Когда размер не имеет значения

- Это плохая идея, Фили! - зычным шепотом возмущался Кили, едва поспевая за братом. Они наглым образом слиняли со свадебного торжества, чтобы наконец пробраться к Габи. Как только их дядя Даин начал без умолку скандировать праздничные тосты, братья, не сговариваясь, покинули свои места под тихое ворчание Бифура. - Ты боишься, что дядя может нам накостылять? - усмехаясь в медовые усы, отвечал ему Фили, освещая себе путь маслянистым светом лампы. - Наша драконья королева заболела, а мы будем продолжать оставаться в стороне? - журил брата он. - Так в этом и загвоздка, брат! - возмутился Кили и, переводя дух, остановился посреди темного коридора. - Какая она драконья королева, раз заболела как простые смертные? И в огне она не горит только благодаря доспехам, - покачал головой он. Фили фыркнул и, развернувшись на пол-оборота, пытливо посмотрел на брата. - А ты только сейчас это осознал, да? - хмыкнул он. - Неужели ты не понимаешь, что наши леди из большого мира за морем никакие не принцессы, не воительницы и даже не королевы? - осведомился он. Кили открыл было рот, чтобы возразить, но снова закрыл его. - Им просто повезло, - с горечью в голосе продолжил Фили, печально улыбнувшись. - Смекалка, хитрость и коварство, смелость и отвага довели их сюда, до нашей Горы, - по-заговорщически перешел на шепот он. - Теперь многое изменилось, Кили! И отныне мы должны их защищать, - подытожил он. Кили недоверчиво посмотрел на брата, нервно кусая губы. Ему очень хотелось верить в неприкосновенность и Габи, и Кэти, верить в их небылицы, которые они так исправно подтверждали своими невообразимыми и воистину отважными подвигами, но Фили, несомненно, вновь был прав. - Жаль терять то, что было, - как можно ровнее отозвался он. - И жаль, что никто из них не оказался настоящими, - почти неслышно произнес он. - Что ты имеешь в виду, Кили? - насторожился Фили. - Они всегда были настоящими и всегда такими и будут, - твёрдо произнес он. - А то, что одна из них будет нашей новой королевой, нам только на руку. Может, приостановит шизофрению Торина, - как-то странно выразился он. - А теперь, что ТЫ имеешь в виду, Фили? - нахмурившись, осведомился Кили. - Намекаешь на Драконью Лихорадку? - мрачно усмехнулся он. - Её, родимую, - со свистом, раздраженно выдохнул его брат. - Разве незаметно? - без улыбки посмотрел на Кили он. - Заметно, - серьезно кивнул он и, подходя поближе, посмотрел сначала на брата, а потом - на лампу в его руках. - Идём? - кивнул он. - Идём, - кивнул тот в ответ. В бывшей комнате Кэти, где теперь расположили Габи, было тихо и темно. Единственным, что нарушало этот безмолвный покой, было хриплое дыхание блондинки. Жар спал, и теперь девушка лежала на спине, откинув одеяло в сторону, одетая в чистую, белую сорочку. Фили с тихим стуком поставил лампу на туалетный столик и опустился на пыльный пуф рядом с ним. Кили молча остался стоять у закрытых за его спиной дверей. Он проследил за Дори, когда тот пошел относить Габи лекарство, разбавленное в ромашковом чае. - Габи? - позвал из темноты он. Фили осуждающие сверкнул глазами в сторону брата, но девушка уже проснулась. - Кили? - слабо отозвалась она, сев в постели. Длинная сорочка съехала вниз, полностью скрывая ноги. В этом наряде Габи действительно выглядела как полупрозрачное привидение. - Фили! - радостно произнесла она, увидев гнома, горделиво восседающего на пуфе. - Вы пришли... - уже тише произнесла она и заметно посерьезнела. - Как же ты могла подумать, что мы могли оставить тебя одну? - осуждающие произнес Кили и вышел из темноты на свет. - Как твое здоровье? - уже спокойнее спросил блондинку он. - Лучше, спасибо! - улыбнулась она. - Жар спал, мне уже легче, - заложенным голосом оповестила она обоих. - Габи... - начал было Фили, но замолчал. Кили молча сел на край кровати рядом с Габи. Светловолосый гном не знал, с чего начать разговор. - Как проходит свадьба? - улыбнувшись, Габи не дала ему этого сделать. Она пытливо смотрела на него своими большими серо-зелеными глазами, которые во время болезни стали еще таинственнее и больше. - Хорошо, только тебя не хватает, - натянуто улыбнулся он. - Габи... - начал он снова, но блондинка вновь прервала его. - Я знаю, о чем ты хочешь спросить, и мой ответ на это нет! - серьезно и даже слегка предостерегающе заявила она. - Не драконья королева значит, - печально хмыкнув, подытожил за всех Кили. В комнате повисла угнетающая тишина. - Ну и то хорошо, - звучно хлопнул себя по коленям Фили, шумно выдохнув. - Хоть дядя Торин не убьет и то ладно, - улыбнулся он. - Торин меня в любом случае убьет, - слегка безразлично отозвалась Габриэлла, а затем, взяв своими хрупкими пальцами кончик одеяла, вновь улеглась в постель, натянув это самое одеяло до острого подбородка. - Главное, чтобы Кэтрин не убил, - закашлявшись, хрипло произнесла она. - За что? - почти в один голос воскликнули братья. - За отважность, - криво улыбнулась Габриэлла. - В Дол Гулдуре темно, холодно, пусто и страшно, - тихим голосом поведала им она, словно предупреждая. - Мне хватило там и нескольких секунд, чтобы понять, что это за место, - по секрету поделилась с ними важной информацией она. Гномы тут же навострили уши, впитывая каждое слово. - Ты там была? - осведомился Кили. - Да, - кивнула она. - Там меня нашел Радагаст. В этот мир нас перенесли не Светлые силы, а Темные, - наконец подтвердила она. - Я до конца не хотела в это верить, не хотела осознавать, - вздохнула она. - Но теперь я понимаю, что и я, и Кэтрин в опасности, - сообщила она, смотря на братьев уже совсем по-другому, серьезно, осмысленно и без улыбки. - Но почему ты не поведала нам всем об этом раньше? - возмущенно рыкнул Фили и едва не подорвался со своего места. - А что бы это дало? - резонно ответила вопросом на вопрос она. - Торин бы оставил меня в Озерном Городе, вы бы никогда не выкурили Смауга из Горы, а Кэтрин никогда бы не стала вашей королевой, - твердо произнесла она. - А ведь и не поспоришь! - цокнул языком Фили и замолчал. - И что теперь? - уже более спокойно поинтересовался он. - Кэтрин знает об этом? Она ведь с нами идёт прямиком из Шира, так что никакими Темными Силами там и не пахнет, - усмехнулся он. - Она будет использовать мысль о том, что нужна Темным Силам, вот и всё, - без утайки проговорила Габриэлла из-под одеяла. - Просто имейте это в виду и не оставляйте её одну! - предупредила их она и вновь хрипло закашлялась. - Боже, мое горло... - простонала она. - Эк, как тебя скосило! - усмехнувшись, покачал головой Фили и, встав с пуфа, взял в руки лампу. - Кили, стой на шухере в коридоре, а я принесу чего-нибудь горячего, - деловито сообщил он и направился к дверям. Кили понимающе кивнул и молча последовал за ним. Габи слабо улыбнулась и, откинувшись на подушки, закрыла глаза. Никогда еще в своей жизни она не ощущала себя такой маленькой и бесполезной. Легкие горели огнем, дышать было практически невозможно, в носоглотке словно поселился колючий ёж и в этот раз - точно не Себастьян. Габриэлле Йохансен хотелось домой, в свою Норвегию, в свой Тронхейм. Ей казалось, что она - словно песчинка в пустыне в этом чужом и внезапно ставшим ей враждебным мире. Укутавшись поплотнее, Габи почувствовала, что её снова пробирает озноб. Тихо вздохнув, девушка вновь погрузилась в сон, так и не дождавшись братьев.

***

Кэтрин проснулась от лучей яркого дневного света. Недовольно простонав, она попыталась переместиться от них подальше, но не смогла. Свет из высоких окон-бойниц падал на одеяло по всему периметру кровати, и брюнетка проснулась окончательно. Ступив босыми ногами на мраморный пол, она огляделась в поисках зеркала. То висело на стене рядом с кроватью и девушка направилась к нему. Из его прохладных глубин на неё смотрело заспанное, но весьма довольное лицо. Кэт счастливо улыбнулась и не поверила своим глазам. За её спиной в поверхности зеркала отражалось золотое платье, лежащее в другой части их с Торином совместного королевского ложа. Позабыв обо всем на свете, Кэтрин стремглав бросилась к нему. - Обалдеть... - только и смогла вымолвить она. Ткань внутри оказалась из нежнейшего золотистого шелка, в то время как верхнее полотно платья, казалось, было соткано из настоящего золота и множества золотых подвесок. Сам наряд оказался удивительно тяжелым. Стоило Кэтрин надеть его на теплое после сна голое тело, как ей показалось, что на неё накинули медвежий наряд Беорна, и при этом оборотнем она не являлась. Платье облекло её стройную фигуру, окутав облаком золотого блеска. Солнечные лучи заставляли наряд гореть, подобного единому языку пламени или даже золотой драконьей чешуе. Плавно двигаясь к зеркалу, Кэтрин прикинула в голове размеры гномов и поняла, что платье, доходившее ей до щиколоток, скорее всего, было рассчитано на крупную гномку с тем расчетом, чтобы оно могло волочиться за ней королевским шлейфом. Но и в этом случае подгорные мастера продумали все на славу. Платье не обвисало по бокам долговязой и после Лихолесья отощавшей Кэтрин, а сидело на ней очень даже хорошо, золотыми волнами ниспадая вдоль её стройного тела. - Золотая королева Кэтрин, - глупо улыбалась она своему отражению, не веря своим глазам. Прекрасна... Она была прекрасна. Прекрасна по людским меркам, конечно, но прекрасна. Как настоящая фотомодель! Самодовольно и игриво улыбаясь, Кэт вовсю позировала перед зеркалом, ощущая себя кинозвездой на красной дорожке. Но величественный наряд не грел, и девушка быстро заметила, что продрогла. Обхватив себя руками, она оглянулась вокруг в поисках накидки или плаща, и не поверила своим глазам уже второй раз в это позднее утро. Неподалеку от места, где лежало платье, её дожидалась белая, пушистая шуба. Кэтрин без промедления надела её поверх платья, охнув от очередной тяжести, неподъемной ношей опустившейся ей на плечи. Тяжела была доля королевы! Ей придется отжиматься по десять раз каждое утро, если она будет продолжать таскать на себе такое количество килограммов! Брюнетка любовно провела рукой по ослепительно белому, воздушному меху. Горная лиса в зимнем наряде? Возможно. А теперь надо найти Торина и поблагодарить его за подарки... Кэтрин нашла его в сокровищнице. Опять. А где иначе он мог находится? По дороге её все называли не иначе как "ваше величество" и "моя королева", и Кэт не могла не признаться себе в том, что ей это жутко льстило. Девушка стояла у колонны, наблюдая Торина со спины. В своей новой короне и тяжеленном меховом плаще (девушка теперь до конца осознала все прелести гномьей одежды) он казался ей полноправным и единственным хозяином этих несметных сокровищ. Кэт робко ступила на золотой покров кончиком своего шелкового черного сапога и сразу одернула ногу, словно обжегшись. В таком наряде она потонет во всех этих сокровищах, захлебнется волной из золотых, холодных монет. Брюнетку прошиб холодный пот. Делать было нечего - Торин все равно не услышит её, сколько ни зови. Шумно вздохнув, Кэтрин на всякий случай подобрала подол платья и края шубы, которые были такой же длины, как и платье, и двинулась подгорному королю на встречу. - Муж! - с улыбкой в голосе окликнула она его и, охнув, провалилась в золотую массу по пояс. Обернувшись, он лишь весело рассмеялся в ответ. - Жена, - усмехнулся он, вытаскивая её, ухватив под мышки, и ставя на ноги. - Провалилась? - все так же с усмешкой вопрошал он и, не получив должного ответа, наградил властным и жадным поцелуем. Кэтрин тихо рассмеялась ему в губы, впиваясь пальцами в его густые волосы, пропуская волнистые локоны сквозь них. Если они играют Шекспира, то она будет его Леди Макбет. Торин взял её прямо на золоте, без лишних церемоний и объяснений. Золотые монеты ощущались даже сквозь шубу, засыпались под одежду. В безмолвии сокровищницы были слышны лишь сладострастные стоны и звуки осыпающихся монет. Кэтрин даже не задумывалась о том, что из могут заметить, потревожить, найти. Они не разделись до конца, используя шубу Кэтрин как подстилку, а плащ Торина как покрывало и всецело отдавались друг другу, частично скрывшись от посторонних глаз. Частично... Бильбо не верил своим ушам. Опять эти столь знакомые, противные стоны! Вечно он не вовремя! Эру, как не повезло... Достопочтенный Мистер Бэггинс, несмотря на вчерашнюю гулянку, проснулся раньше всех и отправился в эту треклятую сокровищницу, искать этот треклятый Аркенстон. Ему не давала покоя мысль, что камень так и остался лежать на груде золота после их с Габи совместной драконьей диверсии. Бильбо всё утро рыскал в поисках этого злосчастного самоцвета, но тот упрямо не хотел идти к нему в руки. К обеду (а Бильбо понял, что это был обед исходя из урчания в своем животе) хоббит так устал, что съехал прямо на пятой точке к одной из колонн и наткнулся прямо на... Аркенстон! Тот, видимо, съехал с одной из осыпавшихся золотых вершин вместе с ним и остался лежать внизу. Обрадованный долгожданной находкой, Бильбо хотел было уже стремглав бросится на поиски Торина, как услышал недвусмысленные громкие стоны над своей головой. - Да они спятили! - тихо проворчав, разозлился он и, воровато сунув камень за пазуху, поспешил из сокровищницы прочь. - Надо срочно найти Балина, посоветоваться с ним, рассказать ему об этом... - бормотал себе под нос он, закутываясь в синий тулуп, приобретенный еще в Озерном Городе. - Это ненормально, это не должно быть так, делаться так, происходить так! Не здесь, не сейчас! Проклятый камень... Проклятый камень! - он так увлекся своими мыслями, что на всех парах с размаху врезался во что-то большое и твердое. - Ты куда бежишь, как заяц? - раздалось чье-то недовольное ворчание сверху и Бильбо, нехотя подняв глаза, встретился лицом к лицу с Даином. Тот настороженно усмехнулся, смерив хоббита придирчивым взглядом. - Да Балина ищу, - как можно ровнее отозвался Бильбо. - Лучше Торина иди ищи! - без лишних любезностей сказал рыжеволосый предводитель панков. - Там к нему в гости Бард Лучник из Озерного Города пожаловал, добро просить! - воинственно прорычал он. - Прекрасно, просто прекрасно! - с сарказмом негромко промолвил Бильбо и поспешил было продолжить свой "побег", но замер, поджимая губы, - Торин, кстати, там, - указал пальцем на сокровищницу он. - Ну а я пойду лучше соберу всех остальных, - обратился к Даину он. Тот соображал туго, но под конец понимающе кивнул. - И Балина, - добавил он. - И Балина, - согласился Бильбо. Кивнув в знак прощания, хоббит помчался из сокровищницы прочь, стараясь не придерживать прыгающий Аренстон в кармане на груди. Оставалось надеяться на благоразумие хотя бы старшего из гномов, когда драконья лихорадка, казалось, заразила всех. И надеяться на то, что сверкающий кристалл у него за пазухой не победит их всех...