The valley of kings

В приёмном зале проходило очередное собрание королей союзных монархий, проводившееся ежегодно в одном из определённых заранее дворцов. В этот раз доля организации встречи выпала на новоиспечённого короля и его подчинённых. Криденс нервничал, беспрестанно спрашивая у советника о подготовке и делах, лично проверял оформление и составлял с главным поваром меню для банкета. После случая в саду Персиваль осторожничал и больше не предпринимал попыток лично поговорить с Криденсом, лишь редко участвуя в общих разговорах или обходясь незначительными приветствиями и кивками. Мужчина признавался сам себе в том, что скучал по Криденсу. Не по тому взрослому королю, а по наивному мальчишке, которого хотелось оберегать, по юноше, мечтавшему сбежать из королевства, от обязанностей, в уединённое тихое местечко где-нибудь в лесу. Тот разговор, как казалось, совсем не повлиял на Криденса, но Персиваль утешал себя надеждой, что это ему лишь показалось, а его король просто научился справляться с эмоциями и скрывать их от других, подобно настоящему монарху, каким был его отец. Вместе с другими придворными Персиваль присутствовал в зале и встречал господ, приветствуя и помогая расположиться. В просторной и светлой комнате, большую часть которой занимал длинный стол с белоснежной скатертью и блюдами, лишь от одного вида которых хотелось тут же отведать всё и сразу, стоял гул, ненадолго прерываемый во время прихода новых гостей и тут же звучащий всё громче. Криденс, с яркой улыбкой приветствовавший всех королей и их дам, был одет в тёмно-синий сюртук идеального кроя, с золотыми пуговицами, жилет и белую рубашку с накрахмаленными манжетами под ним, тёмно-синие брюки и начищенные ботинки. Король соответствовал своему юному возрасту, но вызывал уважение. Криденс чувствовал, что к нему приковано множество изучающих взглядов, но не позволял себе отвлекаться и нервничать: всё должно было пройти так идеально, что у других правителей не могло возникнуть и мысли о скором падении этого королевства. На время самого собрания все придворные, кроме официантов, должны были покинуть зал. Персиваль, беседуя с Порпентиной, направлялся к выходу, как почувствовал осторожное прикосновение к плечу: — Сэр Персиваль, Королевское Величество велело позвать вас, — поклонившись, сказал один из официантов, запомнившийся гувернёру ещё со времён совместных трапез с Криденсом. Кивнув, мужчина вышел из потока придворных и, немного нервничая, подошёл к сидевшему в самом центре стола королю. Наклонившись, он тихим голосом произнёс: — Ваше Королевское Величество? — Персиваль, мне нужно, чтобы ты остался здесь. — Криденс резко повернул голову и с надеждой посмотрел на своего бывшего учителя. — Я не уверен, что справлюсь, здесь очень много людей, такая давящая атмосфера, что… Ты можешь остаться где-то рядом? — Конечно, Ваше Королевское Величество, — поклонился Персиваль и попытался скрыть улыбку. Персиваль Грейвс не ожидал, что король может решиться на подобный шаг. Настроение поднялось лишь от мысли, что Криденс действительно думал, не забыл и помнил о нём, что гувернёр для него всё ещё оставался тем доверенным лицом, к которому можно обратиться за помощью, поплакать в плечо и поделиться всем, что отягощало душу. Персиваль стоял неподалёку от Криденса, рядом со стражей. Он внимательно следил за ходом собрания и отмечал, что многие монархи настроены достаточно скептически по отношению к юному королю, но был уверен, что в дальнейшем они изменят своё мнение. Через некоторое время послышался громкий хлопок. Несколько стражников быстро и организованно покинули зал, и собрание продолжилось. Позже раздался новый хлопок и послышались крики и топот. В зале началась суета, мужчины поднялись со своих мест и помогли дамам. Внезапно распахнулись большие двери, через которые хлынул поток вооружённых мятежников. Стены комнаты отражали звуки выстрелов. Персиваль, бысто соориентировавшись, подбежал к королю и, резко схватив за руку, вывел оторопевшего короля через потайной ход рядом с камином. Криденс, часто дыша и крепко схватившись за руку мужчины, бежал за ним, пока они не очутились в небольшой кладовке, заваленной коробками, с небольшим окошком, из которого лился тёплый солнечный свет. Персиваль облегчённо выдохнул и вытер пот со лба рукавом рубашки. Криденс прижимался к стене и смотрел в одну точку, часто-часто дыша, пока по лицу не начали течь слёзы и не послышались всхлипы. Мужчина подошёл к королю и прижал к своей груди. Он осторожно, успокаивающе гладил юношу по волосам и шептал в макушку, что всё будет хорошо. Криденс мотал головой и цеплялся за лацканы сюртука гувернёра. — Они все мертвы… — бормотал Криденс, вжавшись в грудь мужчины. — Они могли спастись. Грейвс не привык к подобному, но не мог позволить себе растеряться: его королю нужна была помощь и поддержка, которую сейчас мог дать лишь он. То, что произошло несколько минут назад, страшный и сильный удар. Большая часть дворцовой стражи и наверняка придворных убита, как и многие участники собрания. Персивалю никак не могло прийти в голову, что мятежники когда-нибудь смогут прорваться во дворец. Подобные случаи уже происходили, но виновных тут же ловили, а позже прилюдно казнили, чтобы другим было неповадно. Здесь же всё произошло так быстро — восставшие молниеносно захватили дворец. И совсем скоро, не найдя в зале и в коридорах тела короля, будут искать его по всем комнатам дворца. Нужно было срочно выбираться, но мужчина понимал, что в таком состоянии Криденс не мог сдвинуться с места, всё ещё пребывая в шоковом состоянии. Нужно было отрезвить короля, отвлечь, вернуть выдержку и напомнить, кто он и что его ждёт впереди, если он не возьмёт себя в руки. — Ваше Королевское Величество, — шептал Персиваль, — мой король. Криденс. — Персиваль боялся обращаться так к юноше, но он уже позабыл, как приятно называть так короля, возвращаясь в воспоминания и в другое время. — Нам нужно как можно скорее уйти из дворца. Я обещаю, что как только ситуация прояснится, мы вернёмся. — Криденс затих, чуть ослабил хватку и отстранился, стараясь не смотреть на мужчину. — Я не могу уйти, не узнав, что случилось с королём Андерсом и… — Ваше Величество, я клялся вашему отцу, что буду рядом с вами и защищу вас, что бы ни случилось. Оставаться сейчас во дворце равносильно смерти, я не могу позволить… — Это наш дворец! — воскликнул Криденс, подняв заплаканное, покрасневшее и опухшее из-за слёз лицо. Его сердце быстро и громко билось, давило грудь, но он не мог больше молчать и продолжил: — Наше королевство, которым руководили мои предки в течение нескольких сотен лет… я не могу позволить завладеть им, только не сейчас!.. — Мы не можем остаться. — Хорошо, уходи, я остаюсь во дворце. Криденс направился в сторону двери, но Персиваль ухватил его за руку и прижал обратно к стене, преграждая путь. — Персиваль, отойди, это приказ, — процедил Криденс. — Нет, Ваше Величество. Я не могу подвергнуть опасности вашу жизнь. Мёртвый, вы точно не сможете править этим королевством. — Я не сдвинусь с места, Персиваль. — И не нужно. Только помните мои слова и не кричите. Криденс с испугом посмотрел на Персиваля, и мужчина поднял его на руки. Король попытался опуститься на землю, но гувернёр строго посмотрел на него, и он, недолго поразмыслив, устало кивнул и обнял мужчину за шею, точь-в-точь как делал в детстве. — Так лучше, — сказал Грейвс. — Вы потяжелели с тех пор, как я последний раз поднимал вас, Ваше Королевское Величество. Криденс усмехнулся. Он всё ещё дрожал, но больше не плакал и, казалось, успокаивался и приходил в себя. Истерика отступала, и он всё яснее понимал, что Персиваль прав. Вот только опускаться на землю и идти самому не хотелось, хотя это ускорило бы и облегчило бы их побег. — Вы готовы, мой король? — осведомился Персиваль, удобнее для себя перехватив Криденса. — Да. — Криденс повернулся лицом к Персивалю и ещё раз кивнул, чуть улыбнувшись, точно говоря: «Я отдаю свою жизнь в твои руки». Большего Персивалю и не было нужно.