Ньют Скамандер и Падение французской ривьеры

Улицы Парижа 17:21

— Нет, на этом все! Я сказал, убирайся! С меня достаточно! — разносились крики по площади Шатле.       Источником этих звуков, или даже воплей была небольшая, достаточно презентабельная усадьба старого графа Ростье. Будучи бывшим обер-офицером, мужчина никогда не позволял себе выходить из себя, однако сейчас его крики были слышны даже у Лувра и пугали прохожих. Через пару секунд послышался звон разлетевшегося вдребезги стекла и хруст треснувшей оконной рамы, а на тротуаре валялся разбитый чемодан. Спустя же еще несколько мгновений дверь усадьбы приоткрылась, послышался глухой толчок, и по мраморным ступенькам покатился молодой человек. Одет он был в достаточно старый, застиранный черный сюртук. Его дырявая шляпа с потертыми краями слетела с головы и осталась где-то у самого порога. Сам же бедолага издавал визг, слабо похожий на человеческий, и распластался на тротуаре, казалось, в беспамятстве.       Вокруг собрались прохожие. Шепот множества голосов превращался в жуткий гул, который все громче отдавался в голове молодого человека, но толпа утихать не хотела. В конце концов, вдалеке послышался полицейский свисток. Стараясь отгородить пострадавшего, офицер с трудом старался пробраться через толпу, но позже он осознал, что это бесполезно. Полицейский подскочил к парню и наскоро нащупал пульс. — Vivant…Vivant! - Живой, — шепнул он себе под нос, а после крикнул в толпу: — Docteur! Il a besoin d'un medecin! — Врача! Ему нужен врач! — Non, non. Non docteur. Merci… — крехтя и еле собирая мысли в кучу, прошептал молодой человек на своем корявом французском. Он осторожно перевернулся на спину, пытаясь встать. — Attendez, vous avez besoin d'un médecine! — Подождите, вам нужно лекарство! — настаивал полисмен; по лицу молодого человека было ясно — он его не понимает. — Je… Je ne comprends pas… pa... pardonnez? — Я не понимаю, простите? — выдавил из себя пострадаший, надеясь быть понятым. — Англичанин? — с какой-то доброй насмешкой спросил офицер.       Парень кивнул. Полисмен протянул ему руку и тот поспешил подняться, чтобы забрать с порога свою рваную шляпу и поднять свой чемодан. — Спасибо вам большое, — выговорил молодой человек и медленно поплелся прочь от старой усадьбы. — Эй, мистер! — окрикнул его офицер и подбежал к парню. — Я должен знать ваше имя. Для протокола.       Парень немного смутился, но после ответил: — Криденс… Криденс Бэрбоун, — тихо сказал он, после чего поспешил надеть свою шляпу и удалиться от места проишествия.

Rue de la transection 15:42

      Тина озлобленно или, скорее, разочарованно разглядывала каждый куст и уголочек парка. Она старалась создать впечатление максимально сосредоточенной и отстраненной особы, чтобы не вызывать никаких вопросов у своего любопытного спутника, который пристально следил за ней, не давая девушке ни единого шанса расслабиться. — Мисс Голдштейн, — наконец окликнул ее Стеван, — мне кажется, нам стоит сделать перерыв. — Глупости, я в полном по-о-а… — она не успела договорить. Тина внезапно споткнулась о древесный корень и полетела лицом на траву. К счастью, Стеван мгновенно создал заклятее левитации, и девушка остановилась буквально в паре сантиметров от травы. Стеван взмахнул рукой, и Тина вновь оказалась на ногах. — Вам повезло, что у меня хорошая реакция, — усмехнулся Стеван, отпуская заклинание. — Не ждите, что я брошусь к вам на шею в полном восторге. Этому заклятию учат на первом курсе в Ильверморни, — прошипела девушка, стряхивая с себя пыль. — Пусть так,но я же заслужил хотя бы простое "спасибо"?       Девушка немного помолчала, прикрыла глаза, и выдохнула. — Да, конечно, спасибо. Простите.. не знаю, что на меня нашло. — А я знаю. И думаю, что вы тоже, хотя и не признаете этого. — Сайрус присел на скамью. — Знаете, мисс Голдштейн, мир не совершенен, и люди в нем — тоже. Мы редко совершаем правильные поступки, но всегда ждём поддержки со стороны самых дорогих и близких. Так что, прежде чем сжигать все мосты, иногда стоит попробовать дать человеку шанс и… — Хватит… — выдавила из себя Тина, скрестив руки на груди. — Не нужно лезть ко мне в душу. Там вам места нет. — Я лишь делюсь своим опытом. Вы удивитесь насколько это бывает полезно для обеих сторон диалога, — он вытащил из внутреннего кармана сигарету и наскоро ее поджег. Тина стояла в пол оборота к Стевану, стараясь максимально скрыться от его взгляда. — О! А вот и мистер Скамандер, — девушка встрепенулась.       И действительно, по парку бежали Ньют и Тейлор, держа в руках какую-то старую пыльную книгу, но внезапно они остановились и повернулись к Тине и Стевану спинами, будто пытаясь что-то спрятать. Через мгновение они подошли в плотную к Тине, но книги у них в руках уже не было. — Я вижу, поиски не увенчались успехом, — спокойно проговорил Стеван, не обращая внимания на происходящее и делая затяжку за затяжкой. — Как видите, — съехидничал Тейлор.       Тина вопросительно посмотрела на Ньюта, но тот никак не отреагировал. «Что-то не так» — подумала про себя Голдштейн, но не подала виду и продолжила. — Тогда больше нам здесь делать нечего. Нужно найти Куинни и Якоба, и отправляться домой. — И что же дальше? — поинтересовался Стеван. — Думаю, решим это когда уберемся отсюда. Желательно, как можно скорее, — проговорила Тина, оглядев Тейлора и Ньюта взглядом, полным недоверия, и ринулась в сторону рынка.

Улицы Парижа 20:36

      Криденс бродил по темным переулкам Парижа с немного потерянным видом. Когда-то, столь воодушевленный идеей овладения собственной силой, и сейчас, безрезультатно пройдя через лучших магов, лекарей и алхимиков Германии, Англии, России, Чехии, Китая, Японии и многих других стран, парень был подавлен и в совершенном отчаянии.       На идею этих поисков его натолкнул один хороший друг. Он принял парня под своё крыло и выходил его ещё там, в Америке. Хотя особую благодарность и уважение он вызывал у Криденса далеко не по этому. Ведь этому молодому человеку стоило лишь показаться в здании Маркуса и сказать одно простое слово, после чего абскур не сносил бы головы. Но он этого не сделал, ни разу не упрекнул и даже не посмотрел косо. Вместо этого он ему помогал, лечил, выручал много раз и был рядом, когда это было необходимо.       Но длилось это не вечно. Таинственный друг был вынужден покинуть Америку, так как время его службы там истекло. Все же, бросать только что поправившегося Криденса на произвол судьбы он не решился. Вместо этого, он собрал список всех волшебников мира, которые, по его мнению, могли помочь парню с его «проблемой».       Так и началось его маленькое приключение, пусть и не очень удачное. Сейчас же, отчаяние Криденса достигло своего придела. Он уже успел исколесить всю Францию с бумажным свёртком в руке. Кто-то радушно принимал его, кто-то с долей недоверия пускал его через порог, а кто-то и вовсе отплевывался, хлопая дверью. В любом случае, итог был один — спустя не более чем две недели его гнали, как побитого пса с порога. И не нужно было ничего пояснять, Криденс и так все прекрасно понимал, правда легче от этого не становилось. Быть опасным для общества, чувствовать испуганные взгляды своих сожителей на своём затылке и слышать их тихий шёпот по ночам — все это приносило парню почти физическую боль.       Иногда он тихо убеждал себя в том, что это лишь его воображение пытается сыграть злую шутку, что все вот-вот образуется. Но его раз за разом вышвыривали за порог, так и не сумев помочь. И Криденс не мог их винить за это. На их месте он поступал бы так же, но это было очень слабым утешением для абскура.       В этих мыслях парень сам не заметил, как гремя сломаным чемоданом добрел до моста Александра третьего. Наконец он решил остановиться на минуту. Ночь была на удивление тихой и спокойной. Конечно, он не мог не обратить внимания на двух дам, тихонько хихикающих над его неопрятным видом и чемоданом без одного колеса, но этот смех его не сильно смущал. Он на минуту отключился от этого мира и своих проблем, вслушиваясь в тихое журчание Сены и шум проплывающих кораблей, в легкий шелест только появившихся на свет листьев и ощущая нежный, прохладный ветер на своей коже. «С этого моста весь Париж как на ладоне» — подумал про себя он и вдохнул полной грудью.       Внезапно по мостовой зашуршал какой-то клочек бумаги. За несколько дуновений, ветер подкатил его прямо к ногам парня. Криденс насмешливо посмотрел на бумажку. — И сейчас там окажется решение. Ну да, ну да, — посмеялся он и, подняв бумажку, развернул ее. — Цирк уродов Денюа, — медленно прочёл он и немного задумался.       Криденс ещё пару раз посмотрел на бумажку, окинув взглядом ночной город, снял с себя порванную шляпу и жалостливо покосился на избитый чемодан. «Может, это мой шанс?» — неуверенно произнёс он про себя. — «Может, стоит просто принять это?»       Он ещё немного постоял на мостовой, сосредоточенно смотря в даль, в конце концов надел шляпу и с воодушевленным видом рванул в сторону большого города.

Позднее, в доме Якоба:

      День вышел на удивление солнечным и тёплым. Небо было чистым, а солнце нежно пробегало теплом по коже, оставляя на ней легкий румянец. Ветер разносил по округе нотки наступающей весны. Однако, настроение всех собравшихся в доме Ковальски не было подстать погоде.       После долгих и изнурительных поисков иголки в стоге сена почти все не были настроены оптимистично. Все метались по дому туда-сюда, прикидывая варианты действий.       Тина стояла возле развёрнутой на небольшой доске карты города с красным карандашом, отмечая все возможные места где недавно происходило что-то необычное или вызывающее подозрение. — Да-да, а ещё вот этот переулок! Недавно здесь ограбили лабораторию одного алхимика. Вполне возможно, что и тут без Грин-де-Вальда не обошлось, — проговорил Стеван, указывая Тине на определенную точку. — Но зачем ему грабить какую-то старую мастерскую? Мы ведь говорим о Грин-де-Вальде — волшебнике, который, по сути, борется за права других волшебников. Вам не кажется, что мародерство немного не соответствует его статусу?! — начал спор Тейлор, яростно сверля взглядом Стевана. — Вполне возможно, что это происходило без ведома самого Грин-де-Вальда. Это могли сделать его последователи из личных соображений. — Тогда какой в этом смысл, если наша цель - найти саму суть проблемы, а не ее последствия? — постепенно между ними разгорался спор. Обстановка в комнате накалилась. —Фууф.. Как-то жарковато стало...— в полу-смехе и полу-страхе сказала Куинни,— Открою-ка я окно..— и со скрипом распахнула оконные ставни.       Все замолчали, и наполняющая дом тишина становилась все более гнетущей. Глаза Ньюта бегали от одного угла комнаты к другому, изредка останавливаясь на развёрнутой карте. Тина метала взгляд то на насупившегося Тейлора, то на Ньюта, но стоило этим двоим встретиться глазами... Тина резкого повернула голову в сторону Стевана, а после облокотилась ладонями о стол, вставая со стула. — Мы не можем тратить время в пустую, - холодно и очень отчетливо проговорила она. Такая манера проявлялась у Тины редко и делала ее максимально похожей на Мадам Пиккури, что временами слегка пугало Куинни. — Грин-де-Вальд начал действовать. По городу участились вспышки уличной агрессии, а мы все ещё не знаем, каким будет его следующий шаг. Тейлор, сейчас любой случай, любая зацепка могут нам помочь. Если совет считает, что это может как-то нам помочь... — Бога ради, это же бессмысленно! - разочарованно проговорил Тейлор, но девушка его проигнорировала. — Стеван, когда произошёл тот инцидент с лавкой? — Пару дней назад.       Девушка вышла из-за стола и начала ходить по комнате с задумчивым видом. Идти туда всей группой - пустая трата времени и ресурсов. Не идти вообще — упустить возможную зацепку. — Ньют? — все также холодно проговорила она. Парень посмотрел на неё из под челки с долей сожаления и испуга в глазах. — От всех нас в этой лавке не будет толку, но если пойдёт кто-то один... думаю, это будет куда продуктивнее. Могу я попросить тебя об этом?       Парень предпочёл не подавать голоса. Из-за поведения Тины обстановка становилась ещё более напряженной. Он просто кивнул.       Тина кивнула ему в ответ и продолжила своё рассуждение вслух. — Какие ещё точки на обследование предлагает нам министерство? — Из значительных? — Стеван с насмешкой покосился на Тейлора. — Вообще из всех, — Тина шутку не оценила.       Стеван встал из-за стола и неспешно подошёл к карте. — Вот здесь, в районе доков был подожжен склад. Туда поставлялось сырьё для зелий, волшебных палочек и многого другого из Лондона. Поисковая группа, исследуя склад, не обнаружила документации, которая прилагалась к поставкам, хотя управляющий уверяет, что оставил их в горящем помещении. Сгореть они не могли из-за защитного заклятия, и министерство предположило, что здесь замещена рука Грин-де-Вальда. Так же была замечена небольшая магическая активность вот здесь, в районе Лувра, - он обвёл район палочкой. - Точнее определить не удалось. — И как какой-то поджег и магический выброс могут помочь нам найти Грин-де-Вальда?! Мы даже не знаем, связано ли это с ним! — возмутился Тейлор. — Тейлор, сейчас у нас нет никаких зацепок и вполне возможно, что где-то в этих случаях, — Тина указала на карту, — кроется подсказка, которая нам нужна. Мы не знаем сколько ещё может погибнуть не-магов и волшебников пока мы хватаемся за соломинки. Понимаешь? — после этих слов Тейлора передернуло. Он посидел ещё пару минут молча, а после встал из-за стола и, ни сказав не слова, удалился. — Что это с ним? — удивленно спросила Тина. — Ньют, может, ты поговоришь с ним? — Не думаю, что это хорошая идея... что-то в твоих словах его сильно задело. Лучше дать ему побыть одному, — откликнулся Ньют, на мгновение подняв на Тину свой взгляд и тот час скрыв его за челкой. — Хорошо, — Тина немного помотала головой, как бы приводя себя в чувство, и продолжила раздавать команды. — Куинни, я хочу, чтобы ты исследовала этот склад. Поговори со свидетелями, узнай что случилось и, пожалуйста, попытайся найти хоть что-то. — Эй эй, погоди! А я? Оставите меня тут одного? Нет-нет-нет, разве от меня не будет больше пользы в расследовании?— поинтересовался Якоб.       Тина немного покривилась, подумала и неохотно кивнула. — А мы с вами, мисье Стеван, отправимся исследовать этот загадочный магический сигнал. Все понятно?       Ответа не последовало. Присутствующие были слегка подавлены сегодняшней неудачей, а инцидент с Тейлором наводил на всех ещё большее уныние. — Будем считать, что это "да", — Тина кивнула сама себе и подошла к выключателю. За окном совсем стемнело и немного света бы не помешало. Однако люстра только слегка качнулась и издала странный электрический звук, игнорируя усилия девушки. — Странно... — протянул Яков и выглянул в окно. — Ну, что? — Видимо, какие-то неполадки с электричеством... даже фонарные столбы не работают. — Это намёк, что нам нужно немного передохнуть, - усмехнулась Тина, и удалилась в свою комнату. Вскоре так поступили и остальные.

Дом Грин-де-Вальда 20:46

      За окном уже совсем стемнело. Лита долгое время сидела за своим письменным столом. Она крутила и рассматривала со всех сторон карту города и делала какие-то пометки. Периодически она перемещалась к пробковой стене, где были расположены все известные министерские планы, агенты. Сейчас Лита находилась в весьма затруднительном положении. Геллерт исчез в неизвестном направлении, ни слова никому не сказав. Сайрус не показывался уже пару дней, и она оставалась наедине с сотнями последователей, возмущённых из-за отсутствия лидера. Многие из недавно присоединившихся магов бежали от министерского гнета за поддержкой великого Геллерта Грин-де-Вальда, в котором увидели свою защиту, но нашли тут лишь потерянную девушку, на плечи которой свалилось слишком многое. Более того, во всей этой толпе не было единства. Половина из них пришла к Геллерту под навалом Сайруса, вторая — Литы. Они отличались своими взглядами на достижение цели, к которой их вёл Грин-де-Вальд, и никогда не относились друг к другу с почтением. И сейчас, без своего условного лидера, люди Сайруса постепенно выходили из под контроля. — Мисс Лестрейндж ? — Дверь в комнату Литы со скрипом приоткрылась, и в проходе показался молодой человек в потрепанном костюме. — Да.. да,да Жак, что-то случилось? — Лита потёрла глаза двумя пальцами, и, отодвинувшись от стола обратила на парня взгляд. — Время ужина. Все ждут вашего прихода и вступительного слова. — Парень немного жался к стене. — Мммм, а без меня никак не выйдет? — С усталостью и неохотой в голосе спросила она. — Нет, мэм, вы же знаете... — Знаю... Ладно, дай пару минут. Сообщи всем, что я скоро спущусь. — выдохнула Лита, подойдя к шкафу.

Спустя какое-то время.

      Все уже собрались в столовой. Каждый говорил с кем-то другим о чем-то своём, и эти разговоры превращались в гул, в котором невозможно было различить ничего, кроме легкого, но явного оттенка недовольства. Уже спускаясь по лестнице все ближе к двери Лита ощущала это всем телом. Она подошла к лестнице и также медленно и нерешительно толкнула двойную дверь.       И внезапно, весь этот шум резко обратился в абсолютную тишину. Девушка сделала несколько шагов вперёд, к своему столу. Она изо всех сил старалась сохранять каменное лицо и невозмутимость, но это было крайне сложно, так как она ощущала как каждый человек в этом зале прожигает ее взглядами, полными разнообразной палитрой эмоций : от отчаяния до глубокой ненависти. Казалось, что сейчас, достаточно было одной искры, чтобы начался настоящий пожар.       И сколько бы дней подряд Лите не приходилось бы проходить через это все, привыкнуть к такому было не реально. Каждый шаг давался ей с трудом, наполняя ее сознание легким ужасом. Но она не могла подать виду, не имела права.       Наконец, она, все также невозмутимо и с высоко поднятой головой дошла до своего стола и медленно развернулась к толпе. Все в зале по прежнему смотрели на неё, в ожидании вступительного слова. Она мысленно досчитала до десяти и выдохнула. — Друзья. Товарищи. Со всех уголков Америки, Англии и Франции. Я рада приветствовать вас всех на нашем традиционном ужине. — Она остановилась, перевела дыхание, пока зал полнился тихими, но многочисленными аплодисментами. — Последние дни выдались для многих очень тяжелыми. Министерства по всему миру начали принимать серьезные меры, чтобы ограничить наше влияние, сломить нашу волю. Но это лишь показывает, что им страшно! Они наконец поняли, что мы та сила, с которой нельзя не считаться! «Гул из толпы» — Да, да! Верно! — Несмотря на все сложности, с которыми мы сталкиваемся и будем сталкиваться до победного конца, наше сопротивление продолжает рости. Все больше и больше магов понимают, что они достойны большего, чем то, к чему принуждает их министерство магии. Она идут к нам, под знамёна великого реформатора Геллерта Грин-де-Вальта, который ведёт нас к священной цели. К превосходству магов над простыми маглами... —И где же, простите, ваш "великий Грин-де-Вальд"? — С усмешкой вмешался в речь Литы кто-то из толпы. — Мсье, простите, не имела чести... — Я Реми.. Реми Дюкре. А вот ваше имя, мадам, мне не известно. -Полагаю, вы один из вновь прибывших в наши ряды. Что ж, добро пожаловать. Мое имя — Лита Лестрейндж. — Буду знать. Но, при все уважении, не вас я ожидал увидеть за этим столом.       Лита промолчала. Именно чего-то такого она и боялась. Именно такой колкости. — Я и моя семья бежали от гнета министерства. С тех пор как вы объявились в Париже, правительство репрессирует всех неугодных волшебников. Мою сестру, Олейну, убили, когда мы бежали. Мы пришли сюда в поисках защиты Грин-де-Вальда, великого заступника магов с заголовков газет. И что же мы видим?! Несколько сотен запуганных волшебников, которых возглавляет никому не известная девушка. И как же вы, простите, Лита, собираетесь защищать нас, если министерство устроит облаву? Остановите их своими хлопающими ресничками? «Гул из толпы»— Вот именно! — Или своими "вдохновенными речами" о том, какие мы великие и сильные? Если это так, то почему мы прячемся здесь, как побитые псы... —Хватит... — прошептала Лита. — Почему, мы не идём по улице победным маршем и не штурмуем люксембургский замок если мы столь велики и столь... —Я сказала хватит! — Лита закричала и хлопнула по столу ладонью настолько сильно, что на столе остался кровавый след. — Только глупцы идут на верную смерть, ради минутной славы! Хотите бойни? Вперёд! Я не стану вас держать. Наша цель лежит гораздо глубже, простой революции и не ограничивается только Францией. Пойдете на Люксембургский замок сейчас, и будьте уверены, мракоборцы не оставят от вас даже праха! Ваши имена растворяться в истории и вы сами станете ничем. Неужели вы желаете этого? Да, Грин-де-Вальду пришлось покинуть нас, но ради нашего общего дела. Он ушёл, чтобы подготовить почву для освобождения новой страны! Да, я не Великий Грин-де-Вальд, как вы выразились мсье, но я была им воспитана, и кому как не мне знать, чего бы он хотел. Вы можете выйти за порог этого дома и вернуться к своей обычной жизни, чтобы снова быть угнетенными собственным правительством. Либо, вы можете остаться здесь, со мной, с нами. И я обещаю вам — Франция падет к нашим ногам. Пусть не сразу, но так или иначе. Сегодня Париж, а завтра Версаль!!!       Закончив свою пламенную речь, девушка выдохнула и оглядела глазами толпу. Люди перешёптывались между собой и поглядывали на неё. Наконец, откуда-то из глубины зала послышалось тихое: — Лестрейндж!       Затем один за одним люди подхватывали это и гул становился все громче и громче, пока не наполнил весь зал. Толпа кричала и скандировала, создавая атмосферу полной покорности и решимости, что заставило Литу вздохнуть полной грудью.

Министерство магии. Лондон. 14:48

Рабочий день был в самом разгаре. Ридженс-стрит гудела все сильнее от увеличивающегося потока машин, поднимающих на уровень домов клубы городской пыли. Гранитные дома, карнизы которых были украшены простыми узорами, отражали солнечные лучи и создавали на чистом, голубом небе легкий засвет. Из под земли послышалось медленное торможение поезда в перемешку с нотками джаза и из под белой круглой таблички Underground хлынул поток людей. Огромный заслон из серых,белых и бежевых шляп, под которыми, наверное, можно было бы укрыться даже от ливня. Одинаковые плащи и длинные юбки-карандаши, пиджаки, каблуки и женские перчатки в сеточку. Казалось бы, в этой массе невозможно углядеть кого-то конкретного. Однако же каждый здесь выделялся какими-то мелкими штрихами и деталями. Вот мимо небольшого ресторана проноситься лондонское такси, поднимая брызги воды, оставшейся после утреннего дождя. Людей становиться все больше и больше. Они идут сплошным потоком, обсуждая что-то свое и вечно торопятся. Торопятся и торопятся - кто-то в паб, кто-то на смену, а кто-то просто торопиться охватить своим сознанием каждый угол этой улицы. В луже одиноко лежит одна из утренних газет, которые мальчик на углу так старательно раздаёт. Солнце теперь освещает самый центр дороги и как прожектор обращает внимание на свеже-покрашенную будку, в которой какой-то джентельмен ведёт непринужденную беседу опершись на свой зонт. На станции Oxford Circus с поезда по линии Central Line вышел молодой человек в чёрной шляпе. Он поднялся на поверхность и, остановившись, окинул взглядом всю улицу. Мужчина слегка улыбнулся, поправил шляпу и подался вперёд достаточно ритмичным шагом. Он пронёсся мимо пары кабаков, не поведя даже носом на запах жареной рыбы, мимо нескольких ломбардов, подхватил у мальчика на углу газету и, аккуратно свернув ее, спрятал к себе в дипломат. Посмотрев на часы, мужчина ускорил шаг и вскоре завернул в здание транспортного управления. В здании находилось несколько кассовых стоек, где люди могли приобрести транспортные карты. Мужчина махнул рукой девушке, стоящей за последней стойкой, и поспешил туда. - Доброе утро, мистер Каррингтон, - девушка улыбнулась. - Доброе утро, Джанет, - молодой человек снял шляпу и улыбнулся девушке в ответ. - Может, пропустите так? - Простите, я бы с радостью, но вы сами знаете, протокол. - Точно-точно. В таком случае один момент, - он залез в боковой карман своего дипломата и достал от туда заламинированное удостоверение. - Спасибо, мистер Каррингтон. Ваш лифт находиться прямо по коридору. Самый крайний, - она опять улыбнулась, но в этот раз ещё сильнее. - Спасибо, Джанет. Молодой человек уверенной походкой направился к указанному месту. Встречающиеся по дороге служащие отдавали почтение легким поклоном, что, разумеется, грело его самолюбие. У лифта никого не было. Все офисные пчелки давно карпели над бумагами по своим местам, но, как говориться, «Начальник не опаздывает, он задерживается». Он зашёл в лифт и нажал на кнопку обратной стороной зонта. Повернулся к зеркалу, поправил челку, воротник, и как только лифт звякнул, оповещая о своём прибытие к месту, молодой человек пафосно развернулся лицом и натянул уж очень широкую улыбку. Двери открылись, в помещение его уже ждали. Джентельмен показательно снял шляпу, как бы отдавая почтение всем попадающимся на глаза работникам министерства. На встречу ему уже спешила на не слишком высоких каблуках миниатюрная дама, но не успела она сказать даже банальное здравствуйте, как ей в руки сразу полетело сначала пальто, потом шляпа, а после и зонт. Вся эта одежда лежала горкой на руках девушки, закрывая ее лицо. - И вам доброе утро, сэр, - девушка выдохнула, но мужчина не обратил внимания. - Вы уже ознакомились с повесткой дня? - Да-да... все это успеется. Все необходимые документы уже у меня на столе? - Разумеется, сэр. - Вот и прекрасно. Все это время они оба шли вдоль недлинного коридора, то и дело обращая на себя внимание проходящих мимо, а иногда и вызывая на их лицах комическую улыбку. - Я все-таки считаю, что вам необходимо прямо сейчас внести в свой план корректировки. Министр безопастности требует вашего внимания. - Энтони? Боже правый, что ему опять стукнуло в голову. - Не имею ни малейшего понятия, сэр. - В таком случаие, узнай удовлетворительное для него время и пригласи ко мне... ты записываешь? Девушка, головы которой не было видно за кучей одежды сейчас шла, сильно перекосив голову в бок, и пыталась что-то записывать на бегу. - Сэр, боюсь, что министр настоял на встрече на нейтральной территории. - Неужели опять этот его паб под Дауннинг стрит? Боги, опять слушать этот смрад из элитного алкоголя, мужского пота и магловской политики... сколько раз говорил ему об этом! - Мне так и передать? - Разумеется нет! Боже, всему нужно вас учить. Зайди к нему и передай что я с радостью с ним встречусь в назначенное время. Да, только для начала зайди в типографию и забери пачку новых документов, отправь пачку писем, зайди к министру образования и договорись о встрече, время сам выбирает пусть и-и-и... да, точно, отправь письмо на Даннинг стрит и в Букенгемский дворец. Предложи им совместную встречу в ближайшее время. Не дави на них, но предпочтительно во вторник.... Ты все записала? - Да сэр. Но... - Ах да, и забери мой костюм из химчистки. Спасибо, - протянул он и хлопнул дверью перед лицом девушки. - Доброе утро, сэр, - по другую сторону двери открывался просторный зал круглой формы. В углу перед высокой резной дверью, за которой находился кабинет министра, расположился аккуратный столик, где сидел молодой человек. - Тони, я же просил... - Да, точно. Доброе утро, Бэн. - Так-то лучше. Парень усмехнулся и встал с места чтобы пожать руку старому другу. - Приготовить чаю, кофе? - поинтересовался он. - Не к чему, я успел перехватить чашечку ароматного чая в той таверне в Кэмдене. Как же она называется... - Бергамот, - подхватил парень. - Точно! - оба молодых человека на секунду рассмеялись, а после повисла пауза. - Ладно, думаю, что мне пора приступить к делам. Бен широко раскрыл двери своего кабинета и вошёл внутрь. Тони уже сел и приготовился заняться своей бумажно работой, как вдруг: - Тони, а что там с нашим дорогим другом? - Можно уточнить? - Со Скамандером, Тони, с кем же ещё, - Бэн утомленно выдохнул. - Ты послал ему письмо как я просил? - Да, разумеется... Это молчание не понравилось Бену и он выглянул из своего кабинета. - Сколько мы отправили ему писем? В общей сложности? - Сэр, я... - парень явно начал нервничать. - Тони, - проговорил Бэн настойчивее. - Сколько? - Сто сорок три письма. Бен слегка выпучил глаза, и медленно взглотнул. - И на сколько пришёл ответ? - Ни на одно. В помещении стало непривычно тихо. В воздухе ощущалась неловкость. - Что же... А нам по крайней мере известно, где он? - Боюсь что в данный момент нет. Последнее письмо было отправлено на адрес проживания некого Якоба Ковальски, во Франции. Бенджамин на секунду остановился молча, немного задумался и продолжил. - Что же, держи меня в курсе событий, - он выдохнул и вернулся к себе в кабинет. - Бен, хоть убейте, но не понимаю... любого друго сотрудника вы бы давно послали в зашей, но я каждый день, раз за разом отправляю письмо этому Скамандеру и он все ещё числится в рядах наших работников. - Начнём с того, что на данный момент Ньют находится в оплачиваемом отпуске, хотя это и не отменяет того факта, что он обязан отчитываться о своих передвижениях хотя бы раз в месяц. Но на самом деле, я очень обязан этому малому. - Могу поинтересоваться, чем? - Ох, Тони! - Бенджамин рассмеялся и положил руку на плечо друга. - Это слишком долгая история. Быть может, я расскажу тебе за чашечкой чая в Бергамоте, но случится это точно не так и не сейчас. После этого Бен вернулся к себе в кабинет и с грохотом закрыл за собой двери, а Тони вновь принялся за свою бумажную валакиту.

Дом Якоба, 19:42

На улице постепенно темнело. Солнце медленно опускалось за горизонт, подсвечивая своими лучами и без того нежно-розовые облака. Уже зажглись огни на Эйфелевой башне, отголоски которых можно было разглядеть из любого уголка Парижа. За окном стал слышен шум включившихся разбрызгивателей в саду. Казалось, что природа делает последний глубокий вздох и готовится к отдыху после тяжелого дня. В доме Якоба все тоже постепенно засыпало. Все жильцы попрятались по своим комнатам. Свет в доме почти везде погас. Каждый был занят своими делами, каждому было о чем подумать после сегодняшнего дня. Хотя почему только после сегодняшнего? За весь прошедший год произошло столько событий, способных перевернуть мир обычного магла с ног на голову, что почвы для размышлений накопилось на несколько лет вперед. Куинни сидела на терасе, листая страницы какой-то старой книги. Якоб говорил с садовником по поводу водных роз. Тина лежала в своей комнате, раскинувшись на кровати и упершись взглядом в потолок, думая о чем-то своем. О чем-то настолько трогающим ее сознание, что из уголков глаз несознательно текли слезы. Ньют сидел в своей комнате, внимательно изучая найденную сегодня книгу, по соседству со свернувшейся в зеленый комочек на столе личуркой, которая еле слышно сопела. Ну а Тейлор… он уже несколько часов бродил по своей небольшой комнате из стороны в сторону, упираясь то в белый письменный стол, то в кедровую дверь с элегантной стеклянной полоской по центру. Внезапно парень остановился, наморщил лоб будто пытался что-то вспомнить… а может и вовсе наоборот, забыть. Он растеряно вскинул голову к потолку и цикнул что-то себе под нос настолько тихо, что было не разобрать. Тейлор кинул взгляд на картину Моны Лизы, висевшую над кроватью, и снова рухнул на кровать. - Боже… - тихо выдохнул он и залез рукой под подушку. - Маглы говорят с тобой, просят о сострадании, милосердии. Да, скорее всего ты - лишь плод их воображения, или скорее даже образ, возникший из бочонка Эля много-много лет назад, - он усмехнулся, как бы оценив собственную шутку. - Но они верят в это, а вера, как известно, надежный спутник надежды. Но в кого же верить нам: всесильным и всезнающим магам? - он опустил глаза на мятую, немного пожелтевшую с годами фотографию и провел по ней указательным пальцем. - На что нам надеятся? Уголки фотографии слегка обгорели. Четко были видны белые линии сгиба. Само изображение немного пожелтело, но все же на нем отчетливо можно было разглядеть двух человек. Это была молодая девушка, лет двадцати пяти, в белом сарафане. Напротив нее стоял Тейлор и с задорной улыбкой держался за живот девушки. Да, в это сложно было поверить, ведь нынешний он совсем не был похож на парня с фотографии. Что-то будто пропало в нем самом. Как будто потухло… - Глубокие мысли. Признаюсь, не ожидал услышать такое от вас, - Тейлор мгновенно встрепенулся и убрал фотографию на свое место, после чего одарил названного гостя холодным, но уважительным взглядом. - И вам добрый вечер, господин Стеван. - Надо же, даже без ехидства? Без шуток? Вот так просто добрый вечер. - Не то настроение, сэр, - он намеренно сделал акцент на последнем слове. - Могу узнать, что с ним? - Что вы хотели? - усмехнулся Тейлор и наконец повернулся к собеседнику лицом. - Полюбопытствовать. Я видел как вы встретились с Мисье Жиромом, там, в министерстве, - начал Стеван. - Неужели и это теперь считается неприемлемым? - фыркнул Тейлор. - Нет, совсем нет. Просто мне стало интересно, откуда вы знаете друг друга. Знаете ли, мисье очень важный человек и далеко ни с каждым обнимается при встрече. - Мы просто старые друзья, однажды вляпавшиеся в общую историю, - снова усмехнулся Тейлор, но усмешка эта казалась равной всхлипу. - В какую историю? - продолжил упорствовать Степан. - Очень долгую и не очень интересную, - Тейлор, наконец, встал с кровати и подошёл к окну. - Что же, - Стеван достал волшебную палочку и притянул заклинанием к себе кресло из-за письменного стола, после чего аккуратно присел на него положив ногу на ногу. - Я бы с удовольствием послушал. Тейлор обернулся и пристально посмотрел на него. - Вы правда думаете, что я вдруг, ни с того ни с сего, учитывая мое отношение к вам, сейчас сяду и начну изливать вам душу? Вам не кажется, что это совсем немного глупо? - рассмеялся Тейлор и снова отвернулся к окну. - Возможно. Но сейчас я вижу перед собой человека, которому необходимо выговориться кому-то. Кому-то, осуждение которого будет ему безразлично, как и мнение. Вам не кажется, что незнакомец для этого будет как нельзя кстати? Тейлор немного потоптался на месте, пару раз выругался на самого себя в мыслях и вернулся к Стевану. - Около двенадцати лет назад, когда приехал сюда из Лондона, я был мальчишкой, который только-только вырвался из под родительского крыла и ощутил запах свободы. Думаю, вы не хуже меня знаете, как он пьянит голову, особенно неразумному мальчишке, - он посмеялся про себя и продолжил. - Я прибыл в Париж без гроша за душой, наивно думая, что этот город упадет к моим ногам, - Тейлор остановился и обернулся на Стевана, который начал безудержно смеяться. - Да, я тоже периодически посмеиваюсь над собой, но я был мальчишкой, только закончившим Хогвартс. С отличием между прочем. - Понимаю. Отличная учеба создает много иллюзии. - Верно. Собственно, не трудно догадаться, что же было со мной дальше. - Подождите-подождите. Дайте, угадаю. Воровство? - посмеялся Стеван. - Почти. Я стал подмастерьем уличного фокусника. Унизительно ли это было? Конечно. Но какой у меня был выбор? Вернуться к родителям с грустными глазами? Нет. Моя мальчишеская гордость не позволила бы мне этого. И в один день мы со стариком как обычно обкрадывали простых людей недалеко от Мулен Руж. - И вас заметил Жиром. Ну конечно же. - Все верно. Пока старик обыгрывал очередного «клиента» я колдовал над следующей колодой карт. Иллюзии, знаете ли. - Разумеется. - Когда все маглы разошлись, он подошел к моему хозяину и что-то шепнул. Он так и не рассказал мне, что именно тогда сказал, но старик тут же отдал меня ему в руки. Жиром посмотрел на меня, вытащил из кармана яблоко и протянул его мне: "Ты можешь схватить его и убежать прочь, закончив жизнь как он," он указал пальцем на нервно собирающего вещи старика: "Или ты можешь заработать его честно, и быть как я. Выбор за тобой." - И, разумеется, вы выбрали второе, - продолжил Стеван. - Именно так. Он отдал меня в академию при вашем министерстве. Местечко, скажу я вам, хуже магловской армии. Но по окончанию меня сразу взяли в основной состав мракоборцев,а спустя два года я уже занимал ваш пост. А Жиром с тех пор был и остается моим верным товарищем. - Подождите, вы были министром безопастности? - Стеван очень сильно встрепенулся. - Очень странно, что для вас это новость, - рассмеялся Тейлор, на секунду задержав взгляд на Стевене. - Что же, полагаю, это не конец истории. - А вы догадливы, - усмехнулся Тейлор, и в голосе его стало ощущаться чуть больше теплоты. - Однажды, на новогодний прием Жиром пришел под руку с очень милой и красивой девушкой... - Я так и знал! - чуть ли не закричал Стеван. - Что? - Я знал что тут замешана девушка! - с каким-то детским задорством в голове произнес он. - Cherchez la femme, mon ami, - поддержал его Тейлор и продолжил. - Она была в простом синем платье, с распущенными рыжими волосами и явно чувствовала себя не в своей тарелке на том приеме. - Как и ты, верно? - поинтересовался Стеван, переводя разговор на более личный уровень. - Абсолютно… И знаешь, я как будто услышал этот «дзинь» где-то внутри. - И кем же была та таинственная незнакомка? - поинтересовался Стеван. - Ее звали Лиса. Это была сестрой Жирома. - Подожди, но ведь она… - Тейлор резко обернулся на Стевана, как бы прося дослушать до конца. - Не думаю, что стоит вдаваться в подробности нашего конфетно-букетного периода. Достаточно лишь сказать, что спустя год мы обвенчались и переехали в новый дом, скрытый от магловских глаз. Позднее мы узнали, что эту семью ждет пополнение, - его голос чуть дрогнул, но виду Тейлор не подал. Стеван подскочил с кресла и положил руку ему на плечо - Продолжай. - Как ты помнишь, Жиром не чистокровный волшебник. Его отец магл, а потому не все дети унаследовали магический дар. - Она была маглом, верно? - Стеван снова немного отстранился, как бы давая Тейлору свободное пространство. - Именно так. Но Лиса не становилась от этого хуже. Наоборот, в ней было нечто, чего я никогда не смогу понять. - Например? - Чистая вера, надежда… Всего не перечесть, - Тейлор опять сделал паузу и глубокий вдох. - Но, по видимому, кто-то из министерства был сильно недоволен магловской кровью среди нас… В один вечер, меня внезапно вызвали в главное здание. Было поздно, я мало что соображал и рванул туда со всех ног, но в министерстве никого не было. Знаешь, я уже в тот момент почувствовал... почувствовал, что что-то произошло... Стеван подошел к Тейлору и вновь положил руку ему на плечо. - Ты не виноват в этом. Есть вещи, которые мы не в силах предотвратить. Тейлор молчал и упорно смотрел в окно, где уже стемнело окончательно. Тусклого света ночной свечи на столе едва хватало на то, чтобы осветить лицо самого Тейлора. - После этого я подал в отставку и пустился на поиски того монстра, но так его и не нашел. Я так и не смог отомстить за нее… - А ты думаешь, месть помогла бы? - Что? - Месть, это то, что всегда живет в нашем сознании с иллюзией потребности. Нам кажется, что отомстив, мы сможет успокоить себя, но это очень глубокое заблужение. Месть и чувство вины - это те вещи, которые не дают нам идти вперед. Жизнь не останавливается и ей плевать, что там у тебя за беда. Нужно уметь отпускать и, главное, прощать себя. Тейлор внимательно смотрел на Стевана, а тот на него, и губы Тейлора медленно разошлись в легкой теплой улыбке, полной благодарности и одобрения. Они оба стояли и молча смотрели друг на друга. Вокруг было тихо, на столе догорала свеча. Внезапно в окне начало резко темнеть. Темнеть как будто окна кто-то постепенно укрывает черной марлей. Свечка на столе потухла сама собой, как и весь оставшийся свет в доме. - Что за... - встрепенулся Тейлор и переглянулся со Стеваном. Оба они выскочили в небольшой зал на втором этаже. Во всех окнах вокруг постепенно темнело, кроме одного. Тейлор вышел вперед, осторожно приближаясь к этому окну. Вглядевшись внимательнее, Тейлор заметил, что на сосне перед окном сидит ворона. Она водила головой со своими красными глазами и следила за каждым движением Тейлора. Парень подошел ближе, пытаясь вглядеться еще внимательнее. - Берегись! - закричал Стеван, сшибав Тейлора с ног и повалив на диван. В эту же секунду раздался звук бьющегося стекла. На ковре среди осколков лежал небольшой булыжник. Стеван еще не успел поднять на ноги ошарашенного Тейлора, как на звук разбитого стекла из комнаты выскочила Куинни. За ней в гостиную вбежал напуганный Ньют, а после снизу премчались и Тина с Якобом. Все собрались вокруг разбитого стекла, шокированные происходящим. - Я в порядке, спасибо! - фыркнул Тейлор, стоящий немного в стороне, опираясь на Стевана. Но на него почти никто не обратил внимания. На подоконнике разбитого окна сидела все та же ворона и смотрела на всех собравшихся. В ее кроваво-красных глазах отражалось лицо Ньюта. Парень попытался подойти чуть ближе, но ворона тут же каркнула и улетела. - Ньют… - обеспокоенно одернула его Тина и указала на осколки, в фрагментах которых четко отражалась жуткая птица. - Ничего себе… - в полуобморочном состоянии проговорил Яков. Ньют медленно опустился на корточки и осторожно взял булыжник, лежавший среди осколков. Внутри него была вложена маленькая записка… - "Не мешайтесь" - тихо прочел Ньют и на секунду остановился, ощутив, как ветер уходит из этой комнаты… - Черт! - подскочил он и ломанулся в свою комнату, попутно достав волшебную палочку. Он наскоро распахнул дверь и увидел как кто-то в черном плаще и капюшоне осторожно подбирается к книге, которую, Ньют оставил на столе. - Остолбеней! - тут же крикнул Скамандер, но промахнулся. Человек в черном пальто тут же трансгрессировал из комнаты. Ньют мгновенно подскочил к окну и увидел, как темная фигура посмотрела на него и исчезла, пройдя сквозь стоящую напротив дома ель.