Выбор дракона

Едва Максик свернул с улицы Бориса Галушкина на Продольный проезд, его по закону подлости остановил гаишник. Максик от души выругался, ведь до места встречи оставалось каких-нибудь двести метров! Однако неподчинение в данном случае принесло бы больше проблем, поэтому он остановил машину у обочины. – Лейтенант Зубов, – козырнул гаишник. Надежда загипнотизировать его сразу испарилась: инспектор оказался драконом. – Я что-то нарушил, лейтенант? – бодро поинтересовался Максик. – Поворот налево здесь запрещен. Знаки кто читать будет? – сурово ответил лейтенант. – Виноват, пропустил, – согласился Максик. – Выписывайте штраф. Дракон скептически оглядел его и бросил: – Права и документы на машину! Максик, прикусив уголок губы, несколько секунд смотрел на инспектора. Беша не говорил ему, где документы на машину, но рассказывать об этом гаишнику не стоило. Максик наугад отогнул солнцезащитную створку и с облегчением выдохнул: документы лежали здесь. Вынув из рюкзака бумажник, он вышел из машины и направился вслед за лейтенантом к патрульной. – Доверенность где? – холодной поинтересовался Зубов, когда Максик, сев на пассажирское сиденье, протянул ему документы. – Дома забыл, – соврал Тартанов. – А машину дома не забыл? Максик едва удержался от грубости. Правда, замереть и замолчать его заставило еще одно обстоятельство: ему в затылок ткнулось дуло пистолета. – Не дергайся и не заставляй меня отмывать твои мозги с потолка, – раздался голос сзади. – Если хочешь увидеть Персиваля – сиди спокойно. Сердце Максика бешено застучало: значит его давно вели по городу, а гаишник-дракон – всего лишь костюмированное представление. Лейтенант завел мотор, патрульная машина тронулась. – Подождите! Мой «Додж»! – забеспокоился Тартанов. – Я не могу его бросить! – За ним присмотрят, – был ответ. Спорить или сопротивляться было опасно. Максик сжал кулаки и молчал. Если его считают настолько опасным, что привозят к Персивалю под дулом пистолета, что ж, это льстит его самолюбию. Ехали недолго. Там, где движение было более интенсивным, Зубов включал сирену, и машину пропускали. Минут через десять она въехала за шлагбаум большой стройки: на просторной площадке возводили два высотных офисных здания. Зубов припарковал патрульную возле строительных вагончиков, вышел из машины и взял под прицел пассажирскую дверь. – Теперь медленно, без резких движений, выходи, – приказал голос из-за спины. Максик повиновался. Второй дракон выбрался из машины одновременно с ним и снова приставил пистолет к его голове. Зубов снял с пояса наручники. – Да бросьте! Я сюда не драться приехал! – фыркнул Тартанов. – Таково условие! Или ты не хочешь встретиться с Персивалем? Максик закатил глаза и протянул руки вперед, чтобы Зубов надел ему наручники. – Назад, – уточнил невидимка. Тартанов недовольно цыкнул и повернулся спиной к лейтенанту. Пока тот застегивал на нем наручники, Максик успел разглядеть второго, который еще недавно приставлял дуло к его затылку: среднего роста, обычного телосложения азиат, но взгляд – жестокий и коварный. Когда гость был закован, его быстро обыскали на предмет оружия и, не обнаружив такового, ввели в строящееся здание. «Очень удобно, – подумал Максик. – Если разговор не заладится, меня можно просто пристрелить, а потом закатать в бетон в подвале». На лифте они поднялись на шестой этаж и оказались на недостроенном уровне. Он имел только одну стену и несколько внутренних перекрытий, а остальное пространство было утыкано несущими колоннами. Из-за одной из них и вышел Персиваль. – Максим! Добрый день! – все с той же улыбкой продавца-консультанта заговорил он. – Сними с меня наручники! – вместо приветствия попросил Тартанов. – Извини, не могу, – помощник военачальника развел руками. – В прошлую нашу встречу ты вел себя… эммм… буйно. – Я не буду драться. – Прецедент создан, а я не повторяю ошибок, – мягко улыбнулся Персиваль. – Звонил твой брат и хотел поговорить. О чем? – Можешь устроить мне встречу с Вергилием? – Помнится, когда вы последний раз виделись с ним, он ясно дал понять, что со всеми своими проблемами вы можете обращаться ко мне. Максик замялся, но потом решился сказать правду: – Помоги мне найти брата… – Того, который в лимбе? – Нет, другого. Женьку. – Он звонил мне час назад! – недоумевал Персиваль. – Звонил, – кивнул Максик. – А потом сразу пропал. Испарился. – Затейливо отдыхаете, – Персиваль вздохнул. – Но сдается мне, твой брат звонил мне не за этим… – Ситуация изменилась. Теперь найти его важнее того, ради чего он звонил! – Позволь мне решать, что важнее, – улыбка сошла с лица Персиваля. – На мой взгляд, важнее, что ты рассекаешь по городу на машине королевича Альберта. – Это не его машина! – поспешил уверить его Максик. – Вы перебили номера, но диски на колесах сделаны на заказ. Таких больше ни у кого нет, так что да, это его машина. Максик мысленно обругал Бешу за пижонство, а помощник Вергилия тем временем продолжал: – И меня очень интересует, почему на ней ездишь ты, а не он. – Я нашел ее брошенной. Думал вернуть, – пожал плечами Максик. – Как давно ты знаешь Альберта? Год? Два? – Персиваль начал медленно обходить гостя по окружности. – Я знаю его двадцать с небольшим лет. Он никогда бы не бросил машину. Он бы погиб рядом, но не оставил ее. А вот передать другому – тому, кому он доверяет, – он мог. Максик слушал, кусая губы. – Так что перестань врать и скажи мне, где Альберт. – Я не знаю, где он. – Уверен, что знаешь. – Он в бегах и не докладывается каждому встречному о своих планах, – дерзко возразил Максик. – Но если ты поможешь мне найти Женьку, я помогу тебе найти Бешу. – Теперь давай расставим приоритеты, – Персиваль приблизился к Тартанову так, что его лицо находилось напротив лица гостя. – Ты не в том положении, чтобы диктовать мне условия. Одно мое слово – и тебя бросят в камеру за пособничество преступнику, который уже дважды покушался на королей. – Он не виноват! Его подставили! – Если он не виноват, то нет нужды прятаться. Пусть придет, расскажет свою версию, мы проведем следствие… – Ты поможешь мне найти брата? – Сначала ты помоги мне найти королевича. Максик отрицательно мотнул головой. – Думаю, первая наша встреча не оставила сомнений, что мы умеем вести дела с неразговорчивыми или строптивыми клиентами, – лицо Персиваля снова стало приветливым. – За двенадцать лет, что я тут служу, мне еще ни разу не попадался твердый орешек, которого я бы так и не смог расколоть. Даже если случай кажется безнадежным, я добиваюсь своего. Это всего лишь вопрос времени. И ты, Максим, не станешь исключением. – Стану, – заверил Тартанов. – Мной ты подавишься. – Мне это говорили не раз, – улыбнулся помощник Вергилия. – И из тебя я тоже выужу всю нужную информацию. – Я не боюсь боли! – сквозь зубы прорычал Максик. – А кто говорит про боль? – Персиваль удивленно поднял брови. – Существует много способов расколоть клиента так, что он даже ничего не почувствует. Вот, например, этот, – он молниеносно сунул руку в карман джинсов Тартанова и выудил оттуда телефон. Максик рванулся за ним, но Персиваль сильным ударом в челюсть откинул гостя назад. – Признаю, с тобой не получилось безболезненно, – сокрушенно вздохнул он, – но суть моей работы ты уловил. – Скотина! – Максик снова ринулся к нему, но Зубов и второй дракон схватили его за руки. – Зашифровали друг друга! – Персиваль покачал головой, просматривая список абонентов. – Ну что ж, пойдем по порядку. Аварийный комиссар. Посмотрим. Помощник главнокомандующего набрал номер. Максик, набычившись, следил за ним. Под этим именем они с Женькой хранили номера друг друга. – Аварийный комиссар вне зоны доступа, – сообщил Персиваль. – Идем дальше. Адвокат. Мышца под правым глазом Тартанова задергалась. Он едва сдерживался, чтобы не накинуться на дракона. Адвокатом был Вовка, и если брат сейчас услышит незнакомый голос, то немедленно бросится на помощь, подставив под удар и себя, и близнецов, и ребенка. К счастью, он не снял трубку – может, был занят или не слышал звонка. – Адвокату мы перезвоним позже, – Персиваль выбрал следующего абонента. – Больница номер восемь. От чего лечились там? Максик промолчал. – Надо же, вашу больницу прикрыли: номер больше не обслуживается, – вздохнул Персиваль. Эти слова резанули Максика по сердцу: это был номер Шу. – Вызов такси, – продолжал изучать телефонную книгу помощник Вергилия. – Это уже интересно! – он нажал на соединение. – Часто выпиваете? Нет, просто интересно, для чего вам такси… Максик мысленно молился, чтобы этот абонент не взял трубку, но тут лицо Персиваля расправилось в довольной улыбке: – Нет, Альберт, это не Женька. Это первый заместитель военачальника. Я рад, что ты узнал меня, – Персиваль, прикрыв трубку рукой, обратился к Тартанову: – Он спрашивает, откуда у меня этот телефон. Не возражаешь, если я скажу правду? – и продолжил в динамик: – Передо мной стоит его владелец. Пришел с доносом на тебя, королевич Елисей. – Это ложь! Беша, он врет! – гаркнул Максик, рванувшись вперед, но конвоиры удержали его на месте. – Да, я тоже не люблю доносчиков, – голос Персиваля стал серьезным. – Поэтому я приказал арестовать его и бросить в тюрьму. Если хочешь, я отрежу ему язык. Нет? Я почему-то так и думал. Давай сделаем вот что: ты приедешь, и мы все решим на месте. Если нет, то я буду каждые два часа отрезать этому парню по пальцу и присылать тебе фотоотчет. Как только тебе надоест смотреть на эту кровищу – приезжай. – Не слушай его Беша! Это ловушка! – снова заорал Максик. – Ты слышал? Решать тебе, Альберт. Время пошло. Ровно через два часа жди первую фотографию, – Персиваль нажал на «отбой» и повернулся к Максику: – Спасибо за сотрудничество. – Пошел ты! – В камеру его! Волна бешенства захлестнула Тартанова, и он взметнулся, как дикий зверь. Плечом сбил с ног одного конвоира, Зубова отбросил пинком. Первый кинулся на подмогу, но Максик отправил его в нокаут, ударив ногой в подбородок. В это время Зубов поднялся, но Максик снова отбросил его к колонне. Этой форы должно было хватить, чтобы добраться до лифта или лестницы, но не успел Тартанов сделать даже шаг, как перед ним вырос Персиваль и ударил в грудь. Апперкот был такой силы, что на секунду у пленника потемнело в глазах, он согнулся пополам, судорожно пытаясь глотнуть воздуха. Следующий удар пришелся по основанию шеи, и Максик рухнул на пол. – С драконами никогда не расслабляться! – наставительно произнес Персиваль. – Тащите его в камеру. Конвоиры подхватили пленника под мышки и поволокли к лифту. Там его поставили на колени и прижали лицом к стене, видимо, опасаясь нового нападения. После лифта его вели по глухому подвальному коридору, который сворачивал то вправо, то влево. Спазмы потихоньку опускали, и рот Максика наполнился тягучей кровавой слюной. Он сплевывал ее на пол, надеясь, что потом, по этим кровавым следам сможет найти дорогу обратно. У первой железной двери конвоиры остановились. Зубов ключом открыл дверь, а второй дракон втолкнул пленника в абсолютно темную комнату. Дверь за ним с грохотом закрылась. Комната была пуста – бетонная коробка и ничего более. Возможно, когда здание достроится, здесь будет склад, а пока можно держать пленников: безопасно и удобно. Максик попробовал освободиться от наручников с помощью своего дара открывать замки. Однако предусмотрительный Персиваль принял меры: браслеты имели защиту от магии. Тартанов ткнулся лбом в шершавую и холодную стену, но через минуту отпрянул: – Ладно, сукин сын! Хочешь по-плохому – будет по-плохому! Он сосредоточился и стал вызывать то состояние, которое накрыло его в подвале Ховринской больницы. Сейчас это требовало больше сил и времени, но, тем не менее, скоро дракон ощутил ту самую ноющую боль между лопаток. – Давай, горгона, твой выход! – шептал Максик, раззадоривая внутреннего монстра. – Помоги мне. Сначала робко, но потом все смелее и агрессивнее горгона выходила из своего укрытия, куда ее усилием воли загнал дракон. От ее появления заболели старые раны, закружилась голова и задрожали ноги, поэтому Максику пришлось сесть на пол и прислониться к стене. Он сконцентрировался и представил лицо главнокомандующего. – Вергилий, приди ко мне! Ты нужен! Я жду тебя, Вергилий, – беззвучно шептал Тартанов, глядя в глаза виртуальному собеседнику. Горгона, почувствовав слабость хозяина, распалялась все больше. Максик облизывал окровавленные губы, находя этот вкус приятным. В его голове замелькали образы – обезображенные тела, глаза, полные боли и страха, в ушах звучали чьи-то сдавленные стоны, обрывки фраз, но он старался не обращать на это внимание. Он снова и снова призывал главнокомандующего, и когда жажда крови стала невыносимой, он взял небольшую передышку. – К ноге, тварь! – спокойно, но жестко произнес он вслух. – Это я победил тебя, а не ты – меня. Но горгона, почувствовав вкус свободы, не желала возвращаться в клетку. Максик испугался, что потеряет контроль над монстром, и бросил затею с вызовом Вергилия. Сейчас он все силы тратил на то, чтобы угомонить горгону. Образы неслись перед глазами нескончаемым хороводом, от криков и стонов закладывало уши, но Максик твердо отодвигал это от себя. От напряжения он весь взмок и тяжело дышал, но в итоге справился с горгоной. Когда круговерть улеглась и затихли все звуки, силы покинули его, и он отключился.