Лишь замена?

- Ты меня заберешь? - поинтересовался Михаэль, когда машина Бельфегора подъехала к школе. - Сегодня у матери будет какой-то прием, так что можно у меня позаниматься, - парень старался выглядеть как обычно, улыбался и вел себя непринужденно, но блондин знал, что тот врет. Подавшись вперед, Михаэль коротко поцеловал старшего и вышел из машины. Кивнув, Бел проводил взглядом стремительно удаляющуюся фигуру, понимая, что более предсказуемого человека просто нет. Откинувшись на спинку сидения, он прикрыл глаза и задумался - Когда все это началось? И как он сам позволил этому произойти?. Ему двадцать пять, а Михаэлю шестнадцать. Тогда же подростку было всего тринадцать, тогда Бел стал смотреть на него по-другому, замечая, какая у него тонкая талия, какое хрупкое телосложение и как легко его спутать с девчонкой. Сейчас Михаэль изменился, стал более крепким, но все таким же худым. Он понимал, что это все просто возрастное, но ничего не мог поделать с собственным воображением, которое подкидывало ненужные мысли и образы. Бел был старше, но выдержка первая сломилась именно у него. Стоило только Михаэль намекнуть, что и Бел ему симпатичен, как последний перестал сдерживаться. Поцелуи и бесстыдные объятия, ласки и секс. Бел не воспринимал эту связь серьезно, просто потому что ощущал себя не полноправным любовником, а проводником и учителем взрослой жизни. Михаэль слушал с открытым ртом, пытался повторить многие действия, но всегда оставался за своей стороной баррикады, позволяя только изредка заглянуть на свою сторону. Он был скрытным и предсказуемым ребенком и Бел ощущал, как может управлять им и именно это его опьяняло. Он не хотел признаний и знал, что подросток так же не стремиться соединять их жизни воедино. Бел не мечтал о счастливом будущем, просто сейчас было хорошо и так, а что хотел Михаэль он мог только догадываться. И сейчас Михаэль нужен его учитель, который как всегда выполнять желание своего нерадивого ученика и который заставит его забыться. Ссора с матерью или очередным ее возлюбленным? Или же она опять желает окунуть и своего сына в сферу шоу-бизнеса? Проблем в семье Риган было слишком много, но Михаэль старался только вскользь затрагивать эту проблемы. Все оставшееся время он предпочитал фальшиво улыбаться и мастерски переводить одну тему на другую. - Может Вы покинете территорию школы? - учтиво поинтересовался охранник, предварительно постучав по лобовому стеклу костяшками пальцев. - Уроки уже начались и Вы должны... - Да, - резко ответил Бел, выпрямляясь и заводя машину. К сегодняшнему вечеру нужно подготовиться. *** - Жаба, какого черта ты не в школе? - присев рядом на землю, поинтересовался Мукуро, стараясь сделать голос более издевательским, когда взгляд его взволнованно пробегал по каждой видимой черте лица и открытых участков кожи. Фран не приходит просто так. - Не хочу, - гнусаво протянул подросток, обхватывая подрагивающие плечи руками. - Там одни идиоты, который считают себя самыми умными на земле, просто потому что их родители зарабатывают на несколько евро больше нежели остальные. - Это не причина, - откинувшись спиной к невысокому забору, у которого они сидели, произнес Рокудо, - а теперь правду. - Какая разница, - недовольно произнес Фран, стараясь сохранить невозмутимое лицо. Но холод быстро проникал под тонкую ткань, заставляя мальчишку содрогаться и продолжать бессильные попытки согреть себя самого. Обычно Фран просто приходил сюда и сидел по несколько часов, смотря на небольшую речку и лес напротив, а иногда сюда приходил и Мукуро, словно ощущал, что на его территории кто-то есть и каждый раз безошибочно угадывал кто именно это был. Они не были друзьями и даже знакомыми, не называли друг другу имен, просто как-то Фран слышал, как миниатюрная брюнетка назвала этого странного парня - Мукуро Рокудо - а он навсегда остался Жабой. И почему-то когда так называл его именно Мукуро было не так обидно. Возможно все дело было в той интонации с которой старший почти всегда разговаривал, а возможно в неком отношении, которое сквозилось в некоторых его действиях. Фран намеревался просидеть на берегу еще несколько часов, потому что домой было возвращаться сродни самоубийства, но Мукуро резко вздернул его вверх, ставя на ноги. Впервые подросток увидел на лице Рокудо столь серьезное выражение лица. Последний перехватил подбородок Франа и сдал пальцами на сцеплении челюстей - Фран невольно нахмурился, когда волна привычной боли прошла по телу. - В этом нет ничего постыдного, - серьезно произнес Мукуро. - Хуже то, что ты не просишь помощи. - перехватив запястье Франа, старший потянул того за собой, добавляя уже привычным для себя тоном. - Милая сестренка сегодня сварила невероятно вкусный суп... Франу хотелось плакать и благодарить от всего сердца, упасть на колени и счастливо улыбаться. Но он только сухо кивнул и без возражения пошел следом, стараясь не думать о происходящем слишком серьезно. Мукуро казался настоящим спасителем, которого так долго тот искал. Обманывать себя было еще больнее, но Фран предпочел такой обман, нежели продолжения привычных будней. Это можно было назвать первой влюбленностью. Первой не взаимной влюбленностью.