте его не обмануло: теллурский воин и впрямь сражался, будто танцевал. Столь легкими и быстрыми были его движения, что ими можно было бы любоваться, но и изящные дуги, выписываемые саблей северянина, хоть и явно уступали в красоте, но оставались не менее смертоносными.       Удар за ударом — никто не уступал, но дым почти рассосался, и в коридорах уже слышался топот. Шум привлек внимание стражи, иначе и быть не могло.       В какой-то миг Акант решился на рывок: он прошел под лезвием сабли, лишь чудом избежав верной смерти, а затем — умелым ударом сбил противника с ног.       Уже показались в коридоре вооруженные эльфы, готовые прийти на помощь своему лорду, и казалось, что удастся взять загадочного убийцу живым. Вот и Ферн с трудом поднялся с пола, зажимая кровоточащее бедро, а лезвие катаны Аканта оказалось плотно приставлено к шее врага.       Казалось. Только вдруг тело незнакомца забилось в страшных судорогах.       — Бесы! — выругался Акант, тут же оборачиваясь к подоспевшим стражникам. — Лекаря сюда! Живо!       — Он уже не жилец, Акант… — светлейший лорд лишь озвучил то, что и без того было ясно, ведь несостоявшийся убийца уже обмяк на полу, пялясь в потолок невидящими глазами.       — Я помогу дойти до целителя…— проговорил один из стражников, сделав шаг к раненному Ферну.       Лорес поднялся, чувствуя слабость в ногах. Все обошлось малыми жертвами… Хотя на труп стражника перед дверьми покоев и растекшуюся по циновке лужу крови он всеми силами старался не смотреть. Как, впрочем, и на распластанное тело убийцы. Откуда тот мог взяться в замке, где все абсолютно преданы своему лорду?       Уже отдавались приказы, кто-то принес носилки. Даже слуги подоспели: малолетний полукровка уже вовсю оттирал пол от следов борьбы. А перед глазами Лореса все по-прежнему плыло, будто он был изрядно пьян.       Лорес даже не заметил, как его ненавязчиво обступила стража, пресекая возможность сбежать.       — Он его впустил, — один из воинов указал на Лореса. — Я его рядом с подвалом видел, когда коридоры обходил.       — А дверь…?       — Отперли ее, светлейший лорд.       Амарант взглянул на трупы, прищурился и поджал губы, будто сдерживая ругань. И перевел пылающий яростью взгляд на Лореса:       — Зачем?       Короткий вопрос, будто пощечина. Тут бы воспротивиться, начать спорить, но Лорес словно онемел. Амарант смотрел на него так… Зло? Презрительно? Даже нужное слово не подбиралось — хотелось спрятаться, только бы избежать этого взгляда.       — Я этого не делал, — только и смог выдавить он из себя. — Действительно спустился в темницу, там был пленник, я… Я хотел у вас спросить, но…       Вспомнился Рейн. Он ведь оставался в том подземелье, когда сам Лорес уже ушел… Но нет. Не мог он привести по душу Амаранта убийцу. А если и правда он открыл? Может быть, убийца и его...? По коже Лореса прошли мурашки.       Он представлял себе худшие исходы, один за другим, когда вдруг заметил своего мага за спинами стражи. Тот испуганно пытался разглядеть, что же происходит, крепко сжимая в ладони свой кулон.       — В темницу, значит, — процедил лорд. И прикрыл глаза на пару мгновений. В коридоре стояла мертвенная тишина, хуже, чем в пустыне. — Иди за мной!       Он круто развернулся и пошел вперед, туда, где находился спуск вниз, к ужаснувшим Лореса своими "удобствами" железным клеткам. Стражники несильно подтолкнули северянина в спину, мол, давай, иди за лордом. Молча. И как-то без злости.       Лорд вихрем пронесся по хорошо знакомым коридорам, вынуждая Лореса едва не бежать следом. Каждое мгновение этого напряженного молчания давило. Можно было только представлять, что мог сделать светлейший лорд с разгневавшим его человеком — и меньше всего Лорес надеялся на взаимные чувства. Все же Амарант держал в руках все: его жизнь, жизни его друзей и судьбу всего Севера.       Наконец, Амарант спустился по лестнице вниз — и остановился в самом начале коридора.       — Акант! Попроси на псарне самую шуструю гончую и бегом сюда.       Лорес замер, стиснув в руке поручень. Безусловно, Амарант не мог не знать, что происходило в застенках Седума. А теперь хочет повторить процедуру? Ужас охватил Лореса, и он едва сдержался, чтобы не сбежать.       Вновь его обступили сырые стены подземелья, и Лорес ощутил, как выступил на спине холодный пот. Только бы все быстрее кончилось!       Ничего не подозревая о терзаниях Лореса, Амарант прошел дальше, на ходу сняв с крепления на стене зажженный светильник.       В коридоре ничего не изменилось. Кроме того, что дверь одной из камер теперь была распахнута настежь. И огонек в руках Амаранта освещал коридор неровным светом, превращая клетки и двери в место по-настоящему ужасное.       — Мой лорд, это может быть опасным, — подал голос идущий за спиной Лореса стражник, отставший от своего подопечного на какие-то пару шагов.       — Держи, — Амарант передал Лоресу светильник. — Давай, загляни туда. И я следом.       Где-то наверху послышался лай пса.       Лорес нервно сглотнул, сжимая ручку светильника в руках. Почему казалось, будто его убьют, стоит только повернуться к Амаранту спиной? Еще и животное, топот лап которого он уже слышал на лестнице, всколыхнуло панику в душе.       Лишь усилием воли Лорес сумел подавить свой страх и вошел в камеру.       Свет выхватил в "камере" ряды полок, заставленных снедью, и цепи обнаружились тоже: на них мирно висело вяленое мясо.       Может, когда-то это и было грозной темницей, но не сейчас. Лорес тихо выругался. Теперь, прокручивая в памяти разговор с «заключенным», он осознавал, как умело тот давил на болевые точки. А ведь он, дурак, почти повелся! Едва сам не подсунул под дверь ключи.       — Свет повыше, — проронил негромко Амарант, сделав шаг вперед, всматриваясь в темноту длинной кладовой, туда, где открывались двери старого потайного хода.       Псина, приведенная Акантом, залаяла, сунувшись в кладовку. Эхо услужливо разнесло лай по всем уголкам этого этажа.       — Пройдете до выхода, посмотрите, нет ли там новых гостей. И заприте дверь изнутри. Акант! Головой отвечаешь, чтобы дверь с той стороны больше никто открыть не смог.       — Да, мой лорд, — воин, с трудом удерживавший собаку на поводке, сделал пару шагов вперед, мимо напрягшегося Лореса, и спустил гончую. — След!       Только когда стражники скрылись в рассеянной светильниками темноте потайного хода, Амарант позволил себе поднять взгляд на Лореса. Он просто смотрел и молчал. Потом махнул рукой — и побрел обратно, к лестнице.

***

      — Лорд, позвольте поговорить с вами наедине?       Его пропустили в покои Амаранта — уже неплохо. Лорес был почти уверен, что после случившегося светлейший ему даже на пороге не даст постоять. А доказать, что он не выпускал никого из «темницы» еще стоило постараться…       Амарант, до того общавшийся с хмурым Акантом в своем кабинете (видно, о находках, сделанных в подземном ходе), поднял взгляд на Лореса. Легкое недовольство человеком читалось в чуть искривленной линии губ, но в остальном светлейший лорд казался по крайней мере готовым выслушать все стороны, замешанные в произошедшем.       — Присядь, — распорядился он коротко. И Лорес тут же исполнил его приказ, надеясь, что руки не подрагивают слишком уж откровенно.       Акант же наоборот поднялся, отступая к окну. Взгляд его недобро и даже настороженно скользнул по Лоресу, но мысли о небезопасности оставаться наедине с человеком явно были оставлены при себе.       — Я слушаю, — Амарант не стал приказывать своему охраннику покидать комнаты. Что же, возможно Лорес и заслужил эту демонстрацию недоверия. Спорить он не рискнул.       — Я не открывал ему дверь. Знаю, в это тяжело поверить, но я действительно не делал этого. Я... он рассказал мне ужасы про те... вас, и тогда я решил, что спрошу все лично. Но не успел, все случилось раньше.       — Дверь была заперта, и её невозможно открыть изнутри, — Амарант спрятал руки в рукава кимоно, сложив их на груди. — Только тебя видели выходящим оттуда. И я готов поверить, что это не ты впустил убийцу в дом. Но тогда у меня возникает вопрос, кто был там с тобой? Из-за кого был убит ни в чем не повинный эльф, всё прегрешение которого в том, что он охранял сегодня мои покои?       Акант старательно разглядывал открывавшийся из окна пейзаж, до белизны вцепившись пальцами в рукоять.       А Лорес умолк, не решаясь рассказать о Рейне. Да и не верил он в то, что этот парень пошел против своего короля и поступил... так. Нет, только не Рейн.       — Я был один, — соврал, до боли впившись ногтями в свое запястье.       — Тогда получается, что кроме тебя никто не мог отпереть двери, — Амарант перевел взгляд на Аканта.       — Я же говорил, — проронил тот сухо и приблизился к человеку. — Им нельзя доверять. Я могу забрать его?       — Да, — Амарант поднялся, посмотрел на Лореса и коротко кивнул тому. — Твоя ли рука открыла путь чужаку в замок, или ты лишь покрываешь настоящего виновника, но ты столкнешься с последствиями. Как и все мы.       — Но... — Ответ прервался на полуслове. Отвечать за чужие ошибки Лорес не хотел, но сказать Амаранту правду — значит направить его гнев на беззащитного. И без того Рейн настрадался. — Это мог сделать кто угодно в замке. Я просто попал не в то место и не в то время.       — Ты знаешь много домочадцев, которые внезапно решаются прогуляться там, куда обычно не заходят по причине ненужности темниц? — Амарант покачал головой.       — Мой лорд, надо идти, — Акант подошел к Лоресу и протянул руку, словно собирался ухватить того за плечо, а то и за шиворот, но, послушный знаку лорда, остановился на середине движения. — Как пожелаете. Но если окажется, что это был он...       — Я ему верю, Акант.       — Вам решать, — короткий поклон и несколько шагов в сторону были скорее данью уважения лорду, чем согласием с его словами.       Амарант первым направился к выходу из покоев. Лорес поднялся следом, чувствуя слабость в ногах — и не зная, что ждет его в следующую минуту. Наказание? Пусть так. Только бы Рейн не пострадал. Только вот даже смотреть на светлейшего лорда и его начальника стражи было… страшно.       — Постарайся не особо отставать от лорда Амаранта, — проронил Акант хмуро.       В доме, прежде таком тихом, теперь слышался чей-то негромкий плач, но по мере того, как двое теллурцев и человек приближались к выходу во двор, он становился отчетливее. Стало возможно расслышать несколько женских голосов, то и дело дополняемых мерным звоном колокольцев.       Узкая телега, устланная соломой, была специально прислана храмом вместе со жрецом, который должен был сопровождать тело к месту сожжения. Белоснежный кусок шелка скрывал лежащее на телеге тело, возле которого голосили две эльфийки в белых накидках. На их рыдания с непониманием во взгляде смотрела эльфийская девчушка, на вид ей нельзя было дать больше четырех человеческих лет. Жрец шептал молитвы, сопровождая чтение легкими ударами посоха с бубенцами о землю двора.       Легкий аромат благовоний в воздухе, а может белые одежды и тихий звон — что-то вызвало у Лореса головокружение. От слабости подгибались колени, и ему пришлось опереться рукой о перила крыльца.       Амарант вышел на освещенный солнцем двор и приблизился к женщинам:       — Он исполнил свой долг воина, уверен, Семеро будут милостивы к нему, — избегая называть погибшего по имени, как то и было положено, светлейший лорд вложил в руки старшей из женщин увесистый кошель. — Это не вернет вам сына, но поможет достойно хранить память о нем, — второй кошель лорд, присев рядом с дочуркой своего погибшего воина, вложил ей в руки. — Это твой отец хотел передать тебе, малышка...       — Светлейший лорд... — вторая эльфийка посмотрела на Амаранта заплаканными глазами. — Мне сказали, что это был человек... — И тут ее взгляд нашел Лореса. За пеленой слез мелькнула ярость и женщина, наверное, кинулась бы на северянина, если бы Акант не перехватил ее на втором шаге, крепко обнимая. — Это он? Лорд Амарант! Хотя бы скажите мне!.. Почему мой муж лежит мертвым, а тот, кто стал причиной его смерти, расхаживает, как ни в чем не бывало?!       Лорес отшатнулся скорее по инерции, чем от испуга. Он настолько потерял себя, что наверняка заметил бы женщину, лишь ощутив на себе ее пальцы. Хотел было сказать хоть что-то, но лишь опустил взгляд, чувствуя, что не может здесь находиться. Запах смерти и чужие эмоции давили слишком сильно.       — Магнолия, — Амарант приблизился к ней. — Этот человек ни при чем. А тот, кто был причастен, — уже мертв. Это не вернет твоего мужа, но, по крайней мере, умиротворит его дух.       Женщина вновь разрыдалась, теперь уже на плече Аканта.       — Если вы будете хоть в чем нуждаться, мой дом всегда открыт для вас, — произнес лорд традиционную фразу. И обернулся, на короткий миг посмотрев на Лореса.       — Мы с его друзьями сопроводим вас до храма, — голос незаметно приблизившейся Келлы звучал на удивление мягко. Да и ее облик — светло-голубое кимоно и собранные в пучок волосы — ничем не напоминали ту эпатажную красотку, что встретила светлейшего лорда и его раба по приезду в дом. Что и сказать, она хорошо знала, когда и что будет уместно. — Магнолия, милая, такое горе... — она ненавязчиво приобняла женщину, забирая ту у Аканта. — А вы, Акация, не могли бы помочь малышке не потеряться по дороге?       Жрец чинно кивнул светлейшему лорду и пошел к запряженному в телегу гнедому коню.       Амарант стоял неподвижно до тех пор, пока телега не начала движение, и лишь тогда развернулся, собираясь вернуться в дом.       Акант последовал за ним, бесцеремонно утягивая за собой Лореса. Тот едва не упал, потеряв равновесие, но затем все же поплелся следом, взглядом изучая полы.       — Я действительно ничего не открывал, — проговорил тихо, будто бы это могло кого-то в чем-то убедить.       Акант коротко кивнул:       — Да, теперь я тоже в это верю. Но вдруг бы на месте этого эльфа и впрямь оказался Амарант? И если ты намерен молчать и дальше, я бы посоветовал тебе хотя бы реже поворачиваться спиной к тому, кто был с тобой. Запачкав руки кровью единожды, намного легче сделать это вновь.       Лорес коротко взглянул на начальника стражи: что его заставило передумать? Но лицо Аканта сохраняло все тоже непроницаемое спокойствие, прочесть по нему хоть что-то казалось невозможным.       — Тот человек в подвале много знал, — Лорес тяжело вздохнул, отбрасывая назад мешающие волосы. — Возможно, у него тут были другие помощники.       — Мы с Ферном будем их искать, — улыбка Аканта не обещала ничего хорошего настоящему виновнику этого переполоха.       Амарант обернулся к ним:       — Акант, могу я послать тебя за Ферном?       — Конечно, мой лорд, — воин кивнул и отпустил предплечье Лореса. — Вы будете в своих покоях?       — Да, — коротко обронил Амарант. Но, когда Акант ушел в сторону восточных покоев, лорд остановился, глядя в лицо Лоресу. — Не могу понять, кого ты выгораживаешь. Кого-то из своих людей? Ладно, позволим Аканту с Ферном исполнять их работу.       Упрек Амаранта вновь заставил Лореса померкнуть. Он доверял своим людям, как самому себе. И если они могли его предать, то к кому тогда можно повернуться спиной?       — Я никого не выгораживаю.       Амарант молча кивнул, постоял еще какое-то время — и протянул Лоресу руку:       — Пойдем. Лучше подождать в моих покоях, покуда не вернется Келла, — вздохнул. — Скажи-ка, татуировка солнца — это из ваших северных земель?       Лорес, уже успевший взять Амаранта за руку, вдруг замер.       — Татуировка солнца? — переспросил он, помедлив. — Да. Такое наносят на себя сектанты из Ока зари.       — Те, что сидят в Раанских горах? — быстрый вопрос выдавал определенные знания лорда о предмете разговора.       — Да, — Лорес поспешно кивнул. — Почему вы спрашиваете?       — Потому что Ферн обнаружил на спине убийцы татуировку с солнцем. Хотел быть уверен, что мы всё поняли правильно.       По спине Лореса прошли неприятные мурашки. Увы, он слишком хорошо знал, что могла означать подобная метка. Око зари — одна из множества сект, укрепившаяся в Раанских горах. Наемные убийцы, принимающие заказы на устранение лордов. Беглые рабы, озлобившиеся крестьяне и нищие сироты, которых их Старец обратил в монстров, покорных его воле.       Лорес лихорадочно пытался вспомнить хоть что-то о сегодняшнем убийце: его глаза, цвет кожи, движения. И со страхом осознавал, что ничего толком не успел разглядеть.       — Амарант… — едва слышно, пытаясь собрать в кулак остатки смелости. — Я могу взглянуть на тело?

***

      В подземелье царила прохлада — даже не удивительно, что тело сектанта отволокли именно сюда. И хотя светлейший лорд замер у дверей, Лорес все равно чувствовал суеверный страх, заходя в комнату. Небольшую, тесную и пропахшую травами.       Неподалеку от входа лежали неаккуратно сложенные вещи: черная одежда, оружие и сумка. Не трудно догадаться, кому они принадлежали, хотя внешне они казались совершенно безликими. Ничего не говорило в них о личности хозяина. А быть может, и не осталось личности у тех, кто присягнул Старцу.       Лорес прошел дальше, где на носилках все еще лежало тело, прикрытое простыней. Светильники тускло освещали помещение, не позволяя разглядеть деталей, только вот все равно удалось рассмотреть аккуратно подрезанные ногти на выглядывающей из-под ткани руке.       На мгновение Лорес остановился. Выдохнул, приходя в себя. Он просто проверяет, ничего более. Сколько трупов уже доводилось видеть на своем веку? И это тоже — всего лишь тело.       Наконец, он присел рядом с носилками и рывком, чтобы не передумать, откинул простынь.       Типичное для северян лицо: крупные черты, орлиный профиль, глубоко посаженные глаза под густыми бровями… Лорес выдохнул, чувствуя, как тревога плавно отступила.       — Кто-то знакомый?       — К счастью, нет, — ответил Лорес на вопрос Амаранта, вновь закрывая труп простыней.