Теория относительности: сайд-стори

Профессор Бонфуа действительно готов приударить за любым прямоходящим, но его любимым объектом для издевательств остаётся — правильно — декан Кёркленд. Пока профессор Бонфуа был женат, он держал себя в узде, и весь его сумасшедший флирт сводился разве что к игривым разговорам да похабным литературным цитатам. Но в день своего развода Бонфуа пошёл в бар, подцепил там супружескую пару и провёл с ними жаркую ночь втроём. Утром он накормил их завтраком, отправил их домой, а потом сел за стол на кухне и разрыдался. В тот же день, когда он пришёл на работу, на столе в кабинете его ждали горелые булочки. К ним не прилагалось записки, и декан ворчал и огрызался на него, как обычно, но Франциск опознал эту несъедобную дрянь безошибочно. Булочки он, конечно, выкинул, но заботу оценил. В общем, они никогда не ладили, и это был единственный раз, когда Артур хоть как-то показал своё сочувствие, но Франциск об этом не забыл. И эти его регулярные попытки подкатить и распускание рук — не что иное, как некий... способ выразить благодарность за заботу. И хоть Бонфуа получает громадное удовольствие, доводя декана до ручки, он сомневается, что смог бы с ним переспать, даже если бы ему выпал шанс. Во-первых потому, что он почти на все сто уверен, что Артура не интересуют мужские причиндалы, во-вторых потому, что Артур больно уж похож на его бывшую жену характером. Декан Кёркленд... Гм. Он хочет, чтоб Бонфуа кастрировали. Всё.