История (Айседора)
22 декабря 2016 г., 19:19
Графиня Айседора Комет происходила из древнего рода, была известна в высшем обществе как девушка-кокетка, но все же неветренная, как прочие дамы в подобном положении ее времени. Да, женщины того времени и впрямь отличались легкомысленностью, даже те, что были уже замужем, флиртовали с теми, кто им приглядывался, и часто не останавливались на одном только флирте.
Но за маской прелестной глупой девочки-куколки скрывалась умная, гордая, и, что уж греха таить, весьма и весьма эгоистичная личность. Она была сообразительна, талантлива к танцам, игре на инструментах, пению, стихосложению, фехтованию, магии, словом, у нее было все для того, чтобы удачно выйти замуж. На самом деле, удачное замужество не волновало Айседору, а по большей степени только ее родителей, которые хотели для дочери выбрать наилучшую партию.
Сама семнадцатилетняя графиня лишать себя свободы вовсе не спешила. Девушка наслаждалась жизнью, веселилась на балах, заигрывала с мужчинами всех возрастов и положений, танцевала и пела, играла на скрипке, вышивала крестиком, сбегала по ночам из дома гулять с кавалерами и подругами и просто жила так, как ей хотелось. Разве это не счастье?
Но все хорошее рано или поздно заканчивается. Пришел роковой август. Ее восемнадцатый День Рождения.
***
Айседора никогда не влюблялась в мужчин, с которыми общалась. Не цепляли ее ни звание, ни набитый кошелек, ей были интересны лишь те, с кем было о чем поговорить. Она любила мужчин, с которыми можно было жарко спорить часами, а потом расслаблено выпить шампанского или чего покрепче и посмеяться над собственными взглядами на жизнь. Но и такие не могли завоевать сердце юной леди. Ее не особо беспокоило то, что она ни разу не влюблялась, и ей вот-вот уже через пару месяцев придется примерить ярлык старой девы. Графиня и не хотела этого. Что хорошего в том, чтобы лежать ночами, пялясь в потолок, рыдать на балконе или стоять на балу с горящими щеками, когда объект твоего обожания наконец-то с тобой заговорил? Нет, все это не для нее. Она сердцеедка, а не жертва сердцеедов. Очень часто такие дамы становятся жертвами Донжуанов, знаменитых своими победами над самыми неприступными женщинами. К несчастью, Комет оказалась именно в этой категории. Дориан Баттерфляй впервые заговорил с ней на балу в честь ее восемнадцатилетия. Девушка тогда не обратила внимания на него, ведь слышала о нем ранее. Обычно такие очаровывают женщин громкими речами, а на самом деле оказываются совершенно пустыми и в крайней степени глупыми. После этого она не раз еще сталкивалась с ним на балах. И со страхом осознавала, что влюбляется. Разум ее протестовал незнакомым и нежеланным чувствам, но Айседора ничего не могла с собой поделать. Она хотела чаще видеть его, злилась, когда замечала, как он флиртует с другими девушками, а он ухмылялся, понимая, что своей цели он добился. Но юноша и сам оказался в результате влюблен в прекрасную графиню. Дориан был старшим сыном королевы и в данный момент единственным наследником, потому что его сестра Сун была слишком мала для того, чтобы говорить о ее возможном восхождении на престол Мьюни. И, конечно, прознав о встречах Айседоры с принцем, ее родители даже и не думали препятствовать их отношениям. Наивыгоднейшая партия, верно? А его мать не имела ничего против представительницы рода Комет, так что им могло мешать? Эгоизм, свойственный всем представителям мужского пола семьи Баттерфляй. Мужчинам в этом роду всегда отводилась роль исключительно второстепенная, так, запасной вариант на случай, если не родится дочка, или же если она не сможет по каким-то причинам стать королевой. И то, если кому-то из них удавалось стать королем, то как только его дочери исполнялось четырнадцать, то он был обязан передать ей престол. Вечно обделенные вниманием принцы были обижены на весь мир, на родителей, злились на сестер. Нет, конечно, исключения присутствовали, но в таком же количестве, как среди еще зеленых фруктов, не по сезону появляется спелый. И были жуткими эгоистами, их мир замыкался на них. Дориан был, естественно, эгоистом, но и Айседора здесь ему не уступала. Какие отношения могут сложиться у двух эгоистов? Она считает его своей собственностью, а он считает, что он слишком хорош, чтобы в его власти находилась лишь одна женщина. Было понятно всем изначально, что ничего хорошего из этого не выйдет. Как и у всех: вначале было все красиво. Цветы, конфеты, прогулки под луной, признание в чувствах, а после свадьбы все пошло по наклонной. Айседоре было больно, когда она видела его с другими женщинами, а Дориан страдал от того, что Комет могла долгое время кричать на него и плакать, заставляя его испытывать муки совести, но и со своим желанием дарить внимание другим девушкам он тоже ничего сделать не мог. Так в один прекрасный день Айседора застала его с какой-то дамочкой в очередной раз. Другая дама на ее месте предпочла бы не устраивать скандалов и тихонько все замять, чтобы слуги не растрезвонили по всей вселенной, что муж-изменщик лезет на стену от жены-скандалистки, но как было, наверное, все уже понятно, Комет была не из тех, кого интересовало мнение общественности. Она кричала. Кричала тогда так громко, что сорвала голос и еще неделю не могла потом разговаривать. Для нее это стало последней каплей. Девушка уехала к родителям, не слушая очередной порции оправданий. На следующее утро Дориана Баттерфляя нашли мертвым. Долго искать виновного не стали, сразу же обвинив во всем Айседору. Комет не понимала, почему в этом обвинили именно ее. Если кто-то его и отравил, то точно не она, ведь графиня уехала к родителям! Но ее никто не слушал, а родители даже не попытались защищать ее. Казнь. Толпы зевак. Простой народ собрался посмотреть, как голова одной из самых высокомерных женщин, наверное, во всей вселенной, окажется в мешке палача. Айседора смотрела на королеву, в этом взгляде была вся ее боль, вся та злоба, скопившаяся в ней за время замужества с принцем. Правительница Мьюни отвернулась, не в состоянии выдержать этого взгляда. — Последнее слово? — Я клянусь, Нереида Баттерфляй, что я отомщу за себя и за всех невиновных, убитых вашим родом! «Если понадобится, я доберусь до вас даже с того света, твари». Противный звук и тишина. Стих гомон толпы. Вокруг только темнота и больше ничего. Но темнота эта мягкая, напоминающая что-то схожее с сахарной ватой. Айседора проводила рукой, и ей словно что-то препятствовало. Но здесь было спокойно, сердце не билось так быстро… оно вообще не билось… — Здравствуй, Айседора, — женский голос напугал графиню. Откуда в таком месте кто-то помимо нее? Перед ней стояла женщина. Невысокая, в строгой одежде, шляпе с широкими полями и пиками на щеках. — Эклипса? — Оу, ты знаешь мое имя? Я думала, обо мне Мьюни предпочитает не вспоминать никогда. — Почему ты здесь? — Какой глупый вопрос, лапушка. По той же причине, что и ты. Я умерла мучительной смертью. От рук Баттерфляй. Почему бы мне здесь не быть? Хватит вопросов, и лучше послушай меня. Когда пришел мой смертный час, я была ослаблена колдовством моей сестры, поэтому и в этом мире я не могу использовать магию в полной мере. Кое-что я, конечно, еще могу. Например, устроить все так, чтобы ты сумела исполнить свою месть. — Что? Но как это возможно? Я мертва, черт возьми, мертва! — Поверь, смерть — не препятствие. Я помогу тебе. Я дарую тебе столько времени, сколько тебе понадобится. Хоть несколько столетий, хоть пару лет. Но ты отомстишь. За себя. За всех, кто умер от рук моих высокомерных родственничков. И за меня тоже. — Я согласна, — она не собиралась долго размышлять.***
Айседора уставилась на безжизненный пейзаж за стеклом. Высохшие деревья, пожухлая трава, ни единой души в ближайших трехстах километрах, даже пресловутых комаров или мух здесь не было, а дальше — просто пустота. Только песок. Совершенно мертвая зона, в центре которой дворец, такой же мрачный и неживой, как все вокруг. А ведь когда-то это было одно из прекраснейших измерений. А потом мьюнианцы посчитали своим долгом заселить эти прекрасные, плодородные земли, на которых уже обитали монстры, устроившиеся здесь, подальше от Мьюни, надеясь вести спокойную мирную жизнь, прогнанные из своего родного измерения. Была развязана бессмысленная война, результатом которой стало то, что погибло множество солдат с обоих сторон, и целое измерение можно было охарактеризовать как самый настоящий ад. Мьюнианцы не могут созидать. Они способны лишь на разрушения. Нужна ли такая раса в этом мире, где и без войн полно проблем? Ответ очевиден. Сколько способов она перепробовала за все время, что была здесь? А времени то прошло сколько?.. Комет давно сбилась со счета годов, проведенных здесь, в живом мире. Как и перестала считать королев Мьюни, которых пыталась уничтожить. Но теперь у нее все получится. В этом можно быть уверенной. Мягкотелая Мун — идеальная марионетка в руках Тоффи. А Тоффи — марионетка Айседоры. У нее есть оружие. Есть цель. Есть невероятная сила. Как только она заполучит палочку, трусливое семейство Баттерфляй исчезнет с лица вселенной. А сердце ее, к слову, не билось.
