Оковы: Тиру Носфеу

Кто-то осторожно и ласково гладил Бэкхёна по голове. Так по утрам его часто будил отец, поэтому он улыбнулся и открыл глаза. Король Калагар действительно сидел рядом с ним, но лицо его было омрачено скорбью и горечью. Улыбка принца дрогнула, и он резко сел в своём ложе. Воспоминания нахлынули оглушительной волной, и Бэкхён едва смог вздохнуть. Он совсем не чувствовал боли, что недавно раздирала его на куски, и на краткий миг ему показалось, что всё было кошмарным сном, но пятна крови на его халате и простынях были свидетельством того ужаса. Он в отчаянии протянул руки отцу, и на тонком запястье звякнул браслет. Он непонимающе уставился на золотое украшение и попытался его снять. Ничего не выходило, драгоценный змей крепко обвил его руку, а красные рубины зловеще сияли двумя глазами чудовища. Горло Бэкхёна словно сжала невидимая рука, и он начал задыхаться. Ногтями он начал царапать себе шею, но так и не мог сделать вдох. Отец притянул его к себе и тихо прошептал на ухо заклинание. Принц обмяк на чужих руках и снова погрузился в сон. Калагар тяжело вздохнул и подхватил лёгкое тело сына. Через тайные ходы он быстро дошёл до собственных покоев и оказался в просторной купальне. От подземных горячих вод здесь всегда клубился густой пар. Король снял с сына испорченную одежду и осторожно опустил в купель. Мочалкой из морской губки он пытался смыть всю невидимую грязь с нежной кожи, да только от проклятого браслета не мог избавиться даже он. — Мой нежный цветок, — Калагар поцеловал сына в лоб, а на безмятежное лицо принца упала одна слеза, — почему я не смог защитить тебя от этой напасти? — задавал ли король этот вопрос себе, принцу или Богам, но ответом ему была тишина. Оставив сына в своих покоях, он направился в тронный зал и приказал привести туда своего камердинера. У слуг Даркель уже узнал, что случилось, поэтому, как только оказался перед взором короля, бросился ему в ноги. — Умоляю, мой король! Я даже помыслить не мог… — Молчи! — эхом пронёсся гневный приказ по всему залу, — Я доверил тебе принца! И что теперь? Как ты мог допустить подобное! Чтобы рабом мальчика стал воин! — Калагар не сдерживал эмоций, и от его голоса, казалось, сейчас содрогался весь Подземный город. Двери тронного зала отворились, быстрым шагом к королю подошёл слуга и вручил незапечатанный свёрток бумаги. Калагар не стал читать в слух, иначе голос бы его дрогнул. «Пока ты, Калагар, проливал кровь моих воинов, я взял первую кровь твоего сына. Пока на руках наших парные браслеты, никто не коснётся его там, где касался я. Пока ты, король дроу, не отзовёшь своих воинов с моих земель, я не проведу с ним брачный обряд. И тогда ты будешь обязан исключить его из своего рода. И станет сокровище короля хуже презренного раба, и каждый желающий сможет взять принца, словно шлюху. Союз с волками или брак твоего сына со мной. Выбирай, Калагар, король дроу!» — Немедленно собрать Совет! Этого в темницу! — приказал король и направился в Малую приёмную. Там, по правую сторону за длинным столом, уже сидел первый советник. Завидев короля, Исин встал со своего места и поклонился ему. Калагар без слов передал ему послание вампира и сел во главе стола. Советник несколько раз перечитал письмо и лишь затем заговорил: — Победа волков над вампирами принесла бы нам выгоду, но и союз с вампирами будет неплохим вариантом. Третий повелитель вампиров молод, умен и амбициозен. Сехун Ир Носфеу-Джедуш был лишь десятым в очереди на престол, более того, в нём кровь драконов, и с самого рождения он был отлучен от вампирского двора. И кто он теперь! — Сейчас мне кажется, что ты им восхищён, Исин. Этот ублюдок покусился на моего сына! — Калагар! — не заботясь о манерах окрикнул короля советник, — Рано или поздно, так или иначе, тебе бы пришлось отдать третьего принца в чужой дом. Волки не заключают однополых браков, эльфы ненавидят нас и лишь из страха не идут войной, драконы давно закрылись от чужаков. Или ты хотел отдать его за кого-то из собственной аристократии? — Ему бы не пришлось покидать Подземный город. Обречённо вздохнув, Исин сел на своё место и взглянул в глаза короля: — Я знаю, как ты любил его мать, но прошло уже слишком много времени, мальчик покинет тебя. Пойми же, Калагар, отдав сына за аристократа из первого круга, ты поставишь этот дом наравне с Первым! И тогда только жди предательства. А отдать принца кому-то из второго круга слишком унизительно для тебя. По всему выходит, что всё к лучшему. Мы должны согласится. — Твои доводы, как всегда разумны. — На то я и первый советник, — улыбнулся Исин, поняв, что смог убедить короля. — Причина разрыва соглашения с волками пусть останется между нами. — Как пожелает мой король, — первый советник склонил голову и выдохнул с облегчением, когда в Малую приёмную начали стекаться другие советники.

***

Когда Бэкхён очнулся снова, то понял, что находится в покоях отца. Его редко пускали на эту половину дворца, потому что здесь постоянно сновали придворные. Принц напрягся, когда скрипнули двери, но в тот же миг успокоился, стоило ему увидеть отца. Калагар молча лёг рядом и заключил сына в объятья. — Какую же жестокую шутку приготовили тебе Боги, мой мальчик. — Я… Я не думал, что так всё обернётся. Раб был в оковах, но… — Но теперь оковы на тебе, — король прикрыл глаза и крепче прижал Бэкхёна к себе. Принц посмотрел на свою руку и прошептал, словно боялся, что если скажет в слух, то всё обернётся правдой: — Это парный браслет? — Да. Одно короткое слово звучало как приговор. Бэкхён не хотел верить. Это не могло случится с ним! Ещё слишком рано. И уж точно не этот мужчина должен был связать его заклинанием, эти оковы никто не снимет кроме Сехуна. — Отец! Умоляю, кто угодно, но только не он! Прошу, он убьёт меня, а если нет, то я сам не выдержу! Рыдания вырывались из принца бурным потоком, и по бледно-серым щекам текли слёзы. Калагар смотрел на своё драгоценное дитя и не мог вымолвить слов утешения, сердце его обливалось кровью. Он знал, что должен сказать, но не мог причинить такую боль сыну. Однако и не мог допустить той судьбы, что описал вампир в своём послании. На голове третьего принца будет красоваться вампирский венец, а не рабский ошейник павшего дроу. — Ты больше не ребёнок, Бэкхён. И ты будешь расплачиваться за эту ошибку всю жизнь. И ты постараешься, чтобы эта жизнь была очень долгой, иначе я начну такую войну, какой мир ещё не видывал. Принц мог лишь испугано смотреть в спину удаляющемуся отцу. Когда двери за ним закрылись, Бэхкён больше не мог плакать, словно после слов этих, все они иссохли. Но пугало его и то, что король дроу никогда не бросал слова на ветер. Оставалось лишь смириться со своей судьбой. Да только холодные глаза вампира преследовали его даже во сне. Как сможет он дышать с ним одним воздухом! Сехун же в это время уже был в своих землях. Магии, что он извлёк из оков, хватило, чтобы переместиться на границу между Туманными землями и Подземным королевством, где он оставил своего коня и амулет-маяк. Ему повезло, что магия в нём продержалась так долго, иначе он бы не смог перенестись сюда, а чтобы попасть в собственный замок ему понадобилось бы намного больше магии, чем у него было. Богиня Кали была к нему слишком добра. Через три дня он уже достиг столицы, и вся она пребывала в волнении, а виной тому были послы дроу, что прибыли через порталы. Не успел Сехун перевести дух, как в его покои ворвался Крис, его преданный генерал и верный друг. — Что за чертовщина творится, твоё величество! Я только и успеваю читать донесения об отступлении противника, да и визит послов, как гром средь ясного неба. Сехун улыбнулся, и Крис замолчал. Он знал эту улыбку, и ничего хорошего врагам она не сулила. — Дроу перестали оказывать поддержку, и трусливые псы вернулись на своё болото. — Где ты был всё это время? Конечно, повелитель не должен был докладывать всем о своих планах, но Крис всерьёз начал думать, что Сехун попал в плен, и вот он тут, как и послы дроу. — Прикажи подготовить всё к аудиенции. Я приму послов через два часа. — Слушаюсь, мой повелитель. Сехун поморщился, он всё не мог привыкнуть, что теперь его друг был в его подчинении, и былая лёгкость в их общении испарилась. Однако думать об этом сейчас он не мог. Он был уверен, что король дроу согласится отдать ему сына, но он мог потребовать что-то ещё. Он быстро привёл себя в порядок и перекусил перед важной встречей. Когда он вошёл в тронный зал, то все уже были на своих местах, а первый министр и генерал стояли по правую и левую стороны от трона. Когда мажордом закончил перечисление его титулов, Сехун сел на трон. — О, приветствуем вас, достопочтенный повелитель вампиров! — начал один из послов. — Большая честь предстать перед вами. Отвага и смелость ваша пришлись по душе нашему королю. Он призывает вас забыть былые обиды и заключить долгий мир. А как его гарант, взять в супруги третьего принца. Сехун усмехнулся, послы складно пели и верили в свои слова. Должно быть, Калагар скрыл позорный инцидент и убрал всех свидетелей, и только заклинание вампира было снять не под силу. — Возможно, король Калагар передал мне личное послание? Послы удивлённо переглянулись и жестом приказали слуге передать небольшой ларь. Сехун достал оттуда письмо с целой печатью короля дроу. Послы побоялись сунуть туда свой нос и испытующе смотрели на него. «У тебя нет чести, повелитель вампиров! Ты мог получить этот мир другим путём, но выбрал самый действенный и низкий. Ты не пожалел своей гордости ради своих земель. Так знай и ты, если мой сын умрёт раньше меня, я не пожалею своего королевства и обрушу всю его мощь на твои земли, я наполню реки кровью вампиров. Слово моё нерушимо, помни об этом, вампир!» Сехун смял послание в руке, и в то же мгновение оно осыпалось пеплом. Горячий нрав короля дроу не был секретом, однако и игнорировать его угрозы было бы настоящим безрассудством. Если бы не заклинание и парные браслеты, то эти угрозы Калагар воплотил бы в жизнь уже сейчас. Но теперь следовало оговорить условия мира, а не гадать о несбыточном. У короля дроу не было выбора, но и даром отдать принца вампиру он не мог, следовало соблюсти традиции. Просили же дроу открыть границы для торговли, долю военнопленных с любой из возможных войн, а также приграничные острова. Второй ребёнок Сехуна, какого бы пола ни был, будет отправлен в Подземное царство для династического брака. Право выбрать выкуп за третьего принца король дроу великодушно предоставлял повелителю вампиров. Калагар не просил невозможного. Без поддержки дроу вампиры быстро оттеснят волков в болота и смогут присоединить к Туманным землям большой кусок территории. Пара островов в таком случае становилась малой жертвой. Оставалось лишь выбрать, что отдать дроу за третьего принца.