Комплекс мероприятий...или жизнь Учихи Мадары с розоволосым чудом

Сакура даже не думала, что когда-нибудь будет рада пустому, безвкусному рису. Сидя около костра, завернувшись в плащ с тарелкой риса, девушка испытывала невероятный прилив счастья. Всё таки, не такие уж и плохие, эти Узумаки. Сложившейся впечатление об аловолосых со времен войны было ошибочным. Шиноби приветливо встретили Учиху как-будто не существовало долгих лет вражды. Мито, переняв волнения Хаширамы, бросилась обнимать Тобираму и радовалась, что он жив. И сейчас, они расположились по другую сторону костра, и Сенджу рассказывала ему об обстоятельствах, сложившихся за время их отсутствия. Куноичи особо не вникала в суть, хотя по хмурому лицу альбиноса складывалось впечатление, что очередная битва не за горами.  — Несмотря на все, за это время не было ни одной попытки нападения на деревню, — задумчиво сказала бывшая Узумаки, — может ей движут иные цели?  — Наш клан мешает Акеми, в частности я и брат. Не будь нас, остальные перейдут на её сторону, — произнёс сенсор, продолжая крутить карту в руках. Хоть убей, трудно увидеть логику в действиях врага. Раньше, шиноби мог предугадать каждый шаг нукенина, но не сейчас, — поэтому безопасность деревни может быть под угрозой. Вот только откуда ждать удар?  — От того, что ты перевернешь лист бумаги ничего не измениться, — сухо прокомментировала Сакура.  — Твои предложения, — Тобирама протянул ей карту, — давай. Она отложила тарелку. Каким не был человек, говорящий о благополучии клана, страны, всего мира — он всегда стремится к власти. Конечно, существуют единицы, которое поистине желают мир. Но не Акеми. Возможно, цели блондинки связаны только с её кланом, и Учих не затронет этот конфликт. Вериться с трудом. Единственный Сенджу, считающий обладателей шаринганом друзьями — Хаширама, и, если нукенин сможет убить шатена, вновь война. Мадара этому не особо обрадуется. Да и она сама оказалась в центре всех событий. Поэтому придется помочь Тобираме разобраться с его подружкой. Смотря на карту, куноичи примерно оценила расстояние от деревни до того места, где последний раз видели Акеми.  — Нас окружают непроходимые леса. Часть из них — бывшая территория Учих. Без проводника можно и заблудиться… Ей будет не легко пройти тут, — пальцем девушка прочертила линию вдоль восточной границы Конохи, — скорее всего, она нападет либо с севера, либо с запада. Я учла это, при создании защитного барьера и Акеми не сможет прорваться.  — Думаешь, твой барьер выстоит? Сама говорила, что у каждой техники есть слабое место, — напомнил альбинос.  — Помнишь, как вы попали под него и мы значительно уполовинили ваш состав? — усмехнулась Сакура, — и ты после этого сомневаешься в моих способностях? Лишь я могу его снять. Сенсор недовольно фыркнул.  — Если так, то нам надо поспешить, — сказала Мито, — послезавтра мы должны быть дома… … Вокруг властвовала тишина, лишь ветер шелестел в кронах деревьев. Ни пение птиц, ни стрекота цикад. Мягко ступая по траве и сухой листве, Мадара вышел на небольшую поляну. Расползлись тучи, открывая дорогу холодному лунному свету, который блеском отразился на красных пластинах доспеха. Отсюда открывался отличный вид на лагерь шиноби, за которыми он уже сутки вёл слежку. « Сейчас нет смысла выдавать себя, » — подумал Учиха, опускаясь на землю. Остаётся только ждать. Тишина. Обычно такое затишье не несёт ничего хорошего. Всю ночь брюнет не сводит с них глаз, но ничего, стоящего внимания, не заметил. Лишь когда кровавый рассвет на востоке окрасил перистые облака в огненные оттенки, он ощутил приближение людей, явно не союзников. Из лесной чащи показались двое. Один выглядел как ребенок, примерно лет двенадцати, хотя чакра была внушительна для его возраста. Второй, по сравнению с мелким, смотрелся словно скала. Прищуренным взгляд, скользящий по окружающей местности, говорил о том, что шиноби почувствовал обладателя шарингана. Мужчина усмехнулся, только сенсора ему не хватало.  — Вижу план провалился? — спросил блондин.  — С ними был Учиха и он быстро обнаружил нас.  — Акеми будет недовольна, — тот презрительно скривился, и посмотрел на своего напарника, — плюс Сенджу с розовлаской живы. Эй, Нобу ты куда? Мадара поднялся. Больше не было смысла скрывать себя, у него появился отличный шанс получить информацию от не очень смышленого сенсора. Шаринган быстро подметил движение. « Значит слева, » — мельком подумал он, крепко сжимая рукоять гунбая. Веточки кустов едва шелохнулись и Учиха принял атаку катаны на гунбай.  — Похвально, ты смог меня обнаружить, — безразлично произнес шиноби, — и даже нашёл смелость напасть. Мощным ударом стального веера мужчина отбросил противника в сторону. Стоит отдать должное, враг не растерялся. Перегруппировались, он, мягко сказать, избежал встречи с ближайшим деревом. Затормозив, брюнет поднял на него глаза.  — Не может быть… Разведка доложила, что Учиха Мадара на границе со страной Земли…  — Хреновая у вас разведка, — вмиг преодолев разделяющие их расстояние, сказал Мадара. Схватив его за горло и переборов желание убивать, продолжил, — прежде чем атаковать со спины, проверь, сможешь ли ты одолеть противника. Ответом послужил хрип задыхающегося. В глазах появился черный рисунок мангекью. С лёгкостью проникнув в сознание шиноби, обладатель шарингана увидел все. И от увиденного убивать захотелось ещё сильнее.  — Вот значит как, ты причинил ей боль, — прошипел Учиха, надавив сильнее и ломая шею врагу. Ему стоит найти Сакуру, пока не поздно… … Тобирама ловко уклонялся от мешающихся ветвей. Прежнее спокойствие на душе сдуло ветром. Целый день пути подошёл к концу. Сумерки постепенно расползались по округе, готовясь погрузить все в ночной мрак. Хмурилось небо, спеша разразиться дождем. Но самое странное — складывалось впечатление, что за ними следят. Он не единственный сенсор в отряде, и если угроза была реальной, то она бы не осталась незамеченной.  — Все нормально? — спросила розоволосая, поравнявшись с ним.  — Да, — Сенджу перепрыгнул на другую ветку, пытаясь избежать дальнейшего разговора.  — По тебе не скажешь… — девушка осеклась, думая продолжать или нет, — неужели снова собираешься разбираться в одиночку? Разве не помнишь, чем все закончилось в стране Воды?  — Тебя это не касается, — отрезал сенсор, ощущая неприятный холод, пробежавшийся по спине. Альбинос не хотел чужих смертей, понимая, что вина за все происходящее лежит на нём. Вздохнув, Тобирама, чуть ли не шепотом, сказал, — неужели ты проявляешь жалость к своему врагу? Куноичи открыла рот, но промолчала, постепенно понимая смысл его слов.  — Если тебя убьют, я буду рада, — Сакура сбавила скорость, отставая. Слова сильно ударили по самолюбию Учихи. И после всего пережитого он так говорит?  — Вижу вы подружились, — усмехнулась бывшая Узумаки, которая слышала их разговор.  — Мягко сказано. Мы никогда не были и не будем друзьями.  — Просто стоит понять человека, — сказала Мито, — за видимым спокойствием всегда спрятана душевная боль. Этому меня научил Хаширама. Девушка молчала, злясь на альбиноса.  — Я долго знаю его. Тобирама никогда не отличался болтливостью и редко проявлял какие-либо эмоции. Всегда холодный и взгляд, и голос. И сейчас… Рядом с тобой он выглядит живым. Живым. Розоволосая сдержала смешок. Да с ней весь клан Учих теряет свою фирменную мрачность. Но об этом другим знать не обязательно. Дабы отвлечься, она посмотрела на сереющее небо в прорехах древесных крон. Первая капля дождя упала на лицо и она недовольно поморщилась. Как-будто и не покидала страну Воды. Монотонно шептала листва. Прыжок, скрип ветки под тяжестью тела. Интуиция кричала об опасности, хоть и куноичи не понимала откуда. Вовремя подметив лязг метала и сконцентрировав чакру в ступнях, Сакура, сделав кувырок в верх, приземлилась на ветку, ранее располагающуюся над её головой. Наверно, если бы не годы войны, девушка легко попалась и была мертва. Убрав волосы с лица и посмотрев вниз, девушка выругалась. Грозно шипя, извивались взрывные печати, привязанные к кунаям. Взрыв. Крик Мито. Ветка с хрустом полетела вниз. От слепящего света Сакура не могла ориентироваться в пространстве.  — Держу, — розоволосую крепко схватили за руку и сильным рывком подняли на верх.  — Изао? — потирая глаза, сказала она, — ты то тут откуда?  — Он был с нами всю дорогу, — ответила Мито, тяжело дыша, — я бы и сама смогла…  — Хаширама-сама приказал вас защищать, — брюнет покосился на Учиху и шутливо добавил, — нужно смотреть по сторонам.  — В следующий раз буду внимательнее, кто это был? — спросила куноичи, заметив, как Узумаки с опаской смотрят вокруг и ждут приказа.  — Не знаю, никогда не встречала людей с такой чакрой.  — Шиноби Акеми, — с верхних веток к ним спрыгнул Тобирама, — они нас окружают.  — Бежать нет смысла, придется сражаться, — сказала Сенджу и кивнула аловолосым, призывая готовиться к бою… … Прохладный ветер ожесточенно бил по лицу, мотая из страны в сторону волосы. Серые облака все гуще забивали солнце. Вздохнув полной грудь свежий воздух, блондинка заправила мешающиеся пряди за ухо. Свесив ноги вниз, слушая тихий шепот ветра в листьях, Акеми смотрела вперёд, на то, что создал Хаширама. Не удивительно, ведь он всегда добивался своего. Возможно, шатен считает её дурой, раз она не пошла на поводу его речи о всеобщем мире. Уголки губ дрогнули и куноичи сдержала смешок. Поднявшись, девушка спрыгнула вниз. Её ждали. Рюу, мрачный вид которого заставил насторожиться.  — Все плохо?  — Да, среди них был Мадара. Он быстро понял что к чему…  — Договаривай, — нетерпеливо произнесла Акеми.  — Нобу мертв. Учиха постарался — просопел мальчик. Как бы шиноби не ругались, брюнет был его другом. Переборов свои эмоции и не поднимая глаз, боясь встретиться взглядом с Сенджу, виновато сказал, — я даже не почувствовал красноглазого и не смог помочь… Тишина напугала Рюу. Блондин ожидал любых слов, но не тишину.  — Все хорошо. Правильно, что не полез, — спокойно произнесла девушка, после долгого молчания, — ты ещё сможешь отомстить. Отряд Узумаки направляется к деревне?  — Угу, — всхлипнул он.  — Не плачь, — нукенин присела на корточки и потрепал его по взъерошенным волосам. Улыбнувшись, куноичи повторила, — мы отомстим им.  — Да, — твердо сказал Рюу.  — Идём, — блондинка встала, — пора нам вступить в игру. И последний раз посмотрев на деревню, замечая яркие огни фонарей, Сенджу перестала колебаться. Огонь невероятной ненависти, боли и ярости сжигал изнутри. Она отомстит. Заберет все, что им дорого. Темные тучи сомкнулись на небе, закрывая своими оковами последние лучи уходящего солнца… … Альбинос не чувствовал ни страха, ни волнения, только острое желание убивать. Стоило пообщаться с Учихой, как непроизвольно начинаешь вести себя так же. На ходу создавая клонов, сознание привычно разделилось. Сенсор одновременно видел перед собой и понимал, что твориться вокруг. Благо, он с Сакурой находились в центре отряда и самый первый удар на себя приняли Узумаки. Тобирама чувствовал чакру и силу техник аловолосых, не сомневаясь, что те дадут достойный отпор. Сенджу полностью охватил азарт битвы, потонувший в шелесте выхватываемого оружия, звона кунаев, громких взрывах взрывных печатей. Благодаря клонам и своей скорости, он значительно поубавил ряды противника.  — Пригнись! — прокричал альбинос, в миг оказавшись рядом с розоволосой. Девушка рванула вниз. Секунда и противный скрежет стали оглушил её. Открыв глаза, куноичи увидела два скрещенных клинка над своей головой. Не теряя времени, Учиха отпрыгнула в сторону. Сенсор перенаправил удар вниз и катана противника воткнулась в дерево. Пинком, Тобирама сбросил его вниз.  — Опять в облаках витаешь? — иронично поинтересовался Сенджу, — или это твоё обычное состояние?  — А ты как думаешь? — стоя спиной к Сакуре, он слышал её тяжёлое дыхание. Розоволосая посмотрела на него через плечо. Ни разу в жизни, она не видела столько эмоций в глазах альбиноса.  — Ты устала.  — Терпимо, атакуют, — сказала Учиха, плавно уходя в сторону, уступая сенсору. Тот, перехватив рукоять клинка, направил катану наискось, нанося смертельный укол шиноби. В это время, куноичи, концентрируя чакру в кулаке, отправила в полет нападавшего со спины противника. Вовремя отшатнулась назад. Несколько кунаев вонзились в дерево, поднимая тучу щепок. Атака повторилась и девушка, пропуская смерть над левым плечом, ушла под защиту катаны альбиноса. Тобирама успел заметить, что битва в стране Воды не прошла даром и он с Сакурой стали слаженно работать, несмотря на привычные разногласия. Но врага не становилось от этого меньше. Пару ударов угодили по розоволосой и, не устояв на ногах, она упала. От резких движений закружилась голова и потемнело в глазах. Пересилив себя, куноичи вскочила с земли и оказалась лицом к лицу с противником. Шиноби явно рассчитывал снести ей голову очередным взмахом меча, но Учиха была проворнее, ударив его ногой.  — Хреново дело, — сказала Сакура, стирая кровь в перемешку с грязью с лица.  — Мы проигрываем. Такое чувство, что Акеми согнала сюда всю свою армию, — произнес Тобирама, стряхивая кровь с лезвия катаны. Вокруг кипела битва и шансы складывались не в их пользу.  — Мне не привыкать, — фыркнула девушка.  — Ну, сейчас будет весело, — нахмурился альбинос, ощущая приближение чего-то огромного. Чакра, темная тяжёлая, несущая с собой лишь смерть. Только один человек в деревне обладал такой ужасающей мощью. Сенсор с трудом узнал Мадару, который пулей вылетел из кустов. Не самая лучшая встреча. Сенджу предпочел столкнуться с Акеми, а не с ним… … Шаринган, полыхающий красным огнем, наводил ужас не меньше, чем искаженное злобой лицо. Оставшиеся в живых шиноби замерли, допуская роковую ошибку. Учиха, прежде чем перейти в атаку, поискал глазами Сакуру. Ночная темнота, стремительно разливающаяся по лесу, съедала все краски. Несмотря на это, розовый цвет волос трудно пропустить на фоне черноты. Она, вместе с Сенджу и Узумаки, были на другом конце поляны. Не так далеко, не считая количество врага. Словно ураган, мужчина, ощущая предвкушение от предстоящей битвы, ринулся вперёд. Катана, покинув ножны, пела в руках брюнета, мягко вонзаясь в тела шиноби, орошая горячей кровью землю. Кромсая нападавших, мужчина ловко уходил из-под атак. Стремительные движенья, плавные увороты, резкие выпады — все слилось в один смертоносный танец. Лязг брошенных кунаев, рассекающих с невероятной скоростью воздух, полет которых видит шаринган. Уклонившись и прикрыв спину Сусанноо от летящих сюрекенов, Мадара, выхватив гунбай из-за спины, одним взмахом откинул бегущих к нему людей. Несмотря на крики ярости и боли воцарилась слишком подозрительная давящая тишина. Он остановился. Зловеще зашелестела листва, сменяясь нарастающим треском древесины. Обладатель шарингана лишь усмехнулся, усиливая контроль над Сусанноо. Техника воды бесполезна против него, зато устранить мешающихся под ногами шиноби. Волна плавно обогнула его, постепенно снижая свою скорость и растекаясь по лесу. Учиха вздохнул и неторопливо зашагал вперед, проваливаясь в пропитанную водой землю. Но это мало волновало мужчину, ровно как и чужие взгляды в спину. В нескольких метрах от него сидела Сакура. Тяжело дыша, она вынимала щепки, воткнувшиеся в руку и плечо. Кровь сочилась сквозь её пальцы и казалось, что розоволосая совсем не чувствует боли. Рядом, без сознания, лежал Сенджу. С виду можно сказать, что брат Хаширамы умер, но брюнет чувствовал слабые отголоски чакры альбиноса. Услышав шаги, девушка замерла, держа окровавленную щепку. Быстро преодолев расстояние, он оказался рядом. Куноичи вздрогнула, когда обладатель шарингана крепко заключил её в объятия. Щекой она прижалась к холодному и мокрому, от мелкой изморози, доспеху. Закрыв глаза, Сакура прислушивалась к шумному и частому дыханию Мадары. Не выдержав, девушка тихо всхлипнула и обняла его в ответ.  — Наконец-то, я тебя нашел, — прошептал Учиха, после длительной минуты молчания, запуская пальцы в спутанные, мокрые волосы. Осторожно прикоснувшись к подбородку, стирая струйку крови, сочившуюся из длинной царапины на щеке, мужчина посмотрел в изумрудные глаза и мягко добавил:  — А теперь расскажи в какую фигню ты на этот раз вляпалась?  — Слишком долгая история, — выдохнула куноичи. Ноги дрожали от напряжения и усталости, и обладатель шарингана подставил ей плечо.  — Все будет хорошо, я не дам тебя в обиду.  — Они… Рев грома поглотил слова Сакуры. Вспыхнула ослепительная молния, ветвями расползаясь по небу, оттеняя стоящих на ветках шиноби. Мадара почувствовал напряжение девушки и мощную чакру, исходящую от них.  — Подкрепление, — высокомерно произнёс Учиха, — небольшая горстка идиотом, идущих на смерть.  — Почему же на смерть? — подобно грому, раздался звонкий голос Акеми. Очередной разряд обдал землю могучей волной света землю и в нем лицо нукенина показалось ещё более устрашающем. Блондинка была зла, и еле сдерживалась, понимая, что сейчас не время идти на поводу своих эмоций.  — Акеми, — протянула розоволосая сильнее сжимая руку Мадары.  — И эта девчонка, которая затеяла весь переполох? Готов отдать должное, я рад, что появился кто-то и расшевелил нас. Но силенок хватит? Ну же, нападай, — он вышел вперёд, отталкивая Сакуру плечом назад, зная боевой настрой своей жены, — или смерть твоего друга чему-то научила тебя?  — Я убью его, — зло прошипел Рюу, спрыгивая с дерева. Брюнет выставил вперед гунбай, но путь мальчишке преградила молния. Разряды градом обрушились с неба, разнося землю на мелкие осколки.  — Нет, — спокойно сказала Сенджу. Тот недовольно поморщился, будто не испугался грозной техники нукенина, и, развернувшись спиной, запрыгнул обратно. Откинув пышный хвост белых волос, который несмотря на дождь не потерял свою красоту, Акеми сказала:  — Всему своё время. Лучше бы вы поторопились домой, пока он ещё есть. Куноичи кивнула шиноби и, последний раз окинув их взглядом, пропала. Вслед за ней — союзники. Сакура с силой пнула ближайший камень. Хотелось собственными руками придушить эту надоедливую дуру. Ей еще за тот проигрыш нужно ответить.  — Кого ты убил, раз они так взбесились? — спросила розоволосая, повторно отправив в полет камень.  — Наверно, кого-то важного, — хмыкнул Мадара и носком ткнул Тобираму, — эй, ты живой?  — Он просто потратил много чакры, — сказала девушка и посмотрела в глаза Учихи, — зачем ты пришел? Я бы сама разобралась…  — Вижу, как вы тут разбираешься, — фыркнул мужчина и неторопливо зашагал к тому месту, куда ударила молния. Присев на корточки, обладатель шарингана провел пальцами по земле, на которой осталась отметина. Эта девчонка… Теперь понятно, почему Хаширама с опасением отзывался о ней.  — Ты злишься на меня? — виновато сказала розоволосая, приблизившись к нему. Брюнет вздохнул и поднялся. Мадара не видел её больше месяца и неприятный разговор, который он так долго прокручивал в голове, мог подождать.  — Нет, — Учиха положил ей руку на плечо, заставляя посмотреть на себя, — я хорошо знаю тебя и не зря решил связать с тобой свою жизнь, ведь ты понимаешь меня. В глазах Сакуры мелькнуло удивление и радость. Шиноби улыбнулся и продолжил:  — Знаю, что ты не можешь отсиживаться в безопасности, ведь мы выросли на войне и это наша стихия. Мирная жизнь не для тебя. Конечно, только ты могла связаться с Сенджу и рвануть в другую страну, где твориться не пойми что.  — Я…  — Не сомневаюсь, ты неплохо повесилась. Я успел соскучиться… Горячие дыхание девушки обожгло лицо. Мягкие губы нежно коснулись его. Мужчина ответил не менее требовательно и жадно, ощущая солёный привкус слез на губах куноичи, настойчиво прижимая к крепкой груди. Ему хотелось почувствовать её тепло, хотелось её здесь и сейчас. Но Узумаки и брат Хаширамы, маячившие за спиной, портили все. Похоже она думала точно так же и попыталась отстраниться. На что Мадара решительней подался вперёд, не выпуская розоволосую. И пусть их поцелуй не перестает во что-то большее, Учиха планировал продлить наслаждение ещё на несколько секунд… … С трудом разлепив тяжелые веки, Тобирама смог придти в себя и смутно разглядеть расплывчатый силуэт Мито. Наверно, альбинос перестарался с техникой, защищаясь от огромной волны. Косой дождь постукивал по доспеху и этот звук неприятно действовал на слух. Голова гудела от удара о землю и крупные капли, стекающие по лицу, охлаждали жар боли.  — Я думала, ты не проснёшься, не ранен?  — Терпимо.  — Тебе лучше не делать резких движений, — красноволосая перекинула его руку через плечо и помогла ему подняться.  — Все хорошо, где… — резко замолчал, увидев Сакуру с Мадарой. Сжав кулаки, сенсор смотрел на то, как обладатель шарингана обнимает девушку. Очередной прилив гнева накатил на него. Сенджу выдохнул сквозь зубы. Последние время он слишком часто идёт на поводу у своих эмоций.  — Тебе нужно быть осторожней, твои глаза выдают тебя.  — О чем ты? — моргая, буркнул Тобирама.  — Она нравится тебе, — сказала бывшая Узумаки, — я это вижу и не надо спорить. Просто будь осторожен. Мадара тот человек, которому лучше не переходить дорогу.  — Никого я не… — начал возражать альбинос поражаясь, как можно было подумать о такой глупости, но Мито, пропустив мимо ушей его слова, крикнула Учихам:  — Я конечно понимаю, что вы долго не виделись, но может вы уже закончите? Сенджу сдержал смешок, увидев покрасневшее лицо розоволосой. За время миссии альбинос успел к ней привязаться. Но не стоит забывать, Сакура враг, одна из самых опасных куноичи. От неё не знаешь чего ожидать. « И все же, ты спасал её, а она тебя, » — мысль, которую сенсор быстро отбросил, неожиданно всплыла в голове.  — Нам нужно возвращаться, — сказал Мадара, обращаясь к Мито, — много раненых?  — Трое погибли, а четверо в тяжёлом состоянии.  — Где они? Я могу им помочь.  — Ты на себя посмотри, если переусердствуешь, то можешь потерять сознание, — произнес брюнет.  — Не важно, сейчас каждый человек на счету, — фыркнула Сакура, не сбавляя воодушевленного напора под взором шарингана, и повернулась к ним спиной.  — Я согласен с Мадарой, — вмешался сенсор, — разве… Проигнорировав их, девушка в компании красноволосой направились к раненым.  — Всегда сделает по своему, — недовольно буркнул Учиха, осматривая поле боя.  — Да, — подтвердил Тобирама, смотря в след удаляющимся девушкам… … Глухая тишина ночи овладела лесом, лишь легко шептал ветер, вороша высокую траву и прошлогоднюю листву. Дождь прекратился. Выглянула луна, окутанная легкой дымкой. Мадара бежал к конце отряда, на случай попытки нападения. Несмотря на быстрый темп передвижения, брюнет наслаждался спокойствием, вдыхая свежий ночной воздух, понимая, что данным спокойствием обязан Сакуре. Она, вместе с Мито, держались поближе к раненым, в центре. Впереди мелькал Сенджу. Тяжело вздохнув, Учиха ускорился и поравнялся с Тобирамой. Начать разговор не легко, особенно с неохотного и скомканного спасибо.  — За что? — слегка удивился альбинос.  — Ты спасал её множество раз, — задумчиво произнёс мужчина, вспоминая рассказ жены, которая в кратце поведала ему о своих приключениях.  — Если она погибла, то ты бы начал войну. Да и слушать речи брата как-то не впечатляет, — отмахнулся сенсор.  — Возможно, — уклончиво ответил брюнет, — но мы оба знаем, что это не так. Мадара ощутил прожигающий своим холодном взгляд алых глаз. Сдерживая порыв ненависти, глубоко вздохнул. Незаживающая рана в груди вновь заныла. Смотря на Тобираму, он видел лишь убийцу брата. Любая мысль и воспоминание об Изуне отдавала невероятной болью внутри. Трудно было находиться с ним рядом и держать себя в руках. Но просьба Сакуры и капля уважения за его поступки разбудили здравый смысл. Учиха тихо усмехнулся:  — Не волнуйся. В отличии от тебя, я предпочитаю столкнуться со своим противником лицом к лицу, а не наносить удар в спину. Не хочу расстраивать Хашираму твоей смертью, — глаза, отвечая Сенджу, непроизвольно полыхнули красным, на мгновенья активировав шаринган, — однако, хоть мы и ненавидим друг друга, у нас общая цель. Сказав это, Учиха запрыгнул на ветку и устремился вперед… … К рассвету они достигли пределов деревни. Их ждали. У ворот, помимо охраны стоял Хаширама. Хмурый вид шатена испарился при виде живого, хотя потрепанного, брата. Радостные приветствия отошли на второй план, когда он узнал о раненых. Долгий путь измотал шиноби, первая помощь, оказанная Сакурой, помогла им выжить, но девушке не хватило сил на дальнейшее лечение. Мадара молча наблюдал за действиями друга, понимая, переговорить наедине не получиться. Розоволосая вместе с Тобирамой что-то упорно доказывали Сенджу, попутно споря между собой и забыв о пострадавших. Брюнет сдержал смешок и поспешил вмешаться, дабы избавить Хашираму от бессмысленных пререканий. Но похоже бессонная ночь плохо сказалась на настроении куноичи и Учиха получил порцию возмущенных слов. Кое-как, сверкая шаринганом, ему удалось заткнуть разбушевавшуюся девушку. Аргументы Сакуры исчерпались на моменте « ты едва стоишь». Она не стала сопротивляться, когда мужчина бесцеремонно поднял её и, перекинув через плечо со словами « через три часа встретимся в главной резиденции», направился домой. Со стороны это смотрелось странно и смешно, благо в такую рань пустые улицы…  — Твое отбитое чувство самосохранения поражает меня, — сказал Мадара, пинком открывая дверь.  — И что с ним не так? Самому лишь бы кого-нибудь убить, — пробубнила девушка, — и вообще, висеть вниз головой не самое приятное занятие.  — Тебе полезно, — усмехнулся Учиха, отпуская её, попутно снимая гунбай с катаной, прислонив их к стене. Разувшись, обладатель шарингана прошел внутрь, оставив куноичи в одиночестве. После встречи с нукенином и рассказа о происшествии в стране Воды, интуиция говорила о том, что его жене грозит опасность. Странная особенность у неё — наживать себе врагов. Конечно, глупо ждать нападения в собственном доме. Обойдя все комнаты, он убедился, что это всего лишь фантазия, и принялся отстегивать пластины доспеха. Краем глаза мужчина видел, как девушка удалилась в ванную. Закончив с доспехом, шиноби переоделся. Желание побыть с куноичи пару часов набирало обороты, но и требовалось разобраться с Хаширамой. Поколебавшись и забив на Сенджу, Мадара раскатал футон. Выудив из горы сваленных в углу книг, которые уже не помещались в его кабинете, свиток, обладатель шарингана принялся читать замысловатый текст. С прибытием с границ страны Земли, брюнет, в попытке найти больше информации о биджу и их местонахождении, натащил множество толстых томов. Но толку от них не было. Возможно те, кто сталкивался с ними погибали. Ведь не просто так ходят слухи об их невероятной силе… Шелест седзи прервал его мысли.  — Ты принес сюда столько книг? — за спиной раздался удивленный голос Сакуры.  — Да, хотя они оказались бесполезными, — сказал брюнет, посмотрев на девушку, закутанную в полотенец, который был намотан в несколько слоев на обманчиво хрупкой фигуре. Розовые волосы заметно отрасли и влажными прядями падали с плеч на грудь. Весь вид портили синяки и ушибы, и недавно зажившие раны.  — Что-то случилось? — серьезно спросила куноичи, доставая из ящика банку лечебной мази и бинт.  — Нет, не волнуйся. Она улыбнулась и присела рядом.  — Давай помогу, — сказал он. Сакура кивнула и сняла полотенец. Взгляд обладателя шарингана изучающе прошелся по тонкому изгибу спины, подмечая каждую рану. Открыв мазь, Мадара начал втирать её в кожу, стараясь не причинять боль.  — Ммм, — протянула девушкой, наслаждаясь нежными прикосновениями мужа, — была бы чакра, то уже… Не знала, что ты можешь быть таким нежным.  — Все для тебя, — горячее дыхание Учихи обожгло шею. Сидеть рядом с обнаженной куноичи оказалось труднее, чем сражаться на поле боя. Тело моментально реагировало на близость, хоть он и не хотел окончательно вымотать её и причинить неудобство, — но тебе стоит отдохнуть. Сакура глубоко вздохнула, ощущая себя точно так же.  — Теперь будет война? — спросила она, меняя тему.  — Без понятия. Я не хочу вмешивать в их конфликт Учих, — слегка отстранившись, сказал брюнет.  — Угу. Никогда не поверила, что в клане, вечно говорящих об справедливости и мире, может происходить такая хрень.  — Первое впечатление всегда обманчиво, — он аккуратно обработал распухшее плечо девушки и занялся перевязкой. За окном потемнело. Дождь звонко забарабанил по стеклу. Неожиданно вспыхнула молния, а за ней словно выстрел, последовал гром.  — Больно? — произнес мужчина, заметив дрожь Сакуры.  — Плохие воспоминания, — сказала куноичи надевая футболку.  — Иди сюда, — обладатель шарингана притянул её к себе, заключая в объятия. Она тихо вздохнула, ощущая тепло и спокойствие, — тебе нечего бояться.  — Я не боюсь, ведь ты рядом, — розоволосая улыбнулась.  — А теперь отдыхай, — шиноби поцеловал куноичи в лоб и поднялся, — мне надо встретиться с Хаширамой.  — Мадара, — Учиха обернулся, — если там будет Тобирама…  — Волнуешься за Сенджу?  — Да. Я долго думала о своей ненависти к нему. Но поняла, что моя месть не имеет смысла, ведь он уже страдает. Выбирать между кланом, любимым человеком, мечтой… И в итоге потерять все. Я видела в его глазах столько боли. Видела сквозь маску храбрости и безразличия. Не знаю, почему я жалею Тобираму… — Сакура запнулась, понимая, что говорит лишнее и Мадара может не понять её.  — Ты очень добрая, и можешь увидеть человека с разных сторон, — сказал Учиха, присаживаясь на корточки. В изумрудных глазах блеснуло удивление, — это редкое качество для шиноби. Отдыхай, узнаю, как там твой Сенджу.  — Он не мой! — недовольно буркнула куноичи, укладываясь на футон, — я убью его при первой возможности.  — Ну конечно, — усмехнулся брюнет, накрывая розоволосую. Она заворочались и сонно засопела.  — У каждого своя боль, — произнес обладатель шарингана, и посмотрев на засыпающую девушку, добавил, — но и есть выбор: поддаться ей, или идти дальше…