Do I Wanna Know

— Лорен… Лорен, проснись. Я почувствовала, как кто-то меня слегка потряс. Сонно потирая глаза, я медленно их открыла и увидела Софи. — Мне нужно в школу, ты должна отвезти меня, — объяснила девочка. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и ответить. — Хорошо, я сейчас спущусь вниз, — сказала я и проводила взглядом Софи, выходящую из спальни. Глубоко вздохнув и последний раз зевнув, я потянулась на кровати. Ночные размышления отняли много времени у сна, но я так и не решила, стоит ли мне остаться в Майами. Все мое естество в один голос с сердцем твердили мне остаться, но тупой и упрямый мозг каждый раз вставлял свои замечания с весомыми аргументами по поводу того, что мне стоило продолжить работать. Я была на пике своей карьеры, и перерыв сейчас мог быть самым тупым решением, которое я когда-либо делала. Никто не останавливается на вершине карьеры, это было бы безумством, верно? Вспоминая вчерашние события, я скептически подумала: что, если у меня завтра что-нибудь диагностируют? Смогла бы я тогда сказать, что прожила счастливую и полноценную жизнь? В глубине души я знала, что не была счастлива долгое время, пока Камила не появилась на моем концерте. После этого мой мир перевернулся с ног на голову, но кареглазая девушка наполнила мою жизнь светом. Неважно, как сложны и запутаны были наши отношения прежде, я не могла отрицать, что именно Камила сделала меня счастливее, чем кто-либо еще. И с такими мыслями я пришла к окончательному решению. Встав с кровати, я надела повседневную одежду и немного накрасилась, чтобы подвезти Софи до школы. Найдя подростка на кухне, я заметила, что на ней были мои вещи. И я, конечно, не возражала, ведь прошлой ночью сказала ей брать все, что она пожелает, из моего шкафа. Девочка выглядела потрясающе. К несчастью, в холодильнике было все так же пусто, но я сказала ей, что мы захватим что-нибудь перекусить по дороге. — Уверена, что хочешь в школу? Я думаю, твои учителя поймут, если ты захочешь остаться в больнице, — мягко спросила я, пока мы садились в машину. — Нет, у меня сегодня большой тест, я к нему готовилась всю неделю и не хочу пропустить. И кроме того, я не против отвлечься, — ответила Софи, на что я кивнула. — Ты кажешься очень… собранной. Более хладнокровной, чем Камила вчера, — отметила я. — Я вроде как предвидела, что так будет, — призналась девочка, заставив меня удивленно на нее посмотреть. — Моя мама в последнее время потеряла вес, и я несколько раз замечала, как она принимала разные виды лекарств. И как я сказала раньше, мне нравится анализировать людей; она больше не делала долгосрочных планов, как, например, каникулы с друзьями. Она старалась ценить каждое мгновение и каждого человека… Я не знаю. Мне кажется, подсознательно я была готова к этому. Зрелость в ее словах была удивительна, и я аккуратно положила руку на ее колено, чтобы поддержать. — Как думаешь, Камила справится с этим? — осторожно спросила я. — Она будет в стадии отрицания, — сразу же отозвалась Софи. — И она нагрузит себя, чтобы не думать об этом. Это такой ее защитный механизм… как у тебя, — добавила она, заставив меня в недоверии покачать головой, настолько понимающей и умной она была. — Можешь ли ты… к примеру, выйти из машины на пару секунд, чтобы все увидели, как ты меня подвезла? — теперь более застенчиво спросила девочка, когда я припарковалась напротив ее школы. — Ты даже не представляешь, что это сделает для моей популярности! Без лишних слов я вышла из машины и, пройдя к ее стороне, притянула в крепкие объятия. Тут же я могла почувствовать, как остальные школьники посмотрели на нас, и некоторые даже выкрикнули мое имя. Отстранившись, я сняла шапочку, которая была на мне, и надела ее на голову Софи. — Теперь ты выглядишь идеально, — ухмыльнулась я, видя, как ее глаза заискрились в восхищении. — Увидимся позже. — Пока, — выдохнула девочка. Проконтролировав, как она дошла до здания, я села в машину и быстро уехала. Будучи погруженной в свои мысли, я даже не заметила, как доехала до больницы. Пока вытаскивала iPad, я все-таки приняла окончательное решение остаться в Майами и отдохнуть. Я отправила моему менеджеру письмо и постаралась уладить все незаконченные дела. Часть меня сожалела о сорванных датах тура, но также я знала, что фанаты поняли бы меня, если бы знали правду. Конечно, я не могла сказать им, что мама Камилы умирала, но определенно будет официальное заявление, в котором я удостоверю всех, что у меня не было другого выбора, кроме как отменить концерты. Я сидела в машине, строчила кучу писем, разговаривала с множеством людей и была очень удивлена тому, насколько все это было легко. В течение десяти лет я делала все, что хотел лейбл и менеджмент, а сейчас, когда я твердо решила остановиться, они все запросто согласились. И определенно они боялись того, что я бы просто вышла из себя или выкинула бы что-нибудь, тем более я была хорошим источником дохода. Я провела почти два часа в машине, даже не осознавая этого. Наконец выбравшись из автомобиля, я слегка потянулась, все еще не в состоянии поверить в то, что я действительно могла остаться в городе насколько хотела. Это было словно возвращением домой после десятилетней школьной поездки. Но моя радость была омрачена воспоминанием об истинной цели. Глубоко вздохнув, я шагнула в больницу и прошла к палате, где должна была быть мама Камилы. Завернув в коридор, я увидела саму Камилу, сидящую снаружи в кресле и сосредоточенно смотрящую в телефон. — Хей, — мягко поздоровалась я, подойдя в девушки и встретив ее удивленный взгляд. — Я просто хотела… сказать, что подвезла Софи в школу. Это была не вся правда, но и не ложь. Я хотела видеть ее, точка. — Я знаю, — сказала она и опять уткнулась в телефон. — Она уже прислала мне с десяток сообщений, потому что все в школе сошли с ума от того, что ты ее подбросила. — Ох, — просто ответила я и почувствовала себя глупо, не имея лучшего предлога остаться. Хотя действительно ли мне нужна была причина? — Еще раз спасибо тебе… за все, — в этот раз более мягко сказала Камила, сняв напряжение. — Без проблем. Как ты тут держишься? — осторожно спросила я и села на кресло рядом с ней. Она выглядела очень уставшей и изможденной. Ее глаза были опухшими и немного покрасневшими. Сердце щемило от страдающего вида той, которую я так сильно любила. Хотелось взять ее за руку или обнять, сделать хоть что-нибудь, чтобы уменьшить ее боль. Но больше я была не вправе делать это, поэтому приложила все усилия, чтобы стать ей только другом и ничем больше. — Я не спала всю ночь, потому что пытаюсь созвать свою семью сюда со всей страны и даже из Мексики и Кубы. Бронирование самолетов занимает невероятно много времени, поэтому я еще не разобралась с гостиницами, — вздохнула девушка. — Зачем тебе гостиницы? Они могут остановиться у меня, — без колебаний предложила я. — Нет, Лорен. Ты уже и так много сделала, я не могу продолжать принимать твою помощь. — Почему ты такая упрямая? Мой дом пустой и достаточно большой, чтобы вместить всю твою семью. Это совсем не обременит меня, — рассудила я. — Я не могу, окей? — более отчаянно ответила девушка. — Ты не можешь продолжать давать то, что мне нужно, когда я не могу дать тебе то, в чем ты нуждаешься… или хочешь. С последними словами ее голос стал мягче и искреннее. Я поняла, что девушка наконец осознала мои чувства к ней, в противном случае она бы не чувствовала вину за принятие моей помощи. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы подобрать правильные слова, потому что я знала, насколько непреклонной могла быть девушка. Вчера она предельно ясно выразилась, что не в состоянии понять, почему я все еще пыталась быть ее другом. Очевидно, что она чувствовала себя виноватой за произошедшее в Вегасе. Не только из-за Ханны, но и потому что она ранила меня и сейчас приняла тот факт, что у меня к ней были искренние чувства. — Единственное, чего я хочу сейчас, это помочь твоей семье любым способом, которым я могу, — правдиво сказала я, наконец ловя ее взгляд на себе. — Это не о нас… или обо мне, желающей что-то взамен. Твоя семья для меня как моя собственная. Я бы никогда не простила себя, если бы не была здесь для вас. Поэтому я отменила оставшуюся часть тура и решила остаться в городе на некоторое время. Глаза Камилы расширились, она уже хотела возразить, но мы были прерваны медсестрой, выходящей из палаты мамы девушки. — Вы можете зайти, — сообщила она, и Камила мгновенно поднялась. Я не знала, что мне делать, поэтому осталась в кресле, пока кареглазая девушка не сказала мне пойти с ней. Нервы накалились до предела, потому что у меня еще не было полноценного шанса поговорить с Сину. Я медленно вошла в комнату и увидела женщину, прямо сидящую на кровати. Она выглядела намного лучше, чем вчера. — Лорен, ven aquí [исп.: проходи сюда], — поздоровалась Сину, взмахом руки приглашая меня приблизиться. Я сделала, как мне сказали, и, подойдя ближе к кровати, наклонилась, чтобы приветственно поцеловать женщину в щеку. Она взяла меня за руку и с благодарностью и теплотой взглянула прямо в глаза. — Спасибо, что позаботилась о Софи прошлой ночью, — сказала она и перевела взгляд на Камилу, которая стояла с другой стороны кровати. — Теперь тебе стоит отвезти и эту упрямую домой, чтобы она смогла выспаться. Беспокойство в материнском голосе было очевидным, но Камила просто закатила глаза в несогласии и провела рукой сквозь свои светлые волосы. — Камила! — внезапно воскликнула Сину. — Где твое кольцо?! Внимание всех теперь было приковано к левой руке девушки, и мое сердце пропустило удар, когда я заметила отсутствие бриллиантового украшения на пальце. Камила замерла, выглядя опустошенной. Как я не заметила этого раньше? За секунду мой пульс участился, но кареглазая девушка продолжала молчать. — Ты не можешь сделать это. Ты не можешь обвинять в этом Ханну. Это было моим решением, она пыталась… — Это не из-за тебя, — Камила перебила маму, заставляя меня занервничать еще больше. — Были еще… другие причины, — добавила она, оставляя меня в надежде, что девушка говорила обо мне или нас. В палате повисла тишина, пока телефон Камилы не зазвонил, и извинившись, она вышла, оставив меня в шоке с ее мамой. Я не заметила, как та пристально посмотрела на меня, пока она аккуратно не потянула меня за руку, заставив сесть на край кровати. — Я могу быть больна, но не глупа, — сказала женщина, и я почувствовала очередной комок в горле. — Есть что-то, о чем я должна знать? Я не представляла, как ответить на такой вопрос, потому что все, что бы я сказала, было чистыми домыслами. Может у Ханны и Камилы было больше проблем, о которых никто из нас не знал. Шансы, что я была причиной их расставания, имели место, но я не хотела раньше времени надеяться на это. Воспоминания о произошедшем в Вегасе были все еще свежи. Тогда я понадеялась на что-то, но лишь выяснила, что она женится на ком-то. В этот раз я хотела быть более осторожной, хотя мое сердце безумно билось в груди. — Просто скажи мне это, — Сину внимательно посмотрела мне в глаза, — ты влюблена в мою дочь? — Да, — без капли сомнения ответила я, потому что уже устала врать людям и самой себе. Я уже призналась в этом Камиле, поэтому не видела ничего плохо в том, чтобы сказать это ее маме. Сину улыбнулась и слегка пожала мою руку, заставляя меня чувствовать невероятно уютно. — Это все, что мне нужно знать, — мягко ответила она, но у меня не было шанса сказать еще что-то, потому что Камила вернулась. — Все билеты на самолеты заказаны, поэтому мне осталось договориться о размещении, — сказала она, звуча как робот. Я вспомнила, что сегодня утром сказала Софи о том, что Камила будет в стадии отрицания. — Тебе не нужно больше ничего бронировать. Я уже сказала, они могут остановиться у меня. Я настаиваю, Сину, — я повернулась к женщине в надежде, что она поддержит это решение. — Тогда все улажено. Ты можешь ехать домой, Камила. Прими душ и выспись, без возражений. Камила изо всех сил пыталась убедить нас в том, что она могла остаться в больнице, но сдалась, видя наши объединенные усилия. Девушка издала глубокий вздох и подошла к матери, чтобы оставить ласковый поцелуй на лбу. Этот жест заставил мое сердце судорожно сжаться, потому что я почти забыла, насколько серьезной была ситуация. И я даже не знала полной картины: сколько еще Сину пробудет в больнице или сколько… ей осталось жить. Сама мысль об этом была очень болезненной, и я поняла, почему Камила отключила все эмоции. Я была готова к тому же. Мы обе покинули палату, и я предложила ее подвезти до дома. На этот раз она совсем не возражала, но и не сказала ни слова за весь путь от больницы до дома Кабелло. Я была не уверена в том, уставшей ли была девушка, ошеломленной или злой. Припарковавшись перед домом, я взглянула на нее и не могла удержаться от того, чтобы не обратить внимания на ее руку. Я все еще не могла осознать тот факт, что Камила больше не встречалась с Ханной. Или все-таки встречалась? Может, они просто взяли перерыв? — Ты действительно отменила оставшуюся часть тура? — внезапно спросила девушка. Я лишь просто кивнула в ответ. — Я понимаю, что ты хочешь помочь, но, честно говоря, ты не должна этого делать. У тебя есть другие обязательства, и я бы не расстроилась, — мягко добавила она. — Я занималась этим десять лет, и сейчас мне следует взять перерыв, в каком-то смысле. Кажется, все вокруг видят, что я несчастлива со своим текущим положением, даже Софи, — объяснила я. — Сейчас мне лучше сфокусироваться на других вещах, а не на карьере, потому что это дало мне столько всего, чего я хотела, но не того, в чем я нуждалась. Мне нужно немного времени, чтобы привыкнуть. И если я могу помочь твоей семье в процессе, это будет еще лучше. Выражение ее лица было сложно прочитать в последнее время. Я никогда не знала, что происходило за этими большими карими глазами. Это было ужасающе и пленительно одновременно. — Хочешь приехать завтра, чтобы мы смогли обсудить, кто останется у тебя дома? — удивив меня в очередной раз, спросила Камила, и мои губы растянулись в нежной улыбке. — Я не против, — ответила я. Девушка легко кивнула и выбралась из машины. Я проследила глазами, как та скрылась за входной дверью, и, глубоко вздохнув, попыталась успокоить себя. Ее присутствие все еще немного пугало меня, но я уже не могла дождаться этого чувства, когда вновь увижу ее завтра. Я провела остаток дня за работой. Это было прекрасным отвлечением от всего происходящего, но также я знала, что скоро моя жизнь кардинально изменится. Всегда все вращалось вокруг моей карьеры, и было пугающе понимать, что у меня больше этого не будет. Часть меня практически начала сожалеть о принятом решении, но затем я вспомнила о семье Кабелло и об их борьбе, поэтому немедленно почувствовала уверенность в своем выборе. На следующий день я очень нервничала из-за того, что мне предстояло увидеть Камилу, хотя, вероятно, я должна была быть готова к этому, раз она постепенно позволяла мне быть в ее жизни. Мы встретились в шесть часов и прошлись по каждому из ее родственников, которые должны были приехать завтра. Кареглазая девушка была очень собранной, не позволяя начинать каких бы то ни было посторонних разговоров. Она относилась ко мне как к партнеру по бизнесу, я, конечно, была огорчена этим, но скрывала свое разочарование. Мы просидели за большим столом уже несколько часов, принимая все необходимые меры предосторожности. Кто заберет их из аэропорта? Какую комнату каждый займет? Какие продукты нам нужно закупить? Листы нескончаемо исписывались, и я была поражена, насколько детально Камила подошла к вопросу. Она действительно очень изменилась, потому что даже я не была так дотошна. Мы закончили около девяти, и мой мозг готов был взорваться. Впервые за вечер Камила внимательно посмотрела на меня, сразу заставив занервничать, что тут же отразилось в виновато-загадочном выражении ее глаз. — Мне не помешало бы выпить, — сказала она, и мои глаза расширились в изумлении. — Мы должны напиться сегодня ночью. — Я не думаю, что это хорошая идея, — осторожно ответила я, на что она лишь закатила глаза. — Есть один небольшой клуб, который я посещала раньше, там никого не заботит, кто ты и что ты сделал, но у них играет замечательная музыка. Не эти раздражающие треки, как в остальных клубах, — девушка сделала более заманчивое предложение. Часть меня знала, что она лишь хотела утопить свое горе в алкоголе, но кем была я, чтобы судить ее за это? Возможно, ей нужна была одна такая ночь беззаботности и освобождения от тяжелых мыслей. Так незаметно мы переместились в такси и поехали в загадочное место, которое упомянула Камила. Снаружи здание выглядело облезлым и потертым, но я без сомнений последовала за девушкой. Она сразу же направилась к бару, а мне лишь оставалось удивляться количеству людей в таком тесном пространстве. Переполненный танцпол был набит разносторонней публикой. Большинство выглядело как студенты в рокерской и даже хипстерской одежде, и это действительно большим отличием от остальных элитных клубов Майами. Но мне уже нравилось здесь из-за этого самого различия. Никто даже не обратил внимания, что я была тут. Присоединившись к Камиле за баром, я взяла один из шотов, которые она уже успела заказать, и решила просто смириться с происходящим. Первая рюмка была самой сложной, но мы сразу выпили и второй шот. — Как ты узнала об этом месте? — спросила я, чтобы завязать хоть какой-нибудь разговор, потому что Камила казалась очень отстраненной. Определенно, она проходила через очень болезненную жизненную ситуацию, но я надеялась, что девушка со временем станет более открытой для меня. — Я приходила сюда, когда была в колледже, — ответила она и наконец перевела на меня взгляд. — Камила — тусовщица, — немного поддразнила я и в конце концов получила ее улыбку. — Ты даже не представляешь, — ухмыльнулась девушка, сильнее разжигая мой интерес. — Ох, правда? Я вся во внимании, — широко улыбнувшись, сказала я. Камила начала рассказывать разные истории со своего колледжа, и они не были настолько дикими, каким я их себе представляла, но тем не менее я наслаждалась настолько оживленной беседой. В ее глазах вновь появилась искра, и это было все, чего я желала. Очень внимательно слушая, я пыталась вставлять уместные шутливые замечания и комментарии, чем успешно добивалась ее смеха. Мое сердце трепетало каждый раз, как это происходило. И еще было очень заметно, насколько Камила напилась. Мне казалось, что совсем скоро девушка не смогла бы соображать. Я тоже была выпившей, но не так, как она. — Идем в туалет, — сказала Камила, а я лишь изогнула бровь, но последовала за ней, потому что она, не дожидаясь ответа, ушла. Дойдя до небольшой ванной комнаты, девушка посмотрела в зеркало и немного вздохнула. — Дай мне свою сумочку. Я хочу попробовать твою знаменитую красную помаду, — почти приказным тоном сказала она и соблазнительно улыбнулась. Вот как я могла сопротивляться этому? Я протянула ей сумочку, и она начала копаться в ней в поисках помады, но вытащила нечто иное. Это был небольшой пакетик, наполненный белым порошком. Я выпучила глаза, пока Камила внимательно смотрела на запрещенное вещество в ее руке. — Это не то, что ты можешь подумать, я клянусь! Я не носила эту сумку с твоего дня рождения и совсем забыла, что это вообще тут лежало, — попыталась объясниться я, но Камила продолжала разглядывать пакетик, и я ожидала, что она разозлится и не поверит мне. — Могу я попробовать это? — ЧТО? — воскликнула я в ответ на вопрос, который и не предполагала услышать. — Исключено! Это плохая идея, — быстро добавив, я тут же попыталась забрать пакетик, но она отстранилась. — Это было плохой идеей и на мой день рождения, но ты все равно сделала это, — парировала девушка. — Да, и я до сих пор жалею об этом. Пожалуйста, давай просто смоем его в унитаз, — теперь я практически умоляла ее. — Мне просто интересно. Множество людей пробовали это во время моей учебы в колледже, но я никогда. Кроме того, мне действительно нужно как-то отвлечься, — сказала кареглазая девушка. Мое сердце очень быстро забилось. Ночь явно принимала опасный поворот, и я не могла поверить в услышанное. — Не смотри на меня так потрясенно, Лорен. Я просто… хочу спастись от своих мыслей на одну ночь. Неужели это так сложно понять? — удручающе произнесла Камила. — Нет, я понимаю. Это… опасно, потому что может очень легко вызвать привыкание, — я постаралась отговорить ее еще раз, но она уже открыла пакетик и высыпала немного порошка на столик. Я провела рукой по волосам, пытаясь найти способ контролировать ситуацию, но теперь девушку уже было не остановить. И то количество, которое она высыпала, было слишком большим. — Ты умрешь, если вдохнешь все это, — сказала я, стараясь припугнуть ее. — Тогда почему бы тебе не помочь? Иначе уже двое из семьи Кабелло умрут в этом месяце. Мое сердце рухнуло вниз. От количества боли в таком простом и ужасающем предложении по спине пробежали мурашки. Я почувствовала себя невероятно беспомощной, потому что отчаянно хотела, чтобы девушке стало лучше, но не таким же способом. В смятении я потерла виски, но Камила уже наклонилась к столику, поэтому я мгновенно вмешалась, ведь у нее была бы передозировка из-за такого количества порошка. Качая головой, я достала одну из кредиток и сделала две очень узкие дорожки, надеясь, что девушка будет под наркотиком не больше часа. Я даже не могла смотреть на то, как она вдыхала этот вредный порошок, который я сама же ей дала. Прошло всего лишь несколько минут, а ее зрачки уже расширились, и взгляд затуманился. Никогда еще в жизни я не чувствовала такой вины, беспокоясь о девушке, пока смывала оставшуюся часть вещества, но она уже была в экстазе. Кто-то постучал в дверь, ведь мы занимали ванную комнату слишком долго, поэтому я вывела Камилу из помещения, прежде чем это стало подозрительным. Вернувшись в бар, она заказала еще выпить, и я была абсолютно не против, потому что мне срочно нужен был алкоголь. — Боже, я чувствую, что… у меня суперсила или что-то такое, — смеясь, сказала Камила, тем самым все еще заставляя меня волноваться. — Иисус, расслабься, Лорен. Это не первый раз, как кто-то пробует кокаин. Я кинула на нее быстрый взгляд и опрокинула в себя стакан текилы, который стоял передо мной. Теперь мое горло горело из-за прозрачной жидкости. Стакан Камилы все еще находился на стойке, и я просто ждала, когда она выпьет, чтобы мы могли заказать еще. Вместо этого она взяла дольку лимона, который подавался с алкоголем, и в очередной раз сделала кое-что неожиданное. Я почувствовала, как девушка выжала немного кислого сока на шею, слегка наклоняя мою голову другой рукой. Она делала то, о чем я думала? Камила положила лимон между моих красных губ и насыпала немного соли на шею. Я была полностью парализована и не могла поверить в происходящее. Следующее, что я чувствовала, это ее неприлично умелый и влажный язык очень медленно слизывал смесь сока и соли с моей шеи. Глаза автоматически прикрылись в блаженстве, и каждый миллиметр моей кожи начал гореть. После этого Камила выпила шот, и стоило мне открыть глаза, как она прижалась ближе и прикусила кусочек лимона, который по-прежнему был зажат между моих губ. Тело словно окутало пламя, когда девушка забрала часть фрукта из моего рта и обсосала его, прекрасно зная, что мои глаза неотрывно наблюдали за каждым ее движением. Засунув корочку от лимона в пустой стакан, она облизала свои пухлые влажные губы, прежде чем ухмыльнуться мне. Я словно находилась на другой планете и едва расслышала, что она говорила. — О Боже мой, я обожаю эту песню! — воскликнула Камила и быстро направилась к танцполу. [Arctic Monkeys — R U mine] Одно это тут же напомнило мне, что девушка была под кайфом. Она никогда не танцевала, тем более по собственному желанию. Но сейчас она трясла волосами и двигалась так, как я никогда раньше не видела. Камила пропевала каждое слово из песни. И это только усложняло попытки сконцентрироваться на чем-то ином, чем на понимании, насколько сексуальной была девушка. Оглушительный звук басов и гитары наполнял помещение, пока я в благоговении смотрела на Камилу. Ее руки поднимались в воздух или путались в волосах, иногда двигались вверх или вниз по телу, заставляя мою голову кружиться. Инстинктивно я схватилась за край барной стойки, на которую опиралась спиной все это время. Мне действительно нужно было держаться за что-нибудь, иначе я могла не удержаться и просто подойди, схватить ее и делать Бог знает что. Песня подходила к концу, когда Камила поймала мой взгляд на себе. Несколько секунд она пристально смотрела на меня, а затем стала медленно приближаться, заставляя мое сердце вырываться из груди. Становилось слишком жарко, но я не могла остановить себя. Мои инстинкты говорили мне просто переспать с ней, когда она остановилась передо мной. Камила сделала кое-что очень возбуждающее, и казалось, что я готова была потерять сознание от этого; ее руки опустились до шлевок [петли для ремня] на моих джинсах, и пальцами она зацепилась за них. Девушка быстро прижалась ко мне, наши губы оказались в нескольких миллиметрах друг от друга, и она продолжала петь. — And I can’t help myself, All I wanna hear her say is «Are you mine?» Well are you mine? («И я ничего не могу с собой поделать — Все, что я хочу от нее услышать, это «Ты моя?» Ну так, ты моя?») Я сильно закусывала губу, потому что безумно хотела ответить, даже если она просто пела песню, но также я знала, что Камила шептала эти слова напротив моих дрожащих губ не просто так. Ее такая похотливая сторона была самым захватывающим соблазном, с каким мне когда-либо приходилось встречаться, и с каждым словом из песни она заставляла все мое сопротивление и выдержку ломаться. Песня закончилась, и Камила немного отстранилась, только чтобы встретить голодный взгляд моих зеленых глаз. — Поехали к тебе, — прошептала она, а я сглотнула. Ее руки прошлись вверх по бокам и слегка сжали их, но я не могла ни на миллиметр сдвинуться. Я боялась, что сделав шаг, просто бы набросилась на нее. И все еще чувствовала себя виноватой, потому что девушка была под кайфом, хоть это и был ее выбор. Но я также знала, что происходящее сейчас было не только из-за наркотиков. Они должно быть расслабили ее, но в Вегасе она делала все без какого-либо постороннего влияния. Части меня уже претило прислушиваться к голосу разума. Если это опять закончится ошибкой, то мы обе будем виноваты в этом. Алкоголь в моем организме подтолкнул меня к окончательному решению, и я схватила Камилу за руку, чтобы вытянуть из клуба. Снаружи я вызвала такси, и после никто из нас не проронил ни слова. Но рука девушки медленно скользила вверх и вниз по моему бедру, что превратило эту поездку в самую долгую в моей жизни. Пока мы ехали до дома, я даже не понимала, что это должна была быть последняя ночь, прежде чем семья Камилы займет большинство комнат. И эта мысль тут же выветрилась у меня из головы, как только я открыла входную дверь и поднялась по лестнице на второй этаж вместе с кареглазой девушкой. Едва мы достигли спальни, губы Камилы обрушились на мои. Она немедленно начала расстегивать мои джинсы, и я не отставала, делая то же самое с ее брюками, поэтому очень скоро раздражающая одежда устилала пол. Все походило на борьбу, кто же должен быть сверху на этот раз, и я была решительно настроена занять эту позицию. Я хотела «реванш» за Вегас и поэтому практически толкнула ее на кровать. Камила посмотрела на меня со смесью возбуждения и удивления, вызывая мурашки по коже. Я не спеша опустилась на нее и раздвинула ее стройные бедра. Руками девушка потянулась ко мне, но я схватила их и, переплетя пальцы, прижала к матрасу. Теперь она попыталась поцеловать мои губы, и я немного отстранилась, слыша разочарованный вздох. Слегка усмехнувшись, я соединила наши губы, двигаясь медленно и чувственно, как я любила. Она же жаждала большего, но каждый раз, как Камила начинала агрессивнее целовать, я отстранялась, наслаждаясь властью, которую имела. Сев ровно, я отпустила ее руки и стянула с себя футболку. Камила тоже хотела приподняться, но я вновь толкнула ее обратно на спину. Было видно, что кареглазая девушка сгорала от желания, но мне нравилась каждая секунда такой пытки. Я медленно начала тереться своими бедрами об ее, практически даря так называемый приватный танец. В наслаждении Камила закрыла глаза и простонала в первый раз за эту ночь. Руки девушки крепко сжимали простыни, и я знала, что сейчас она намного более чувствительна к касаниям, и было очень сложно представить, какого ей, ведь я уже была готова взорваться. Только на секунду приподняв бедра, я быстро стянула ее трусы, откинула куда-то на пол к остальной одежде и, прежде чем продолжить движения, опустила руку вниз и медленно начала скользить между ее ног. — О Боже, — простонала девушка, на что я лишь улыбнулась, довольная собой. Она вся тряслась, будучи не в состоянии контролировать свою реакцию из-за моих пальцев, чуть сильнее надавливающих на ее чувствительный центр, и моих бедер, двигающихся на ней. — Лорен, я не могу, — дрожащим голосом предупредила она, потому что уже была близка к оргазму, но это было как раз то, чего я хотела. Поэтому я продолжила свои действия, пока ее бедра не дернулись вверх, и девушка не забилась в чистом экстазе. Я прижала ее обратно к матрасу, безумно возбуждаясь от такого страстного вида. Камила все еще задыхалась, когда я горячо поцеловала ее, начав расстегивать блузку. Совсем не дав ей времени восстановить силы, я медленно опустилась губами на шею, пока наконец не сняла с нее мешающую одежду и лифчик, открывая идеально сформированную грудь. Я была не так опытна, как Камила, когда дело доходило до удовлетворения женщины, но знала, что мне нравилось, и попыталась воспользоваться этим. В остальном же все было через метод проб и ошибок. Ее руки запутались в моих волосах, как только я коснулась губами обнаженного участка тела. Испытывая для себя новые ощущения, я аккуратно целовала ее грудь и была удивлена, насколько шелковистой казалась кожа под моими влажными губами. Я хотела большего, поэтому позволила своему языку нежно обвести сосок, прежде чем сомкнуть на нем губы. Камила не прекращала дрожать и мягко простонала в ответ. Подняв глаза, я встретила ее взгляд. Мне оставалось лишь только представлять, как должны были выглядеть мои глаза прямо сейчас, пока я в первый раз засасывала ее возбужденный сосок. Еще более громкий стон послужил подтверждением того, что я делала все правильно, и стоило повторить эти движения на другой груди. Опустившись ниже, я немного занервничала, ведь никогда не делала то, что собиралась, но мне очень хотелось принести ей удовольствие таким образом, и я начала с поцелуев на внутренней стороне бедер. Неспешно касаясь кожи, я чувствовала отчаянное желание девушки расслабиться, ведь уже долгое время дразнила ее. Мои губы беспрестанно засасывали кожу на бедре, пока я не дотянулась до самой интимной части ее тела. Оставив для начала несколько нежных поцелуев, я попыталась успокоить себя, но Камила взяла меня за руку и переплела пальцы. Тотчас же все напряжение спало с этим ласковым жестом, и я стала использовать свои губы и язык, чтобы довести девушку до грани. Буквально через пару минут она уже задыхалась, но я решила продолжить. Второй рукой Камила изначально поглаживала мои волосы, но вскоре это превратилось в отчаянную хватку. Вспоминая о своей свободной руке, я стала еще смелее и ввела в нее один палец, продолжая приносить удовольствие ртом. Камила практически вскрикнула в наслаждении, и каждый мускул ее тела начал сокращаться. Хоть я поняла, что девушка только что кончила во второй раз, не останавливаясь, добавила второй палец и ускорила движения. — Лорен! — очень хрипло застонала она. Было ощущение, что это я находилась под наркотиками. Видеть ее в таком количестве страсти и удовольствия уже вызывало привыкание, и я не могла удержаться, чтобы не дать ей еще один потрясающий оргазм, прежде чем наконец позволить девушке отдышаться. Оставляя череду мягких поцелуев на теле, я достигла губ и услышала глубокий вздох. Губы Камилы были самой божественной частью ее тела для меня. То идеальное чувство, которое я получала каждый раз, когда наши рты двигались в унисон, было ни с чем не сравнимо. Я позволила пальцам пройтись сквозь ее волосы и, опустившись полностью на нее, почувствовала тонкий слой пота на ее теле и лице. Она попыталась перевернуть меня на спину, чтобы, вероятно, отплатить тем же, но я мягко качнула головой. — Нет, продолжай целовать меня, — тихо сказала я и, возможно, раскрыла себя как романтичную натуру, которой была в душе, но я не хотела терять это потрясающее ощущение ее губ напротив моих. Вместо этого Камила сняла с меня оставшуюся одежду и просто опустила свою руку к пульсирующему месту между моих ног. Она целовала меня с такой преданностью и самоотдачей, что я потеряла голову даже прежде, чем она коснулась меня. Сочетание всех этих чувств мгновенно довело меня до оргазма. Это было нежно и осторожно, совсем не так, как с чего все началось, но еще мне нужно было что-то вроде уверенности, что это не было просто последствием использования наркотиков. И чувствуя столько нежности от нее, я понимала, что наркотики ни при чем. Мы продолжали целовать и очень мягко трогать друг друга, пока наши тела не замерли в усталости. Я сильнее прижалась к ней и просто хотела наслаждаться близостью столько, сколько могла, потому что знала, что случится утром. Это происходило столько раз раньше, так что я уже приготовила себя. Поэтому когда я медленно открыла глаза утром, то уставилась в потолок и глубоко вздохнула. Не имело смысла даже оборачиваться в поисках теплого тела рядом, потому что я знала, что его там не будет. — Доброе утро, — внезапно услышав нежный голос, я резко повернула голову и увидела Камилу, лежащую на боку на кровати и смотрящую на меня. — Ты здесь, — прошептала я, ведь была в искреннем недоумении и шоке, что девушка все еще находилась в моей постели. — Я здесь, — тепло улыбнувшись, мягко ответила она.