Ньют Скамандер и Падение французской ривьеры

Прага. Еврейское кладбище. 23:13

Геллерт уже около 15 минут стоял неподалеку от кладбища в ожидании Анны. На улице давно стемнело, зажглись тусклые фонари, людей почти не было, большинство лавок и магазинов уже закрылись, а все пабы расположены немного дальше кладбища. Такой расклад был на руку Грин-де-Вальду: меньше свидетелей — меньше шумихи. Другое дело, что одинокая фигура в черном плаще, стоящая на одном месте около 15 минут в столь поздний час, сильно настораживала стражу у входа. — Геллерт! Ты уже тут! — послышался громкий голос стражи позади. Девушка обняла Грин-де-Вальда и шепнула на ухо. — Подыграй мне. — Анна! Ну наконец-то! Я уж думал идти домой. Решила меня заморозить? — наиграно улыбнулся он. Оба говорили достаточно громко, чтобы охрана их слышала. — Подловил, каюсь. Ну что, пойдём? — С удовольствием, — процедил сквозь зубы Геллерт, идя за Анной. У входа стояли двое мужчин в бордовых плащах. На груди у них были серебром вышиты эмблемы старых часов, перекрывавших чёрную косу. Сами же охранники ничего не говорили и недвижно стояли на своём посту. За их спинами была расположена старая, грязная, и казалось, ничем не примечательная дверь. Ни росписей, ни резьбы ни каких-либо других украшений не было. Да и сама дверь, надо сказать, была скорее похожа на две массивные каменные плиты. Анна подошла к двери вплотную, но охрана не желала ее пускать. — Мэм, это закрытая территория, — холодно проговорил один из гвардейцев. — Знаю, вот мой пропуск, — девушка задрала рукав плаща и показала отметину на запястье. Те же самые старые часы, но без косы позади. Гвардеец кивнул, сняв с руки перчатку. Он направил ладонь, на которой была руна, которую разглядеть Геллерт просто не успел, к псевдо-двери, что-то прошептал и каменные плиты постепенно начали разрушаться, открывая настоящий вход. Простое, но изысканное обрамление из платиновых завитков и две статуи у входа: девушка, держащая в руках чашу, из которой тонкой струей лилась вода необычно лазурного цвета, и безликий c серебряным кубком в руках, чьё лицо было невозможно разглядеть под каменным капюшоном. А возможно его там и вовсе не было. Вода, уходящая из чаши маленьким ручейком, стелилась по кафелю прямо перед входом и, постепенно становясь темнее, попадала в кубок безликого. Анна прошла вперёд к двери. Геллерт проследовал за ней. — Стойте, — гвардеец придержал мага рукой, — Ему нельзя. Геллерт принялся сверлить гвардейца взглядом и даже было потянулся за палочкой, но Анна, почуяв беду, быстро вмешалась. — Он со мной. Посол из Советского министерства. — По какому поводу? — Желает ознакомиться с документами о бывшем советском агенте, которого похоронили здесь. — Но нас не предупреждали… — Я предупреждаю вас сейчас, — настойчиво проговорила Анна. — Да, мэм. Гвардейци расступились. Двери распахнулись, пропуская Геллерта и Анну вперед. Ничуть не медля, оба вошли в небольшой зал. Никаких излишек, золота, серебра и драгоценных камней здесь не наблюдалось. Чёрные мраморные стены украшали лишь белые колонны, в лучших традициях готического минимализма. Никаких проверочных стоек как и людей, к слову, в этом зале не было… как собственно и дверей. Были лишь намечены места где, по сути эти двери должны были быть. Таких проходов было три: прямо, налево и направо. Однако такой расклад вещей совершенно не напрягал Анну. Она не останавливаясь прошла к правому проходу, подзывая за собой Геллерта. Она остановилась около «прохода», достала волшебную палочку, провела ею по ладони и прислонила руку с загоревшимся знаком к небольшому пьедесталу на стене. Как не странно, изнутри послышался щелчкок, а после стена начала раздвигаться. — Нам сюда, — Анна мотнула головой в сторону длинного каредора. — Какая сложная система доступа… Я всегда думал, что Чехия — самое открытое магическое государство, — посмеялся Геллерт, следуя за Анной по темному и, казалось, бескрайнему коридору. Навстречу им загорались факелы, расположенные вдоль по стенам. — Распространённое заблуждение, — усмехнулась Анна, даже не обернувшись. Вскоре они остановились. Анна, проведя эту же не сложную операцию, открыла двери в небольшой круглый зал. В центре напольной мозаикой была выложена коса на фоне красного и чёрного мрамора. Стены украшали только колонны и редкие статуи безликих, хранившие входы в кабинеты управляющих. В зале было достаточно тускло и темно из-за отсутствия освещения. Заместо него ровно в центре потолка был застеклен круг. Днём этот зал озаряло солнце, ночью — луна. Напротив центрального входа находился выход на само кладбище. — Дальше я с тобой не пойду, — спокойно произнесла девушка. — С чего вдруг? — Ты просил провести тебя на кладбище. Я провела. Что ты будешь делать там дальше — не мое дело. К тому же, служащим запрещено заходить на территорию самих захронений после полуночи. И да, будь аккуратнее: каждые 10 минут патруль обходит кладбище. Не попадись. Я бы тебе посоветовала создать иллюзию, перед тем как начать делать… ну, то, что ты там хотел делать. — Погоди. А где будешь ты? — поинтересовался Геллерт. — Видишь ту дверь? — она указала на вход, возле которого стояла статуя с безликим, держащим в руках папирус. — Я буду ждать тебя там. -Хорошо, — коротко ответил Геллерт. Девушка развернулась и начала удаляться в сторону двери, но маг ее окликнул. — Анна… Спасибо, — последнее он будто выдавил из глубины самого себя. Повисла секундная пауза. — Не думай, что я делаю это из дружеской доброты, — усмехнулась она. — Даже не допускаю такой мысли. После этих слов Геллерт покинул зал, выйдя на кладбище. Анна еще пару секунд постояла на месте, ругая саму себя за собственную язвительность, и в тоже время оправдывая себя, а после исчезла за дверью своего кабинета.

***

На улице было темно и холодно. На надгробьях, плотно присыпанных снегом, гравировки покрылись толстым слоем инея. Небо было невероятно чистым и оттого слегка пугающим. Луна сияла тусклее обычного, а ее свет отражался от ровной поверхности снега, покрытого тонкой коркой льда, расстилаясь легкой дымкой по земле. С крыши здания хранилища на могилы пристально смотрели три черные гаргулии, казавшиеся черным силуэтом с кроваво-красными глазами-рубинами. Вот подул ветер, жутко, по-смертельному холодный, унося куда-то далеко частичку тепла твоего дыхания. Стояла гробовая тишина. Все здесь будто давно застыло, даже сама природа. Лишь изредка ветер проносился, колыхая воздух и черные, голые ветки деревьев. Геллерт осмотрелся. Патруля поблизости не было. Он осторожно пошел по ступенькам. Под ногами оглушающе захрустел снег, будто это был кусок человеческой кости, треснувший под весом тела мага. Грин-де-Вальд аккуратно прошел к середине кладбища. Снова убедился, что вокруг никого. Достал волшебную палочку и, прошептав какое-то заклинание, обвел себя палочкой. Теперь можно было не волноваться о патруле. Для них картинка будет той же, что видел Геллерт до того, как спустился с лестницы. — Виктор… Осталось только тебя найти, — шепнул про себя Геллерт. Виктор был изобретателем на службе министерства и далеко не последним человеком магического сообщества Праги, а значит, что круг поиска значительно сужался. Левые ряды с мелкими чиновниками и госслужащими можно было отбросить. Геллерт подошел ближе к правой стороне, и опустился к одному из надгробий, стирая с него иней. — Не тот… — выдохнул Грин-де-Вальд. Вдруг с ветки одного из деревьев с криком вспорхнула ворона. Испуганный Геллерт отшатнулся от могилы, упав на снег. — Чтоб тебя! — проговорил он, а после обратил взгляд на ворону. Птица цвета черного, темнее смолы с красными, горящими глазами, облетела кладбище, после чего спикировала и грациозно приземлилась на одну из плит, и начала каркать. Громче и громче, пока Геллерт не решился подойти. Снова подул ветер, заставляя ветви громко заскрипеть, а мага вздрогнуть. Он неуверенными шагами подошел к вороне, заглянул ей в глаза и было в них что-то… пугающее даже для Геллерта Грин-де-Вальда. Он протянул к ней руку, но ворона тут же вспорхнула и исчезла в неизвестном направлении. Грин-де-Вальд не долго смотрел ей вслед, а после обратил внимание на надгробье. Он протер его рукой и на лице заиграла улыбка. — Ну здравствуй, старый друг… — прошептал волшебник. Он вновь достал палочку и одним ее взмахом заставил землю исчезнуть из могилы, оставляя на внизу лишь черный гроб. Геллерт спрыгнул в образовавшуюся яму и зацепился пальцами за крышку, но та не поддалась. «Странно» — подумал про себя волшебник и тут же опомнился. — Алохаморе, — и крышка податливо приоткрылась. — «Ну конечно, в магическом обществе, даже гробы без магии не открыть» — усмехнулся Грин-де-Вальд. На этот раз крышка без проблем поднялась. На белом бархате лежало холодное, бледное тело, но оно не было похоже на иссохшую с годами мумию. Казалось, что смерть забрала Виктора всего несколько мгновений назад. Его глаза были закрыты, руки сложены в замок на груди, на лице читалась вселенская благодать или полная свобода мысли. Смерть — интересная штука, никто не знает, когда придет ее час и что будет потом: счастье и вечный покой, агония от нескончаемых страданий, а может, просто темнота? Быть может потому смерть кажется столь пугающей, ведь ничего не страшит человека больше неизвестности. Впрочем, Геллерта никогда не интересовал именно этот вопрос. Для него смерть — нечто неизбежное, что не подвластно никому в мире, даже всем величайшим магам вместе взятым. А раз так, зачем тратить силы и время на загадку, которую невозможно разгадать? Позади послышались шаги двух патрульных. Надо было торопиться. Геллерт наскоро принялся ощупывать фрак и лазить по карманам. Ничего не было. Маг приподнял тело и осмотрел пространство под ним. Тоже пусто. «Быть не может… Должно быть, я что-то упускаю» — подумал про себя Грин-де-Вальд, потирая пальцами лоб. Он еще раз оглядел тело. Все, что можно было, он уже проверил, хотя… Геллерт опустился ближе к телу и пристально посмотрел на руки. Они были очень крепко сцеплены в замок, но почему? Грин-де-Вальд осторожно взялся за запястья и принялся расцеплять замок. Оказалось, его догадка не была беспочвенной. В руках Виктор держал сверток бумаги. — Я так и знал, — лукаво улыбнулся маг, беря в руки сверток. Он осторожно его развернул и оказалось, что этот сверток — настоящая карта, в которую было завернуто кольцо с печатью. — Виктор, Виктор… Годы идут, а ты не меняешься. Геллерт аккуратно сложил карту и вместе с кольцом убрал ее в карман. Затем он вытащил волшебную палочку и одним взмахом вернул могилу в первоначальный вид, снял иллюзию, а после поспешил убраться с этого пугающего места. Он быстро пробежал по ступенькам и вошел в большой круглый зал. Анна уже ждала его там. — Почему так долго?! Я уже собиралась идти за тобой, — прошипела девушка. — Ты нашел что искал? — О да. Еще как нашел, — улыбнулся Геллерт, похлопывая ладонью по карману. — Значит, наша сделка в силе? — Я всегда держу свое слово. — Хорошо, тогда поспешим. Нам пора, — бросила Анна, уже подбегавшая к выходу из зала. — С огромным удовольствием, — проговорил Геллерт и поспешил за ней вслед.

Париж. Дом Якоба. 10:26

В доме было тихо. За окном гулял ветер, разнося кругом мелкие снежинки. Окна покрылись легким узором, а крыльцо припорошило белым и блестящим ковром. Утро нельзя было назвать ранним, однако большинство жильцов не спешили высовывать носы из своих комнат. Куинни сидела на кухне в компании почти полностью остывшего чая. Сложно сказать, какая это была по счету кружка. Эта ночь выдалась для девушки бессонной. Она пару раз пыталась заснуть, крутилась из стороны в сторону, старалась отключить свои мысли, но все было бесполезно. В конце концов, она просто тихонько спустилась вниз, закрыла входные двери в гостиную, налила себе кружку чая и принялась бродить туда-сюда, то останавливаясь напротив окна, то присаживаясь на диван. У нее все не шло из головы вчерашнее, а возвращение друзей порождало еще больше вопросов, на которые ей так никто и не ответил, даже ее собственные способности легилемента.

Вчерашняя ночь

Куинни и Якоб сидели на диване. Девушка сильно беспокоилась за сестру, хоть и пыталась это скрыть. Якоб пытался всеми силами отвлечь ее от дурацких мыслей, а она старалась максимально правдоподобно ему подыгрывать. — Почему их так долго нет? — Думаю, что их просто задержали в этом вашем министерстве. Я, конечно, не эксперт, но думаю, что такие вопросы не решаются за пару минут. — Да-да, конечно… ты прав, — Куинни умолкла на пару секунд. — Нет, что-то точно стряслось! Я пойду за ними, — она потянулась за палочкой, но Якоб ее остановил: — Не беспокойся. Мы все равно мало что можем. Я уверен, что они вернуться с минуты на минуту. И действительно, они не заставили себя долго ждать. На крыльце послышались быстрые шаги и через минуты в комнату вбежала Тина. — Тина! Слава богу! Почему так долго?! Тина? Тина! — Голдштейн промчалась мимо сестры в сторону двери, как будто ее не слыша. Вслед за Тиной в дом вбежал и Ньют. — Тина! Подожди! Пожалуйста! — крикнул он ей вслед, немного запыхавшись. Она остановилась прямо у двери и медленно развернулась в его сторону. Тина посмотрела на него своими красными глазами, но слез в них не было. Девушка просто не могла позволить себе плакать. Несколько секунд полного молчания. В дом зашел Тейлор, но увидев такую картину, он не смог вставить ни слова. Куинни и Якоб переглядывались, пытаясь понять что же все-таки случилось, хотя блондинка быстро все поняла, а точнее увидела. Эти двое просто стояли по разным углам одной комнаты и будто ждали чего-то. — Мне жаль, — по своей манере неловко и тихо проговорил Ньют, глядя на нее. Тина медленно опустила взгляд. — Мне тоже, — она даже на него не взглянула и быстро убежала через дверь, по лестнице на второй этаж.

***

Позднее Куинни пыталась с ней поговорить, как-то успокоить, но Тина даже не открыла сестре дверь. Это было так странно для блондинки — с какой бы проблемой раньше не сталкивалась Тина, они всегда решали ее вместе и никогда не было такого, чтобы старшая Голдштейн отталкивала сестру. Видимо сейчас — особый случай. С лестницы послышались шаги — тяжелые и неуклюжие. — «Якоб» — Подумала она про себя и на лице невольно появилась улыбка. И она была права. Вскоре в дверях показался Ковальски. В красивом костюме, с уложенными волосами, но с легкой сонливостью во взгляде. Этот его образ по утру заставлял Куинни улыбаться и слегка поднимал ей настроение, куда же без этого. Он тихонько нажал на ручку входной двери, настолько осторожно, насколько мог, и вошёл в гостиную. К его огромному удивлению, с дивана на него смотрела Куинни. В том же чёрном платье, что и вчера, со вчерашним макияжем и укладкой, она смотрела на него своими уставшими глазами, хотя и пыталась скрыть усталость за улыбкой. — Доброе утро, — Якоб сделал паузу, не зная, что еще сказать. — Доброе, — коротко и тепло ответила она. Якоб кивнул и, поджав губы, направился в сторону кухни, но перед самым входом остановился и развернулся к Куинни. — Может, я покажусь слишком грубым и резким сейчас, но ведь вы не ложились спать, я прав? — Вы правы. — Могу я узнать причину почему? — Бессонница. Но вам не о чем волноваться, поверьте. В этом нет ничего страшного, — поспешила успокоить Якоба девушка, хотя намного вероятнее, что саму себя. Он постоял пару секунд глядя на Куинни, а после все же решился к ней подсесть. — Послушайте, — он взял из её рук кружку чая и осторожно поставил ее на кофейный столик. — Я мало что смыслю в вашем волшебстве, а в людях ещё хуже… — Куинни легко усмехнулась. — Но то, что столь позитивный человек как вы не спит по ночам и бродит в одиночестве — отнюдь не нормально. — Откуда вы знаете, что в одиночестве? — девушка подняла на него глаза. — Интуиция. Оба легко усмехнулись. — Суть в том, — продолжил он, — Что ваши мысли и волнения не оправданы. Если я правильно понимаю, вы переживаете из-за своей сестры и мистера Скамандера? Куинни коротко кивнула. — Я не эксперт в любви, да и в отношениях вообще, но всегда думал, что это дело для двоих, не так ли? — Вы правы. — Куинни, вы очень милы и заботливы и это не просто комплемент. Я понимаю, что вы любите сестру и хотите всегда быть «на подхвате», но бывают моменты, когда даже самый близкий человек мало чем может помочь. — Но кто же, если не близкий? — Она сама, — Якоб положил ладонь на руку Куинни и легко улыбнулся. — Лучшее, что вы сейчас можете сделать — это проявить к ней терпение. Дайте ей немного времени. Пусть она разберётся со всем сама. — Как человек, не смыслящий ничего в отношениях, может так рассуждать? — обратилась к нему Куинни, немного оживившись. — Сам не знаю. Просто говорю все, что думаю. — Ну конечно! — рассмеялась девушка и легко толкнула Якоба в плечо. — Ау! Да честно! Было видно, как настроение Куинни подскочило. Глаза по прежнему были уставшими, но вместе с тем в них появилась какая-то искорка, присущая только Голдштейн младшей. — А вы ни чуть не изменились после нашей первой встречи, — вдруг проговорила она. — Правда? Мне судить сложно, просто я ничего не помню, а жаль. Что-то мне подсказывает, что это была потрясающая история, — выдохнул Якоб. — Ваша правда, но занаете, возможно ваша амнезия — это совсем неплохо, — она снова заулыбалась и взяла Якоба за руку. — Поясните? — Как-то один мудрец сказал, что история, прописанная дважды, зачастую выходит лучше, чем ее предшественник. Да и потом: иногда нужно пожертвовать чем-то старым, чтобы дать дорогу чему-то новому, — проговорила она, останавливая взгляд на его лице., — Да… наверное, вы правы. Они оба смотрели друг на друга в упор, не решаясь на следующий шаг. Наконец Куинни чуть подалась вперёд, все с той же нежной улыбкой приближаясь к Якобу. — Не смотрю, не смотрю! Считайте меня тут нет! Оба тут же отпрыгнули друг от друга. Тейлор внезапно появился в дверях гостиной и теперь стоял, прикрывая руками лицо. — Уже все? — Что все? — спокойно спросила Куинни. — Ой боже, простите! Я не хотел вам мешать, — немного смутился он. — Вы ничему не помешали, — все также спокойно продолжила Куинни. — Ну я бы так не сказал… — прошептал Якоб. Все опять замолчали. Ситуация вышла действительно неловкая. — Ладно… Может, пора позавтракать? Честно говоря, я жутко голоден, — сказал Тейлор. — Ах да! Завтрак! Я совсем забыла! — спохватилась Куинни и побежала на кухню. — Забыть?! Про завтрак? Да как можно? — наиграно и громко принялся заливаться Тейлор. — А я пожалуй ей помогу, — немного погодя, выпалил Якоб и тотчас ушёл на кухню вслед за Куинни. — Ну, а я тогда тут подожду… — не успел Тейлор договорить, как с лестницы послышался жуткий гул, как будто с неё что-то полетело, и судя по звуку, что-то жесткое. Тейлор повернул голову и увидил следующую картину: по лестнице шла Тина, вся нагруженная сумками, с волшебной палочкой в зубах, а грохот этот создал выскользнувший из ее руки чемодан, который прокатился по ступенькам. К двери тут же подбежали Куинни и Якоб. Спустившись с лестницы, Тина кое-как открыла дверь в гостевую спальню, зашла туда и захлопнула ее ногой, а спустя пару секунд открыла ее снова, махнула палочкой, заставив чемодан залететь в комнату, и опять хлопнула дверью. Все трое стояли и смотрели на происходящее даже не представляя, что делать в такой ситуации. — Девушки… Какие же вы… Темпераментные, — проговорил Тейлор, после чего сел на диван, сведя руки в замок под головой. Куинни, недолго думая, ринулась за сестрой, но Якоб поймал ее за руку. — Не наседай на неё. — Я не буду. Только попробую поговорить. Якоб поджал губы и отпустил девушку, а сам отправился назад к плите. Девушка тихо подошла к двери и постучала. — Тина? Можно войти? Ответом было молчание. — Тина, пожалуйста… — ещё раз попыталась она. Снова ничего. Тогда Куинни хотела попытаться ещё, но вспомнив недавний разговор с Ковальски, отошла и направилась в сторону гостиной, но скрип дверных петель ее остановил. — Заходи, — в дверях показалась Тина. Куинни недолго думая забежала в комнату, прикрыв за собой дверь. — Что ты хотела? — коротко спросила Порпентина. Девушка сидела на кровати. Ее лицо было мокрым, а глаза красными, но уже без слез. — Глупый вопрос, — Куинни подсела к сестре на кровать, кладя руку ей на плечо. Тина пару секунд молча сидела, а позже медленно опустила голову на сестринское плечо и по щеке ее прокатилась слеза. Она уткнулась носом в чёрную ткань платья Куинни и все сильнее начинала плакать. Куинни тихонько гладила сестру по голове, пытаясь хоть как-то ее успокоить, хотя понимала, что сейчас ей надо просто выплакаться. — Все наладиться, вот увидишь, — тихо шептала она. — Ничего не наладиться! Ничего, Куинни, слышишь? Ничего! — Не говори так. — Куинни, я не справилась со своей миссией, моей карьере теперь конец. После вчерашнего я, можно сказать, никто! — Но разве твои слёзы связаны с этим? — мягко спросила сестра. Тина молчала. — Не обманывай себя, Тина, мы обе знаем что стало истинной причиной, а точнее кто, — Куинни ткнула пальце в потолок. Порпентина пару секунд помолчала, сделав небольшую паузу, после чего тихо прошептала сквозь слезы: — Что мне делать? — Поговорить с ним. — Я не могу. Я не могу, Куинни… — Я знаю, милая, знаю, но рано или поздно тебе все равно придётся. Я вижу как вы смотрите друг на друга и знаю, что он значит для тебя… — Забавно, ты знаешь обо мне то, чего не знаю я сама, — усмехнулась Тина. — Такова работа легилемента… — Куинни рассмеялась и продолжила. — Вы помиритесь. Рано или поздно, но это случиться и ты его простишь. — Нет. Никогда не прощу, — прошептала Тина, а Куинни не стала ей перечить, лишь продолжила легонько поглаживать сестру по голове. Вдруг раздался стук, дверь немного приоткрылась и в щелке показался Тейлор. — Простите, не хотел вас беспокоить, но Тина, к нам гости. — Кто? — удивленно спросила девушка подняв голову с сестринского плеча и утерев слезы. — Начинается на «ст-» и заканчивается на «-еван». — Ясно. Скажи, что я буду через пару минут. — А разве Ньюту не нужно присутствовать? — спросила Куинни и тут же пожалела о своём вопросе, увидев реакцию сестры. — Ты права, нужно. Тейлор, ты не мог бы… — Сходить за ним? Конечно! Я пулей! — Проговорил он, мгновенно взбежал по лестнице и зашёл в комнату Ньюта. Все бы ничего, вот только самого Ньюта в ней не было. Тейлор уже было начал волноваться, но заметив лежащий по середине комнаты чемадан, у него от сердца отлегло. Тейлор тут же тихонько постучался и, не дождавшись ответа спустился вниз. Как и ожидалось, Ньют был на месте. Он сидел на переносной скамейке рядом с гнездом окками, обрабатывая небольшую клумбу со злаками. Вокруг него бегала парочка лечурок, а нюхлер играл в прятки с камуфлори, хоть игра и заведомо была нечестной. — А ты не изменяешь привычкам, — крикнул Тейлор с порога небольшого сарая. — А, Тейлор… — Ньют не был удивлён. — Доброе утро. — И тебе, — он медленно подошёл к другу в плотную и посмотрел на клумбу. — Тяжелый труд? — Да, помогает. — Отвлечься? — Именно так. Тейлор тяжело вдохнул и присел на скамейку напротив Скамандера. — Ты говорил с ней? — Нет. — Ньют, рано или поздно это придётся сделать. Вы не можете вечно бегать друг от друга, словно… — Думаешь я этого не понимаю?! — повысил голос Ньют, чем очень сильно поразил друга. — Она плакала, Тейлор. Пол ночи, а может и больше, а я даже не мог подойти к ней, чтобы хоть чем-то утешить. После стольких лет… я просто не знаю что делать. — Ньют перешёл к небольшому столику с сушеными травами. Тейлор ринулся за ним. — Так что тебе мешает просто подойти и поговорить с ней? Ньют решил промолчать. — Ньют, тебе нужно перестать прятаться от мира. Ты не сможешь вечно сидеть в своём «коконе», просто потому, что такова жизнь. — А может смогу? — с каким-то нервным смехом проговорил Скамандер. — Тейлор, я столько лет сидел в этом своём «коконе», как ты выразился, и знаешь, иногда я задумываюсь, надо ли было вылезать? Весь этот маленький мир, — Ньют обвёл глазами свой «зоопарк». — Тейлор, это моя жизнь. Тихая и спокойная. И может я действительно прячусь в нем от реальности…, но может, это выход? И я не знаю, существует ли человек, который способен заменить мне этот мир… все это. — Но ведь Лита смогла, — с улыбкой заметил старый друг. — И стала причиной того, что я вновь в него ушёл. — Нет, Ньют, вот тут ты не прав. Причины наших поступков кроются не где-то там. — Он указал пальцем вверх. — Они вот тут. — и ткнул пальцем в лоб Ньюта. — Откуда тебе все это знать? — разочарованно выдохнул Ньют. — Ты прав, неоткуда. Но на самом деле я сам допускал все эти ошибки и разница между нами только в том, что моя любимая лежит в земле, и я вряд ли смогу хоть что-то исправить. Твоя же жива и дышит. Она рядом, стоит только протянуть руку. Так может ты все-таки сделаешь хоть что-то, пока не стало слишком поздно и ты не пожалел о собственном бездействии? — Тейлор прошёл мимо и положил руку на плечо друга, после чего начал медленно удаляться. — Ах да, Тина просила тебя позвать. Внизу ждет Стеван, — после он быстро вылез из чемодана, оставив Ньюта наедине со своими мыслями. Тейлор быстро спустился по лестнице вниз. Все уже сидели за столом с ароматными плюшками и кофе. — Мистер Миллер! Доброе утро. — Вам тоже, мисье, — недовольно фыркнул Тейлор. — Тейлор, а где… — Он скоро спуститься, — прервал Тину Тейлор, за что она была ему благодарна. — Что ж, тогда, думаю, мы можем начать без него, — Стеван достал из своего чемодана карту. Он провёл над ней палочкой и карта раскрылась, застыв в воздухе перед окном. — Так как теперь, вы официально работаете на министерство Франции, думаю, нам пара обсудить план действий. Каждый день по всей франции вспыхивают новые беспорядки и это не может вечно оставаться незамеченным. Последний такой инцидент был зафиксирован здесь, — Стеван махнул рукой и на карте загорелся красный огонек. — Лион? Но почему именно Лион, если Грин-де-Вальд в Париже? Он же достаточно далеко, — прокоментировал Ньют, стоя в проходе. — Мистер Скамандер! Доброе утро, вы как раз вовремя, присаживайтесь. Тина искоса посмотрела на Ньюта и тут же вернулась к карте. — А что именно там произошло? — поинтересовался Тейлор. — Взорвали министерское отделение лионского порта. Чтоб вы понимали, из-за этого инцидента мы временно потеряли связь с островом Корсика и поставки разнообразных снадобий и ингридеентов для них временно прекращены. — Много маглов погибло? — Около полусотни. — Тогда потеря связи с Корсикой — мелочь. Ее рано или поздно востановят, но мертвых не вернет ни что, — проговорил Тейлор глядя министру в глаза. Стеван хотел что-то ответить, но Тина, видя как быстро накаляется обстановка между этими двумя, решила прервать это молчание. — А где еще были подобные инциденты? — Вы имеете в виду взрывы портов? — съехидничал Стеван. — Нет, такого же масштаба. Хоть как-то, ударившие по министерству или вызвавшие подобные резонанс? — Таких было немало. Посмотри. В городах Клермон-Феран и Амьен на благотворительных спектаклях для магов произошли мощные взрывы. Погибло около семидесяти человек и министр образования отделения Амьена. Также подобное было зафиксировано в Лиможе, городе Крей, Эврё, Ле-Ман, Анже, Пуатье, Монлюсоне, в пригородах Ле-Крёзо и Осера. — Немало… Все затихли в размышлениях. — Париж, Клермон-Феран, Амьен… — Ньют медленно подошел к карте и указал на каждый город, ставя черные точки. На его лице появилась легкая тревога. — Какие еще города? — Что? — заволновался Стеван. — Города! Назовите их еще раз, — обеспокоенно повторил Скамандер. — Лимож, Крей, Эврё, Ле-Ман, — подхватила Тина, будто уловив идею Ньюта, который попутно отмечал точки на карте. — Анже, Пуатье, Монлюсон, Ле-Урёзо, Осера. — Тринадцать точек. И что это нам дает? — усмехнулся Стеван, но была в его усмешке и еле уловимая доля тревоги. — Это не просто точки, — подхватил Тейлор. Ньют достал волшебную палочку и провел линии по точкам. — Палочка… Плащеница… и камень… — попутно говорила за ним Тина. — Дары смерти, — коротко произнес он. — Значит, все эти нападения закономерны, — продолжил Тейлор. — Стеван, в каких городах еще были инциденты, но не столь заметные? — наскоро спросил его Ньют, готовясь попутно ставить точки. — Орлеан, Шартр, Крей, Тур, Блуа, Сомюр, Вьерзон, Бурж, Мулен, Невер. Ньют закончил и отошел от карты. — Получается, все города внутри этого знака были атакованы? — включился Якоб. — Не все, — Тейлор подошел к карте и нарисовал красный крест на единственной не загоревшейся точке внутри знака. — Версаль, — протянула Тина. — Это же безумие! Ни один маг в здравом уме не решиться пойти на Версаль! Сейчас это чистая крепость. Никто не входит и не выходит туда без строго досмотра. Это же абсурд! — Вы готовы поставить сохранность французского высшего руководства на это? — съехидничал Тейлор. Стеван немного помолчал в раздумьях. — Я должен сообщить руководству! — выпалил он и рванул в сторону выхода.м — Стойте, — Тейлор поймал его за руку. — Нам нужно выяснить как искать Грин-де-Вальда. Бесполезно пытаться его поймать не представляя его следующих шагов. Стеван стоял пару секунд смотря Тейлору прямо в глаза, а после выдохнул и вырвав свою руку у Миллера, присел за стол и сказал, — С чего начнем? — С самого начала. Все это время вы пытались идти по следам Геллерта, а именно по инцидентам в разных городах. Я так понимаю, не в одном из этих городов самого Грин-де-Вальда никто не видел? — начала Тина. — Верно. — Потому что он ни разу не покидал Парижа! — подхватил Ньют. Тина снова на него покосилась, но как только их взгляды встретились, она переметнулась на карту. — Тогда нам стоит начать с самого начала. Где он появился впервые лично? Тейлор и Ньют переглянулись. — Думаю, я знаю где, — прошипел Тейлор. — Тогда чего мы ждем? Веди! — Постойте. Мне необходимо прежде заглянуть в министерство. Думаю я прибуду к вам позже, — наскоро выпалил Стеван. — Хорошо. Вы знаете место? — с подозрением посмотрел на него Тейлор. — Разумеется. — Тогда отправляемся! Нельзя терять время. Все тут же собрались вокруг Тейлора и мгновенно испарились из комнаты одной большой вспышкой, а Стеван переместился в неизвестном направлении.

Rue Arbiat 11:07

Сайрус со всех ног мчался по улице. Время поджимало и он чувствовал это, ощущал каждой клеткой своего тела. Он буквально ворвался в убежище и с грохотом помчался наверх, в комнату Геллерта. Он распахнул дверь и вбежал в рабочий кабинет мага, но его самого там не было. — «Черт возьми!» — шепнул он про себя. На рабочем столе была разбросана куча бумаг и будто догорала лучина, на стене висела огромная карта, шторы были задернуты. В общем-то обычно состояние этой комнаты. Сайрус подошел к столу с бумагами и наскоро просмотрел их. — «Ничего интересного» — подумал про себя он и двинулся к выходу. Но внезапно дверь захлопнулась и перед ним появилась Лита. В своем багровом платье, с черными как ночь волосами девушка выглядела весьма эффектно в полумраке комнаты, и даже немного пугающе. — А, Лита, это ты… — Сайрус немного растерялся. — Удивлен? Сайрус потупил взгляд, уставившись в пол. — Что ты здесь делаешь? — продолжила Лита с какой-то ехидной улыбкой, наступая на Сайруса. — Зашел по делам. — Какие у тебя могут быть дела в личном кабинете Геллерта? — Это допрос? — прямо спросил Сайрус. — Тебе решать, — Лита сверлила его взглядом, полным недоверия. Она грациозно его обошла и присела на стул. — Ты не хочешь рассказать мне, что происходит? — О чем ты, Лестрейндж? — выдохнул он. — Что ты от меня скрываешь, Сайрус? — В каком смысле? Мы ничего от тебя не скрываем. — Умоляю, не держи меня за идиотку. Сайрус, я командую шпионским развед-отрядом. Такие вещи чую за версту. Грин-де-Вальд исчез уже пару дней назад и о его местонахождении мне ничего не известно. С вашего последнего разговора ты избегаешь меня и практически не появляешься в нашем штабе. Уклоняешься от ответов и этой ночью ты так и не явился, а накануне я заметила мужчину в очень знакомом мне плаще, который подходил к дому Якоба Ковальски. И сейчас я нахожу тебя, в кабинете шефа при том, что ты знаешь, что нам запрещено тут появляться без его дозволения. Может хотя бы попытаешься пояснить? — она встала прямо напротив него, буквально прижав растерявшегося парня к стене. — Лита, по-моему ты переутомилась, — Он легко оттолкнул ее обеими руками, вырываясь из тисков. — Не ищи вселенских заговоров в приближенных кругах, иначе вскоре они действительно там появятся, — Сайрус начал быстро удаляться из комнаты. — Куда ты идешь? — крикнула Лита, стоя на том же месте. — Позже поговорим, — бросил он и исчез из виду. — «Я докопаюсь до правды» — подумала про себя Лита и трансгрессировала в неизвестном направлении.

Rue du Colonel-Driant, 11:28

На улице разыгралось утро. Небо было чистым и солнечным, каким-то слишком светлым. На улице полковника Дриада ничего особенно не изменилось, разве что руины домов покрылись пушистым снежным настилом, а на разбитых стеклах появились причудливые узоры. Удивительно, как зима может преобразовать даже столь печальную картину. Но даже она не могла скрыть полностью весь ужас произошедшего здесь пол года назад. Ньют, Тейлор, Куинни, Тина и даже Якоб сейчас стояли на пепелище, где раньше кипела жизнь. И если девушки выказывали лишь негласное сочувствие людям, то в глазах Ньюта и Тейлора читалась какая-то глубокая тоска, хотя конечно в большей степени у Тейлора, для которого данная улица была домом. — Все нормально? — спросил друга Ньют, хотя и предполагал, что правды не услышит. — Да-да. Все хорошо, — Тейлор потер указательным пальцем нос. — Хорошо. Мы тут. И что дальше? — немного растеренно спросил Якоб. — Будем искать, — спокойно ответила Тина. — А вам не приходило в голову, что Грин-де-Вальд давно вернулся и забрал то, что искал? — Будем надеется, что нет, — усмехнулся Тейлор. — С чего начнем? — за спиной у компании внезапно появился Стеван, сильно напугавший своей неожиданной репликой других. — А еще более неожиданно можно? — прошипел Тейлор, но Стеван не отреагировал. — Разделимся. Куинни и Якоб пойдут в сторону бывшего базара, Ньют и Тейлор будут искать в домах, а мы с вами обыщем парки, — решила Тина. Ньют немного скривился, но возражать девушке не стал. Тейлор тотчас ринулся в сторону заброшенных построек, а Куинни потянула Якоба к базару. Тина же осталась со Стеваном, долго смотря вслед Ньюту, который так и не обернулся. Как тогда, на пироне. Так странно видеть, как после всего пройденного, жизнь возвращает тебя к исходной точке. Как будто ты сделал огромный шаг назад и теперь пытаешься понять, что же ты тогда упустил. Странно и в тоже время печально. — Миледи, пойдемте, — Стеван тронул Тину за плече, но та сразу отстранилась и ринулась в сторону парка.

***

Ньют и Тейлор обыскивали дом за домом, а если точнее, что от них осталось. Треснувшая кровля, обугленные доски, разбитая напольная плитка, осколки стекла — все это было кусочками одной жуткой картины, которые создавали в воздухе какую-то легкую тревогу. Время шло, а друзья не приблизились к цели ни на йоту. Ни в одном доме, и в одном тайнике, нигде не было ничего, способного привлечь внимание Геллерта. Такое положение вещей вгоняло в ступор. Порой в голову Ньюта даже закрадывались мысли о том, что Грин-де-Вальд уничтожил эту улочку просто ради забавы, но он тут же от них отмахивался. Наконец очередь дошла до того самого дома, откуда началась вся эта заварушка. Тейлора это явно не радовало и его можно было понять — возвращаться на остатки своего дома, видеть на его месте разбитые фото и угли не желает никто. Парни остановились напротив дома. Ньют осторожно положил руку на плечо Тейлора, как бы разделить его чувства в эту секунду. — Давай просто сделаем это, — Тейлор решительно двинулся вперед, желая поскорее завершить этот поход. — Ты идешь или как? Ньют сделал пару шагов вперед и услышал резкий хруст под ногами. Он опустил глаза и увидел треснувшую фотографию, ту самую, из школы. Ньют хотел было наклонится за ней, но почти сразу остановился и не без усилий прошел далее, даже ее не подняв. Тейлор исчез за развалинами, а Ньют продолжил поиски в том, что осталось от гостиной. — Ньют… Подойди-ка сюда, — послышался крик Тейлора откуда-то снизу. — Я тут. В подвале. Ньют пошел на голос и обнаружел небольшую чудом сохранившуюся лестницу в подвал. Тейлор ждал его внизу. В руках его лежала большая черная книга в кожаной обивке. На боковой стороне было вырезано «Лестрейндж». — Как думаешь, это сойдет? — лукаво улыбнулся Тейлор другу, сдувая с книги толстый слой пыли.

Прага 13:27

День. Бегущая толпа. Узкие улочки. В такой час пик сложно было точно определить где именно ты оказался. Может в Париже, может в Лондоне, а быть может и в Санкт-Петербурге. Однако существовал и большой плюс в этой огромной серой толпе — в ней всегда легко затеряться. Люди пробегают мимо знакомых и незнакомых лиц, все спешат куда-то… И сейчас это было Геллерту на руку. Какую бы безумную идею он сейчас не воплотил, это, скорее всего осталось бы незамеченным. Он шел по мостовой, сжимая в руках слегка пожухлую и пожелтевшую карту. В лицо дул колючий и неприятный ветер, но Геллера это совсем не заботило. Он был взволнован, томился в ожидании. Еще немного и он еще на шаг приблизится к своей безумной цели, идеи фикс. Это будоражило сознание волшебника. Он петлял между старыми зданиями и узкими улочками, так увлеченно вглядываясь в крючковатый почерк на карте, что не сразу заметил как постепенно вышел за черту города. Снега становилось все больше, людей все меньше. Только громкий звук приближающегося поезда заставил Грин-де-Вальда вернуться в реальность и резко спрыгнуть с рельс. — Вот черт… — фыркнул про себя маг, отряхнул плащ и двинулся было дальше. Куда это дальше? Впереди были старые, местами брошенные постройки на пустыре, а еще дальше Пражский Заповедный лес. Он еще раз внимательно просмотрел карту, пробежался по всем увиденным ориентирам, проверил весь свой маршрут, но это ничего не дало, а даже наоборот, подтвердило, что он идет в верном направлении. На карте было изображено небольшое озерцо с одинокой ивой, которое Геллерт приметил еще когда отряхивал свое британское пальто. Выходит никакой ошибки тут нет и его дорога действительно лежала в лес. Геллерт вдохнул поглубже и двинулся в сторону заповедника, дорога к которому, стоит отметить, не заняла у него много времени. Уже около получаса спустя он достиг конца своего пути, согласно карте. Однако никаких признаков огромного, громоздкого здания или чего-то хоть слегка напоминавшего библиотеку он так не обнаружил. Геллерт слегка насторожился. Прошелся в одну сторону поляны, в другую, осмотрелся. Было неестественно тихо для леса. Вокруг не было видно ни зверей, ни их следов. "Любопытно" — подумал про себя Геллерт продолжая поиск. Когда же спустя двадцать минут хождения кругами стало ясно, что найти здесь что-либо не удастся, Геллерт приземлился на первый попавшийся пенек. Он пару секунд посидел в тишине, а после, полный ярости схватил булыжник и с пронзительным криком швырнул его через всю поляну. Послышался деревянный треск. Из деревьев внезапно вырвалась стая птиц и Геллерт, машинально подняв голову, заметил на ветке прямо возле места падения камня ворону. Ту самую ворону. Он начал было быстро приближаться, но та тут же упорхнула с каким-то несвойственным для обычной птицы карканьем. Он вновь опустил голову. На месте, куда приземлился камень, теперь был небольшая ямка. Подойдя ближе, Геллерт разошелся в лукавой улыбке. Треск издала деревянная крышка, в которую каким-то чудом умудрился попасть Грин-де-Вальд. Впрочем, его не слишком волновало как, почему и зачем. Он убрал остатки древесины заклинанием и спустился вниз по старой и очень скрипучей лестнице. Она шла глубоко, по крайней мере этой глубины хватало, чтобы сюда вообще не проникал свет и появилась необходимость в использовании палочки. Геллерт остановился напротив огромной бронзовой двери с высеченным в центре знаком, похожим на тот, что носила на своей руке Анна. Он с упоением прикоснулся к дверям и легко их толкнул, видимо ожидая, что они в тот же миг раскроются. Двери же не поддались. Геллерт попробовал снова, но чуть сильнее. Итог тот же. — Дьявол! — крикнул взбешенный волшебник оглядываясь. Внезапно он заметил блеклую запись над дверью. К счастью она была на английском. Надпись гласила Пройдет лишь силу имени знающий. — Серьезно, Виктор? Эх, что в жизни, что после. Твоя страсть к загадкам не угасает, как я посмотрю! — крикнул Геллерт. Он немного поморщился, покрутился на месте, а после его осинило. — Афелия! — крикнул он так громко, что его голос эхом долетел даже до поверхности. В тот же миг, с потолка посыпалась земля и двери с грохотом медленно открылись, а за ними открылась и огромная, больше любой, какую доводилось видеть Геллерту за всю жизнь, многоуровневая, библиотека. — Я все-таки тебя нашел! Рассмеялся Геллерт, затворив за собой двери.