Брак по расчету

Мэри с веселым настроением играла у себя в комнате, а рядом с ней сидела миссис Драгнил, бережно вышивая крестиком красивый рисунок. — У-уж! — она взяла в руки деревянный самолетик, — Бабушка, смотри! — играясь, Мари подбежала к ней, улыбаясь и ожидая, чтобы бабушка обратила на нее внимание, — А что ты делаешь? Миссис Драгнил ласково посмотрела на девочку, погладив ее по голове, а затем с улыбкой ответила: — Вышиваю. Посмотри, как красиво. — женщина развернула свой рисунок к Мари, от чего та рассмеялась, глядя на него.  — Это что? Похоже на жучка! — расхохоталась она, а ее зеленые глазки заблестели, как у маленького чертика. Миссис Драгнил удивленно, но с некой ошеломленной улыбкой посмотрела на свою внучку, а затем также рассмеялась. И как она раньше могла жить без этого маленького существа? Такого веселого и задорного? Один ее вид уже доставлял радость и удовольствие! А как ее любили все в деревне! Ведь она была такой обаяшкой! Миссис Драгнил не могла ею налюбоваться, ведь этот совершенно чужой ребенок, теперь стал самым родным. Неожиданно послышался щелчок двери и в комнату вошел Нацу, которого с криками и объятиями встретила Мэри. — Ну, наконец-то! — в присутствии папы Мэри почувствовала прежнюю легкость и стала вредничать, требуя от папы объяснений, — Где ты был?! — нахмурив свои бровки, спросила она, — Отвечай! Нацу рассмеялся, усадив дочь на колени. — У тети Люси? Да?! — Да, моя крошка. Ты ведь ее любишь, верно? — Конечно! — Мэри широко улыбнулась, обвив шею Нацу своими ручонками. Услышав имя Хартфилии, миссис Драгнил вздрогнула, уронив иголку на пол, а на ее лице проступило волнение. Нацу заметил это. Он знал, что в скором времени, они с Люси буду жить вместе, и на этот раз, мать не сможет ему помешать. — Солнышко, выйди, нам с бабушкой нужно поговорить. Мэри сердито нахмурилась, не привыкшая к послушанию, ведь она была ужасна избалована свои отцом и это настораживало многих, в том числе и самого Нацу. — Нет, я тоже хочу знать! Я останусь здесь! Нацу очень любил свою девочку. Но порой, хороший ремень ей бы не помешал, так он все чаще думал. — Мэри, если ты не сделаешь то, что я попросил, я не куплю тебе больше никаких платьев. Будь уверена. — произнес он сдержанно, но со строгим взглядом, который Мэри выдержала и молча вышла из комнаты. — Ей не хватает внимания, женского… — с легкой улыбкой произнес Нацу, усаживаясь на стул возле камина, где рядом сидела миссис Драгнил. Женщина продолжала нервно вышивать, не произнося ни слова. — Я до сих пор люблю ее. — сжав руки в замок, произнес Нацу, посмотрев на мать. — И вскоре, мы станем одной семьей, хочешь ты этого или нет, но Люси будет моей женой. Миссис Драгнил взглянула на сына почти злым и отчаянным взглядом, но ничего не ответила.

***

Джувия нервно вздыхала и выдыхала, перемывая на кухне посуду, пока Люси за столиком читала утреннюю газету. — Я с первых дней невзлюбила этого доктора, как сейчас помню… — сказала Люси, вспоминая то страшное время, и отложила газету, обдумывая все написанное, — Как жаль, что я так мало помню… — хрипло произнесла Люси, обхватив себя за плечи, так как по ее телу пробежали мурашки. — Я, к сожалению, тоже. — ответила Джу, закончив с посудой, и села за столик к сестре, — Грея нет так долго… — грустно произнесла она, посмотрев в окно. — В последнее время он так много работает, мы видимся всего два раза в неделю! — с грустью рассмеялась она, — Наверное, пора с этим заканчивать. — Джу, ты чего, милая… — Люси посмотрела в глаза сестре, взяв ее за руку, — Попробуй поговорить с ним. — Нет смысла. Я хочу семью, детей… О, ты же знаешь, как много значит для меня топот маленьких ножек по дому! А для него слишком рано… Так он мне часто говорил. Хотя ему уже двадцать шесть лет, и самое ужасное, — на ее глазах накатились слезы, — Я люблю его. — дрожащим голосом вымолвила она, — Люблю… Но, нам пока нужно сделать паузу. Можно я поживу некоторое время в твоей квартире? — Конечно. — внимая все слова сестры, ответила Люси. — Я вот… — начала она, посмотрев на газету, а затем резко замерла. Люси не отводила взгляда от фотографии доктора с пол минуты, а Джувия, в недоумении, никак не могла достучаться до нее. Люси ближе поднесла газету к себе, а глаза ее бегали из стороны в сторону, наливаясь слезами. — Люси, да что с тобой? Люси? — Джу обеспокоено звала ее, касаясь ее локтя. Девушка посмотрела на Джу, лицо ее побледнело, а на глазах застыли слезы. — Быть может, она жива. — в пол голоса произнесла Люси. — Кто? — Моя девочка, Джу, она жива… Быть может... — она приложила ладони к голове, закрыв глаза и тяжело задышала. — Я что-то вспомнила или… Господи… Джу облокотилась о спинку стула, вздохнув, и озабоченно посмотрела на Люси. — Милая… Это все прошлые воспоминания, они просто нахлынули на тебя. Не стоит думать об этом, дорогая. Зря я тебе показала эту газету, — Джу сразу же выбросила статью в мусорное ведро, — Пойдем, тебе стоит прилечь. — она взяла за руку Люси, и та неспешно, но согласилась.

***

Немного отдохнув у Джу, Люси решила прогуляться. Теплый летний воздух помогал очистить мысли и подумать только на тем, чем следует. После сна, она почти ничего не помнила, и это начинало ее пугать, но Люси надеялась, что это все из-за усталости. Она прошлась по парку, решив присесть на лавочку, как вдруг, заметила идущую по бульвару миссис Драгнил, которая целенаправленно шла к Люси. Девушка решила сразу же встать, дабы не встречаться с ней ни взглядом, ни словом. — Не спеши. — услышала она позади себя. — Присядь. — но Люси не послушала ее, — Присядь же, тебе стоит услышать это. — и девушка сдалась, понимая, что не имеет права так струсить и сбежать. Первые минуты, миссис Драгнил, в своей норковой жилетке и пышном сером платье от Dior, молчала, смотря куда-то вдаль парка, где находилась река и за ней, в желто-алых тонах оседало солнце. — Я никогда не смогу полюбить тебя и принять, и тому есть свои причины. — начала она, — И если ты сможешь выслушать одну историю, где замешан твой отец — Джуд Хартфилий, я расскажу. Опешив, Люси сразу же посмотрела на женщину. — Мой отец?