Бестиарий Грейвза

Nancy Sinatra, "Sugar Town"

28 апреля, 1928 г. Весна в Британии отличалась от весны в Нью-Йорке – более сырая и промозглая, менее зелёная и почти совсем без солнца. Но не в том месте, в котором Грейвз просыпался каждое утро после прибытия на острова. - Только сегодня братья Оллертон ответят на все вопросы о «Чистомёте-1»* и даже подпишут ваши мётлы, не пропустите! Только до трёх пополудни – торопитесь! В магазине «Всё для квиддича», с десяти утра до трёх пополудни… Резкий, усиленный Сонорусом голос разорвал сладкую утреннюю полудрёму, в которой последние полчаса нежился бывший аврор. Зазывала удалился вниз по улице, не прекращая рекламировать мероприятие. Толпы восторженных мальчишек, возбуждённо переговариваясь, рванули к магазину со спортивными мётлами, соревнуясь между собой в быстроте. Грейвз отогнал остатки вялой дрёмы и откинул одеяло, оставившее в воздухе невесомый, приторный цветочный шлейф. Ступив босыми ногами на тёплые шершавые деревянные половицы, которые ворчливо заскрипели под весом его тела, он раздвинул лёгкие светлые шторы, почти не сдерживающие редкие солнечные лучи, а затем распахнул ставни, выкрашенные в светлую, облупившуюся от вечной сырости краску, и вдохнул полные лёгкие сладкого, сдобного аромата, которым пропахло не только всё здание, но и почти половина улицы, смешиваясь с запахами горьких трав из двух аптек, стоящих по соседству, малоприятным душком, тянущимся из магазина-зверинца и запахами выделанной драконьей кожи. Открыл окно он очень вовремя – почти в тот же момент на подоконник приземлилась серая взъерошенная неясыть, сжимая в когтях свёрнутую в трубочку газету, пахнувшую свежей типографской краской. Она угрюмо ухнула и мрачно взглянула на него своими круглыми жёлтыми глазами. Грейвз усмехнулся и, пошарив в карманах брюк, до этого небрежно свисавших со спинки стула, ссыпал в кожаный мешочек, привязанный к её лапке, пять маленьких бронзовых кнатов. Заметно подобрев, неясыть добродушно ухнула, взмахнула широкими крыльями и улетела в на редкость голубое небо, лишь с запада омрачаемое обрывками серых облаков. Не торопясь натянув брюки и немного мятую рубашку, пропахшие, как и вся прочая его одежда, цветочными ароматами, Грейвз прихватил свежий номер «Ежедневного пророка» и спустился на первый этаж здания по узкой скрипучей деревянной лестнице. - Доброе утро, мистер Грейвз! – приветствовала его широкой улыбкой и большой чашкой дымящегося, крепкого кофе младшая сестра Тины. - Доброе утро, миссис Ковальски, - добродушно улыбнулся ей волшебник, отпивая глоток ароматного напитка и привычно уворачиваясь от проплывшей мимо тарелки, наполненной яичницей, прожаренным до хруста беконом и свежими овощами. - Мы завтракаем вдвоём, - продолжая управлять летающими по небольшой, светлой кухне приборами, сообщила Куинни. – Якоб и мистер Шепард открывают магазин – сегодня пораньше, выходной день. Джинджер убежала час назад – Морриган знает, куда. А к Тине прилетела сова из Министерства и она унеслась сломя голову, даже ничего съесть не успела, - посетовала младшая сестра. Грейвз уже было начал изучать первую полосу газеты и жевать подцепленный с тарелки кусочек бекона, но замер, услышав о сбежавшей Тине. - Не беспокойтесь, она обязательно всё объяснит, когда придёт, - привычно услышав его невысказанные волнения, легкомысленно пожала плечиком Куинни. Грейвз в который раз поймал себя на мысли, что уже привык жить под одной крышей с легилименткой. Тина не соврала, сказав что их ждут друзья. По прибытии в Великобританию беглецов с распростёртыми объятьями приняла новоиспечённая семья Ковальски, за прошедшие с побега месяцы удивительно успешно обжившаяся на новом месте. МАКУСА не слишком рьяно искал беглецов – не-мага и волшебницу. Прочь из страны – ну и Морриган с ними, главное внутри нарушителей больше не было. Ковальски через представителей продал свою булочную на Ривингтон-стрит, а на вырученные деньги, обменянные на местную волшебную валюту, снял небольшое помещение на Диагон-аллее и открыл кондитерскую «Сахарная слива».** Местным они были известны как семья волшебников, переехавших из США – волшебница Куинни и её муж-сквиб Якоб. Хоть волшебное общество Британии и относилось к не-магам – магглам, - куда лояльней, чем в США, но всё же видеть их в самом сердце магического Лондона – Диагон-аллее, - было ещё не готово, поэтому Якоб, как истинный сквиб, старался не восхищаться магией в открытую, но заметно наслаждался каждым днём своей новой жизни. Но если к Ковальски, виновным лишь в нежелании отказываться от своих чувств, законы Британии были снисходительны и не мешали им жить и работать, то с Грейвзом и Тиной дела обстояли куда сложнее. МАКУСА требовал их экстрадиции, Министерство магии же, и до этого не поддерживавшее тёплых отношений с заокеанскими коллегами, категорически отказывалось. Грейвз не очень понимал почему – разумеется, тут у них были достаточно влиятельные союзники, взять того же Тесея Скамандера, обязанного Грейвзу жизнью, который нынче управлял местным Авроратом, но тем не менее, он не имел большого веса на международной арене. Но дни складывались в недели, затем в месяцы – а Тина и Грейвз продолжали жить в доме четы Ковальски, не зная абсолютно ничего, что касалось бы их дальнейшей судьбы. И вот Тина получила письмо и, не сказав ни слова, сорвалась прочь. Это не могло не волновать. И, тем не менее, Грейвз спокойно дочитал газету, позавтракал, допил своё кофе и поблагодарил радушную хозяйку. Тины всё не было. Затем он вышел в торговый зал, полюбовался на разноцветные леденцы-хлопушки и стройные ряды шоколадных лягушек. Потрепал по голове одного из мальчишек – Гаррика, сына местного мастера-изготовителя палочек,*** Грейвз даже запомнил его имя, - что толпами осаждали витрины магазина каждый день, в надежде, что владелец угостит их сладостями – и Якоб ни разу не обманул их ожиданий. А Тины всё не было. Наконец, ближе к полудню, она с громким чихом вывалилась из камина, перепачканная сажей, но сияющая, как новенький галлеон. - Мистер Грейвз! – завопила она, перепугав вздремнувшую после обеда в кресле гостиной Джинджер. – Мы это сделали! Мы остаёмся! И с разбегу придушила его в объятьях, едва не снеся с ног.

***

30 апреля, 1928 г. Но никто не говорил, что всё будет просто и радужно. Грейвз знал это, но глядя на радостно сверкавшую глазами бывшую ученицу, молчал. Ранним утром понедельника они, одетые в тщательно выглаженные Куинни костюмы – Тина ради такого дела даже согласилась облачиться в одно из платьев сестры, самое закрытое и тёмно-синее, - оказались в просторном, прохладном Атриуме, молча созерцая высокий, сводчатый потолок и золотой фонтан, изображающий мужчину и женщину с палочками, кентавра, гоблина и домового эльфа. Однако оценить всё великолепие волшебной архитектуры им не довелось. - Мистер Грейвз, мисс Голдштейн! – улыбнулся подошедший поджарый волшебник, в котором бывший аврор признал Скамандера-старшего. – Рад видеть вас. К сожалению, на долгие приветствия времени нет, нас ждёт министр. Грейвз тут же подстроился под энергичный шаг молодого аврора, следуя строго за проводником в волшебных лабиринтах Министерства. Тина не отставала, отсчитывая стуком каблуков туфель сестры каждый шаг. - Что министр желает с нами обсудить? – спросила она Тесея, слегка запыхавшись, когда вся их небольшая делегация влетела в одну из лифтовых кабин. – В прошлый раз я говорила с Трэверсом и он выразился вполне категорично… - Разумеется, но эта беседа будет более… официальной, - слегка замялся Скамандер, нервно ероша шевелюру. Грейвз видел, что тот о чём-то не договаривает. Тина замолкла, ощущая то же самое. - Пиллиуикл? – коротко спросил Грейвз, интересуясь о бывшем коллеге – главе отдела правопорядка Британии. Лифтовые цепи монотонно лязгали, то и дело останавливаясь – кабина лифта постепенно пустела, по мере того, как поднималась выше. Тесей, отчего-то менее эмоциональный, более бледный, уставший и даже слегка замученный, чем помнил Грейвз – скорее всего, сказывались новые возросшие обязанности, которые свалились на аврора с должностью главы, - обернулся и невесело усмехнулся. - Вскоре после побега Грин-де-Вальда подал в отставку. Теперь его место занимает Торкуил Трэверс.**** Неужели и сам Грейвз, в бытность главы, выглядел так же – вызывал жалость? Последние несколько месяцев непривычно полноценного сна и здорового ничегонеделанья благотворно повлияли на его внешность. Теперь по утрам на него смотрел не раздавленный грузом проблем мужчина средних лет, а заметно помолодевший, относительно беззаботный бездельник. Почти счастливый бездельник. Приятный прохладный женский голос из ниоткуда сообщил: «Уровень первый. Министр магии и вспомогательный персонал». - Прошу, - кивнул Тесей и парочка бывших авроров последовала за ним. Их действительно уже ждали. Кабинет министра магии Британии был куда скромнее кабинета мадам Президент. Мебель из тёмного дерева, наглухо задёрнутые плотные шторы, из-за которых едва пробивались редкие сегодня солнечные лучи, портреты бывших министров, часть из которых то и дело зевала, часть откровенно спала, а третья – с любопытством разглядывала новоприбывших. И запах. Стойкий запах старой пыли и пролитого дорогого виски. Посреди кабинета, ближе к задней стене, стоял массивный деревянный стол из дорогой породы – единственная деталь, роднившая этот кабинет с кабинетом Пиквери. За столом сидел, впрочем, тут же приветственно вставший, министр Фоули. Прошедший с их последней с Грейвзом встречи год ничуть не изменил его. Лишь седина полностью выбелила редкую шевелюру. За спиной министра стоял мужчина в чёрной шляпе с цепким, неприятным взглядом жидкого, болотного цвета глаз. - Мистер Грейвз! – радушно встретил вошедших волшебников министр. – Мисс Голдштейн! Рад видеть вас! - Министр Фоули, - коротко, слегка настороженно кивнул Грейвз. Громкая дружелюбность политиков уже давно не могла ввести его в заблуждение. - Доброе утро, - смело улыбнулась Тина, однако лёгкая бледность волнения на её щеках не укрылась от взгляда Грейвза. - С Тесеем Скамандером, главным аврором, вы уже знакомы, - одёргивая сшитый на заказ дорогой жилет, застёгнутый на все пуговицы, продолжил Фоули, - а это Торкуил Трэверс, глава отдела правопорядка. Мужчина с неприятным взглядом коротко кивнул. - Не будем же тянуть с приветствиями, - хлопнул в ладоши министр, усаживаясь в кресло. – Прошу. Грейвз, Тина и Скамандер устроились в гостевых креслах, лишь Трэверс остался на ногах, нависая за спиной министра мрачной тенью. - Я пригласил посетить меня сегодня с единственной целью – поздравить вас с тем, что Международная конфедерация не удовлетворила запрос магического Конгресса США о вашей экстрадиции. Теперь вы официально граждане Великобритании и можете не беспокоиться о своей безопасности… Повисла небольшая драматичная пауза, которую министр не торопился прерывать. Тина нервно поёрзала. - …но только пока вы не покинете границ страны. «То есть, - хмыкнул, перефразировав его слова про себя Грейвз, - мы в той же тюремной камере, только размером с острова». - И ваш запрос, мисс Голдштейн, о работе на официальные органы Министерства, к сожалению, не может быть удовлетворён. Всё же вы считаетесь нарушителями законов, пусть и другой страны, - закончил министр, вставая с кресла и протягивая Грейвзу руку для прощального пожатия. Грейвз на него ответил, сжимая широкую, грубую и слегка влажную ладонь Фоули, бросив короткий взгляд на покрасневшую до корней уложенных в аккуратные локоны волос Тину. Всю обратную дорогу и прощание со Скамандером-старшим, который поздравил их и выразил сожаления Тине, что не смог стать её начальником, Грейвз молчал. И лишь когда они оказались на узкой, мощёной сбитым булыжником мостовой, он остановился и молча сверля бывшую подчинённую строгим взглядом, потребовал объяснений. - Тесей сообщил мне заранее, что нам, судя по всему, не грозит экстрадиция. Ещё до официального заявления, - храбро глядя в глаза мужчине, заговорила Тина. Румянец уже успел покинуть её лицо, о чём Грейвз в душе пожалел – смущение как-то по-особенному красило девушку, вызывая у него непрошенную улыбку. – Тогда я начала думать – чем же нам заняться? Сидеть на шее у сестры и Якоба я не стану. Вы тем более не захотите. Грейвз неопределённо повёл плечом, соглашаясь с её словами. Хоть кондитерская на Диагон-аллее и была самым лучшим местом, в котором он жил после родового поместья с живыми родителями и Ильверморни, он всегда знал, что не останется в ней надолго. - Тогда я спросила у него – есть ли возможность работать в Аврорате? Опыт у нас есть, - немного грустно шмыгнула носом Тина – местный климат пришёлся не по душе её организму. Вечная сырость превратилась в перманентный насморк. – Он сказал, что это необходимо узнать у министра. Ну и… вот, - неловко закончила она. Повисла тишина, в которой Грейвз почти слышал её растерянность и расстройство. - Не беспокойтесь, Тина, - мягко улыбнулся он ей, стараясь ободрить. – Не забывайте, за все эти годы мы научились не только быть аврорами, но и видели, как выживают те, кто был осуждён. Контрабанду мы с вами, так уж и быть, распространять не станем, но что-нибудь придумаем, - неловко пошутив, почти невесомо сжал он её тонкое плечо под лёгким светлым пальто сестры. Она расцвела улыбкой в ответ.

***

14 мая, 1928 г. На самом деле, он и сам не раз размышлял над этим вопросом ещё тогда, когда их дальнейшая с Тиной судьба была туманна. Но вариант, к которому Грейвз мысленно возвращался из раза в раз, был всего лишь один. Поиски подходящего курса, начало обучения, просмотр удовлетворявших по цене и расположению помещений – всё это заняло у бывшего аврора не так уж и много времени, благо теперь он мог распоряжаться им как вздумает – один из плюсов жизни без работы. Наконец, он решил, что готов рассказать о своей идее Тине и с лёгким трепетом и удивлением понял, что был взволнован. Грейвз бы хотел, чтобы она согласилась работать с ним. Расстаться с ещё одним плюсом новой жизни – нахождением под одной крышей с нею, - он был категорически не готов. Всё это время Тина помогала Якобу и Куинни с магазином. Ну как помогала – в пекарне от неё не было большого прока, поэтому чаще всего девушка работала в торговом зале, обслуживая детишек и почтенных леди. В один из таких рабочих дней Грейвз, слегка нервно оправляя жилет костюма, подошёл к ней со спины в момент, когда она заворачивала очередную покупку. - Ешь и слушайся маму, Дорис Крокфорд, - улыбнулась она, передавая пакет маленькой девочке со смешными косичками, у которой отсутствовали передние зубы. - Тина? – привлёк он её внимание. – Когда заканчивается ваша смена? - Сейчас! – с заметным облегчением выдохнула она. – Попрошу Якоба заменить меня. Чего вы хотели? - Нам придётся немного пройтись, - загадочно улыбнулся он девушке, будоража её любопытство. - Пешком? – удивилась Тина, когда они вышли в маггловский Лондон через "Дырявый котёл". Грейвз старался сдерживать своё нетерпение, замедляя шаг. - Тут недалеко, - кивнул он, глядя как тёплый ветерок трепал взъерошенные волосы Тины и проказливо оголял тонкие ключицы. Здание на Чаринг-Кросс-роуд***** было трёхэтажным, слегка потрёпанным временем, но внушающим доверие своей основательностью. Изнутри отсыревшая и потрескавшаяся штукатурка сыпалась под ноги, шурша под подошвами ботинок. Грейвз поднялся на второй этаж, увлекая за собой Тину, и остановился перед дверью, на мутной стеклянной вставке которой лаково блестели свеженарисованные буквы «П.Г.» - Что это? – изумлённо посмотрела на волшебника Тина, поворачивая ручку двери и проходя внутрь – в слегка захламлённое, не до конца отремонтированное помещение. - Офис частного детектива Персиваля Грейвза, - засунув руки в карманы брюк, криво улыбнулся мужчина, наблюдая за реакцией девушки. - Частного детектива? – удивлённо переспросила она. – Когда вы успели получить лицензию? - Ещё не получил, но к открытию офиса она у меня будет, - пожал плечом Грейвз. – Как вам такой вид заработка? Тина стояла посреди разгромленного ремонтными работами хаоса помещения, растерянно разглядывая бедлам. Грейвз почувствовал волны горького разочарования, думая, что был слишком нетерпелив – стоило довести дело до ума, прежде чем говорить обо всём Тине. Но её подавленный вид вынудил его раскрыть карты раньше, в надежде, что идея придётся ей по душе. Пробивающиеся сквозь немытое стекло мутные лучи весеннего солнца золотили её каштановые волосы. Внезапно Тина улыбнулась и, посмотрев на босса с хитринкой, спросила: - Вам не нужен напарник? Возьмите меня! Даже название менять не придётся.****** Грейвз почувствовал, как широкая искренняя улыбка сама собой расцвела на его лице. _________________________________________ *«Чистомёт-1» (англ. Cleansweep One) — первая метла, созданная в 1926 г. фирмой «Чистомёт», которую основали Боб, Билл и Барнэби Оллертон (HarryPotterWikia). **Диагон-аллея (англ. Diagon Alley) - дословно Косая Аллея, также известна как Косой переулок. Кондитерская «Сахарная слива» (англ. «Sugarplum's Sweets Shop») — кондитерский магазин в Косом переулке, также известный как кондитерская Шугарплама (HarryPotterWikia). ***Гаррик Олливандер - тот самый мастер по изготовлению волшебных палочек, что продал первую палочку Гарри Поттеру. Родился 25 сентября 1921 г. (HarryPotterWikia). ****Торкуил Трэверс - волшебник, работник Министерства магии, мелькнувший в трейлере ко второму фильму "Фантастических тварей". Фандом подозревает его в родстве с пожирателем смерти Трэверсом. *****Чаринг-Кросс-роуд - реально существующая улица в Лондоне, на которой Роулинг расположила вход в "Дырявый котёл". Также в серии романов о Корморане Страйке авторства всё той же Роулинг здесь расположен офис главного героя. ******П.Г. - инициалы и Грейвза, и Тины.