Ньют Скамандер и Падение французской ривьеры

Англия 18:31. Школа Хогвартс. Урок трансфигурации.

— А теперь повторим пройденное за сегодня. Мистер Грент, встаньте пожалуйста.       Дамблдор ходил взад вперед по учебному классу. Его глаза внимательно, с долей доброй насмешки, гуляли по студентам, от одного к другому. Длинный, подпоясанный плащ, скрещенные на груди руки и легкие морщинки на лице. Добродушный, но в тоже время строгий, хотя скорее справедливый учитель. Таким его знали и любили и ученики, и учителя школы Хогвартс. — Позвольте мне задать вам вопрос. Какое заклинание поможет вам создать немного провианта? — Вопрос с подвохом, профессор. По закону Гэмпа мы не можем создать еду из ничего, — выпалил ученик, гордо вскинув голову. — Что же, отрадно слышать, что хоть кто-то считает нужным вслушиваться в то, что я говорю, — Альбус добро улыбнулся, от чего на его лице заиграли легкие морщинки. — Тогда второй вопрос, Мистер Грент. Какое заклятие вы используете, чтобы скажем… Обратить нюхлера в камень? — Дюро, профессор! — Уже чуть более уверенно выкрикнул парень, насмешливо оглядывая весь класс. — И снова верно. Удивительно! А теперь последнее, перед тем как завершить урок: мистер Грент, продемонстрируйте нам, как работает заклятие Дюро вот на этом малыше, — Дамблдор тихонько шепчет что-то и после отводит свой длинный рукав, открывая ученикам нюхлера, нагло пытавшегося что-то стащить из учительской шкатулки. — Легко, профессор! — парень поднял с парты свою палочку и направил ее прямо на нюхлера, заставляя малыша начать суетливо метаться по столу, в поисках укрытия. — Дю… — Стойте! — внезапно один из учеников, не выдержав, вскочил из-за стола и умоляюще посмотрел на профессора. Весь класс резко обернулся на парня. Теперь он был в центре внимания. — Вы не можете издеваться над этим существом ради какого-то эксперимента! Так нельзя!       Дамблдор оглядел весь класс, неловко перешептывающийся волнами, а после вернул свой взгляд к ученику. — Десять очков когтеврану! — Торжественно выкрикнул он с нескрываемой улыбкой. — Что?! Почему?! — Грент теперь непонимающе смотрел на учителя, с раздражением и нескрываемой обидой. — Прошу прощения, мистер Грент, если задел ваши чувства, но это была всего лишь проверка, а вы всего лишь ее не прошли. Дело в том, студенты, что какими бы великими магами мы не были, мы не имеем права пренебрегать правами всего, что нас окружает. В том числе, этого малыша, — Дамблдор протянул к нюхлеру руку. Тот тут же забрался по рукаву, быстро перебирая маленькими лапками, и уселся в ладонь профессора. Чуть задумавшись, Дамблдор продолжил. — Интересное совпадение. Я помню, как один ученик, сидевший на этом же месте, ответил тоже самое, что и вы мистер Флер. — Правда? И кто же этот ученик? «Весь класс» — Да, профессор! Расскажите, расскажите! — все оживленно загоготали, ожидая очередного увлекательного рассказа от Альбуса. — Прошу меня простить, но я не могу… Наш урок подошел к концу, и я не смею задерживать вас. Я могу лишь предположить, что мы сможем продолжить этот разговор в другой раз, а сейчас нам пора попрощаться.       Волна гула разочарования прокатилась по ученикам, покорно собирающим учебники и покидающим класс. Альбус стоял в противоположном конце класса, вслушиваясь, как слегка поскрипывает старый пол под шагами уходящих студентов. Как только дверь в кабинет закрылась, Дамблдор взмахнул волшебной палочкой и все тряпки, швабры, ведра принялись начищать кабинет после очередного учебного дня. Швабры затанцевали по полу, тряпки заскрипели на стекле, в ведрах заплескалась кристальная вода, а сам профессор прошел за свой стол и, достав из ящика кипу бумаг, принялся их разбирать.       Несмотря на то, что Альбус был, казалось бы, обычным учителем, на деле все было совершенно иначе. Возможно официально профессор и числился как обычный учитель трансфигурации, но без его мнения или совета не обходился практически ни один преподаватель (разумеется кроме наиболее высокомерных), включая даже директора — Армандо Диппета. Тот не раз приходил к Дамблдору за профессиональным советом и доверял ему чуть ли не больше чем своему заместителю.       Закончив с разбором документов, Альбус принялся за свое любимое дело: проставление печатей. Профессор достал из стола печать, смазал ее растительным маслом, и заклинанием поджег кусочек сургуча цвета бордо. Тот, шипя и переливаясь перламутром, растекся по документу, волшебно ровным кругом. Подождав пару секунд (сургуч застывает за 10) Альбус прижал уже схватившейся, но не до конца застывший сургуч печатью, обращая обыкновенный круг в до противного идеальный герб школы. — Дарли, ты правда думаешь, что я тебя не вижу? — Профессор насмешливо поднял глаза на своего нюхлера, который тихонько крался по самому уголку стола, стараясь остаться не замеченным. Тот, поняв что его обнаружили, сначала оцепенел, глядя на Альбуса глазами — бусинками, а после ринулся в сторону двери, но Дамблдор успел схватить негодника за шкирку и теперь развернул к себе. — Сам вернешь, или мне? — Дамблдор вопросительно поднял брови.       Однако Дарли не подавал ни малейшего вида осознания собственной виновности и как бы непонимающе продолжал смотреть на профессора невинными глазками, чуть сопя. Дамблдор поставил питомца на стол, запустил руку в карман Дарли и, нащупав там нужную вещицу, вытащил ее.       Разжав ладонь, Альбус взглянул на золотой, резной кулон. Его блеск частенько привлекал Дарли и поэтому, он периодически его воровал. Профессор с некой ностальгией нажал на маленькую кнопочку, от чего кулон в момент раскрылся. На двух овальных частях были аккуратно вклеены фотографии. На одной они с братом и сестрой сидели вместе на небольшой полянке, а где именно, уже и не вспомнить. На второй же было небольшое фото его сестры Арианы. Дамблдор всегда любил свою сестренку и не раз каялся за то, что с ней произошло. Посмотрев на кулон еще немного, Альбус поспешил закрыть его и спрятать в ящик стола, закрыв тот ключом. — Мда, проблем с тобой, Дарли… Целый воз! — Нюхлер тут же взбежал по рукаву профессора, чуть было не соскользнув с его плеча, но успев ухватится за короткую бороду.       Тот, со смехом снял зверька с бороды и положил себе на руку, продолжая глядеть на нюхлера с долей умиления.       «Интересно, а твой брат такой же проныра? Эх, если так, то Скамандеру наверняка сейчас нелегко с ним. А ведь он так радовался, когда я подарил ему тогда еще крохотного нюхлера. Иногда я даже жалею, что подарил ему не лягушку, не книгу, а этого негодника. Кто знает, быть может если бы я этого не сделал, Ньют бы благополучно закончил школу?» — Будто бы говоря с самим собой, Дамблдор остановил свой взгляд на окне, уже окончательно начищенном и блестящем и все глубже погружался в собственные воспоминания.

15 лет назад

      В канун нового года, школа чародейства и волшебства озаряется чем-то еще более чудесным чем обычная магия. Вокруг все блестит, сияет, повсюду белые сугробы, а снежинки россыпью блесток ложатся на черепицу крыш старого замка.       Все ученики носятся с радостными улыбками или же резвятся на улице, лепят снеговиков и крепости, и тут совсем не важно, палочкой или по старинке. Везде витает атмосфера праздника и даже призраки казалось бы становятся чуть живыми.       Ньют и Лита шли с улицы под руку, оба в снегу и насквозь промокшие. Лита видно дрожала, а Ньют вел ее за собой. На девушке была его куртка, шапка и шарф. Парень хотел как можно скорее довести подругу до комнаты, чтобы она отогрелась и не заболела. Кто хочет болеть в канун праздника? — Я же тебе говорила — не увлекайся, — дрожащим и в тоже время смеющемся голосом проговорила Лита. — Не говори, а то еще горло заболит! — Ньют продолжал вести девушку вперед, даже не замечая недоуменные лица одноклассников. — Ссс.паа…спасибо. « чихает» — Будь здорова и не за что, — Ньют развернулся к Лите и добродушно ей улыбнулся.       Вскоре друзья подошли к комнате Ньюта. Он без колебаний впустил Литу, напоил чаем с мятой, который ему частенько присылают родители и обернул девушку в четыре теплых и слегка колючих пледа, заставляя ту безудержно смеяться. После, Ньют налил и себе кружку теплого чая присаживаясь рядом с Литой. — Весело поиграли, — Протянула она, вновь чихнув, заставляя четырнадцатилетнего Ньюта рассмеяться, чуть толкая его в бок. — Давай не будем забывать, кто все это начал, — Улыбнулся Ньют, толкая Литу в ответ. — Но ты же мог отказаться, — Девушка пихнула парня теперь уже настолько сильно, что он чуть не свалился, и они оба заливисто рассмеялись. — И правда, не мог, — Резко сменив интонацию на более добрую сказал Ньют. « Стук в дверь » — Войдите! — Крикнул Ньют резко обернувшись к двери. — Здравствуйте, мистер Скамандер. Не помешаю? — Подтолкнув входную дверь, в комнату прошел Дамблдор. — Профессор? Да-да. Конечно, проходите! — Мисс Лестрейндж? — Альбус приветственно кивнул головой девушке и перешел глазами на Ньюта. — Сэр, понимаю как это выглядит, но позвольте объяснится… — А разве что-то требует объяснений? Мисс Лестрейндж вероятно промокла, и вы как порядочный джентльмен и хороший друг привели ее к себе чтобы отогреть. — Да, профессор, именно так, — Ньют переглянулся с Литой. Оба добро улыбались. — На самом деле, цель моего визита к вам лежит вот в этой коробочке, — Дамблдор достал из-за спины подарочную коробку с пышным бантом и протянул Ньюту.       Парень неуверенно взял коробку из рук учителя и осторожно ее приоткрыл. Внутри, на крохотном ватном одеяльце лежал маленький нюхлер, на вид одной -двух недель отроду. Ньют разошелся в удивленной и благодарной улыбке, и взглянул на профессора. — Спасибо вам! Но право, не стоило. — Возможно, но я думаю, что стоило, — Дамблдор наклонился к Ньюту и тихонько прошептал. — Все великие перемены в жизни начинаются с малого. Кто знает, может твои начнутся именно с него?       С этими словами, профессор поднялся в полный рост и направился к выходу. — С наступающем праздником, мистер Скамандер. И вас тоже, мисс Лестрейндж. Удачного дня.       Дамблдор удалился уз комнаты, напоследок скрипнув дверью и оставив в руках Ньюта его первого питомца, а самих друзей в полном недоумении.

Поместье «Вермонт» 19:48. Пожар

— Что. Где. Где я? — Ньют еле приоткрыл глаза, но в них было слишком мутно, чтобы разглядеть хоть что-то, а едкий дым едва давал возможность продохнуть.       Тяжело дыша, Скамандер встал с кучи обломком обрушенного потолка и наконец смог более или менее четко разглядеть, что происходит вокруг. Здание поместья постепенно рассыпалось от быстро растущей внутри температуры, от которой оставшиеся колонны быстро плавились и оседали, создавая все новые и новые обрушения потолка. Пахло гарью, горящей штукатуркой и… плотью. Ньют боялся представить сколько людей погребено под этими обломками, и выяснять он этого совсем не хотел. Сейчас самым главным было выбраться, и желательно остаться живым.       Парень потянулся в карман за своей палочкой, но нащупал лишь ее обломки и свой маленький чемодан. Выбора не оставалось. Нужно было как-то добраться до выхода самостоятельно, до того как ему на голову рухнут остатки потолка. И Ньют решительно ринулся вперед. Он шел быстро, сильно волновался, часто дышал, а раскаленный воздух словно жег парня изнутри. Наконец Скамандер завидел сравнительно не далеко от себя проход наружу, но вдруг прямо над ним остатки потолка начали стремительно трескаться, готовясь вот вот обвалится. Ньют было рванул к выходу, но на его глаза попалась девушка. Та самая девушка в маске, с которой они не так давно разделили бальный зал. На вид она была мертва. Сажа на лице, губах, подпаленное черное платье. Ньют со скорбью посмотрел на нее и хотел бежать вперед, но вдруг… Послышался кашель.       Как оказалось девушка была жива. Время поджимало, потолок все яростнее и громче трескался. Ньют быстро опустился к ней, пытаясь привести ту в чувства. — Мэм! Прошу, очнитесь! Мэм! — Ньют усердно тряс девушку, но она лишь на мгновенье приоткрыла глаза, а потом опять потеряла сознание.       Парень был в полнейшей растерянности. Он осторожно снял с лица незнакомки маску, чтобы дать доступ хотя бы небольшому количеству кислорода, но увидев ее лицо он буквально побелел от шока. Та леди с которой они вальсировали, которая была под этой маской, оказалась Тина. Как? Почему не узнал сразу ту, по которой так тосковал? Разве такое возможно? Опять послышался хруст потолка и уже начали падать мелкие камни. Ньют без колебаний подскочил к Тине, схватил ее на руки и со всей мочи помчался к выходу.       Каким-то чудом, ему удалось выскользнуть из горящего особняка вместе с Тиной на руках буквально за секунду до обрушения. Он осторожно положил девушку на брусчатку и умоляюще смотрел на нее.       Он всегда хотел ее защитить. Хотел, чтобы она была в порядке, чтобы ее жизни ничего не угрожало, но сейчас, смотря на нее, лежащую на земле с закрытыми глазами, в ожогами на ее нежной коже, Ньют не прекращал корить себя за то, что не защитил ее. «Только бы не опоздал» — думал Ньют про себя отчаянно пытаясь привести девушку в чувства. — Ньют? Тина? О Господи! — Из толпы послышался так хорошо знакомый Ньюту голос. Это была Куинни, вся измазанная в саже. Она суетливо носилась по улице в поисках сестры, забывая про ожоги и царапины. Куинни обеспокоенно подскочила к Ньюту, теперь как он напугано глядя на сестру. Адреналин в крови не давал девушке возможности осознать, откуда взялся Ньют, что он вообще тут делает, а мысли ее были лишь о том, как помочь сестре. — Ньют? Что там случилось?! Что с ней?! — девушка была явно в шоке. — Это отравление угарным газом, — выпалил Ньют закашлявшись, продолжая пытаться привести Тину в чувства. О и сам с трудом понимал что происходит. — И что теперь? Она поправится? Господи, Ньют что нам делать?! — Я могу ей помочь если мы спустим ее в чемодан. Чем скорее тем лучше. Сейчас каждая секунда на счету, — тараторил волшебник, пытаясь привести Тину в чувство. — Так что ты ждешь?! — Я не могу! Кругом маглы! Нужно переместится куда-то, где нас не увидят, — обеспокоенно выпалил Ньют. — Мы с Тиной сняли комнату в гостинице. Я могу переместить нас туда. — Поторопись! — А ты думаешь если три человека внезапно исчезнут, это будет менее подозрительно?! — Куинни испуганно смотрела на Ньюта. На лице того тоже проступала паника. — А какой у нас выбор? Пожавшись, Куинни быстро вытащила волшебную палочку, подскочила к Ньюту и Тине, и одним взмахом перенеслась вместе с ними в безопасное место.

Boulevard Haussmann, Квартал Faubourg du Roule, 13:37.

      Сегодняшний день в Париже выдался на удивление ясным, несмотря на мрачные события ночи. На бульваре Осман собралось кучу магов, с трепетом ожидавших казни прихвостней Грин-де-Вальда. Одни радовались происходящему, другие тихонько молили о их пощаде, а третье просто стояли в стороне и наслаждались справедливым кровопролитием.       Не стоит и говорить с каким трудом министерству магии удалось огородить квартал Фоборг Дю Руль от мортелей, но это было необходимо! Давно, более трехсот лет назад, именно на этом месте казнили всех магов бунтарей, не желавших подчиняться системе. По расчетам министерства такие показательные казни должны отбить желание у всех прихвостней Грин-де-Вальда от каких-либо действий против Французского министерства магии.       Как уже говорилось, французские законы были куда более жесткими, чем любые другие. Дело все в том, что натура французского человека сама по себе достаточно романтичная, добрая, ветряная и доверчивая. От того ранее, многие Французы безвозмездно использовали магию для мортелей, за что их называли ведьмами, чудовищам. Их проклинали, гнали, били, унижали у всех на глазах, а за что? Да просто за то, что они не такие как все. За то, что они могут то, чего не понимают обычные люди. Всего лишь этого клубка завести и одновременного страха было вполне достаточно, чтобы устроить знаменитое во Франции и секретное для мира, сожжение в Марселе в 1642 году, когда с пол сотни магов: детей, мужчин, женщин, вилами и копьями затолкали в дом. Вокруг разложили солому и подожгли, радуясь этому великому избавлению от ведьм и этим разрывающим душу крикам и стонам, доносящимися изнутри.       После этого события, те не многие маги, кто каким-то чудом уцелели, собрались на небольшой улочке в Леоне где было принято решения о создании Мине треста магии Франции, а после и возможного присоединения к общему магическому сообществу. (13 февраля 1642 года)       После этого магический мир Франции ушел в подполье и приобрел один из самых жестоких и строгих, и по сию пору, свод законов. (В отличии от магов Чехии например, которые на тот момент были одними из немногих, которые свободно жили среди маглов, в особенности в городе Прага, но об этом позже.)       Наконец в самом начале толпы показался приговоренный, а вместе с ним и два представителя министерства в темно синих плащах. Они вели подсудимого сквозь толпу. Его лицо и тело было покрыто множеством шрамов от пыток, а руки связаны. Министерство явно пыталась вытащить из него хоть какую-то информацию, но, по видимому, без успешно.       Вот преступника уже подняли на виселицу. На его шею накинули веревку и поставили на люк. — Вы, Гарберт Дельпра, выпускник школы Шармбатон, попытавшийся распространить идею Геллерта Гриндевальда, а после сбежать от хранителей закона, приговариваетесь к смертной казни. Вы имеете право на последнее слово, — Сухо продекламировал человек министерства после чего провел рукой в сторону подсудимого. Тот же лишь с насмешкой посмотрел на него и прошипел. — Вы пожалеете. Умру я — придут другие, а за ними третье и так далее до тех пор, пока ваше обнажаемое министерство не падет. Это случится. Очень скоро.       Мужчина в плаще посмотрел на подсудимого с презрением, скрывая гнев и, без сожалений, резко опустил рукоять. Люк под ногами приговоренного раскрылся, петля на его шее затянулась, а сам он повиснув на всеобщее обозрение, вскоре окончательно побледнел и перестал дергаться.

Чемодан Ньюта Скамандера 18:50

— Ммм. Ааа… Что? Где я? — Тина еле приоткрыла глаза, в которых все равно было темно.       Девушка попыталась поднять голову, но оторвав ее от подушки, резко ощутила пронзающую боль, и опять легла. Вокруг было очень тихо, а вдалеке немного слышался непонятный гул. Наконец муть в глазах отступила и девушка смогла осмотреться. Место казалось Тине и не знакомым, и до боли знакомым одновременно. Вокруг было слегка темно. Все пространство было словно поделено высокими изгородями на которых были видны разнообразные пейзажи. Девушка снова легла на кушетку, упорно смотря в потолок, как вдруг она отчетливо услышала шаги прямо в паре метров от себя. Тина с трудом приподнялась и осмотрелась. Вокруг никого нет. Порпентина опять опустилась на кровать и закрыла глаза, но спустя пару секунд она ощутила как кто-то сел ей на ноги. Тина резко поднялась. Перед ней сидел Дуголь, добродушно протягивающий ей яблоко. Пару секунд Тина просто недоуменно смотрела на Дуголя, но потом резко закричала во весь голос и вскочила с кушетки, забыв даже о головной боли, о чем после пожалела. — Тина?! Что такое?! — Внезапно в комнату вбежал Ньют, явно встревоженный криком девушки. Вслед за ним появилась Куинни. — Ньют? Что ты тут делаешь? Что я тут делаю? — Девушка явно была в полнейшем шоке и замешательстве от происходящего. Не понимала буквально ничего. А может, всего лишь галлюцинации из-за отравления дымом?       Ньют сел на кровать и начал внимательно рассматривать зрачки Тины, ввергая ту в еще больший шок. — Так, сотрясения вроде нет. Серьезных повреждений на теле я тоже не увидел. Думаю она родилась в рубашке, отделалась легким испугом, парой небольших ожогов, ну и кислородным голоданием… и обмороком. — Сотрясение, ушиб, обморок… Вы можете, в конце конов объяснить, что тут происходит? — А что ты помнишь? — Ньют вопросительно посмотрел на Тину смахивая с глаз кудрявую челку. — Мы с Куинни пришли на бал. Потом был танец, — На этой фразе Ньют заметно покраснел. — Что? Что не так? — Нет нет, ничего, продолжай. — Чуть улыбнувшись выпали Ньют. Жаль что он не заметил взгляда Куинни, которая без всяких угрызений совести читала его мысли — Потом мы решили осмотреться. Проверили нет ли Грин-де-Вальда. Потом мы хотели уходить и Куинни пошла на улицу, а я осталась еще на пару секунд. Потом я услышала взрыв, а дальше… ничего. — Отлично, по крайней мере амнезии у тебя точно нет. Это уже радует, — Ньют как всегда добро заулыбался и усмехнулся. — А теперь может объясните, что все-таки случилось и что ты, Ньют, тут делаешь. — Ты что, не получила моего письма? — удивился магозоолог — Очевидно нет. — Что же, тогда мне стоит попросить прощения за столь долгое отсутствие писем. Я просто… — Все хорошо, я не в обиде. — Ммм, тогда просто скажу, что я приехал сюда для исследований единорогов. Только тут, во Франции, можно понаблюдать за всеми их разновидностями, — недоверчиво продолжил Ньют. — Хорошо, с этим разобрались? Так что, же все-таки случилось? — На том балу… Ну там случился взрыв. Кто-то очень хотел, оказаться в центре внимания и сплетен. По видимому Куинни успела уйти до взрыва, а вот тебя, как и меня отбросило взрывной волной и ты потеряла сознание. Нам обоим сказочно повезло отделаться ссадинами и ушибами, — Ньют немного поежился и опять покраснел. — Куинни, ты не могла бы выйти на некоторое время. Мне надо осмотреть Тину. — Да, конечно, — блондинка, все это время робко стоявшая позади и нагло читавшая каждую мысль сестры, мгновенно удалилась, оставляя голубков наедине. — Погоди, осмотреть?! Ты что же, собираешься меня… кхм… раздеть? — последнее Порпентина произнесла с диким стеснением и шепотом. — Нет, нет, что ты, боже! Конечно нет! Я бы не стал… — Ньют выдавил из себя какой-то смех, вперемешку со стеснением. — Я просто проверю рефлексы и вестибулярный аппарат, не более. — Тогда хорошо, — девушка неловко улыбнулась.       Ньют подошел к Тине, осторожно помогая ей подняться. Голова жутко гудела, но Тина виду не подала. Скамандер вытащил из тумбочки небольшой молоточек и начал водить им перед глазами Тины. — Следи за молоточком.       Через пару секунд он убрал предмет и, достав небольшой блокнотик, сделал в нем пометку. Потом он вытянул ногу девушки и стукнул молоточком по коленке. Нога сильно дернулась, чуть не попав Ньюту по лицу. Парень только рассмеялся и опять сделал пометку в блокноте. — Кстати говоря, ты весьма неплохо танцуешь, — улыбнулась Тина, вспоминая, что она чувствовала во время того танца, как билось сердце, но тогда она не могла понять почему. — Что? — Ньют поднял глаза на Тину и заметно смутился. — Тот кавалер в черной маске. Это ведь был ты, не так ли? — Да. — парень снова добродушно заулыбался.- Но как ты? — Было не сложно догадаться, — соврала девушка. Она хотела ударить себя по лбу за то, что сразу не смогла разглядеть знакомые черты лица, совсем немного скрытые маской. — В таком случае спасибо за комплимент, — парень немного помялся и продолжил. — Ты не могла бы встать. — Да. Конечно.       Ньют подал Тине руку. Та, немного корчась от боли, встала на ноги. После она попыталась пройти немного без поддержки, но через пару метров начала терять равновесие и была уже готова к падению, но к ее большому удивлению, под собой она ощутила не жесткий, бревенчатый пол, а теплые руки Скамандера.       Они смотрели друг на друга несколько секунд. Настолько близко их лица еще никогда небыли. На секунду Голдштейн забыла как дышать, как говорить и вообще перестала осознавать что происходит, забыв так же про боль, что еще несколько секунд назад пронзала ее тело. По телу пробежалась легкая дрожь, сменяющаяся чувством спокойствия. — Ты в порядке? — Робко спросил Ньют, явно напрягаясь от происходящего. — Да, спасибо. Ньют поспешил уложить Тину на кушетку, а сам сел чуть поодаль. — Что ж. Сильных повреждений нет, но тебе все еще нужен отдых. Я бы настоятельно тебе порекомендовал поспать, — Скамандер убрал все инструменты и накинул на себя синее пальто. — Куда-то собираешься? — Да. У меня закончились некоторые ингредиенты для твоего лекарства, надеюсь что у местных травников найдется что-то подходящее, — с этими словами Ньют развернулся к двери. — Ньют! — Тихонько окликнула его Тина, заставляя парня обернутся. — Спасибо. — Не за что, — спокойно произнес Ньют и тут же удалился.

Rue marie. Спустя около сорока минут.

      На улице уже почти стемнело. Люди встречались все реже, зажигались фонари. Ньют шел по мостовой от местной травницы, прикупив все что было и не было необходимо. Кругом так тихо, слышалось только легкое журчание воды и временами крики чаек. На секунду, Ньют остановился и посмотрел вдаль Сены. Этот пейзаж будил в Скамандере нежные воспоминания.

14 лет назад

      Ньют уже довольно долго стоял на мосту, вглядываясь в даль речной долины. На улице было достаточно прохладно, а северный ветер играл в волосах. Но несмотря на все это, он упорно стоял и ждал. Ждал ее. Сегодня был день рождения Литы, и Ньют решил подарить ей кое-что особенное. Они уже целый год как были вместе, и Скамандер просто не мог себе позволить поздравить свою даму как все.       Вскоре на горизонте показалась Лита. Она быстро шла, местами переходя на бег, а ее волосы неслись за ней черным потоком. Парень не раздумывая помчался к ней на встречу и подхватил на руки, жарко целуя в холодные от ветра губы. — Прости, я немного припозднилась. Я просто… — Ничего, — парень мило улыбнулся продолжая гулять по лицу Литы влюбленными глазами. — С днем рождения. — Спасибо, — девушка смущенно улыбнулась в ответ. — Так что за особенный подарок ты хотел мне вручить? — Закрой глаза. — Парень пошуршал в кармане пальто и достал оттуда маленькую лиловую коробочку. — Открывай.       Девушка при виде коробочки потеряла дар речи. Она издала только удивленный визг и, выхватив подарок из рук Ньюта, быстро его открыла. В коробочке лежал маленький серебряный медальон с гравировкой ее имени. — Открой. Девушка робко нажала на небольшую кнопочку и медальон открылся. Внутри было написано: <i>Я всегда буду рядом, в твоем сердце. Ньют. — Я просто хочу, чтобы ты носила его и помнила об этом, — Прошептал Ньют.       От умиления девушка бросилась на парня, влюбленно обхватив его шею руками. — Боже, я так сильно люблю тебя, Ньют, — промолвила девушка сквозь слезы. — Я тоже люблю тебя, Лита. </i>       Ньют снова кинул взгляд на реку, поежился от холодного воздуха и продолжил путь. Пройдя через мост, Скамандер оказался в небольшом, но очень темном переулке. Тут практически не было фонарей, да и людей вообщем то тоже не встречалось. Он осторожно шел мимо и внезапно приметил какое-то непонятное движение рядом с одним из зданий.        Человек был в черном плаще, так что разглядеть его издалека было достаточно сложно. Ньют подобрался чуть поближе. Он наблюдал за действиями незнакомца из-за угла соседнего здания и неожиданно для себя признал в этой темной фигуре, того самого подрывника с балла.       Подобравшись еще ближе, Ньют заметил, что человек раскладывает солому вокруг дома и готовится ее поджечь. Парень не мог этого допустить и тут же окликнул преступника. — Стой! — Выкрикнул Ньют так громко как только мог. Увидев магозоолога, человек тут же рванул на утек, а Скамандер без раздумий помчался за ним.       Погоня продолжалась не долго. Ньют быстро нагонял преступника, то и дело пытаясь попасть в него заклятием «остолбеней» уже новой палочкой, но вскоре дорогу преградила огромная стена. — Тебе некуда бежать. Покажи себя! — Выпалил Ньют беглецу, направляя на того волшебную палочку.       Тот неспешно снял с себя капюшон, открывая смоляные длинные волосы и медленно повернулся к Ньюту.       Скамандер, увидев лицо подрывника обомлел. Его сердце казалось бы на секунду остановилось. Перед ним стояла когда-то горячо любимая им Лита. Лита Лестрейндж. Она не говорила ни слова, только стояла и смотрела на него своими, теперь уже пустыми глазами. Ньют тоже не мог выдавить ни звука. как такое возможно? И всего на пару секунд Скамандер успел понять, что эта девушка — вовсе не та Лита, которую он знал тринадцать лет назад, а признать это было тяжело. — Помогите! — Послышался голос откуда-то позади, заставляя Скамандера обернутся, но когда он развернулся назад, Литы уже не было. Ньют был в абсолютном шоке и замешательстве. Он не верил тому, что сейчас увидел. — Помогите! — Снова послышался голос вдалеке и Ньют ринулся на него со всей мочи, лишь бы позабыть только что увиденное. Не далеко от Ньюта, в одном из темных проулков между домами звал на помощь один пухловатый господин, отчаянно пытающийся убежать от грабителей и загнанный в тупик. — Прошу, пощадите. У меня ничего нет. — Не шути с нами. Хочешь жить, отдавай все, что есть. — А не слишком ли это некультурно, джентльмены? — Ньют внезапно появился за их спинами. Те резко обернулись на его голос, сначала насторожившись, а после насмешливо посмотрели на Ньюта. — Слушай ты, англичанин, иди куда шел, если жизнь дорога, — один из бандитов показал Ньюту нож. — Могу тоже самое сказать вам, господа, — усмехнувшись, Ньют вытащил из пальто волшебную палочку. — Остолбеней!       В мгновение все грозные бандиты как один лежали на полу, не способные пошевелится. — Вы в порядке сэр? — Поинтересовался Ньют, вглядываясь в лицо спасенного и узнавая в нем знакомые черты. — Якоб?! — Как. Как вы это сделали… — Якоб буквально заикался от шока.       Понимая, что ничего путного здесь Ньют от Якоба не добьется, парень подошел к Ковальски и они трансгрессировали в чемодан. Сейчас его волновал тот факт, что он встретил именно Ковальски. Судьба? Уже вторая неожиданная встреча за этот день. Не к добру это. — Что вы со мной сделали? Где я? И вообще, мы знакомы? — Мужчину явно пугало происходящее, но и легкое ощущение дежавю присутствовало. В панике он без остановки продолжил задавать вопросы. — Я переместил вас в свой чемодан. Не переживайте из-за ощущения дежавю, вы уже тут были раньше и да, мы знакомы, и очень хорошо, а теперь простите, но вам опять придется все забыть. Поверьте, я не хочу этого, но. — Якоб?! — Из-за угла выскочила Куинни и тут же бросилась на шею Ковальски. — Вы? — Якоб удивленно посмотрел на Куинни. — Куинни, отойди. Я наложу забвение, — холодно попросил Ньют, направляя палочку на Якоба. — Нет, Ньют, пожалуйста! Только не опять! — Куинни взмолилась Ньюту. — Но я должен! — Почему? Мы не в Америке! Тут нет такого закона, который бы запрещал не магам знать о нас. Пожалуйста, — из последних сил умоляла девушка. По щекам стекали слезинки, она с надежной в глазах смотрела на волшебника.       Ньют стоял перед ними не опуская палочки, пока наконец мольба подруги и собственное желание не одержали верх. — Хорошо, но давайте обсудим это завтра. Сейчас слишком поздно, да и Тине нужен отдых. Отведи его в мой кабинет, а сама иди к сестре. После всего, что случилось, вам нужно выспаться, — Сказал Ньют, в непривычном для себя повелительном тоне. — А как же ты? — Куинни вопросительно подняла брови. Ей никогда не нравилось, что она не может прочесть мысли Ньюта. — Мне нужно поведать старого друга, — выпалил Ньют, после чего мгновенно трансгрессировал из чемодана.

Rue du Colonel-Driant. 21:01

      Ньют был в полнейшей растерянности. Он не мог поверить, что та, кто погубила столько жизней и чуть его не убила была Лита. Нет, нет, это не могла быть она, он слишком хорошо ее знал! Он знал добрую девушку, которая не была способна кого-то обидеть, пусть и самую малость, но не эту девушку. Не ее. Теперь Ньюту нужны были ответы, а единственным, кто мог их дать, был Тейлор.       Скамандер дошел до нужного дерева, разбежался и сразу попал на параллельную улицу, однако увиденного он совсем не ожидал. На улице, под лунным светом в собственных дворах лежали люди, дома которых безжалостно съедал огонь. На площадках лежали сломанные и брошенные в песок игрушки, на улицах брошенные машины, пакеты, коляски. Люди явно бежали от чего-то, но от чего?       Ньют, не теряя ни секунды помчался в дом своего друга. Он один из немногих был цел, что вселяло в Ньюта крупицу надежды. Парень вскочил на порог и быстро распахнул дверь забегая внутрь. — Экспелеармус! — Послышалось из глубины дома и на Ньюта полетел большой сгусток энергии, от которого он еле успел увернутся, падая в большую кучу обуви. — Ньют? — Из темноты показался Тейлор. — Боже мой, Ньют, это ты! Прости, я думал это один из тех. — Кого тех, Тейлор, кто тут был? — Ньют обеспокоенно смотрел на друга. Тот же испуганно вглядывался в прикрытое занавеской стекло, за спиной друга. — Тише! Они могут услышать! — Тейлор указал пальцем на стекло и Ньют заглянул в него очень аккуратно, чтобы его не обнаружили.       На улице стояла группа из людей, все как один в черных плащах. В основном мужчины, но постойте… Немного поодаль от всей этой группы стояли беловолосый мужчина и уже знакомая ему женская фигура. Чуть приглядевшись, Ньют узнает в фигурах Грин-де-Вальда и Литу. Парень буквально бледнеет от шока, но после замечает, что они идут сюда. Почти не раздумывая, Ньют открыл небольшой шкаф, наложил на него заклятие иллюзии и указал Тейлору на него. — Быстро, залезай! Они идут!       Оба быстро залезли в шкаф и затаив дыхание ожидали, что будет дальше.       Спустя пару секунд в дверь вошли Гриндевальд и Лита. — Я не раз говорил тебе, будь осмотрительнее! Лита, ты серьезно меня разочаровываешь! Как ты можешь вести себя столь беспечно?! — Геллерт явно был вне себя. — Простите сэр, это больше не повторится, — виновато промямлила Лита, потупив взгляд. — Не повторится?! Ты дважды упустила Скамандера! Он свидетель, Лита, он должен быть устранен! — в ярости крикнул мужчина на и так напуганную Лестрейндж — Но я… — Никаких но! Забудь про эти чувства! — Гриндевальд сорвал с груди Литы серебренный кулон, и тот со звоном стукнулся о бревенчатый пол. — Пойми, дитя, они все глупы. Все те, кто пытаются нам противостоять — глупцы! Они — пленники системы! Они держат нас в прошлом, но ты… Ты и все мои последователи, вы сможете вывести нас в светлое будущее! Но не одна дорога не обходится без жертв! Так ответь себе на вопрос: на какие жертвы ты готова пойти ради высшей цели? — Грин-де-Вальд упорно смотрел на девушку ожидая ответа. — На любые, сэр! — Лита подняла голову и теперь в ее глазах была лишь жестокость вперемешку с решимостью. — Тогда ступай к остальным дитя, ступай, — теперь уже более мягко прошептал Геллерт и, предварительно осмотревшись, покинул дом вместе с Литой и после исчез вместе со своими прихвостнями.       Ньют аккуратно вылез из шкафа, удостоверившись что никого нет. За ним вылез и Тейлор. Парень не мог поверить своим ушам. То что произошло, не укладывалось в его голове. Это не могла быть Лита… Нет, не та Лита которую он знал. Пройдя вперед, Ньют заметил серебренный кулон, поблескивающий в лунном свете и так жестоко брошенный на пол. Парень поднял кулон и с глубочайшей печалью прочел внутреннюю надпись: Я всегда буду рядом, в твоем сердце. Ньют.