Хроники Смертельной Битвы. Часть 5. Смертоносный Альянс

…Дворец наместника Вэйналии, одного из миров в составе империи Шао Кана, построенный из лучшего белоснежного мрамора Эантеры, утопал в пышной зелени и цветах. Наместник сидел в тронном зале в мраморном же кресле, вяло принимая посетителей-эантерианцев и разбирая их бесконечные жалобы, в основном касающиеся мелких имущественных вопросов. Это был высокий худощавый мужчина с резкими некрасивыми чертами лица, производящими почти отталкивающее впечатление, кареглазый и темноволосый, одетый в ярко-алый с золотыми узорами и черным поясом халат, который довольно выразительно смотрелся на могучей фигуре Наместника. Супруга его сидела здесь же на небольшой резной табуретке, не поднимая глаз от пола и сложив руки на коленях — казалось, что это не живой человек, а восковая статуя. Когда Наместник обсуждал с очередным посетителем-крестьянином вопрос о незаконном переносе его соседом забора, к креслу главы провинции подошел один из его царедворцев и что-то горячо зашептал ему на ухо. — Посол Императора, говоришь? Важные вести? — ответил Наместник. — Что ж, я его непременно приму. Уходите, — бросил он посетителям в зале. — На сегодня все окончено. Жавшиеся вдоль стен простолюдины поклонились и бросились к выходу. — Проси посла войти, — повернулся Наместник к слуге. — Хорошо, — кивнул тот и на какое-то время исчез в боковых дверях. Через пару минут тяжелые центральные двери зала распахнулись с противным скрипом, и куэтанский посол шагнул в зал. Это был совсем молодой человек, почти еще мальчик, только что закончивший Военную академию и переведенный на место посла Куэтана в Вэйналии всего пару месяцев назад, причем Тейде Атису, его отцу, который занимал эту должность раньше, почти не пришлось упрашивать Императора сделать новым послом его сына. Шэнг Цунг очень горячо возражал против этого назначения, но Император, давно получивший прошение самого Тейде о переводе его на более нервную должность заместителя генерального прокурора, решил пойти на уступку и позволил юноше занять место отца. — Приветствую Наместника Вэйналии Йонг Та и его досточтимую супругу Лан Фе, — молодой куэтанец церемонно поклонился, приложив к груди тонкую изящную ладонь. Наместник до сего момента ни разу в жизни не видел сына Тейде и теперь разглядывал нового посла с большим интересом. Тэйко был по куэтанским меркам еще совсем юн, ему было вряд ли больше двадцати пяти, и вся фигура его почему-то производила впечатление изысканной хрупкости и изящества. Резкий контраст с бледной кожей и светло-голубыми светящимися глазами посла составляли иссиня-черные волосы и вышитый серебром вишневый костюм с высоким воротником; узкое точеное лицо вполне можно было бы счесть красивым, несмотря на слишком тонкие губы. — Приветствую тебя, благородный Тэйко Атис, посол великого Императора Шао Кана Аментхау, — Наместник наконец соблаговолил подняться с трона. — Какое дело привело тебя ко мне? — Привело меня к тебе крайне важное дело, — учтиво ответил посол. — Так уж вышло, что нашим новым правителем теперь будет Шэнг Цунг. Наместник вытаращил глаза. — Как?! — Шэнг Цунг, новый правитель Темной Империи, послал меня к тебе и велел сказать, что позавчера Шао Кан, его предшественник, пал от его руки, — в улыбке Тэйко проскользнуло некоторое ехидство. — Теперь он приказывает главам всех провинций Темной Империи явиться к нему на Куэтан в Огненный Дворец и принести ему клятву верности. Собирайся в дорогу, почтенный Йонг Та. Повелитель ждет тебя послезавтра. Посол вежливо склонил голову, ожидая ответа Наместника. Тот пару минут помедлил, но потом холодно ответил: — Вот что я скажу Шэнг Цунгу. Мы, вэйнальцы, терпели власть его предшественника только вынужденно, но его власть мы не признаéм и не признáем больше никогда. Довольно Куэтану владычествовать над нами и насаждать нам свои законы. Мы снова стали свободной страной!!! — Что ж, — ответил Тэйко, — я сообщу об этом повелителю. Думаю, он вполне согласится предоставить вам независимость. А как насчет Эратеры? — Их мнение меня мало интересует, — бросил Наместник. — Я же наместник всей Вэйналии, а не только Эантеры! — Хорошо. Думаю, вашему правительству все же стоит посоветоваться с органами самоуправления в Эратере, спросить их согласия и далее явиться к нашему повелителю с вопросом о предоставлении вам независимости. Я уверен, что он не станет возражать. Наместник злобно сжал зубы. Терять Эратеру ему явно не хотелось, хотя этим слишком уж цивилизованным континентом он фактически не управлял. Надо что-то придумать — если он поговорит с правителем Эратеры, тот однозначно решит остаться в составе Темной Империи. — Мы договорились? — доброжелательно спросил Тэйко. — Если да, то не позволите ли вы мне вас покинуть, досточтимые господа? — Конечно, — сверкнул глазами Наместник. — Я провожу тебя немного, пожалуй. Йонг Та встал с трона и, осторожно скользя в расшитых золотом шелковых туфлях по мозаичному полу, подошел к Тэйко. — Послезавтра я обязательно прибуду на Куэтан, — почтительно произнес он. Потолок тронного зала во дворце Наместника поддерживался массивными квадратными мраморными колоннами, на которых для красоты висело разнообразнейшее боевое и церемониальное оружие, и Тэйко с интересом рассматривал скрещенные топорики, украшавшие ближайшую к нему колонну. — Нравится? — заискивающе-натянуто улыбнулся подошедший к послу Наместник и снял с крюка один из топориков. — Работа наших атами. — У вас в Вэйналии великие мастера, которые обладают превосходным чувством прекрасного, — ответил Тэйко и в следующую секунду со сдавленным криком упал на холодный мраморный пол рядом с колонной. Под левой лопаткой у него торчал золоченый кинжал Наместника, всаженный едва ль не по самую рукоять. — Я с твоим хозяином объясняться не намерен, — гордо произнес Наместник. — Мы вам больше не слуги. Прощай. — За… что? … — только и смог прохрипеть Тэйко. В следующее мгновение голова его запрокинулась и глаза медленно угасли; Лан Фе на протяжении всей этой сцены продолжала сидеть недвижно, не глядя ни на мужа, ни на его жертву… * Стемнело. Отец и старшие братья Ли Мей закончили работу и вернулись с поля. Вся семья сидела за дубовым обеденным столом, накрытым белой скатертью с вышитыми алыми цветами; мать разливала по тарелкам мучную похлебку. Ли не особенно хотелось есть, но она съела все без остатка, чтобы избежать очередных нравоучений родителей. Все ужинали в полном молчании, лишь когда мать, убрав со стола суповые миски, поставила перед домочадцами тарелки с вареными овощами, отец Ли Мей, широкоплечий могучего сложения мужчина, загоревший до черноты под палящим солнцем, решил все-таки сообщить семье радостную, как ему казалось, новость. — Хочу вас обрадовать. Из столицы дошли вести о том, что скоро мы избавимся от куэтанского владычества. — Как? — воскликнул звонким мальчишеским голосом младший из братьев Ли Мей, еще школьник. — Они решили нас отпустить на все четыре стороны? С чего бы это? — Нет, все немного не так. Говорят, что Шэнг Цунг прикончил Шао Кана, забрал всю власть себе и хотел заставить Наместника присягнуть ему на верность. Наш Наместник ответил категорическим отказом и убил их посла. Трое братьев Ли принялись выражать бурную радость по этому поводу, даже мать семейства вяло заулыбалась. Ли Мей и ее младшая сестра молча ели, глядя в тарелки и не решаясь вставить слово. Довольно долго Ли молча слушала отца и братьев, но наконец не выдержала. — Неужто вы не понимаете? — неожиданно подала голос девушка. — Как вы можете быть так слепы? Вы надеетесь, что нас отпустят просто так, да еще после того, как Наместник расправился с куэтанским послом? — Как ты… — начал было отец, но неожиданно осекся. Ему вдруг показалось, что дочь права и радоваться вэйнальцам рано. — Насколько мне известно, — продолжала Ли Мей как можно более почтительным тоном, — этот самый Шэнг Цунг, бывшая правая рука Императора — очень страшный человек. Уж если он своего Императора убил… неужели нам ждать от него милости? Лучше бы Наместник присягнул ему на верность. Уже через неделю здесь будет огромная армия куэтанских карателей, и нас всех, — произнесла девушка, чуть помедлив, — ждет верная смерть. Я читала о том, что творили войска Императора в странах, устраивавших бунты. Там не щадили никого, убивали даже детей. Нас тоже убьют, — Ли Мей посмотрела на родителей и братьев, чуть не плача. — Надо либо вооружаться и оказывать сопротивление, либо бежать отсюда. — Бежать нам некуда, — мрачно бросил отец. — Против армии Шэнг Цунга нам не выстоять. — Вот и останется разве что умереть в неравном бою, — добавил старший из братьев Ли Мей. — У нас и оружия-то нет, — ответил младший. — Чем нам защищаться? Пилами, косами и топорами? — Чем придется, — ответила Ли Мей со слезами в голосе. — Надеюсь, я доживу хоть до собственной свадьбы… Отец, резко помрачневший, решил сменить тему, чтобы успокоить домочадцев. — Йан, — обратился он почти ласково к жене, — мне сегодня соседи подарили баночку чая с розовыми лепестками, привезли из города. Возьми у меня в сумке, завари, хоть попробуем. * Шэнг Цунг сидел за столом, в раздумьях обхватив голову руками, длинные черные волосы рассыпались по алой бархатной скатерти. Черный маг был крайне расстроен происходящим. С момента визита в Сарну прошло несколько дней; в процессе изучения наложенного заклятья оказалось, что возвращение к жизни Онаги и его гвардейцев потребует намного больше времени и усилий, нежели они думали. Однако беда часто не ходит одна: мало им было этой проблемы, так еще и вэйнальцы в самый неподходящий момент принялись в очередной раз выпендриваться! С этой проклятой Вэйналией все время непонятно что творится! — Мы допустили ошибку, назначив Тэйко на эту должность. У него нет опыта, и он не справился…, а Тейде теперь, я уверен, винит нас в его гибели. — Зато теперь мы убедились в том, каков на самом деле наместник Вэйналии! — гневно произнес Император, зеленые глаза его зловеще светились в полумраке комнаты. — Я уже давно подозревал, что он способен на что-то подобное. Теперь увидел на деле — благодаря нашему забавному плану с инсценировкой моей смерти. — Ну и что же вы предлагаете делать с вэйнальцами? — вставил Эсмене, параллельно разглядывая корешки книг в шкафу. — Мое предложение — вэйнальцев на мыло. Раньше надо было, — резко бросил Шао Кан. -Ты одного их наместника уже на мыло пустил, будет второй, — съязвил Эсмене. — Но я обеими руками за. — Не на мыло, а на мясо. На корм собакам вообще, — рассмеялся в ответ Император. — Жалко, что я тогда еще не родился и не увидел этого зрелища. Не люблю вэйнальцев. Тупые и наглые мракобесы. Они больше ни на что, кроме как на мясо или на мыло, не годны, — ответил Эсмене. — Я хотел было посмотреть со стороны, как Эратера будет драться с Эантерой из-за вопросов независимости, но считайте, что победила диктатура. Вэйнальцев на мыло. Или на мясо — как вам больше нравится, — произнес Шэнг. — Наместника тогда на удобрение, — все таким же язвительным тоном добавил Эсмене. — Можно на консервы или костную муку. — Тоже хороший вариант, — ответил Император. — Итак, план действий следующий. Наместнику я завтра же пошлю ультиматум, сдастся сам-умрет быстро, — задумчиво произнес Шэнг. — Потом отправлю туда Кэно с армией, и вэйнальцам будет очень весело. — А если не сдастся сам, тогда… — Эсмене снял с полки и протянул Шэнгу красиво оформленную книгу в кожаном переплете, на обложке которой красовалась золотая надпись: «Каталог пыток и казней». Шэнг взял у него книгу и принялся рассеянно ее листать. — А ты оригинал. Я даже и не помнил, что у меня в библиотеке Огненного Дворца есть этакий раритет. — Раньше необходимости не было, — предположил Эсмене. Вошел Куан Чи, осторожно прикрыв за собой дверь. — Вы тут все вэйнальцев грязью поливаете? Чаю кто-нибудь хочет? Шэнг, что это ты читаешь? — Вот, Эсмене в шкафу нашел, — Шэнг протянул ему книгу. Куан Чи брезгливо поморщился, увидев первую же картинку, на которой кого-то живьем закапывали в гигантский муравейник. — Тьфу, ну и дрянь! Не думал, Эсмене, что ты таким увлекаешься! — Я не увлекаюсь, я думаю, что сделать с наместником Вэйналии. — Уж точно не это, — Куан Чи повернул к нему раскрытую книгу, указывая пальцем на столь поразившую его картинку. — В Вэйналии таких муравейников нету. — Ничего, придумаем что-нибудь другое, — великодушно согласился Эсмене. — В этой книжке, как я посмотрел по оглавлению, описано около тысячи всевозможных способов человекоубийства. Есть из чего выбирать.