Восьмой центр

       Это было: как скрежет напильника по бетонной стене, как дребезжание заржавевших рождественских колокольчиков, как хруст армированного стекла под тяжёлыми ботинками, подбитыми гвоздями, — Бэтмен хохотал, лупил кулаком по столу и хохотал, смахивая бегущие по раскрасневшемуся лицу слёзы. Ничего жутче Кларк не слышал, но не преминул хихикнуть, подыгрывая. — М-ми-и-исс Лейн… — просипел Брюс и продолжил заливаться ужасающе задорным смехом. — М-м-мисс. Ф-фух. — Он фыркнул натурально по-лошадиному, раздувая губы. — Пр-р-рф. Мисс Лейн. Лоис. Ох, прости, но ты так меня позабавила. — Не планировали номинироваться на «Оскар», мистер Уэйн? — иронично поинтересовалась она. — Моя дорогая, я уступлю место тебе, с такой бурной фантазией ты наверняка возьмёшь статуэтку за лучший сценарий. — Упираться бесполезно, я знаю, что ты Бэтмен. — Лоис повернулась к Кларку, который поспешил навесить на лицо наиглупейшую улыбку. — А ты. Как ты мог лгать мне столько лет? Боже, мы же встречались! Ты не думал, что было бы неплохо как-нибудь за ужином обмолвиться, что ты — Супермен?! Нет, молчи. Просто мол… — Лоис, — перебил её Брюс, — позволь полюбопытствовать, в каких чертогах твоего разума родились эти дикие идеи? Мой секретарь — на самом деле сверхсильный чудо-пришелец, а я — Величайший в Мире Детектив? Я уж не говорю о том, что мы ещё и сладкая, ах, парочка. Насколько мне известно, Супермен спасает людей, а не подаёт кофе, да и Бэтмен не сидит в инвалидной коляске. Или ты полагаешь, что по ночам я чудесным образом обретаю полностью здоровые ноги, перелетаю залив и караю преступников? — Хватит, — отрезала она, метнув в Брюса испепеляющий взгляд. — Я всё знаю! Здесь все факты. — Её палец потыкал в папку. — Вся твоя история. — Целая история? — присвистнул он. — Если эта история такая же потешная, как твои недавние слова, я с удовольствием её выслушаю. Лоис-Лоис, жизнь инвалида так скучна и уныла. Может, присядешь и поделишься? Кент, мисс Лейн отказалась от кофе, но мне сделайте новый, этот уже остыл. Кларк забрал чашку и, посильнее ссутулившись, отправился в приёмную. Брюс ведь следовал какому-то плану? У него должен быть план. У прежнего Брюса на все случаи жизни был план, а сейчас он всего лишь пытался выяснить, как глубоко засунула нос одна неудержимая журналистка, что успела накопать за ночь, зацепившись острым ноготком за толстую ниточку. Лоис могла накопать немало. За годы работы Кларк убедился, что у неё есть доступ, подчас незаконный, ко многим базам и архивам, в том числе непубличным. Он прислушался к голосам в кабинете и торопливо зашагал обратно. — Значит, с самого начала? — язвительно уточнила Лоис, нависая над столом и явно не желая присаживаться. — Это же сказка, а что за сказка без начала. Кент, вы любите сказки? — Да. Впрочем, гм, не знаю. Возможно, — пробормотал Кларк, ставя свежий кофе на стол. — А я обожаю, — улыбнулся Брюс. — Про Кота в колпаке, про Джонни и яблочное зёрнышко, все истории дядюшки Римуса и прочие детские небылицы вроде той, что хочет рассказать мисс Лейн. — Вы такой разносторонний человек, мистер Уэйн, — прошипела Лоис, раздражённо притопывая ногой, — но у меня для вас приготовлена настоящая быль. — Не терпится узнать. Брюс удобнее устроился в кресле и широко распахнул глаза, всем видом показывая искренний интерес. — Это проверка? — уточнила Лоис. — Хочешь выяснить, как далеко я зашла? Что ж, я не разочарую тебя, Брюс. — Она поддела бантик на папке и одним движением распустила его. Кларк вытянул шею, присматриваясь к стопке документов, в основном распечатанных на обычной бумаге фотографий довольно низкого качества и статей. — Не будем возвращаться к трагедии твоего детства. — Лоис переложила на стол пару вырезок. — Мисс Лейн, во-первых, вы уже сделали это, — ровным голосом, в котором только Супермен мог бы уловить угрожающие нотки, произнёс Брюс, — во-вторых, я ожидал весёлую историю. — Так давайте повеселимся, мистер Уэйн! — На стол шлёпнулись сразу три листа с распечатками старых статей. — Давайте вспомним, как однажды вы пропали на семь лет, а потом вернулись, и вскоре после этого в Готэме появился мститель в маске и пла… — Лоис, это просто нелепо, — не дал ей закончить Брюс. — Не перебивай, — грозно ответила она и стукнула кулаком по столу. — Вскоре ты взял под крылышко мальчика-акробата с не менее печальным прошлым, чем у тебя самого, и — какое удивительное совпадение — Бэтмен обзавёлся невероятно ловким несовершеннолетним напарником. Надо признать, ты в твоём втором амплуа редко попадаешь под прицелы камер, но проколы случаются. Брюс закатил глаза и снова фыркнул, как настоящий конь. — Мальчик рос, — ничуть не смутившись продолжила Лоис, устилая стол всё новыми и новыми вырезками, — а вместе с ним рос и Робин, пока однажды Брюс Уэйн не взял себе нового подопечного, а Робин резко помолодел. — Мисс Лейн… Теперь опасность в голосе Брюса почуял не только Кларк, но Лоис хватило такта обойти эту тему. — Я пропущу пару лет и остановлюсь на следующем мальчике Бэтмена, — проговорила она. — Здесь система дала сбой. Тёмный Рыцарь получил нового сайдкика, а в особняке Брюса Уэйна не поселился очередной ребёнок, но старого пса новым трюкам не обучишь. Спустя несколько лет ты всё-таки принял ещё одного мальчишку и не просто принял, а усыновил, и, какая странная случайность, этот мальчик оказался довольно взрослым, таким же взрослым, как третий Робин. Понятно, почему ты не мог сделать его своим подопечным сразу, ведь Тимоти Дрейк, ныне Дрейк-Уэйн, не был сиротой. Хотя мне удалось накопать кое-что. — На стол легло несколько листков. — Дело № 54631, отчёт Феликса Дезидеро, сотрудника социальной службы округа Готэм. Тимоти Дрейк жил у тебя задолго до того, как потерял обоих роди… — Лоис, — прервал её Брюс, — я сильно сомневаюсь в законности твоих действий. Ты, что же, взломала базу данных социальной службы? Бог с тобой. Хорошо. Но ты бросаешь мне в лицо эти факты и обвиняешь меня в том, что я пытался дать этим детям дом? Мальчику, потерявшему родителей? Мальчику, жившему на улице? Мальчику, лишившемуся матери и оставшемуся с отцом, который впал в кому? Прости, но это низко, Лоис. Или тебе не принять то, что и у Брюса Уэйна есть сердце? — Я знаю, что у Брюса Уэйна есть сердце, и оно куда больше, чем он стремится показать! — Ох, сколько страсти. И, да, мне почудилось, или ты удостоила меня сомнительным комплиментом? Может, я и тот ещё пёс, но отнюдь не старый. Кларк усмехнулся уголком рта и сосредоточился на заложенном бумагами столе. Лоис неплохо поработала, промчалась по проторенной Вики Вейл дорожке. — Хватит, — недовольно сказала она, — не пытайся меня отвлечь. Промотаем ещё немного времени и остановимся на родном сыне Брюса Уэйна и очередном напарнике Бэтмена, таком юном, совсем не похожем на предыдущего. Кстати, я даже не упоминаю удочерённую девочку, которая так же отмечена в отчёте мистера Дезидеро, и пару Бэтгёрл, вьющихся вокруг Летучей Мыши. Стефани Лоис пропустила в каждой из ипостасей, что не удивляло. Кларк покосился на Брюса, который добродушно улыбался, и прислушался, но сердце у Бэтмена билось ровно. — Именно в тот период в «Готэм-Газетт» вышли две интересные статьи за авторством Вики Вейл, — торжественно объявила Лоис, выкладывая на столешницу очередные распечатки. — «Бэтмен умер!» и «Брюс Уэйн умер?». Пожалуйста, Брюс, воздержись от фраз вроде: «Если бы я умер, то не сидел бы сейчас перед тобой, моя сладкая». Мистер Уэйн в тот период светился на публике, но в геройской среде полно перевёртышей, и мы оба знаем, как обстоят дела со всеми этими супергеройскими смертями. Вы умираете, возвращаетесь, умираете снова и так по кругу. Брюс Уэйн умер, ты умер, а Бэтмен изменился. — М-мисс Лейн… — Брюс громко прыснул в кулак и стёр брызнувшие слёзы. — Вы… — Он покусал руку и всё-таки расхохотался, так заразительно, что Кларк не удержался от тихого смешка. Лоис, снисходительно вздохнув, терпеливо ждала окончания веселья. — Мисс Лейн, по-вашему, я не только Бэтмен, но ещё и Сын Божий? — Иисусе! — воскликнула она и добавила: — Не ты. Не зря я всегда считала Бэтмена самодовольным типом. — Лоис. Лоис, милая Лоис, — ответил Брюс и широко махнул ладонью над столом. — Всё это любопытно и даже есть пара забавных совпадений. — Фактов, мистер Уэйн, и отнюдь не пара. — Совпадений, — мягко, но настойчиво повторил Брюс. — И я не понимаю, каким образом всё это делает меня Бэтменом? Меня, парня в коляске, едва способного пройти с десяток шагов? Или ты считаешь, что я притворяюсь? — Нет, я уверена, что здесь всё по-настоящему, а вчерашнее выступление, как и сегодняшнее, далось тебе нелегко, но ты удачно забыл, о чём я говорила. В период твоей смерти Бэтмен изменился, как и сейчас, в период твоей временной нетрудоспособности. Кстати, неплохая статья, Смолвиль, как и снимки. Застенчиво улыбнувшийся Кларк выдавил невнятное «спасибо». — Теперь-то я понимаю, что это твои снимки, а не Джимми. Если прижать его как следует, он наверняка расколется. — Лоис дважды звонко ударила крепко сжатым кулаком по ладони. — Мисс Лейн, вы угрожаете моему сотруднику физической расправой? — недоверчиво уточнил Брюс. — В присутствии двух свидетелей? — Я дочь генерала Армии США, — командирским голосом отчеканила она. — Я родилась на плацу и выросла в казармах. Мне… — Вы чудо, мисс Лейн, настоящее чудо, — с неподдельным восторгом выдохнул Брюс и подарил ей полный восхищения взгляд. — Скажите, что мне надо сделать, чтобы вы согласились поужинать со мной? — Одно признание, два слова, мистер Уэйн. Вы Бэтмен. — Конечно, — радостно закивал он, — я Бэтмен. Я Супермен. Я Флэш. Я Чудо-Женщина, если пожелаешь, и даже готов надеть для тебя те волшебные звёздные, м, шортики. Теперь ты примешь моё приглашение? Кларк неслышно хмыкнул, зачем-то представив Бэтмена в звёздных шортиках, и, поспешно выбросив из головы возникшую картину, сосредоточился на текущих проблемах. Неужели Лоис в своей безграничной самоуверенности совсем не понимала, что если Брюс на самом деле Летучая Мышь, то вот так просто его не расколоть. Не на того напала. — Как говорит мой отец: «Торпеду мне в зад!» Тебе плюй в глаза — божья роса? Кстати, о богах. Мы отвлеклись. Бэтмен не один. Есть первый Бэтмен, главный, основной. Старый, — особенно выделив последнее слово, заявила Лоис. — Он редко светится на камерах и никогда не улыбается. Он высоченный, огромный, почти как Человек из стали. — На стол легло мутноватое фото с одной из давних пресс-конференций Лиги, где Бэтмен и Супермен стояли плечом к плечу. — Здоровяк, правда? Прямо как вы, мистер Уэйн. А ещё костюм старого Бэтмена отличается от костюма нового. — Лоис, я не… — Ти. Ши. На, — потребовала она и выложила ещё одно фото, тоже с пресс-конференции Лиги, но относительно свежее, из периода «смерти» Брюса. Наблюдательности Лоис можно было только позавидовать. — Вот другой Бэтмен, два гребня на рукавах, а не три, как у первой Мыши, и Супермен возвышается над ним на полголовы. Этот новый Бэтмен едва ли не подростком выглядит на фоне несокрушимого стального человека. Этот новый, ха, молодой Бэтмен умеет быть приветливым. — К первому снимку добавились ещё четыре. — Ослепительная улыбка, правда? Так же улыбался первый Робин. Так же улыбается Найтвинг. Так же улыбается Дик Грейсон, один из твоих сыновей. Ты, Кларк. — Он невыразительно взглянул на Лоис из-за очков, размышляя, сильно ли влетит Дику. — Ты отлично постарался, подобрал замечательные ракурсы, которые скрадывают все отличия, но в современном мире уже невозможно скрыться от камер, особенно если сам не стремишься к этому, а новый Бэтмен не стремится. Он истинный шоумен. Я посмотрела несколько любительских роликов, этот парень божественно двигается и целиком оправдывает своё имя — Летающий Грейсон. — Лоис, Лоис, прошу. — Брюс насмешливо фыркнул. — Может, Бэтменов два, шесть или даже сотня-другая. Кто знает, сколько человек носили или носят костюм Тёмного Рыцаря. Работёнка-то у него опасная, наверняка кости первой Летучей Мыши давно истлели в могиле. Может, мой сын улыбается, как этот Лайтминг, и так улыбаются ещё миллионов сто людей, но, Лоис, остановись, всё это… это вздор. — Это действительно вздор на первый взгляд, да и на второй тоже, — подхватила она. — Так много очевидных фактов, которые никому не приходит в голову сопоставить. Ты создал бесподобный, неподражаемый образ, ни у кого и тени мысли не возникает, что золотой мальчик Уэйн, любитель женщин, виски и всевозможных развлечений, и есть мрачный готэмский мститель. Пока не возникает, хотя следовало бы. Твои публичные выходки затмевают разум, и люди забывают, что ты не только сластолюбивый прожигатель жизни, но ещё очень успешный бизнесмен и щедрый филантроп. Ты неприлично богат, и стоит ли напоминать, у кого из супергероев самые дорогие игрушки? Может, ты и сам начинаешь размышлять о том, что рано или поздно кто-нибудь сложит всю пирамиду, как я сейчас? Может, ты уже нашёл способ отвести от себя вероятные подозрения? Скажем, провозгласить об официальной поддержке Летучей Мыши? Положи секрет на самое видное место, и тайна никогда не будет раскрыта. Кларк в очередной раз поразился проницательности и догадливости Лоис. До инцидента между ним и Бэтменом последний как раз задумывался о создании Корпорации. — Умоляю, Лоис, остановись, — лениво растягивая слова, попросил Брюс. — Я беспокоюсь за тебя, такие фантазии на пустом месте не возникают. Подожди-ка. — Он зарылся в один из ящиков стола. — Где-то здесь. Не здесь? Придётся позвонить дворецкому, я без него как без рук. Прошу, позволь помочь тебе, у меня есть номер высококлассного психотерапевта. Поверь, он облегчит твои страдания. Кент, наберите Альфреда. — Даже не вздумай подыгрывать, Смолвиль, — процедила Лоис, посылая Кларку гневные взгляды. — Но ты действительно ведёшь себя странно, — пробормотал он. — С чего ты вообще решила, что мистер Уэйн — Бэтмен? И всё остальное, обо мне и… как бы о нас, но о них. О тех, за кого ты нас принимаешь. Гм. — Да, мисс Лейн, — с энтузиазмом подхватил Брюс, оставив ящик в покое, — откуда в вашей прелестной головке появились столь бредовые мысли? Должна же быть причина. Это из-за того, что мы с Кентом вчера немного побоксировали? — Серьёзно? Серьёзно?! — Она всплеснула руками. — Нет, сначала я, конечно, решила, что у тебя совсем крыша поехала, Брюс. После травмы твоё поведение стало ужасающим, но мирный плейбой, дерущийся, как бешеный зверь? Мне не посчастливилось понаблюдать за вашей, х-ха, разминкой, однако результаты были налицо. На такое способен или полный псих, или тот, кто привык к подобному. Вроде Бэтмена. Естественно, я подумала, что ты окончательно рехнулся, пока не увидела Кларка, — пока не увидела его по-настоящему. — Меня? — Тот изумлённо приподнял брови. — А я-то здесь… — А я-то. А ты-то. Ох-ах. Простите-извините. Достаточно! Я видела твои глаза, Кларк. Глаза Супермена. Они отражались в поверхности бара, как работающие вулканы, выбрасывающие лаву. Никогда тебе не прощу, что за столько лет знакомства ты так и не смог мне довериться. Джимми знает? Перри? Как. Ты. Мог! — обвиняюще воскликнула Лоис. — Ты обманывал меня, врал и врал день за днём, год за годом. Любая опасность, и у тебя тут же немели ноги, начиналась мигрень или чёртова диарея, и ты исчезал, а на сцене мигом появлялся Большой Синий Парень. С вами та же история, мистер Уэйн. Пропадаете посреди приёмов, чтобы выпустить Летучую Мышь! — Лоис, я никогда не обманывал тебя. Я не Супермен, — возразил Кларк. — Как тебе такое в голову пришло? Мистер Уэйн, вы же там были… Вы же. Скажите ей, вы же… — Вы же, мы же, ты же, — собезьянничала она. — Тебе бы я тоже вручила парочку «Оскаров»! — Мисс Лейн, — вмешался Брюс, — я, право слово, не знаю, что вы видели. Очевидно, вы вчера были очень взволнованы, ворвавшись в мой кабинет в тот момент, когда Кент делал мне м… кх, м… кх. — У Кларка дёрнулась щека. — Простите, в горле запершило. Когда Кент делал мне массаж ног. Он дипломированный специалист, если вы не знали, и член «Канзасской ассоциации массажистов». Кажется, у меня даже есть какие-то бумаги, которые он мне приволок. — Брюс вновь покопался в ящиках и выложил на стол два сертификата, украшенных гербами и голограммами, с водяными знаками, подлинные на вид. — М… массаж? — издевательски протянула Лоис, бегло посмотрев на документы. — Мистер Кент такой талантливый, прямо диву даёшься. — Выглядит он как типичный сельский болван, не буду спорить, — надменно произнёс Брюс, — но неужели вы считаете, что я плачу ему четверть миллиона в год за красивые глаза, учитывая, что у него они совсем не красивые. У мистера Кента полно обязанностей. — Я восхищаюсь тобой, Брюс, — сказала Лоис, — у тебя на всё есть ответ, как и у Бэтмена на всё есть план. Вчера, когда я поняла, кто такой Кларк, мне никак не удавалось вписать тебя в уравнение. Я думала и думала, что такой славный парень, как Супермен, делает рядом с таким засранцем, как Брюс Уэйн. — Лоис, ты так щедра на комплименты, — с обидой вздохнул Брюс, разводя руками. — Но, прошу, твоё психическое состояние очень меня тревожит, а вчера у тебя, оказывается, были галлюцинации. Эти пугающие симптомы нельзя игнорировать. — Я размышляла и размышляла, — повысив голос, продолжила она, — но ты выпадал. Супермен ни за что бы не потерпел рядом с собой плохого человека. Никогда. Даже ради прикрытия. Он никогда бы не доверил свой секрет плохому человеку, а мой наивный, скромный, добрый, порой неуверенный в себе, но честный и стойкий Кларк ни за что бы не смирился с выходками капризного богатенького плейбоя, слетевшего с катушек. Ни за какие деньги. Он бы боролся, уволился в крайнем случае, но не сдался бы, как последняя тряпка. Мне стало стыдно, ведь я поверила в то, что он прогнулся; однако когда я осознала, что Кларк Кент — это маска, меня осенило — Брюс Уэйн тоже, но чья? Чья, вот вопрос?! Чья, как не лучшего друга Супермена, его верного приятеля и соратника? Нерешительный тюфяк Кларк — полная противоположность Супермену, а сумасбродный разгильдяй Брюс — антипод Бэтмена, и вы, мальчики, прекрасны. «Мой Кларк». Нерешительный тюфяк и сумасбродный разгильдяй. Кларк уставился в пол. Мальчики и их игры, которыми они наслаждаются, — так называла это Диана, но сейчас Кларк не наслаждался и был совсем не против отойти на второй план. В то время как Супермен бездельно валялся без сна в собственной мягкой постели, Бэтмен успел позаботиться о цифровой маске, придумать причину и состряпать сертификаты. Может, у него в рукаве имелись ещё трюки? — Это же твоя вина? — добавила Лоис, обращаясь к Кларку. — Ты его покалечил? Очередной захват разума бойскаута? Брюс Уэйн попадает в аварию, и примерно тогда же Супермен исчезает, а спустя две недели делает заявление о миссии в космосе. Это ведь был Марсианин? Скорее всего. В то же время в Готэме появляется молодой Бэтмен, потому что старый выбыл из строя. — Острый, как коса самой Смерти, ноготь Лоис постучал по давешнему снимку Брюса в маске и одному из свежих снимков Дика в плаще, сделанному не Кларком, где разница бросалась в глаза. — Лига не стала трясти грязным бельём? Ещё бы. На следующий день Кларк Кент берёт бессрочный отпуск по таинственным семейным обстоятельствам, а Супермен пропадает совсем. Ты сам снял с себя полномочия, или Лига посадила тебя в какую-то супертюрьму? Думаю, второе. Этим срывом ты исчерпал все кредиты. Лоис заслужила Пулитцеровскую премию, и имеющуюся, и все следующие, если они будут. Получив один факт, она вытащила наружу всю правду, и эта прозорливость одновременно ужасала и очаровывала. — Но как только Бэтмен немного пришёл в себя, — не остановилась на этом Лоис, — то выпустил тебя, но лишил плаща. Бэтмен больше не доверяет тебе, как и остальная Лига, а в Метрополис он примчался ради… Ради чего? Непосредственного контроля? Реванша? Или он взял этот реванш вчера? Это был криптонит, я права? Я права. Может, насчёт любовников я погорячилась, в этом у меня нет полной уверенности, но остальные цели поражены. — Лоис-Лоис-Лоис, стоп, — зачастил Брюс, — я совсем потерял нить твоих рассуждений. Марсиане, бойскауты, любовники, хриптонит. — Криптонит! — рявкнула она. — Хриптонит-криптонит, ну как это запомнить? Столько безумной информации, аж голова кружится. Кларк, проглотив смешок, пошатнулся, махнул рукой так, что слегка задел один из мониторов, и в конце концов опёрся на стол. — И-извините, — буркнул он, смущённо глядя поверх очков. — Не успел позавтракать дома, перехватил пару буррито на ходу, и, кажется, они положили туда авокадо, а у меня аллергия на авокадо. Что-то… — …Живот скрутило! — закончила за него Лоис. — Я знаю все твои отмазки, Кларк. Чёрт, всё ещё не могу поверить, я столько раз видела Супермена вблизи. Что это — магия? Иллюзия? Ты ведь на него непохож. Хотя если ты перестанешь сутулиться, снимешь очки, сменишь причёску… — Он всё равно будет непохож, мисс Лейн, — заговорил Брюс. — Я бы знал, если бы мой секретарь был гостем с другой планеты. Не ведаю, что вам почудилось вчера, но у меня в баре есть пара бутылок с этими модными блестящими этикетками. Наверняка ваши галлюцинации — это блики, которые можно увидеть с определённого ракурса. — Блики? Блики?! Лоис уставилась на Брюса, как из пушки выстрелила, и вдруг, резко крутанувшись на пятках, промаршировала к двери. Кларк исподлобья следил за ней. — Нет тут никаких бликов! — Она сделала шаг вперёд и влево. — Чт… Что. Что это такое?! — И с нервным вскриком кинулась к бару. — Как это понимать? — В её руках оказались две бутылки с переливающимися алыми голографическими этикетками. — Этого вчера не было! Ух-х! Думаешь обмануть меня этим трюком, Брюс? — Лоис вернулась обратно и бухнула на стол алкоголь. — Ты и правда Бэтмен, но я Лоис Лейн. Меня не проведёшь! — У меня и в мыслях не было обманывать тебя, — с неподдельной тревогой произнёс Брюс. — Всё это. — Он показал на раскиданные бумаги. — Ничего не стоит. Если хочешь напечатать статью, печатай, но мне бы не хотелось, чтобы над тобой потешались. Я беспокоюсь о тебе, Лоис. — Если я решу предать эти факты огласке, надо мной никто не будет потешаться. Люди наконец-то увидят правду. Да, Кларк? — Клянусь, я не Супермен, — растерянным голосом сказал он, переводя несчастный взгляд с неё на Брюса. — Это какой-то абсурд. Да, вчера мистер Уэйн попросил меня быть временным спарринг-партнёром… — Приказал, — поправил его Брюс. — Этот пункт есть в вашем контракте, Кент. — Прошу прощения, мистер Уэйн, конечно, — промямлил Кларк, так и стоявший, согнувшись, опираясь ладонью на стол. — А потом… — А потом ты сделал ему м… массаж! — Лоис подошла ближе. — Боже, какой прекрасный грим, не могу налюбоваться. — И внезапно ударила Кларка в плечо. Он скривился и ойкнул. — Да неужели! Тебе же не больно, в отличие от меня! Как это я раньше не замечала, ты ведь твёрд, как сталь! — Я вырос на ферме, а физический труд делает мужчин сильными и крепкими, — ответил Кларк. Ему чуть-чуть удалось отодвинуться на суперскорости, чтобы Лоис не сломала кости, но это мало помогло. Кости уцелели, как и решимость дожать его. — Сильными и крепкими, — повторила она, внимательно глядя ему в глаза. — Ну. Гм. Ага. — Очень сильными и крепкими. Буквально неуязвимыми! — Мисс Лейн, что вы делаете?! — прозвучал взволнованный голос Брюса, и вслед за этим раздался глухой металлический стук. Ничего не понимающий Кларк, у которого почему-то едва ощутимо кольнуло в правой руке, улыбнулся пошире. — Вот и неопровержимое доказательство! — экзальтированно выкрикнула Лоис и сунула Кларку под нос погнутую вилку. — Ах-х-х! — поражённо ахнул он, опуская голову, и испуганно отдёрнул ладонь от стола. — Ты… Лоис, ты. Ты попыталась вонзить в меня… вилку? Вилку?! Если бы ты попала? — Я попала! Я выросла среди морских котиков и научилась вслепую играть в ножички, когда мне было десять! Тебе в руку вонзилась вилка, а ты и не шелохнулся, я наблюдала! Супермен! Кларк понятия не имел, откуда сумасшедшая валькирия достала чёртову вилку, но ему следовало догадаться, что Лоис способна и на такое. Для Лоис не существовало преград и пределов. Стоило заранее активировать браслет, предположив, что будет проверка. Бэтмен или не подумал об этом, или не представлял, как далеко может зайти мисс Лейн, но Кларк-то знал её не первый год и очень хорошо. Теперь он обязан был улучить момент и проверить Лоис, удостовериться, что под костюмом не прячется ещё какое-нибудь импровизированное оружие или, хуже того, жучки. С кое-кого станется и прослушивающие устройства подбросить. — Лоис, — позвал Брюс, — я звоню своему психотерапевту, тебе нужна профессиональная помощь. — Да чтоб мне на месте провалиться! — Она развернулась, и Кларк, тут же просканировав её с ног до головы, убедился в отсутствии новых угроз. — Теперь-то что придумаешь? Доказательства налицо. — Мисс Лейн, вы едва не покалечили человека. Если бы вы попали, Кент мог бы стать инвалидом. — Если бы? Куда же я попала, если не в него? В стол? С таким-то звуком? Ну, предположим, но тогда на дереве наверняка остались следы, — хмыкнула она и посмотрела вниз. — Что? Эй! Этого тут не было! Это жульничество! Ты смошенничал. Не знаю как, но ты смошенничал! Кларк скосил глаза и незаметно усмехнулся. — Это ультрасовременная настольная подложка, мисс Лейн, — устало пояснил Брюс. — Сделана из очень твёрдого материала. Производитель уверяет, что её не повредить, даже если бросить в жерло вулкана. Думаю, это лукавство, но против вилки она устояла. Ни царапинки. — Ты. Ты! — Лоис сжала губы так, что они побелели, и в исступлении швырнула в Бэтмена вилку. Тот неуклюже уклонился, и вилка, просвистев рядом с ухом, ударилась о стекло и шмякнулась на пол. Кларк тихо выдохнул. — Ты. Вы оба. Вы! — Мисс Лейн, я… Ох, вы такая неистовая, но всё же, я позвоню? — пригладив выбившуюся на виске прядь волос, спросил Брюс. — Вы так перевозбудились вчера, что до сих пор… — Прекрати, — с яростью прошипела она, — не верю ни единому слову. Я здорова и вменяема, а вы оба — опытные жулики, которые пытаются сделать из меня дурочку. Никаких звонков. — Как пожелаешь, — покорно кивнул Брюс. — Кент, сварите-ка мне свежий кофе ещё раз, а мисс Лейн принесите стакан воды и поройтесь в аптечке, там должны быть успокоительные. — Мне не нужны лекарства! Кларк, стоять! Кларк мысленно выругался и замер. Он наконец-то сообразил, что Бэтмен, не воспользовавшись шансом заранее, дал его потом, но Супермен упустил возможность, а теперь Лоис завелась по-настоящему и не собиралась спускать с них глаз. — Я иду с тобой, — продолжила она, — и вы, мистер Уэйн. — Ради твоего спокойствия, дорогая, всё что угодно. Кларк молча возился с кофемашиной, спиной чувствуя, как атмосфера уже не накаляется — кипит. Он пролил немного кофе на пол, не обращая внимания на недоверчивое фырканье позади, и потащился обратно, будто преступник, идущий в камеру в сопровождении полицейских. — Мисс Лейн, — начал Брюс, заехав на своё место, — вы предположили, что я Бэтмен, после того как решили, что Кент — Супермен, а то, что он Супермен, вы допустили, когда якобы увидели какие-то красные… глаза? Речь идёт о знаменитом огненном зрении Супермена? — Тепловом зрении, — голосом пожилой учительницы, разочаровавшейся в жизни вообще и в учениках в частности, поправила его Лоис. — Хорошо. Но если Кент не Супермен, то и я не Бэтмен, и все ваши так называемые факты — лишь крошечная горстка занятных и весьма надуманных совпадений, а мы те, кто мы есть? Как вы там сказали? Нерешительный тюфяк и сумасбродный разгильдяй? Не передать, как я опечален, что вы обо мне такого мнения, но всё же — мои рассуждения верны? — Х-х-хм, — длинно хмыкнула Лоис и после долгой паузы кивнула. — Вы уверены, что вчера я подрался с Кентом, используя этот, как его, крепинит? Криптонит, да, простите. Этот криптонит отнимает у Супермена силы? — Делает слабым, больным и убивает его. Как будто ты не в курсе! — Впервые слышу, и это так интересно, — восхитился Брюс и с живым любопытством уставился на Кларка. — Вы знали об этом, Кент? — Да, я ведь пишу о Супермене много лет. — Потрясающе, просто потрясающе. — Брюс перевёл взгляд на Лоис, свысока посматривающую на него. — Мисс Лейн, вы не сомневаетесь, что вонзили в моего секретаря вилку, и та погнулась, а он ничего не заметил? — Именно! — Значит, криптонита здесь нет. — Конечно нет! — Лоис топнула каблуком. — К чему это всё? — Дайте же мне договорить. Криптонита нет, и если бы даже мы, условные Бэтмен и Супермен, захотели применить какую-то уловку, то вы буквально не спускаете с нас глаз. Так? Так. Если нет криптонита и нет уловок, то Супермен — это Супермен: сильный, неуязвимый и стальной. — Наконец-то вы сказали хоть что-то имеющее смысл. — Назови мне первое правило, Лоис, — сменил тему Брюс. — Первое правило? — нахмурилась она. — Что ещё за первое правило? Первое правило бойцовского клуба? — Нет. Давайте вы, Кент. Первое правило… — …Тайного бункера, — догадавшись, продолжил Кларк, поражаясь умению Бэтмена подстраиваться под ситуацию и надеясь, что это сработает. — Что? — возмущённо вскрикнула Лоис. — Вы решили меня запутать? Какой ещё бункер? — Кент, действительно, вы поклонник Гарри Поттера? Какой бункер, вы о чём? — Там, гм, была тайная комната, — сконфуженно пробормотал Кларк, — я ошибся. Но у неё же были правила, разве нет? — Вы безнадёжны, Кент. — Брюс быстро посмотрел вниз и влево и тут же поднял взгляд. Кларк, уловив направление, едва заметно качнул головой и прислушался, убеждаясь, что фокус сработал и силы пропали. Они активировали браслет, а боль он вытерпит. — Итак, первое правило журналистики. Лоис? — Писать правду, всю правду и ничего, кроме правды! — не задумываясь, ответила она. — Следовать фактам, мисс Лейн, вот первое правило. Следовать фактам и ничему иному. Если мистер Кент — Супермен, то ему, конечно, не причинит вреда эта чашечка свежесваренного кофе. — Чашечка свежесваренного кофе? — переспросил Кларк. — Мистер Уэйн, простите, но вы же шутите? Вы босс, однако это уже… — Умолкните-ка, Кент. У вас не только самая высокая зарплата в издательстве, но и самая дорогая страховка. Разве вы не хотите немного пострадать ради истины и психологического здоровья мисс Лейн? Я ради неё — не истины, а Лоис, конечно — готов на всё, так давайте же побудем её рыцарями в сверкающих доспехах хотя бы на мгновение. Небольшой ожог вас не убьёт. Куда безопаснее вилки, которая разорвала бы вам мышцы и сухожилия, попади мисс Лейн в цель. — Я поняла! — Лоис хитро прищурилась и по очереди погрозила им пальцем. — Полагаете, меня отпугнёт ваша напускная решимость? Думаете, я отступлю? Слабый план, Бэтмен! — Она схватила чашку. — Ладонь на стол, Кларк. Хотя по сценарию ты, видимо, должен чуть-чуть поупираться? Ты ведь у нас обычный парень, чьи права нарушает босс-самодур. — Прошу, Лоис, ты не понимаешь. Ты не в себе. — Перейдём к следующей сцене. Ладонь. На стол. — Кент, делайте, что она говорит, иначе я вызову охрану и не оставлю вам выбора. За те деньги, что я вам плачу, вы прыгаете, даже когда я молчу. Или вам охота искать новую работу? Поверьте, я позабочусь о том, чтобы этот процесс затянулся. — Мистер Уэйн, — проговорил Кларк, — вы не серьёзно? Вы ведь разумный человек, а это просто глупо. Мисс Лейн нужна врачебная помощь, а вы потакаете её психозу. — Клади ладонь на стол, Смолвиль, или я покажу тебе настоящий психоз, — велела Лоис. — Вы двое сами загнали себя в ловушку и после этого не отвертитесь. Вам не останется ничего, кроме как признаться, и я получу это признание сейчас, а потом мы обсудим, что нам дальше с этим делать. Ладонь на стол. Немедленно! — Нет, и я не… А-а-а! Кларк взвыл. Лоис вцепилась в него повыше запястья, дёрнула руку вперёд, и на кожу выплеснулась порция обжигающей жидкости. — Божественно сыграно, — саркастично усмехнулась Лоис и вылила остатки. Он вырвался и, запрокинув голову, хрипло заорал во всю глотку. Из глаз брызнули слёзы и повисли на стёклах очков. Кларк шумно хватал воздух ртом, задыхаясь от непривычного чувства никак не проходящей и всё разрастающейся острой боли. Браслет сохранил толику сил, но слишком незначительную, чтобы облегчить муки. Кларк и не представлял, что будет настолько больно. — Достаточно, Супермен, спектакль затянулся. Или ты ждёшь аплодисментов? — Мисс Лейн, вы действительно думаете, что он притворяется? Кент, вам нужно срочно подставить руку под холодную воду. — Стой-ять! — скомандовала Лоис и сцапала Кларка за руку, вырвав из его груди истошный вопль. — Что. К-как?.. Нет. Нет-нет-нет. Нет. Не может быть! Нет. Кларк кое-как посмотрел вниз через заляпанные очки. Лоис склонилась и старательно дула на его начинающую розоветь кисть. — Нет, нет-нет-нет. Как же это. Смолвиль? Мистер Уэйн? — Разогнувшись, она растерянно покрутила головой. — Кларк. Я. Не может быть. — Кент не Супермен, мисс Лейн, — произнёс Брюс. — Кент обычный человек и не наряжается в яркое трико, как и я не ношу маску с ушками и плащ. Теперь вы убедились? — Я не. Я, — обескураженно пробормотала Лоис, нервно переступая на месте. — Мне так жаль, Кларк. Всё так сложилось… Как же… Вчера… Это были блики от этикеток? И вилка. Настольная подложка? Я исказила факты в угоду своим желаниям… Чем я вообще думала, Кларк Кент — Супермен, Брюс Уэйн — Бэтмен. Фермер и плейбой — величайшие герои в мире… Это же и правда нелепо. Смолвиль, прости меня, прости, пожалуйста. Давай я отвезу тебя в больницу? Боже, мне очень, очень жаль, поверь, я совсем не хотела причинить тебе боль. Ты ведь простишь меня? Как журналист, да… ты должен меня понять, я немного увлеклась. Боже. Боже! Скажи хоть что-нибудь… — Мисс Лейн, успокойтесь, о Кенте позаботятся мои люди, — вмешался Брюс, — а вы позаботьтесь о себе. Очевидно, вы испытали сильное психологическое потрясение. Отдохните. Я даю вам два выходных. Идите. — Конечно. Так лучше. Я слегка, гм, переборщила, мистер Уэйн, со всеми этими грубостями. Кажется, я бросила в вас вилку? Ну, я ведь промазала, инцидент исчерпан? — Лоис аккуратно поставила опустевшую чашку на край стола, торопливо сгребла бумаги и прижала кучу смятых документов к груди. На пол упало несколько фотографий, но она не заметила. — Тем не менее я прошу прощения за своё странное поведение. Надеюсь, вы и Кларк, надеюсь, да… Кларк. Кларк… Он и правда купил тебя? Правда. Тогда к чёрту. К чёрту! — Она широкими шагами бросилась к выходу, застыла у порога и, прежде чем уйти, рявкнула: — Ненавижу вас обоих! Ненавижу! Оглушительно хлопнула дверь, и Кларк, подковыляв к одному из кресел, рухнул в него. — Проклятье, Лоис, — простонал он. — Первое пра… — Нет, — перебил Брюс. — Сейчас принесу аптечку, а ты иди в туалет. — Зачем? — поинтересовался Кларк, поднимаясь. — Я замотаю руку бинтами. Ладно, как скажешь. Полагаешь, Лоис заглянет под повязку? Чушь, она так не поступит. — Лоис заглянула под повязку, — отчитался он спустя неделю. Брюс занимался в тренажёрном зале. Кларк постоял у распахнутых дверей и зашёл внутрь. Прежде двери всегда были закрыты и приходилось стучаться, но за прошедшие семь дней Бэтмен смягчился. Кларк не понимал, почему тот не уезжает в Готэм. Собирается задержаться в Метрополисе на Рождество, до которого было рукой подать? Разве они не решили все вопросы? Для чего оставаться? Не ради же Супермена. Это были приятные мысли, но глупые. Наверное, Брюсу хотелось лично убедиться, что история с Лоис действительно завершена, или он не планировал давать поспешным отъездом повод для возрождения подозрений, или всё ещё не желал оставлять Супермена без постоянного присмотра. Это были разумные мысли, но соответствовали ли они реальности? Неужели Бэтмен замышлял что-то ещё? — Лоис заглянула под повязку, — повторил Кларк, подходя к тренажёрам. — Как считаешь, могу я вернуть силы? Он старался смотреть в сторону, чтобы не получить очередные обвинения ниже пояса. Бэтмен всё верно говорил. Лишившись сил, Супермен не стал человеком, его физиология не изменилась. Посещения подпольных боёв приносили не только психологическое, но и физическое облегчение, а теперь он не мог сбрасывать напряжение в барах и вся нерастраченная энергия сконцентрировалась в одной точке. Из-за ног Брюс упражнялся в основном на скамье со штангой и гантелями, и жимы и разводы лёжа выглядели в глазах Кларка весьма откровенно. Учитывая, что сегодня мокрая футболка Бэтмена валялась на полу. — Нет. Силы вернёшь, когда уйдёшь на рождественские праздники, такие ожоги за неделю-другую не заживают, — процедил Брюс, медленно разводя руки с увесистыми гантелями. Жаль, что такие ожоги не заживали за неделю, потому что Кларк уже устал. Давно он не терял способности на срок дольше пары дней и успел запамятовать, как это, вдобавок в былые времена ему нравилось быть обычным. Кларк нередко мечтал о нормальной жизни, но получив её сейчас, уже сомневался в целесообразности собственных желаний. Бэтмен, возможно, опять не ошибся, как-то заявив, что Супермен только и делает, что сетует на силы, но, утратив их, тут же просит вернуть обратно. Кларк очень устал. Он мёрз и потел, испытывал голод и жажду, не высыпался и никак не мог отрегулировать подачу воды в душе, обжигал рот горячим кофе и ежедневно опаздывал на работу. Пользоваться общественным транспортом по принуждению было не так уж приятно. Свою машину Кларк найти не мог. Последний раз он садился за руль, когда встречался с Лоис, и за это время автомобиль угнали с той не слишком надёжной стоянки, где она была впопыхах брошена. Кларк очень, очень устал. Он чихал. Зевал. Покрывался мурашками. Регулярно ходил в туалет. После рабочего дня у него плохо пахли ноги, раненая рука доставляла немало неприятностей. Брюс почему-то не предложил цифровую маску и для этого, а Кларк не стал просить. Чесалась и зудела кожа на лице — па многому его научил, но не бритью. Даже имея возможность использовать браслет, Кларк брился при помощи теплового зрения, однако теперь ему не оставалось ничего, кроме бритвы. Па признавал только опасные, но Кларк не рискнул, купив станок, и чёртов станок резал почище клинка самурая, превращая лицо в кровавое поле боя, залепленное кусочками туалетной бумаги. Подобных мелочей набралось немало, и Кларк очень, очень, очень устал. Быть человеком выходило утомительно, а ведь он так стремился к обычной жизни. Это был бы хороший выход для него: никакого плаща, никакого Супермена, но семь дней быта слегка поколебали намерения. Кларк подумывал начать отращивать бороду, чтобы избавиться хотя бы от одного пункта в расписании простого человека. Или всё-таки купить электробритву, пусть па их и не уважал. Он покосился на Брюса. Силы покинули Супермена, но физиология не изменилась, и вдобавок Бэтмен вёл себя до ужаса дружелюбно. Для нового Бэтмена. Истекшая неделя прошла на удивление мирно, они несколько раз вполне по-приятельски беседовали на отвлечённые темы, распивая кофе, а вчера Брюс пригласил его вместе пообедать, и ни разу за эти дни не поднимался вопрос возвращения. Кларк уже всерьёз прикидывал, не признаться ли в том, в чём он не сумел признаться раньше. Если этот Бэтмен даст прощение за все грехи? Если после этого Супермену станет по-настоящему легче? Если это как раз то, что нужно? Слова друга. Понимание, что друг не считает его монстром, невзирая на то, какое удовольствие получал тогда Супермен. Кларк в открытую уставился на Брюса: на чётко прорисованные грудные мышцы, на сокращающиеся в такт движениям кубики пресса, на влажный от пота пояс шорт, на… Он скользнул взглядом обратно, подальше от ног. Несправедливо. Бэтмен не должен был вести себя так дружелюбно все эти дни. Это вынуждало Супермена задаваться вопросами, которыми он не хотел — очень хотел — задаваться. Зачем Брюс показывал Лоис те фотографии? Версия у Кларка имелась лишь одна: Брюс не забыл его слова и пытался устранить… кого? Конкурента? Из ревности? Настолько же глупая версия, как и мысли о том, что Бэтмен остался ради Супермена. Но Бэтмен вёл себя чересчур дружелюбно, заставляя вспоминать то, что вспоминать не хотелось — очень хотелось. Например, поцелуи — и не с Лоис; или некоторые факты из дневника, где Бэтмен выказывал определённое расположение. Бэтмен, который вёл себя чересчур дружелюбно. Бэтмен, который прекрасно смотрелся лёжа полуобнажённым на чёртовой скамейке. — Прекрати. Кларк моргнул. Брюс, уже отложив гантели, сидел на скамье и сердито смотрел. — Что прекратить? — Прекрати пялиться на меня. — Я не… Кажется, он покраснел. Это было непривычное чувство, и Кларк пожалел, что придя с обеденного перерыва и дальновидно заперев приёмную, снял маску, от постоянного ношения которой чесалась голова. Это бы его спасло. Маска создавала фальшивое лицо, взаимодействующее с реальной мимикой, но скрывала чисто физиологические реакции. Она бы спрятала то, что он точно покраснел. Натурально. Как люди. Горело под глазами, пылали щёки, и Кларк ничего не мог с этим поделать. Он взрослый человек и не должен краснеть, как глупый подросток, на которого ни с того ни с сего обратила внимание королева школьного бала. Как неловко. — Я не пялюсь, — наконец сухо возразил Кларк, пытаясь отрешиться от того, как печёт лицо. — Идиотское слово. Я тебе кофе захватил, там, на твоём столе. Обезжиренный латте: декофеинизированный пиберри, минимум пены, корица и порция карамели. — И немного эрекции в качестве комплимента от заведения? — Ч… Че… Чего?.. — пробормотал шокированный Кларк и резко отвернулся, сообразив. Он улавливал краем уха писк часов Брюса и слепо глядел перед собой. Так погрузился в необычные ощущения выше пояса, что перестал контролировать себя ниже. Исключительно несправедливо. Исключительно сегодня, когда ему взбрело в голову надеть джинсы и свитер вместо костюма. Но он не хотел. То есть хотел. Теоретически. Но не так и не здесь. Не с таким Бэтменом и не с таким Суперменом. После того, как они отбили атаку Лоис, Кларк только и думал о её словах. «Супермен и Бэтмен — любовники». Невозможно, конечно. Не так и не здесь. Не с таким Бэтменом и не с таким Суперменом. Кларк думал и думал: о поцелуях, о бункере, о дневнике, о словах Лоис и о том, что воспринимать лучшего друга так по-прежнему немного странно. Думал обо всём, кроме того, о чём действительно должен был думать. Бэтмен возвращался, медленно, планомерно, а Супермен застрял на нижнем уровне и думал обо всём, кроме того, что имеет значение. Не Супермен, не Кал-Эл. Вероятно, и не Кларк Кент, а тот, кто завяз по горло в безбрежном болоте без шансов выбраться или утонуть. Та статья о Бэтмене так и осталась единственной, и сколько бы Кларк ни пытался, но продвинуться дальше не мог. Вернуть хотя бы одну часть прежней жизни не получалось. «Супермен и Бэтмен — любовники». Кларку следовало уйти в приёмную, но он стоял и думал. Не о том. У Бэтмена неприлично отличное тело, натренированное, выточенное до мельчайших деталей, исполосованное дорожками злых воспоминаний. Многие из этих дорожек протоптал Супермен. «Супермен и Бэтмен — любовники». Ему следовало убраться отсюда на максимальной человеческой скорости, но Кларк стоял и думал. Слушал шорохи позади. Брюс разувался. Застучали костыли, ближе и ближе. Часы пищали так громко и часто, что отсутствие сил представлялось абсолютным благом. — Ты всё ещё тот, у кого проблемы с восьмым центром. Брюс говорил, обдавая ухо дыханием, говорил запредельно низко, но не рычаще. — Ты всё ещё тот, кто теряет контроль. Запах пота был приятным, густым, свежим. Волнующим. Комплимент от заведения предполагал большую порцию, и Кларк застыл каменным болванчиком. На щеках будто тлели огромные угли. Ему нечего стесняться. Бэтмен видел его во всех возможных и невозможных ситуациях — никто не видел больше и вряд ли увидит. Бэтмен знал о нём всё и ещё немного — это немного не дано узнать никому другому. Бэтмена не могло смутить его состояние. — Я всё ещё тот, кто помнит об этом. Я никогда не забываю, — продолжил Брюс. Все эти месяцы Кларк не сомневался, что управляет собой: всегда, в любой ситуации. После того, что случилось, контроль становился не просто первоочередной задачей — самым важным пунктом в жизни. Никаких срывов, никаких монстров, никакого «Ты что же, хочешь меня? Да? Тогда получай!» Он не брал в расчёт того, кто повернулся к нему лицом. Того полуголого, потного, стоящего за спиной, почти касающегося его горячего Брюса. Бэтмена. Брюс был горяч во всех своих ипостасях. Высший класс. Стоило проклясть Джимми, почти месяц назад навесившего на Брюса такой привлекательный ярлык, но Джимми попал в точку. После его вердикта стало менее странно воспринимать лучшего друга так. Высший класс — кто бы устоял, уж точно не проблемный пришелец с вечно активным восьмым центром. — Ты считаешь, что всё изменилось? Изменилось, но не настолько. Губы Брюса невесомо мазнули Кларка по мочке уха, и он уже не смотрел слепо — попросту ослеп, пока не услышал удаляющийся глухой стук костылей. «Супермен и Бэтмен — любовники». Кларк надеялся, что штаны останутся чистыми. Такое с ним случалось несколько раз наяву, но лишь под влиянием суперсил. Не так. Не здесь. Не когда полуголый, потный, горячий Брюс шёл принимать душ. «Я спрошу лишь одно — все твои мысли исключительно о сексе?» Фактически — довольно часто, хотя он не имел никакого права думать о таком, не после сделанного, не после того, что хотел сделать и как. Фактически он оставался монстром, склонным к сексуальному насилию. Фактически монстрам, склонным к сексуальному насилию, положено думать о сексе и насилии. Фактически Кларк совсем не хотел думать о насилии, его устраивал просто секс. Фактически над тем, кем он стал, насилие могла совершить другая сторона. Фактически другая сторона однажды совершила насилие, но без секса и обоюдное. Фактически он не понимал другую сторону. Фактически был уверен, что другая сторона никогда — достаточно долго, чтобы считаться за никогда, или до тех пор, пока не произойдёт что-то ещё, — не позволит прикоснуться к себе так. Фактически то, о чём думал и думал Супермен, предполагало много прикосновений. Фактически, если Супермен будет думать о прикосновениях, то останется меньше времени на другие мысли. — Когда остынешь, принеси мне полотенце, — донеслось издалека. Бэтмен не насмехался. Над этим он не насмехался с самого начала и не собирался теперь. Бэтмен оставался единственным, кто знал. Бэтмен оставался единственным, с кем Супермен мог поделиться этим — и разделить. Фантастически несправедливо. Нечестно, что единственным якорем нормальности был уже, наверное, полностью обнажённый и ещё более горячий Брюс. Это буквально лишало выбора. «Супермен и Бэтмен — любовники». Кларк думал: о Люторе и всех его злодеяниях, о кознях Брейниака, об узниках Фантомной Зоны, обо всём плохом, что случалось с ним в жизни, — кроме одного. Кларк слушал: как льётся вода. Кларк представлял. Он был очень хорош в этом. Великолепен. «Простите меня, отец, за то, что я не хочу просить за это прощения». Он сходил в комнату для реабилитации и взял полотенце из стопки. Наверняка Брюс случайно оставил открытыми двери тренировочного зала. Наверняка Брюс случайно снял футболку. Наверняка Брюс случайно коснулся его уха. Наверняка Брюс случайно забыл полотенце. Наверняка Брюс случайно оставил открытыми и двери душевой кабинки. Кларк зашёл в отсек-раздевалку и, повесив полотенце на один из держателей, сел на скамеечку с поручнями по краям. Брюс сидел на похожей, вполоборота. Наверняка производитель душевых кабинок случайно сделал внутреннюю перегородку целиком прозрачной. Кларк не должен был садиться. Если Кларк сел, случайно, конечно же, то должен был извиниться, встать и уйти. Если бы Брюс сказал ему уйти, он бы ушёл. — Ты успокоился? — поинтересовался вместо этого Брюс. «Супермен и Бэтмен — любовники». Лоис не имела никакого права выпускать стрелу в несозревшее яблочко, выросшее на непосаженном дереве. — Почти. Супермен только и делал, что врал. Супермен только и делал, что думал о том, о чём думать не следовало. Супермен только и делал, что верил Бэтмену, хотя Бэтмен не верил ему совсем. — Что происходит, Брюс? — всё-таки спросил Кларк. — Я грязный. Я моюсь. — Я не о том. Ты хочешь научить меня контролю таким… способом? Или проверить даже без сил? Брюс ничего не ответил, продолжая невозмутимо возить по телу мочалкой. Кларк хотел бы его понимать, однако не понимал. Бэтмен никогда не поступал просто так — Бэтмен, который до. В этом Бэтмене уже проявилось достаточно прежних черт, но не все. Кларк попробовал размышлять трезво, отрицая то, что лицо снова полыхает от жара. Он и не представлял, что склонен краснеть так сильно. Он окончательно запутался в себе и мотивах Брюса, и больше всего желал, чтобы у Брюса отсутствовали любые мотивы. Брюс «Хочешь меня спаять?» позволил ему помочь с ногами. Брюс «Вы уволены за разглашение конфиденциальной информации» разобрался с подонком Райдером. Брюс «Теперь вы убедились?» решил вопрос с Лоис. Брюс «Оставь компьютер в покое и зайди ко мне, Альфред испёк чудное печенье» всю неделю вёл себя дружелюбно, то и дело приглашая на чашечку кофе. Брюс «Я угощаю, Кларк» сходил с ним на ланч. Брюс «Я грязный. Я моюсь» сидел напротив него, обнажённый, настолько равнодушный и холодный, что горячее и быть не могло, и мылся. Что-то внутри шепнуло — Брюс форсирует какие-то события, спешит зачем-то и куда-то, но он не слушал. Что-то внутри напомнило — Брюс забрал у него силы и возможность проверять любые физиологические реакции вплоть до молекулярного уровня и сопоставлять видимое и реальное, но он не принял это к сведению. Брюс был слишком во всех смыслах, чтобы он стал слушать и принимать. Кларку хотелось верить. Вера — то, что ему удавалось лучше всего. Вера — то, что поддерживало его и толкало вперёд. Вера — то, без чего ему с трудом удавалось жить. Для далеко не Супермена всё ещё не Бэтмен был так убедителен, что Кларк вздохнул и поверил. И теперь точно пропал насовсем, даже не понимая этого.