Строки любви на запотевшем стекле

Мы сейчас лежим, каждая думает о своем. Но как же мне хочется, чтобы все вечера, мои тусклые вечера, мы проводили вот так: лежа вместе на огромной, мягкой к тому же, кровати. Наталья Александровна лежит с закрытыми глазами и блаженно улыбается. Я смогла сделать её счастливой или я просто придумывала себе сказки? Да нет, я вижу по этому довольному лицу, что я все-таки смогла удовлетворить ее. Наталья так близко, она горит, но не от высокой температуры, как я… А… Молчу. Учительница уснула, это я поняла по ее мирному дыханию. Она такая милая. Рука лежит на моей талии, крепко ее сжимая. Мне так хорошо. Даже и не верится. В этот день изменилась моя жизнь. Изменилась в лучшую сторону, в ту сторону, где буду только я и она. Это были только мои мечты, ради которых я могла продать душу дьяволу. Да. Я сильно хочу быть рядом с этой женщиной. Меня волнует тот телефонный звонок, на который она выходила отвечать. Мне страшно. А вдруг это что-то, что касается меня. Вдруг эта ночь ошибка. Я готовлюсь к плохому. Как всегда. Вообще, не думаю, что Наталья Александровна на такое способна, но лучше мне не думать об этом. Лучше мне вообще не думать и тоже начинать засыпать. Но сон не идет… Утро началось рано. Я открываю глаза и щурусь от яркого солнца за окном, лучики которого уже вовсю гуляли по комнате. Рядом со мной лежала учительница химии, подложив под щеку одну ладонь, второй она сжимала мою руку. Я всю ночь проспала в неудобном положении и от этого начало ломить спину, но, никак не отреагировав, я начала аккуратно вынимать ладонь из цепких оков. У меня получилось освободить свою маленькую ручку и тихо выйти из комнаты, не забыв надеть хотя бы майку. В квартире прохладно или мне кажется, но решаю проверить температуру. Возвращаюсь за градусником и все-таки случайно бужу Наталью Александровну, которая и так начала просыпаться. Я замерла на месте, делая вид, что ничего такого не произошло и я просто стою. — Ты давно проснулась? Сколько времени? — она потирает глаза рукой, чтобы привыкнуть с солнечному свету. — Нет, недавно. А сейчас 6:30… Вы можете еще поспать, — шепчу я, взбивая ртутный градусник. — Да нет, на работу же скоро. Температуру меришь? Плохо? Голова? — она подскакивает с постели, забывая, что голая, но потом прикрывается одеялом, которое стянула с кровати. — Ой… Давайте вы в душ, а я приготовлю вам завтрак? — голос немного сел, поэтому шепчу. — Но ты же гостья, — в тон мне отвечает она и кутается в одеяло. — Ну и что? Я не могу порадовать учительницу завтраком? — Можешь, — мне нежно улыбнулись и поцеловали в краешек губ. Для меня это весьма неожиданно. Я стою в ступоре. Градусник отложила в сторону, а то разобью. Я быстро помчалась на кухню, где начала исследовать холодильник. Я печально застонала и углядела в холодильнике молоко, где рядом были яйца. Я быстро достала два нужных ингредиента из холодильника. Нашла муку и все необходимое для классических блинчиков. В одном из шкафчиков я нашла вишневое варенье. Самое то! Я начинаю свою готовку, как в кухне появляется Наталья Александровна в одном лишь полотенце, едва прикрывающее её ягодицы. — Помочь? — она подходит ко мне и опускает руки на талию. Я стою, как каменная. Сейчас ко мне прижимается моя учительница, которая, по сути, должна сказать, что эта ночь была ошибкой. Но меня радует, что она этого не сказала. — Ну, разве что… Стол сервировать, — с идиотской улыбкой шепчу, продолжая замешивать смесь, под названием жидкое тесто. — Всего лишь? А давай я буду моральной поддержкой? — губы Натальи Александровны касаются моей шеи и я вздрагиваю. — На-Наталья Александровна, — разворачиваюсь в её объятиях, не поднимая глаз с ее шеи. — Договорились же, Наташа, — она приподнимает мою голову за подбородок и смотрит в глаза. — Простите… Прости, — вновь отворачиваюсь и начинаю жарить тонкие блинчики. Наталья Александровна усмехнулась и села на стул, закидывая ногу на ногу, заставив меня нервно сглотнуть. Она вновь усмехается, но уже победно. — Сегодня в школу ты не идешь, — спокойно произносит она. — Останешься дома. У меня, договорились? Мне нечего было сказать, поэтому я медленно кивнула и подала на стол пару готовых блинчиков, рядом оставляя небольшую тарелочку с вареньем. Учительница вдохнула аромат завтрака и блаженно прикрыла глаза, демонстрируя, что ей нравится завтрак на вид, а на вкус еще лучше будет. Я поставила чайник на плиту, собираясь сделать учительнице кофе, который она любит. Вот и пожарена последняя партия блинчиков, подаю их все на стол и вижу, как их уплетает за обе щеки женщина. Понравилось. — Ты мастер! Давно я так не завтракала. — Наташа встает из-за стола и целует меня в губы. Это было неожиданно, но приятно. Начинаю ответное движение губами, но она прерывает столь сладкий поцелуй, — мне понравилось, но мне пора бежать собираться на работу. — М-м, как скажешь. Я уберу тогда все. Стой, а кофе? — останавливаю женщину, хватая за запястье. — Этим утром откажусь, прости, мой дикобразик, — она виновато улыбнулась и отправилась в спальню, где начала выбирать себе наряд. Я осталась в кухне и начала наводить порядок в ней, чтобы все было чисто. Вот и стол чист, посуда вымыта, чайник выключен. Я делаю себе чай, не забыв положить три ложки сахара. Подхожу к окну. Дождь льет, как из ведра. Кричу Наталье Александровне, чтобы взяла зонт. Красота за окном и отрываться не хочется. Потягиваю маленькими глотками горячий чай, который немного обжигает губы, но я увлечена красотой за окном. Слышу, как мне кричат из прихожей о том, что собираются уходить. Не хочу выходить туда, я все еще увлечена красотой мокрых улиц. Слышу, как хлопнула входная дверь, вырывая меня из собственных мыслей. Я пячусь к двери, но Наталья Александровна уже ушла. Возвращаюсь на кухню, смотрю в окно. Сегодня Наталья Александровна решила ехать на машине, смотрю, как она пытается сложить зонт. Я решаю заняться изучением химии наперед, так как этот предмет мне дается нелегко. Возвращаюсь в спальню и сажусь на кровати, на которой мы недавно лежали вместе. Все еще на ней тепло. М-м. Я начинаю искать учебник в стопке книг, так и оставшихся лежать на полу, где еще недавно я помогла учительнице с тестами для учеников. Улыбаюсь, сажусь на мягкий ковер и начинаю читать книгу. Мое чтение затянулось, я же попутно и задания решала. Посмотрев на часы, я поняла, что скоро должна прийти моя любовь, уставшая, к тому же. Я метнулась на кухню и начала рыться в морозилке, а не в холодильнике. Я забыла сходить за продуктами. Черт. Нашла курицу и решила приготовить её, хотелось порадовать Наталью Александровну, которая уже давно радует меня своей очаровательной улыбкой. Начинаю её размораживать, это займет где-то час, и час на готовку, а у меня в запасе два с половиной часа. Думаю, успею. Я начинаю искать нужные специи и рукав для запекания. Я уже приступила к приготовлению курицы, постоянно поглядывая на время. Вот последние минуты и обед готов, осталось только подать его. Красиво сервирую стол и перекладываю с противня курицу на тарелку, чтобы все было красиво и аккуратно. Подхожу к окну и вижу на парковке машину учительницы, а рядом с ней стоят две женщины. Я не могу разглядеть, кто стоит рядом с ней, но Наталью я узнала сразу. Они о чем-то беседуют, но потом я вижу, как незнакомка притягивает к себе МОЮ Наталью Александровну и целует в губы. Все бы ничего, но Наташа отвечает на этот поцелуй, прижимая незнакомку к себе. Я чувствую горячие слезы на своих щеках. Мне больно. Я быстро бегу в комнату и одеваюсь, собираясь покинуть квартиру, но в кухне задерживаюсь и подхожу к запотевшему окну, на котором я оставляю строки любви. Медленно вывожу «я люблю тебя» и иду в прихожую. Забираю свою сумку с книгами и выхожу из квартиры. Дверь я оставляю закрытой, вниз бежать не могу. Там они. Стоп. Она на парковке, я смогу проскочить. К горлу подступил ком. Мне немного тяжело дышать, но я не обращаю на это никакого внимания. Вот я уже спустилась и толкаю железную дверь, закрывающую подъезд. Бегу в сторону своего дома, где можно побыть одной. Где я могу плакать и никто об этом не узнает. Я останавливаюсь и смотрю в сторону парковки, вижу, что женщины спорят и Наталья Александровна направляется к дому. Я, может, поступаю неправильно, но мне больно. Надеюсь, она поверит вновь в мои чувства, о которых я написала на стекле. Бегу, вижу свой дом, но уже возле подъезда падаю и рву джинсы, вижу, как ткань пропитывается кровью. Мне теперь и физически больно. Колени разбиты, сердце тоже. Поднимаюсь и иду домой, где просто буду рыдать в подушку. Захожу в подъезд, затем в квартиру, рушу все на своем пути и бегу в ванную комнату, смотрю в зеркало. Похожа не знаю на кого, колени обрабатывать я не хочу. Нет сил, я просто бреду в свою комнату и падаю на кровать, начиная глотать слезы. Мне больно.