Изнанка

      Покончив с тренировкой, умываюсь и подхожу к окну. В мышцах растекается теплая усталость, ноющая боль притупилась. Распахиваю створки и подставляю лицо весеннему ветру. Легкие порывы холодят мокрое лицо, осторожно играют с волосами. Пахнет приближающимся летом.       Волна энергии снежно-белой пеленой окутала тело и заставила сердце пропустить удар. Раздался отдаленный гул, и пол под ногами задрожал. Наверно, отец убедил-таки старый клен передвинуть корень. Невысокий берег Лесной полон пещер, многие из которых были бы недоступны без помощи деревьев. Дворец растет, углубляясь в скалы, украшается витиеватой резьбой, коридоры удлиняются, дотягиваясь до самых отдаленных пещер.       На кухне царит веселый переполох: эльфы выносят тюки с провизией, точно сверяя по списку количество содержимого. Вежливо отказываюсь от целой бадьи фруктового салата и, прихватив кусок любимого каравая да пару яблок, возвращаюсь к себе.       Навстречу идет отец, нагруженный стопкой отчетов. Увидев меня, он радостно улыбается и одновременно укоризненно качает головой. Неловко обнимаю его правой рукой. — Где ты пропадал? — На кухне, я же пропустил завтрак. — Это я заметил. Как рука? — отец опускает взгляд на мою левую руку и обеспокоенно хмурится. — Уже лучше, если не трогать, то совсем не болит. — Так ты и не трогай, — строго наказывает он и пристально смотрит в глаза. — Тебе же сказали, никаких тренировок. — Я только размялся, — всегда чувствую себя глупо, оправдываясь перед отцом. — Главное, поступай разумно. Не переусердствуй. И никакой стрельбы из лука! — Я только схожу посмотрю! — Ну, если только посмотреть, — улыбается Трандуил и кладет руку на плечо. — Вечером вернутся разведчики с отчетом, жду тебя в малом зале.

***

— Сегодня работаем над динамикой, — командует светловолосый Гилмар, обращаясь к мокрым от пота ученикам. — Три по двадцать в среднем темпе, с изготовки до половины натяжения, задержка пять секунд. Начали!       Тихо выхожу на тренировочную площадку и, коротко поклонившись учителю, встаю в стороне. Разминку я пропустил, посчитав более важным изучение контракта с людьми. Судя по раскрасневшим лицам учеников, Гилмар погонял их на славу. Уделяя особое внимание общей физической подготовке, он мог начать урок с долгой пробежки с утяжелением, продолжить круговой тренировкой на отжимания и пресс — не снимая утяжеления, а потом выдать луки и добиваться от всех полной неподвижности кончика стрелы в позе изготовки. Все это с минимальным перерывом на отдых. Про прицеливание на максимальном натяжении я уже не вспоминаю, здесь ты работаешь до отказа, пока лук сам не выпадет из ослабевших рук. А учитывая, что мишени сменяют друг друга хаотично и выдерживаются разное время, помимо выносливости требуется немалая концентрация внимания.       Гилмар помнит последний результат всех своих учеников, и каждый последующий раз должен быть лучше предыдущего. Это закон, без соблюдения которого с тренировки не уходит никто. Раньше эти страшные истории казались нам преувеличенной выдумкой, но после пары занятий в их подлинности перестали сомневаться. — Леголас, соберись! — резкий окрик Гилмара хлыстом разорвал воздух. — У тебя стрела дрожит, словно осиновый лист. Понимаю, что имя располагает, но в бою это недопустимо! Сняли позу.       Солнце почти село, в роще начали свистеть соловьи. Тренировка статической выносливости в конце урока — настоящее испытание. Сегодня вообще неудачный день, результаты меткости и скорости не удовлетворили Гилмара, и после контрольной стрельбы он оставил всех отрабатывать ненавистную статику. «Грубая сила никогда не победит скорость и выносливость! — любил повторять учитель. — Их нужно развить до совершенства. Так что волю в кулак и пашем!» — Покажите мне 30 секунд максималки без колебаний, и пойдете отдыхать.       Гвин едва слышно вздыхает: в прошлый раз он выдержал 35, значит, тридцати ему явно не хватит. — Стоп. 32 секунды, неплохо. Эллин, Линдор, Наил, Аэнир, Траэль и Тирель, можете идти. Гальдион, Маэль, от вас я жду минимум 35. Начали. — Стоп. Гвин, стрела дрожит. — Стоп. Леголас, стрела. — Стоп, — сложенная вдвойне тетива звонко опускается на плечо Маэль: неправильная поза, низко опущен локоть. — Стоп, не напрягай спину! — теперь Гальдион болезненно повел плечами. — Стоп. — Стоп.       Сумерки окончательно сгустились над лесом, начали проглядывать звезды. Мышцы нещадно горели, пальцы сводило от напряжения. — Что ж, сами напросились, — вздохнул Гилмар и извиняющее развел руки. — Снять перчатки и наручи, рукава закатать. Три по десять, на скорость, цепочкой.       Луки опустили почти одновременно. Натертые пальцы горели, а от ударов тетивы на предплечье уродливыми петлями вздулись синяки. Однако, Гилмар своего добился. Боль прояснила голову и отвлекла от забитых мышц. — Взяли позу.       На 36 секунде сошел Гальдион, на 37 Маэль с Гвином, Леголас продержался 40, о чем впоследствии жалел не одну тренировку.       Сегодня же после динамической силовой тренировки, скоростной с прицеливанием и стрельбы с другой руки Гилмар решил проверить, не разучились ли ученики ловить стрелы. Сверхзадач в этой области нам пока не назначали, цель: поймать стрелу на излете, когда скорость небольшая, траектория видна, да и рука одета в защитную перчатку.       Незаметно подхожу к Гилмару и замираю, собрав руки за спиной. Учитель поворачивается, внимательно окидывает меня взглядом и тихо усмехается: — Не надоело тебе в лазареты попадать? Не знал бы, бездарем назвал, а ты просто «везучий» такой. — Позвольте мне тоже стрелы половить. — С твоим-то везением? Да с четким приказом короля? — Гилмар выразительно поднял брови. — Ты у Миллет на осмотре был? — После тренировки зайду. Отец мне запретил стрелять из лука. Про ловлю стрел здоровой рукой речи не шло, — о формулировке целительницы предпочитаю умолчать. — Что не запрещено, то разрешено? — ухмыляется Гилмар. — Надевай нагрудник! С Миллет сам будешь разбираться.       Через полчаса я стер правую руку — перчатка не спасла от постоянного трения летящего древка; обзавелся парой синяков на груди — попробовал поймать стрелы на более близком расстоянии, с первого раза ожидаемо не получилось; и получил нагоняй от Гилмара за выходку с сокращением дистанции.

***

      За ужином отец долго смотрит на мои попытки не ерзать на стуле, но в итоге тихо смеется и качает головой: — Рука-то цела? — Да, отец. Только разумный подход.       Облегченно выдыхая, понимаю, что с Миллет такой фокус не пройдет.