Когда размер не имеет значения

- И главное - не сворачивайте с тропы! - кричал им вслед добрый дядя Бьерн, когда вся компания бодрым галопом выскочила через распахнутые настежь деревянные ворота и помчалась в сторону леса. Кэтрин с благодарностью отсалютовала их "волосатому" благодетелю, крепче сжимая поводья своей борзой поняшки. Оборотень щедро одолжил им своих животных, и даже Гэндальф не остался без лошади. Только вот Кэтрин опять не повезло... Ну или как не повезло. И под топот копыт сама собою сложилась нехитрая, веселая песенка... - МАЙ ЛИТТЛ ПОНИИИ, МАЙ ЛИТТЛ ПОООООНИИИ! - на четыре голоса распевали Фили, Кили, Кэти и Габи. И выходило это у них весьма неплохо. Да и полифонию с фугой никто не отменял. Вскоре про пони запели и все остальные гномы, кроме разве что Торина и Двалина. Ну а Бильбо досталось собственное пони-соло. Посредине каждой замысловатой фразы он должен был гордо пропевать такой простой и известный всем набор букв: "АПЧХИ!". Хоббит просто блистал в этом многочасовом произведении музыкального искусства и даже не думал останавливаться, поддерживаемый всеобщим положительным настроем. Так они без приключений добрались до верхней опушки тёмного леса. Всю дорогу светило солнце, пели птички, дул легкий ветерок. Кэтрин наконец-то смогла определить, какое время было время года, а Габи затеяла со всеми споры по поводу загара и бледной кожи. Их окружало лето. Типичное скандинавское лето. А такие лета зачастую проводились у моря, в жарких странах. Впрочем, в их западной стране была зима. И им пока не хотелось возвращаться. Пока... Пока Балин не сказал ей, что в Средиземье давным-давно уже осень и скоро станет холодно. Кэтрин махнула на все это дело рукой, и перестала пытаться считать время. Все равно это у нее не получалось, как надо. Встречаясь иногда взглядом с ярко-бирюзовыми глазами Торина, Кэт все чаще и чаще ловила себя на мысли о том, что возвращение в свой мир ей уже не светит. И она не знала, сможет она выжить в этом или нет. Пока у неё было желание и гордость бороться до конца. Пока... И пока наследный король Эребора видел её лишь с одной стороны. Пока... Бильбо был рад вновь путешествовать рядом с Кэти. И хотя с ней рядом всегда отныне находилась Габриэлла, его это не очень огорчало. Гораздо больше его огорчало, что внутреннее внимание девушки было всецело посвящено... не ему. Глазами она искала лишь предводителя их отряда, руками желала обнять лишь его. И это разжигало в мистере Бэггинсе неугасимый огонь ревности, которую он сам обозначил дружеской. Крепкой дружеской ревностью. Если бы не Торин и его проклятое путешествие в это потерянное королевство гномов, где вдобавок ко всему обитал старый злобный дракон, то они никогда не покинули бы Бэг Энда и мирной Хоббитании! Возможно, она бы никогда не воспылала к нему другими чувствами, а он никогда бы не понял её до конца, но сейчас ему слепо хотелось верить в то, что у них могло быть и что-то иное. Что-то искреннее, романтичное и доброе. Он знал, что не отказал бы ей в этом. Да, он не был страстным, не был опасным, грубым, мрачным и суровым. Он не мог убивать одним взглядом или силой подчинять себе. И он с тоской осознавал, что высокородный гном взял то, что хотел, оставив его ни с чем. Оставив даже без простой верной дружбы. Габи же, в свою очередь, не огорчало ничего. Она намертво прилепилась к Кэтрин, а заодно - к Фили с Кили. Брюнетка в сияющих латах стала для неё надежной опорой и, несмотря на свою дерзость и саркастичность, оказалась легкоуправляемой. Они были вынуждены держаться вместе и, хотя их объединяло весьма детское прошлое, в этой реальности дела обстояли иначе. Хотя бы потому, что ни у кого из них не было под рукой розовых социальных сетей, где они для общего виду могли поливать друг друга юношеской грязью. А ласковое слово было и кактусу приятно. Потому блондинка всячески старалась "ухаживать" за брюнеткой. Например, помогать той снимать доспехи перед сном, или заплетать растрепавшуюся в разные стороны каштановую косичку. Кэт очень переживала из-за естественного цвета своих волос, в то время как Габриэлла старалась не думать об этом. Всё равно почти все члены отряда считали её некрасивой. Ну, кроме тех же Фили и Кили. И впервые в жизни Габи мечтала о том, чтобы у неё заросли брови и отросла борода. В плане бровей тёмноволосая и темпераментная Кэтрин явно была в выигрыше. Кто же знал, что бородатым гномо-мачо будут нравится своенравные феминисты-девушки? При мыслях о волосатости бывшую Барби начинало тошнить, а чувствительный носик и без того сильно истосковался по духам от Кристиана Диора... - Вот вам и Лихолессье! - не без гордости молвил Гэндальф, когда отряд остановился у входа в сумрачный лес. В голове у Кэтрин почему-то играли Шуберт и Григ. - Прекрасно! - жизнерадостно пропела Габи, спрыгивая со своего пони и кидаясь на доспехи Кэт. - Завтра нас ждет сафари, да? - спросила она у располагающегося рядом Кили. - Нас ждет опасное путешествие без волшебника, чистой питьевой воды и с запасом еды, что быстро подойдет к концу, - угрюмо ответил за всех Торин. - Как без воды? - не своим голосом воскликнула Кэтрин. - Да мы же сдохнем от обезвоживания! - озвучила она мысли тех, кто не решались сделать это до неё. Гном бросил на неё испепеляющий взгляд и порывисто дернул широкими плечами. - Радуйтесь, леди, что не вам не спать на часовых, - усмехнулся он и, отстегнув меховой плащ, демонстративно швырнул его Кэтрин. - Первое дежурство за мной, потом за господином Бэггинсом, - громко обратился он к остальным и пошел к костру, который успел развести хозяйственный Бомбур. Брюнетка скривилась. Торин делал ей большое одолжение. Торин с самого начала делал ей большое одолжение. Но это не значило, что она не собиралась качать свои права. Пусть гномы сделаны из камня, ибо тогда она будет ветром. А ураганы часто заставляют трескаться даже самые крутые и высокие из вершин. Расположившись у костра, она нагло завернулась в его меховой плащ под одобряющие улыбки окружающих. Впрочем, она не отстранилась от него, когда он к середине ночи передал дежурство Бильбо, а сам устроился под её боком. Рукоять Нарьярилла больно ткнулась ему в живот, и он с недовольным вздохом отстегнул его от пояса Кэт. - Если на нас нападут орки, эльфы или дикие медведи, защищать меня будешь ты, - сонно, но не без вызова пробормотала она. - Боюсь, я не успею оттащить тебя с поля боя до того, - шепнул ей на ухо он, слегка прикусив нежную кожу на её шее. Где-то рядом хихикнула Габи, а Бильбо хмуро уронил голову на руки. Путешествие через лес обещало быть трудным... - Вот хитрая жопа! - недовольно сощурилась Габриэлла в строну стремительно удаляющегося верхом Гэндальфа, выполняя роль оруженосца Кэт и мастерски защелкивая тугие застёжки у неё на груди. Проснувшись, гномы отпустили своих пони, разделили еду между собой и наполнили пустые фляжки свежей родниковой водой. - Какой тяжелый рюкзак! - заныл Бильбо, когда Торин накинул тяжелый мешок ему на плечи. - Ничего, скоро ты будешь мечтать о том, чтобы он стал тяжелее, - сказал ему гномий королевич. Брюнетка подняла с земли свой кожаный ранец и, протестующие звеня доспехом, направилась к хоббиту. - Вот, возьми, - сказала она, протягивая ему свой мешок. - Он полегче, - с уверенностью молвила она. Бильбо с благодарностью принял вещи из её рук, а она взвалила на плечи его рюкзак. Торин лишь хмыкнул в тёмную бороду, но промолчал. Собравшись с мужеством, девушка и хоббит шагнули за ним в сказочный лес, заросший мягким мхом и увитый колючим плющом. Воздух был пропитан пресной влагой, а шаги эхом раздавались среди вековых деревьев. Косые солнечные лучи пробивались сквозь сплетающиеся между собой кроны деревьев, заставляя всё вокруг мерцать в приглушенных зелёных тонах. Габи восхищалась окружающей её природой до того, как по бокам узкой тропы на её глаза не попались большие паучьи сети. - МАМА, ПАУКИ, ФУУУ! - завизжала она и в считанные секунды запрыгнула на руки мирно идущей позади Бильбо Кэт. - КАКАЯ ГАДОСТЬ! - пряча лицо в волосы брюнетки, завыла она. - Ну, самих пауков я пока не вижу, - вздрогнув, поспешила успокоить блондинку Кэт, нехотя удерживая её тушку на своих руках. Та в свою очередь приглушенно завизжала, на что Кэтрин лишь устало закатила глаза. Намёк был понят и вскоре маленькая Барби уже спокойно путешествовала на руках идущего следом за ней мило улыбающегося Фили. Было и ежу понятно, что выбирать между братьями она не собиралась, несмотря на обиженные взгляды Кили. Но когда первый день склонился к вечеру, всем стало не до веселья. Лихолесская ночь была непроглядно чёрной и до отвращения пугающей. Но все боялись не столько темноты, сколько омерзительных светящихся глаз, выглядывающих из непроглядного мрака в разных местах вокруг них. Казалось, они вспыхивали повсюду и - что было самым неприятным, никто из членов отряда не мог услышать их обладателей, которые не издавали ни малейшего звука при передвижении. Габриэлла быстро решила эту проблему с ночными фантомами, спокойно укладываясь сразу между Фили и Кили и накрываясь с головой дорожным плащом. Тогда в темноте был слышен лишь стук троих сердец, размерено бьющихся в унисон, а зловещие огоньки вокруг них оставались за крепко зажмуренными глазами. И впервые жизни девушке не понадобились сонные таблетки в такой критической ситуации. Кэтрин, в свою очередь, не пряталась ни за чей спиной. Она подолгу шепталась с Бильбо, нагло заглядывая правде прямо в глаза. Иногда они подходили прямо к её самому лицу, становясь её галлюцинациями наяву. И только лишь когда крепкие руки обнимали её сзади, а глубокий и ставший за всё это время родным голос приказывал всем перепуганным насмерть гномам заткнуться, она позволяла себе прислушиваться к собственному бешеному ритму сердца. Непроглядная ночь сменилась тусклым днём, что настал резко и бесшумно, жидкими красками растекаясь по сказочному лесу. И отряд снова двинулся в путь. Так они и шли, шаг за шагом теряя дружный настрой, подъедая свои съестные припасы и жадно отпивая от стремительно уменьшающихся в размерах фляжек. Доспехи Кэт начали всё больше и больше всех раздражать потому, что их постоянно надо было то снимать, то одевать. Брюнетка всё чаще ловила на себе недовольные взгляды Дубощита, осознавая, что нарушающий лесную тишину эльфийский металлолом ему порядком надоел. Терпение девушки подходило к концу и ей просто необходимо было... упороться. И шанс вскоре представился, после бесплодных попыток Кили пристрелить и зажарить чёрную белку, и визга Габриэллы по поводу огромных мохнатых мотыльков, что решили свить себе гнездо в её спутанных косичках у очередного привала. Костер пришлось потушить, а на часовых оставили Двалина. Из темноты вновь начали выглядывать светящиеся глаза. - Перестань смотреть на них, - тёплая, крепкая рука накрыла её глаза. - Ты только привлекаешь их сюда, - горячий шепот обжег её ухо. Кэтрин закрыла глаза, резко развернулась и набросилась на сурового гнома, словно на плюшевого мишку. Тараканы в её голове выплясывали танго, а сердце рвалось из груди. - УТИ-ПУСИ, МУР МУР-МУР, БЫРБЫРБЫР! - бормотала она на русском, властно тиская застывшего наследника Эребора. Торин боялся пошевелиться и даже дышать. Девушка жадно хватала губами его шею, кусала за щетинистый подбородок, щипала за бока, при этом нежно бормоча что-то себе под нос. - Что ты делаешь? - глухо осведомился он, когда она прижала его к груди, словно маленького гномика. - Тискаю тебя, - хрипло ответили ему из непроглядной тьмы, целуя невпопад. - Нельзя? - в низком женском голосе послышался азарт. - Можно, - ответил он и закинул её ногу себе на талию, нагло нащупывая под плащом ремень её штанов. Вскоре его пальцы уже коснулись её сокровенного места, отвечая на её ласки по-своему. Кэтрин с мучительным удовольствием поджала губы. Теперь ночную тишину нарушало лишь приглушенное сопение и её частые вдохи и выдохи, полные почти сумасшедшей преданности. И ей было абсолютно всё равно, что она тискает гномьего короля, словно своего любимого кота, или то, что все острые ощущения стали вдруг слишком острыми. - Пусик ты мой! - с наслаждением шептала она, зарываясь руками в его густые, волнистые волосы и удачно целуя в нос. - Какой я тебе пусик? - сердито спрашивали её тогда, резко двигая бедрами вперед, одновременно лаская её свободной рукой. - Бородатый... - судорожно выдыхала она, стараясь издавать как можно меньше лишних звуков. А горящие глаза вокруг с интересом следили за происходящим. И не только они... - Твоя очередь дежурить! - ткнул Бильбо в бок Двалин и отправился на боковую. Хоббит нехотя раскрыл глаза и прислушался. Привычный покой был прерван странным, человеческим "муси-муси-муси!" и не менее странным сладостным лепетом. Нашарив в темноте что-то большое и тёплое, мистер Бэггинс одиноко прижался к нему. А отчаянное пыхтение всё никак не хотело стихать, заставляя достопочтенного хоббита сердито стискивать зубы и поплотнее закутываться в потертый дорогой пиджак. На следующее утро все проснулись на удивление свежими и бодрыми. Особенно довольными выглядели Торин и Кэт. Бросив ревнивый взгляд на парочку, Бильбо с гордо поднятой головой прошествовал вперед мимо них и зашагал впереди отряда. И чуть не угодил в протекающую прямо поперек тропы речушку. Её вода казалась почти чёрной и хоббит замер у кромки, удрученно созерцая в ней свое отражение. - Кэт, смотри, это похоже на кофе! - с умным видом заметила подскочившая к самой воде Габриэлла. - Фили, ты знаешь, что такое кофе? - спросила у гнома она, когда тот быстро оттащил её подальше от зловеще пенящихся волн. - Не знаю и, честно говоря, знать не хочу, - быстро оборвал её он, заметив на другой стороне воды лодку. Впрочем, Бильбо заметил её первым. И теперь спорил с Кэт о расстоянии между ними. - Я же говорю тебе, что пятнадцать! - едва сдерживая раздражение, препиралась с ним она. - Не спорь, я занималась стрельбой из лука и смыслю в расстояниях больше, чем ты! - сердилась она. - Не знаю, как у вас там стреляют из лука, - упирая руки в боки ворчал на неё хоббит, - но сейчас ты ошибаешься ровно на пять метров, а настоящий лучник никогда бы не допустил подобной ошибки! - словно желая подколоть её, возникал он. - Тебя какая бабочка укусила, Бильбо? - картинно поднимая бровь, не унималась Кэтрин. - А тебя? - пытливо надувал губы он. - Хватит! - Торин быстро влез в разговор, обрывая так и не начавшуюся драку. - Мы все равно не сможем достать лодку с берега, так о чем весь этот нелепый спор? - нахмурившись, осведомился он. - Бросайте веревку, - холодно сказал Бильбо, исподлобья глядя на предводителя их отряда. Кэтрин с досадой закусила губу. Кажется, ночью она дышала слишком громко... Лодку перетянули с другого берега с помощью самодельного каната, натянутого над тёмной водой. Использовав две крепких верёвки, гномы благополучно переправили друг друга и свои вещи на другой берег. Габи ехала последней вместе с толстым Бомбуром, ибо в отряде она была самой лёгкой, а он - самым тяжелым. - Держи мой Айфон, - блондинка без лишних церемоний залезла под нагрудный панцирь брюнетки и спрятала свое сокровище под её одежду. - Если попадет в воду, я за себя не отвечаю! - пригрозила ей она. - Даже в отключке он может пострадать, а зарядка у нас здесь на вес золота! - деловым тоном заявила она, доставая из рюкзака фиолетовые наушники и надевая их на голову. Провод от них она взяла в зубы, предварительно сложив в несколько раз. Телефон не пострадал. Кэтрин тоже. Габи тоже. Слуховой аппарат для музыки тоже. Пострадал Бомбур. Едва они достигли берега и Габи благополучно оказалась в объятиях подоспевшего Фили, что быстро передал её в руки Кили, из леса им навстречу выскочил олень. Лесной зверь грациозно перепрыгнул через речку и мог бы и дальше радоваться жизни и пугать других путешественников своими нежданными появлениями, если бы не был ловко подстрелен Торином. Все уже начали было думать о вкусном обеде, если бы не душераздирающий вопль Габи, что должен был разбудить половину леса и если не призвать, то хотя бы раз и навсегда оглушить всех врагов. - БОМБУР ТОНЕТ! БОМБУР В ВОДЕ! - подобно пожарной сирене верещала она. Гномы разом кинулись спасать своего товарища и совместными усилиями выудили его из воды. Но стоило ему коснуться берега, как он отключился от внешнего мира и окружающего его зачарованного леса. - Летаргический сон, - сделала мудрое заключение Кэтрин, после того как круглого гнома безуспешно пытались привести в чувство. - Что делать будем? Может, съедим? - со зловещей тоской в голосе молвила она. - Кэт, ну нельзя быть таким троллем! - осуждающе застонала Габриэлла. - Вроде бы няшка-няшкой, а до пуси тебе еще далеко! - недовольно воскликнула она. При упоминании про "пусю" предводитель отряда заметно напрягся, а Бильбо смерил всех взглядом Феанора в молодости. - Я кофе хочу, - вдруг капризным тоном заявила брюнетка. - Капучино со сливками. Нет, просто кафе-латте! Нет, лучше чай-латте! - возбужденно воскликнула Габи полностью соглашаясь с ней. - Не хочу худеть! - насупилась она. - Никто не хочет, - со вздохом заметил Бофур, поправляя на голове торчащую в разные стороны шапку-ушанку. - Одному Бомбуру это бы не помешало, а так нам придется тащить его на себе, - сокрушенно молвил он. - Извиняйте, принцесса, - обратился к Габи Фили. - Теперь вам придется идти пешком, - усмехнулся в свои косички он и пошел помогать Двалину, Бифуру, Дори и Кили взвалить на себя тяжелую тушу Бомбура, которую им пришлось теперь на себе тащить. Впрочем, Габи не растерялась. - Вперед, мой верный конь! - бодро воскликнула она, ловко запрыгивая на спину Кэтрин. - Будь моим рыцарем, о прекрасная леди! - с наигранным пафосом молвила она. - Троллинг заразителен... - многозначительно протянула себе под нос брюнетка и с тяжелым вздохом вошла в новую роль кентавра. Или двуногой выносливой лошадки в доспехах. А где-то вдали послышались звуки охоты и одинокий всадник в поношенной и перемазанной старой кровью одежде выехал на заброшенную тропу впереди них. Их разделяло всего несколько дней...