Корзина отравленных яблок

      Жарко, слишком жарко для того, чтобы стоять под открытым чистым небом несколько часов. С начала июня солнце буквально обезумило, поливая градом жителей города неутихающей жарой. Для многих подобная погода смерти подобна, лишь единицы наслаждаются прогулками по нагретому асфальту. Но есть и те, кто безразличен к солнцу и окружающему миру, кто потерял свой собственный и не смотрит, не желает смотреть на жизнь других.       Евгений стоял среди своих и чужих родных, подле своей подруги и отмаливающего священника, будучи ни живым, ни мёртвым. Он смотрел прямо в закрытые глаза своей возлюбленной, которую он больше никогда не увидит, и лишь чёрно-белая фотография станет осколком воспоминаний о прожитых вместе с ней днях.        Священник уже заканчивал, но Евгений его не слушал. Он не слушал ни его, ни оплакивающих родственников, ни утешительных слов своей подруги. Единственное, куда был устремлён его слух, как и все его органы чувств, так это вниз, туда, где сейчас покоится его невеста. Не в землю – в сам загробный мир, будто пытаясь достичь её, он всматривался и вслушивался, надеясь на то, что пред ним явится отголосок её души. Но он не явился. Стоило священнику замолчать, как двое мужчин стали закапывать могилу, падающие куски земли вернули Евгения к реальной жизни, стоило им попасть под его взор.        Как только похороны закончились, семьи стали разъезжаться, не стерпев жару, только безутешный жених остался подле креста, не решаясь покинуть кладбище. У него было чувство, будто если он покинет это место, то и сама Настя покинет его сердце. Он боялся «потерять» её, не смотря на то, что уже потерял, окончательно и бесповоротно. – Женя, прошу, пойдём уже. – На его плечо нежно упала женская рука Лидии, подруги покойной и его соответственно. – Ты так испечёшься в конец, если останешься ещё хоть на несколько минут. Он не обернулся и не ответил. А обычно неловкие шутки Лидии вызывали на его лице улыбку. – Жень… Я тоже скорблю по ней, я тоже лишилась близкого человека, но… Я не могу вечно смотреть на неё, забыв о других. Потому что… оставшись с ней, я потеряю всех остальных… Евгений обернулся, и первым, что он увидел, были её голубые глаза, влажные и уставшие. Но живые. На мгновение сердце мужчины пропустило удар. – …Хорошо.       Сказав это, они вместе направились прочь от могилы Анастасии, так и не заметив незваного гостя, наблюдавшего за похоронами буквально одним глазом.       После подобного мероприятия Евгений был готов отправиться сразу к себе домой, он был слишком устал и измучен, но Лидия настояла на компании, аргументировав тем, что один в пустой квартире Женя может наделать глупостей или ещё больше замкнуться в себе. Посему они отправились «развеяться». – Самый лучший способ отдохнуть душевно – это душевные посиделки с друзьями. – Пояснила девушка, завлекая в самое тихое и по-своему комфортное заведение.       Евгению откровенно не нравилась данная затея. Его тянуло в свою квартиру, где его уже ждала бутылка спиртного на пару с фотографией любимой девушки. Он хотел забыться самым тривиальным, но самым эффективным, по его мнению, способом. Но в то же самое время… он не хотел уже ничего. Его желания и мечты сдуло подобно ветру в зимнюю пургу, в одно мгновение заморозив его душу. Сейчас он был больше похож на пустую оболочку прежнего себя, живую куклу, лишённого желаний. Он и сам это понимал. Возможно, именно по этой причине он и не стал возражать своей подруге. Поскольку… зачем?       Будучи в своего рода трансе мужчина даже не заметил, как он уже оказался в тихом заведении монохромного колорита и не богатом на постояльцев, сидел возле окна в кресле за столом напротив своей подруги, которая вовсю старалась завести с ним разговор на самые разнопородные темы с одним лишь желанием вернуть Женю в реальность. И он вернулся, но лишь тогда, когда молодой среброволосый официант принёс заказанные заранее девушкой блюда. – Прошу вас, наш фирменный обед. – Спокойно произнёс официант.       Евгений буквально подпрыгнул в кресле, стоило ему услышать стук посуды о деревянный стол. Звук ему показался столь громкий и даже пронзительный, что на секунду он подумал, что оглох. Голос же официанта в ушах мужчины вторился пугающим эхом. – Эм… Жень, ты в порядке? – Забеспокоилась Лидия. – Ты как-то… – Что?.. А, эм, просто я задумался на секунду, извини… – Более или менее убедительно и тихо сказал Женя, после чего он перевёл взгляд на подошедшего молодого человека.       За те несколько мгновений, пока официант стоял в безмолвии под пытливым взором клиента, Евгений заметил несколько странностей. Уже в одном его взгляде. Отрешённый, до ужаса спокойный, словно смотрящий ни сколько на тебя, сколько насквозь взгляд серых, почти белых глаз, кажущихся… мёртвыми. Женю продрала дрожь, холодный поток воздуха на мгновенье – всего на одно, но отчётливо запомнившееся мгновенье – прошёлся по его телу, входя внутрь через лёгкие. Точно такие же глаза он увидел в ней в день похорон… – Я понимаю, тебе трудно, Женя. – Внезапно напуганного Евгения вырвал из оков транса голос Лидии. – Но сейчас тебе нужно отдохнуть и меньше всего думать о плохом… – Ох… Да, ты права… – Что-нибудь ещё, господа? – Вдруг спросил официант. – Нет, спасибо, я много не ем. – С лёгкой улыбкой произнесла девушка. – А ты, Женя? Может, тебе что-нибудь из?.. – Нет, спасибо большое. – Довольно резко ответил Евгений, стараясь больше не смотреть на альбиноса, вставшего подле него. – Как вам будет угодно. – Безмятежно отозвался тот и направился в сторону другого постояльца.       Облик невесты парня испарился так же внезапно, как и явился несколько секунд назад. Взамен необъяснимого испуга вновь пришла скорбь, присела рядом с Женей и стала нашёптывать ему о былых счастливых временах, будто и не приходил никакой официант, чье имя он так и не разобрал на бейджике. Постепенно он просто перестал о нём думать, сослав необъяснимые видения на наваждение вследствие горя.       Боль в сердце заколотила с новой силой, и мужчина буквально набросился на еду. Лидия хотела это как-то прокомментировать, но затем решила лишь с грустной улыбкой наблюдать за быстро уминающего пищу безутешного друга, после чего сама приступила к трапезе, вновь совершая попытки завести беседу.       Спустя какое-то время её старания оправдались. Евгений стал всё чаще отвечать на её вопросы, вставлять свои комментария, а вскоре стал полноценным участником разговора. Постепенно ему становилось легче. Боль не прекращалась, но слова и голос подруги заставляли её стихать, они уносили её прочь, заставляя замолкать её крики, напоминающее парню о недавно произошедшем несчастье. Под конец его губы дрогнули, и Лидия с радостью в глазах увидела нечто, напоминающее былую улыбку. Но лицо его по-прежнему оставалось печальным. – Лида… спасибо тебе… – Вскоре произнёс он, накапливая силы сдержать слёзы. Та лишь с нежностью протянула ему свой платок и сказала: – Я всегда буду с тобой, что бы ни случилось. – Да… я очень тебе… – Беря из рук девушки платок, Женя хотел уже выразить свою признательность, как его перебил буквально взявшийся из ниоткуда официант. – Прошу прощения, что прерываю. – Евгений вновь содрогнулся, услышав его голос, настолько неожиданно тот появился. – Вам просили передать.       После этих слов он протянул вперёд сложенный вдвое листок бумаги. Лида взяла его, одновременно спрашивая: – Передать? А кто просил? – Девушка с того сто… – Начал альбинос, но запнулся, когда указал на пустующий столик в углу заведения. – Хм … видимо, уже ушла.       Затем он ушёл, ни проронив ни слова, как ни в чём не бывало. Лидия же, поглощённая любопытством, раскрыла лист и прочла… Лицо почти сразу побледнело, её глаза раскрылись в ужасе, а рот, казалось, уже был готов издать истошный вопль. – Лида?.. – Ах! Эм… наверное, официант ошибся, это явно не нам… – Волнительно объяснилась девушка, сворачивая листок, еле сдерживая свою дрожь. – А что там было напи?.. – Ничего!.. Совершенно ничего… важного… Пойду переспрошу официанта.       Лидия буквально выпрыгнула из-за стола и быстрым шагом направилась в сторону бара вместе с листком. Евгений провёл её взглядом, а затем устремил взор в окно.       За то время, что парень провёл со своей подругой, солнце успело спрятаться за облаками, ослабевая напор огня, ниспадающий на землю. Однако на дворе стояла всё та же жара, которую еле сбивал слабый ветер, отчего люди снаружи старались ступать в тени деревьев и домов, избегая солнечных лучей, подобно вампирам. Это касалось и подростков, попивающих определённо алкогольные напитки в банках на ступеньках около входа в подъезды, и старушек, сидящих на скамьях, с горестью наблюдающих за нынешней молодёжью, и мимо пробегающей девочки с воздушным шариков в руке, и…       На следующем силуэте Женя остолбенел. Он никак не ожидал того, что увидит облик этого человека в тени деревьев, так пристально смотревшего на безутешного парня. Это была она… её длинные тёмно-русые волосы, её тонкие черты лица, её белое платье, которым она хвасталась своему возлюбленному несколько дней назад, её глаза… Даже не смотря на то, что она стояла через дорогу от кафе, он видел эти мертвенно-бледные глаза, пробирающие до самых костей, словно те были прямо пред его собственными. Она протянула жалобно руку в его сторону, словно желая дотянуться до него и… – Ладно, Женя… нам пора уходить. – Стоило услышать голос Лиды, как призрак исчез. – Оу, вот как, хорошо… – Он снова посмотрел в окно, но там никого не было. – Эм… Лида. – Да? – Я только что… не важно, ты спросила официанта про эту записку? – Что?.. Ах, да, похоже, что он всё же ошибся. В любом случае, мы тут уже засиделись, так что предлагаю продолжить у меня дома. – Что? – А ты что думал? Что я оставлю тебя одного вместе с бутылкой? Думаешь, я не знаю, что ты в каморке у себя держишь пару-тройку… – Эмоционально начала Лида, стоило ей заговорить о закромах своего друга на чёрный день. – Понял-понял, только давай не об этом…       Когда они ушли, альбинос подошёл к стойке бара и сказал молодой девушке: – На сегодня я закончил, увидимся через пару дней. – Хорошо поработал сегодня. – С улыбкой отметила барменша. – Удачи сегодня вечером. – Благодарю. Он чуть поклонился и уже собирался уйти, но заметил, что девушка смотрит на него неестественно пристально и с улыбкой. – Что-то ещё? – Без тени удивления, страха или раздражения спросил официант. – Просто наблюдаю. Мне всегда интересно наблюдать за твоей работой.       Они приехали на машине Лидии к её дому спустя несколько минут. Всю дорогу никто из них не проронил ни слова, каждый думал о своём и не желал заводить разговор. Женю не покидали мысли о наваждениях, что тревожили его в кафе, силуэтах его почившей любимой и облике необычного официанта. Но только в дороге его разум успокоился, и теперь всё перечисленное казалось ему лишь галлюцинациями от раненного рассудка. Ему нужно успокоиться и придти в себя, в доме, где тепло и уютно, он сможет ненадолго найти покой. А пока он проведёт немного времени с Лидой, прикидывая в голове телефоны знакомых врачей и психологов, к которым он зайдёт на днях.       Войдя в дом, Лида тут же начала проявлять заботу своему гостю. Предоставить тапочки, расположить на диване в гостиной, включить любимый канал, зайти на кухню, чтобы приготовить немного кофе. Для парня эти действия плыли один за другим, ему оставалось лишь влиться в этот поток опеки, которую ему оказали. Он и в правду в своих глазах выглядел слабым и беспомощным. Но он был не против такого отношения, он знал, что больше всё равно никогда не почувствует родные ласки, так почему бы их не принять от чужих рук?       Устроившись на софе, он взял пульт и чуть увеличил звук телевизора, не сводя глаз с экрана. Это был канал, посвящённый рыбалке и охоте, а в это время шла передача, где показывали, как молодые рыбаки занимались своим любимым занятием на берегу реки, переговаривались, говорили на камеру разные вещи и прочее. Ненадолго это отвлекло Женю, он погрузился в просмотр, буквально отключив сознание, слушая, как общаются рыбаки с телевизора, которые будто обращались прямо к нему: «Теперь, когда мы посыпали приманку, нам остаётся только ждать. Кто бы что ни говорил, а рыба существо умное, так сразу не подплывёт. Но всё-таки любознательное и всегда голодное, а полакомиться свежей плотью всегда охотно. Как сейчас помню, как ловил карасей, приманив отрубленной рукой своего соседа. Во был улов, думал, сожрут по самый локоть, таких размеров они были…»       Услышав, что начал говорить рыбак в камеру, Женя буквально очнулся и, включив ещё громче, стал присматриваться и прислушиваться к происходящему в фильме. Дальнейшее его взбудоражило ещё сильнее. Оператор опустил камеру вниз и теперь на экране показывали ведро приманки, на которую сейчас ловил рыбак свой улов. Женя чуть не завопил – ведро было забито доверху отрубленными человеческими конечностями, ещё свежими, судя по цвету и тому, как из них лилась кровь. Испуганный зрелищем, Евгений моментально выключил телевизор. Пару секунд он просидел, молча, с выпученными глазами смотря в чёрный экран, стараясь отдышаться. – Женя, твой кофе… А ты чего телек выключил? Не интересно? Лидия внезапно вернулась с кухни с двумя чашками кофе, положила их на стол и уже собиралась включить телевизор. – Нет! – Вскочил Женя, отбирая у девушки пульт. – Давай… просто посидим… – Ну… ладно, если ты так хочешь… – Удивлённая поведением друга, Лида положила пульт обратно на стол и присела рядом на диван. – Женя… ты ещё не успокоился? – Прости… я просто… – Всё хорошо, я здесь. Ты, главное, не кори себя, хорошо? Это был несчастный случай, ничего нельзя было сделать.       Несчастный случай. Всего два слова вернули его обратно в ту тьму, которая его преследует до сих пор. Прошлой ночью он нашёл Анастасию в подвале, под лестницей. С вывернутой шеей. Её руки и ноги были переломаны, а её лицо… было обращено вверх, прямо к Евгению. Он видел её открытые глаза, серые, бесцветные, мёртвые…       Звук телефона. – Ой, извини, это мой, смс-ка от сестры, наверное… Ох! – Взяв в руки телефон и открыв сообщение, лицо Лиды снова преобразилось как тогда, когда ей передали записку в кафе. – Что там? Что там такое? – Нет, ничего. – Но ты так перепу… – Я сказала, что ничего! – Крикнула Лидия, убирая телефон, как только её друг приблизился. – Что с тобой, я просто…       Договорить ему помешал звонок. Это зазвонил телефон девушки. Повернув его к себе, она удивилась ещё сильнее, лицо снова приобрело белые краски, а по виску прошлась капля пота. Евгений успел увидеть имя и номер на экране. И они были хорошо ему известны. – Что?.. – Нет! – Крикнула Лида и кинула телефон на пол. Но, к несчастью для неё, она случайно нажала «принять звонок». – Лида… Лида… – Прозвучал с трубки монотонный голос. Голос Анастасии. – Настя! – Парень, не задумываясь, кинулся к сотовому, что девушка не смогла даже отреагировать. А приложив трубку к уху, он услышал следующее: – Зачем?.. Зачем ты это сделала? – Буквально по слогам произнёс голос почившей. – Зачем?.. Зачем?.. Зачем ты это сделала?       Женя стоял ошарашенный, испуганный, вспотевший от жары и страха, он стоял, слушал голос его мёртвой невесты и смотрел на Лидию. Та в свою очередь с таким же выражением лица смотрела на друга. Напуганная, дрожащая, она сидела с раскрытым ртом, вертя головой из стороны в сторону, не веря тому, что происходит. Он тоже не верил, но слушал дальше. – Нет… Нет… Лида… Он… мой… Он… мой… Он мой…       Будто услышав слова, прозвучавшие с той стороны, Лида моментально выхватила сотовый из рук Жени, кинула об пол и стала с чистой яростью топтать его ногой, крича: – Нет! Нет! Нет-нет-нет! Ты сдохла! Ты должна быть дохлой! Нет! Ты мертва! Стерва, мерзавка, воровка, ТВАРЬ!       Женя стоял неподвижно. Он впервые увидел столь сильную ярость своей подруги, что в безумии сейчас перед ним уничтожает свой собственный мобильный, услышав, как его мёртвая подруга только что говорила с ними. Он не находил слов, его мысли появлялись одна за другой бесконечным каскадом, а он ни одну не успевал ухватить, чтобы разобраться в происходящем. Наконец девушка прекратила и с улыбкой торопливо начала: – Женя, Женя, милый, всё хорошо, всё хорошо, это был всего лишь дурной розыгрыш, ты ничего не слышал, там ничего не было… – Н-нет же… это была она… она говорила, что ты… – Нет-нет-нет-нет, тебе показалось, причудилось, это от стресса, это пройдёт… – Но ты ведь только что… – Хватит! Я сказала, что ничего не было! Эта дрянь мертва, хватит говорить о ней!       Эти слова выстрелили словно из пистолета в душу Евгения. Его будто поразила молния. Он, наконец, ухватил свои мысли и стал размышлять. – Лида… Где ты была, когда это случилось? – …Ч-что? О-о чём ты, милый?.. – Очнулась от шока Лидия. – Ты говорила, что ехала вчера по делам… где ты была на самом деле? – Женя… нет, это не то, что ты… – Почему она говорила такие вещи? Что ты сделала, Лида? – Его тон был смертельно холоден, глаза безжизненны, он спрашивал и шёл прямо на беззащитную девушку. – Нет, Женя, нет, это была не я, это был несчастный случай… – А та, дрожа от страха, отходила назад, огибая стол, диван. Они шли в сторону коридора. – Нет… это не мог быть несчастный случай… Зачем она спускалась в подвал? Как она споткнулась, если всю жизнь жила там, и ни разу ничего такого не было? – Женя… Женя, послушай… – Лида… Это… ты сделала? – Женя… у меня… у меня не было выбора. Не было иного выбора! Иначе бы ты женился на этой твари, которая и мизинца тебя не стоит! Она считала тебя своей вещью, пользовалась тобой, использовала для себя, а ты… кха… Же… Женя…       После этих слов она не могла говорить. Она не могла произнести слова и тяжело дышала. Она задыхалась прямо перед ним, её глаза выходили из орбит, а горло безрезультатно пыталось вдохнуть воздух. Она смотрела на него, девушка, убившая его любовь, смотрела прямо на него, умирая. И только когда она перестала шевелиться, он понял, что держал свои руки на её горле. Он бросил тело на пол.       Евгений не чувствовал ничего – ни страха, ни гнева, ни печали. Все его чувства, что угнетали его весь этот день, испарились вместе со всеми. И он хладнокровно, словно мертвец, смотрел на свежий труп убийцы. Он не сожалел, не ликовал, только смотрел. После чего перевёл взор в сторону кухни. Он подумал о том, как избавиться от тела. И вспомнил кровавые кадры «Охотника и Рыболова». Он знал, где находится нож, но он не знал, что девушка, которую он придушил, не умерла, а лишь упала в обморок…       Беловолосый молодой человек сидел в своей каморке с телефоном в руке. Сигнал был потерян, и он со спокойной душой нажал на компьютере кнопку «стоп», останавливающую отредактированную аудиозапись. Затем закрыл окошко проигрывателя и нажал на папку «Анастасия Миронова – Записи звонков». Кликнув правой кнопкой мыши, он удалил папку. – Семьдесят седьмая из двухсот сорока пяти клиентов. Выполнено.