Когда размер не имеет значения

Кэтрин проснулась от того, что кто-то усердно тряс её за плечо. - Кэт, вставай, они уехали! - возбужденно оповестил сонную девушку Бильбо. - Нас ждут великие дела! - Какие? - хриплым спросонья голосом осведомилась она, поднимаясь в постели. Ей в ту же секунду сунули под нос грязное перо и скомканную бумагу. - Такие! - гордо воскликнул хоббит. - Быстро подписывай контракт и марш к тёте Розе за сапогами, пока я не передумал! - жизнерадостно молвил он. - Бильбо, ты ведь знаешь, что я тебя люблю? - бросалась словами Кэтрин, аккуратно выводя чернилами свое имя. - Да, да, - отмахивался от девушки хоббит, поспешно собирая вещи. Подписавшись и не заляпавшись, Кэт живо выпрыгнула из постели, наскоро нацепила на себя вчерашнюю одежду и побежала в гости. Там ей выдали не только сапоги, но и самые длинные и большие брюки, рубашку, жилет и плащ, какие только носили хоббиты. С собой она получила целый мешок еды, а внучка доброй хоббитанки заплела каштановые патлы девушки в толстую косичку на французский манер. И юная леди к походу была готова. Вернувшись домой к Бильбо, они наскоро успели зажевать сухой завтрак, запив тот крепким чаем, умыться, посидеть на дорожку и собрать с собой всё, что на тот момент попалось под руку, в том числе и толстую кулинарную книгу. - Надо же чем-то гномов кормить? - аргументировал свой выбор Бильбо. Взвалив на себя кожаные рюкзаки и сумки, Кэтрин и маленький кучерявый хоббит покинули уютный и солнечный Шир, направляясь навстречу новым приключениям. Бильбо каким-то странным образом "унюхал" гномов, и парочка на полном ходу помчалась по их горячему следу. А вернее - по глубоким следам лошадиных копыт на свежей земле... - Кэт, я знаю, мы с тобой уже говорили на эту тему, но...Что именно было написано про меня в книжке? Ты говорила, что там еще и фэльм, ф..йилм...эльфм... про меня снимать будут! - тяжело дыша, на ходу спрашивал Бильбо. - Фильм, Бильбо, фильм, - делая глубокие вдохи через нос, отвечала ему девушка. - Мы едва не сломали с тобой наши головы, когда пытались осознать все законы и не законы мироздания, - слегка возмущенным тоном говорила она. - И книжки я до конца, хоть убей не помню! Мне тогда было восемь лет Бильбо, восемь! - ловко перепрыгивая через камни и сухие кочки в лесу, восклицала она. - Тогда я сам напишу про себя книжку, с другим концом! - пыхтел хоббит, размахивая подписанным обоими контрактом. - Надеюсь, это никак не повлияет на ваш мир? - Не думаю. В любом случае, Мэри-Сью никто не любит... - отвечала ему девушка, увертываясь от летящих в лицо опавших листьев и иголок. - Мэри-кого? - непонимающе переспрашивал он, но девушка лишь раздраженно отмахивалась от него. Вскоре между деревьев замелькали мохнатые лошадиные задницы. - Эй, стойте! Мы пришли! - крикнула Кэтрин своим низким, оперным голосом и мирно шагающие впереди пони дружно остановились. - Мы подписали! - во всю глотку радостно прокричал Бильбо и остановился, переводя дух. - Тут все верно! - улыбнулся он, когда к ним на своём пони подъехал Балин. - Действительно, всё верно! - широко улыбнулся им он, разглядывая подпись в свой монокль. - Добро пожаловать в отряд Торина Дубощита! - с гордостью приветствовал их он. Кэтрин поймала себя на мысли, что очень глупо улыбается, переводя счастливый взгляд то на Бильбо, то на Деда Мороза. Сильный голос предводителя отряда вырвал её из оцепенения. - Дайте им пони! - усмехнувшись приказал он, смерив девушку долгим ехидным взглядом. - О, это лишнее! - начал вежливо оправдываться Бильбо, стараясь как можно меньше меньше стесняться такого внимания к своей персоне. - Помню мы когда-то... - начал он, но был нагло оторван от земли и посажен на рыженького маленького пони. Кэтрин с сомнением осмотрела детскую лошадку своего друга. Она никогда не ездила на пони. В детстве её всегда сажали на огромных, выносливых коней, ибо она была самая полная в своей группе. - Я слишком толстая! - выпалила она, когда подъехавшие к ней Бифур и Бофур дружно подхватили её под руки и усадили верхом на белоснежную пушистую лошадку. Ну или, как белоснежную... Когда-то она была белоснежной. До того, как обросла нечесаной шерстью и знатно запачкала свои копыта и узкий чувствительный носик в земле. Окружающие её гномы разразились дружным ржачем. - Ты - толстая? - хохотал Кили. - На Бомбура посмотри! Он тебя в два раза больше будет! - громко восклицал он. Девушка бросила короткий взгляд в сторону толстого рыжеволосого гнома, что гордо восседал на коренастом, приземистом пони и сладко пожирал оставшиеся их с Бильбо эклеры. Лошадка выглядела усталой, но отнюдь не сломленной. - Но у меня кости тяжелые... - вяло начала оправдываться она. - Давайте я слезу, а? - хотела было уже заныть она, но была остановлена Бифуром, который видно являлся родственником Бофуру, оба были друг на друга похожи. - Сиди, - сурово молвил он. - Вы не можете быть тяжелее гнома, да и ваши кости с вами. Вы человек, второрожденная. И вас создал Эру. А нас создал Ауле. И сделал он это из камня и лавы, - хрипло пробасил он и едва заметно оскалился. Девушку передёрнуло, но она лишь послушно улыбнулась, стараясь не смотреть на странную деревяшку, что сидела у него во лбу. Создавалось такое ощущение, что у этого гнома были не все дома, но спорить она не стала. - Мы должны быть тяжелее вас, миледи - так и есть! - сердито сказал он. - И эти лошади тоже. - Хорошо, я учту, - примирительно улыбнулась она и быстро поскакала прочь к Бильбо и Гэндальфу. Но едва её лошадка уткнулась носом в круп пони хоббита, то её друг вдруг громко чихнул. - Все эта шерсть... - недовольно пробормотал он, ища носовой платок. - Стойте, стойте! - внезапно заголосил он, тем самым останавливая весь отряд. Ехавший впереди Торин удивлённо обернулся. - Мы должны вернуться обратно! Я забыл мой носовой платок! - воскликнул он. Гномы дружно застонали. - Держи! - довольно ухмыльнувшись, крикнул ему Бофур, кидая хоббиту кусок от своей оторванной туники. Поморщившись, Бильбо двумя пальцами подцепил сомнительной свежести ткань. - Поехали! - коротко и громогласно позвал отряд Торин и тронул своего пони с места. Когда колонна снова выровнялась, Кэтрин молча протянула хоббиту чистый, белый носовой платок. - Что б я без тебя делал, Кэти? - облегченно вымолвил Бильбо, отшвыривая тряпку в сторону. - Будем считать это первой трудностью нашего путешествия, Бильбо, - ехидно улыбнувшись, обратилась к нему брюнетка. - И впереди вас ждёт еще много такого! - коварно улыбнулся ехавший рядом Гэндальф. - Я надеюсь, леди Кэти справится с этим? - почему-то задал он вопрос Кэт. - Конечно же справлюсь, - без запинки ответила она. - Почему бы и нет? - Ну... - загадочно протянул он. - Я думал, в вашем мире всё по-другому, - улыбнувшись в серую бороду, сказал он. - А что вы знаете о моем мире? - с вызовом осведомилась Кэтрин, не осознавая, что идет в верную ловушку. - А что ты хочешь нам рассказать? - с любопытством ответил вопросом на вопрос волшебник. Вздохнув, девушка бросила беглый взгляд на Бильбо. Тут, откуда не возьмись, появились Кили и Фили, а сзади к ним вплотную подъехал Бофур. Впереди ехал Торин, угрюмо восседая в седле в отделанном пушистым мехом плаще. Рваться было не куда. И, сглотнув, Кэт изо всех сил попыталась объективно поведать жителям Средиземья о своем доме. Объективно не получилось. Молодых гномов до потери пульса заинтересовали самолёты, а Бофур никак не мог понять, что такое автомобиль. Бильбо вдруг начал критиковать тогдашнее место жительства Кэтрин, обзывая его пустым и неуютным, а Гэндальф затронул тот тонкий вопрос о политике, что девушка старательно хотела избежать. Вскоре разговор улетел в дали взрывов атомных бомб, революций на востоке и гражданских войн, защищенного от всего Запада и страдающего эпидемиями и нищетой Юга. И всё великолепие искусства, классической музыки, литературы, медицины и прочих людских достижений меркло, накрываясь чёрным покрывалом реализма. И постепенно отчаяние и стыд страшным рокотом взорвались в сжатой груди. Тот, кто перенёс её в Средиземье, сделал ей большое одолжение. Но где-то там, далёко, в глубине её трепещущей души, плакала совесть. Плакала о том, что она больше не вернётся назад... - Твой мир, Кэти, похож на древний Нуменор, - разом прервал все споры Гэндальф. - Он находится на вершине своей славы и своей беды и разлагается изнутри, - сделал свое заключение он. - Ему нет спасения, так? - горько усмехнувшись, задала вопрос она, сглатывая лёдяной ком в пересохшем горле. - Нет, - улыбнувшись, твёрдо молвил волшебник. - Радуйся, что ты теперь с нами, леди! А не там, где твёрдолобые правители сами разрушают свои державы, выгоняя своих подданных в другие миры, - с пафосом произнёс он и проехал вперед к Торину, делая вид, что разговор окончен. - Ты не говорила мне, что там всё так плохо, - тихо сказал заметно помрачневшей девушке Бильбо. - Если даже Гэндальф говорит, что твоему дому конец... - досадливо протянул он. - Это всего лишь мое субъективное мнение, - холодно пожала плечами Кэт. - Есть и другие. На земле еще остались те, кому и сейчас хорошо. И они отнюдь не короли, не князья и не вельможи, - уверенно произнесла она. - Верные под прикрытием? - усмехнулся хоббит. - Глупые под косметикой! - неожиданно зло хихикнула она. - Хотел бы я такое увидеть! - покачал своей кудрявой головой Бильбо. - Мечтать не вредно... - пробормотала себе под нос девушка и отвернулась. И на какое-то время отвела всеобщее внимание от себя. Хотя нет, не всё. Ехавший впереди Кэтрин Торин внимательно ловил каждую сказанную ею фразу. И когда она замолчала, время от времени кидал на неё косые взгляды через свое широкое плечо, делая вид, будто откидывает назад съехавшие на грудь длинные пряди волнистых волос. Теперь он, кажется, начал понимать, почему эта юная леди отправилась с ними в столь нежданное путешествие...