Последний шанс на первую возможность

      — Сашок, где ты здесь?       — Вить, иди погуляй! — нехотя разрывая поцелуй, крикнула я. Ната блаженно улыбалась то ли своим мыслям, то ли ещё чему-то. Я чувствовала, что её внутреннее состояние уже не напоминало серость в квадрате. И фальши не было — только полное и безоговорочное умиротворение. И целый букет других эмоций — радость, счастье, покой… И ощущение целостности. Как будто все части пазла наконец-то встали на свои места, как будто чего-то ей не хватало, и, наконец, она получила это.       — У тебя всё в порядке? — В голосе Витька чувствовались обеспокоенные нотки.       — У НАС всё в порядке, — Ната опередила меня с ответом. — Привет, Вить.       — Оуу… — Я буквально кожей чувствовала, как он разрывается между любопытством и желанием поскорее свалить из этой «обители разврата». — Тогда я пошёл.       — Иди уже. Я тебя позже наберу.       Я снова притянула Нату в свои объятия и уткнулась носом ей куда-то в шею. Вдыхая полной грудью запах её кожи, я изо всех сил боролась с желанием попробовать её на вкус. «Здесь не место и не время», — уговаривала я себя. Бесполезно. Губы сами приникли к такой соблазнительной пульсирующей жилке на её шее. Раздался тихий полувздох-полустон, который смел все стоп-сигналы, и я, уже не сдерживаясь, изучала губами все, до чего могла добраться, наслаждаясь её тихими стонами. Дотянулась до мочки уха и слегка прикусила. О, этот стон был уже довольно громким.       — Саша… — прошептала Ната и попыталась то ли оторвать меня от себя, то ли самой оторваться от меня. — Саша!       — Чего? — Я всё-таки прекратила своё исследование.       — Тебе не кажется, что здесь неподходящее место?       — Для чего?       — Для этого! — она кивнула на мою руку, которая уютно устроилась на её груди, скрытой только черным кружевным бюстгальтером с висящим ценником.       — Оууу. — Я резко отпрянула от неё, чувствуя, как краска заливает мои щеки. — Чёрт!       Я отвернулась от её полуобнаженного и такого соблазнительного тела. Ната тихо рассмеялась, ещё больше вгоняя меня в краску.       — Поможешь застегнуть? — негромко спросила она, и я медленно обернулась. Она стояла обнаженной спиной ко мне, придерживая руками расстёгнутый бюстгальтер. Я осторожно, стараясь не касаться дрожащими руками её кожи, застегнула этот предмет одежды. Кажется, я даже задержала дыхание, как впрочем и она. Несколько минут мы просто стояли в тишине: Ната не спешила оборачиваться, а я боролась с желанием и терпела в этом сокрушительное поражение. Словно в замедленной съёмке, я наблюдала, как моя рука медленно поднимается и пальцы легко касаются её спины. Осторожно, словно от моего прикосновения она может рассыпаться на миллиарды атомов, я провела подушечками пальцев вдоль её позвоночника, наблюдая в зеркале, как она прикусила губу и закрыла глаза. Я чувствовала дрожь в её теле, чувствовала точно такую же, как и во мне, борьбу. Сомнения, страхи, паника… Я сделала ещё один шаг к ней и, задержав дыхание, как перед погружением в воду, обняла её. Зарылась носом в неё короткие локоны, сильнее прижимаясь к её спине.       — Я люблю тебя… — тихо прошептала я в тишину, наслаждаясь теплом, растекающимся по моему телу.       — И я тебя люблю.       Ната развернулась лицом ко мне и захватила мои губы в долгом глубоком поцелуе. Мои руки беспорядочно бродили по её телу, прижимали её плотнее ко мне. Мне до безумия хотелось полностью прочувствовать всю её. Каждый сантиметр кожи, каждую клеточку…       — Пойдем отсюда, — сказала Ната, разрывая поцелуй. Её глаза были подернуты дымкой желания и предвкушения. Я только и смогла, что нервно сглотнуть.       — Да, идем.       Девушка натянула свою футболку, скрывая такое невозможно-желанное тело. Я разочарованно моргнула и поймала себя на мысли, что хотела бы остаться здесь, в этой тесной примерочной, снимать с неё одежду, словно ребенок, разворачивающий подарки, и исследовать её тело всеми возможными способами. Ната взяла меня за руку и потянула к выходу из магазина, а я послушно шла за ней, ничего не замечая вокруг. Мне было абсолютно неважно, куда мы в конце концов придем, я искренне наслаждалась каждым мгновением проведенным вместе. Как знать, может, я завтра опять проснусь и ничего о ней не вспомню? Всякое возможно в этом немного безумном мире. В итоге - через несколько минут мы оказались в небольшом, буквально на несколько столиков, кафе и уютно расположились около панорамного окна. Выскочивший, как из-под земли, официант протянул нам меню, но Ната только отмахнулась и, бросив мимолётный взгляд в мою сторону, сделала заказ:       — Мне латте, без сахара, без сиропа. Ей, — кивок на меня, — зеленый чай с лимоном и мятой. Две ложки сахара.       Поначалу, я хотела было возмутиться: я ведь и сама могла сделать выбор. Но в итоге просто улыбнулась и, наплевав на всё ещё стоявшего рядом официанта, протянула руку поверх стола и накрыла своей ладонью её ладонь. Уловила легкий оттенок презрения, но даже бровью не повела. Если ему что-то не нравится, то пусть оставит это при себе.       — Почему зеленый? — не удержалась от вопроса я, когда официант, наконец-то, ушёл в сторону бариста.       — Всё потому же, — улыбнулась Ната.       — Эй! Ты же не могла видеть моего будущего!       — Я и сейчас не могу. — Она посмотрела на меня, как мать смотрит на своего неразумного ребенка. — Но мне ничто не мешает видеть СВОЁ. Я просто почувствовала привкус зеленого чая с мятой и тонкой кислинкой лимона. А сахар… Ты всегда кладёшь две ложки.       Ната спокойно объясняла очевидные, по крайней мере для неё, вещи. Наверное, из неё вышел бы прекрасный педагог. Тихий, глубоко проникающий в сознание голос и просто поразительное спокойствие. Я не могла припомнить момента, когда она бы вышла из себя хоть на пару секунд. Да, были конечно приступы апатии, особенно, когда её личная боль достигала пика. Но даже тогда она держала себя в руках и просто с головой погружалась в омут памяти.       — Привкус? — Я вынырнула из своих размышлений.       — Да, — Ната лукаво улыбнулась, а я почувствовала, как в животе начал сворачиваться тугой узел предвкушения.       Вернулся официант и поставил перед нами заказанные напитки. «Долбанные лесбы» — единственная мысль, которая крутилась у него в мозгу. И смесь презрения, ненависти и отвращения. Я как-то раньше не задумывалась об отношении окружающих к людям нетрадиционной ориентации. А ведь, наверняка, таких «неприемлющих» не один десяток. И даже не пара сотен. Надо быть чуть-чуть осторожнее на людях.       — Так что случилось? — Я вернула всё своё внимание любимой. — Почему мы забыли друг друга?       — Я не знаю, — ответила Ната, отпивая глоток своего латте. Молочная пенка оставила свой след на её верхней губе, и я зачарованно проследила движение языка, убирающего это «украшение». — Витя ничего не забыл? Я правильно понимаю?       — Нет, не забыл. Именно он мне и напомнил о тебе. После того как я видела вас на улице.       — Прости… — в её голосе было столько сожаления, что мне даже не надо было моё умение «читать» чувства, чтобы поверить в искренность её слов. — Кто бы это ни был, но он просто промыл мне мозги. Нам обеим. Я не помнила о тебе. — Она грустно усмехнулась. — Это было странно: я знала, что происходит с незнакомым мне человеком, чувствовала связь с ним, но не могла понять причину… Теперь понимаю. Я видела, что вы следите за мной, и хотела… Не знаю… Может припугнуть тебя? А когда ты оказалась так близко, когда я прикоснулась к тебе… Всё встало на свои места.       — У тебя есть хоть какие-то предположения, кто это мог бы быть?       — Нет, никаких. — Ната допила свой кофе и вытащила из кармана несколько довольно помятых купюр. Оставив несколько на столе, она поднялась со стула и спросила: — Ну что, пойдем?       — Да идем. — Я тоже одним глотком допила свой уже остывший чай. — Куда пойдем?       — Нууу… Я же должна попробовать вкус зеленого чая с лимоном и мятой? — подмигнула мне девушка и, видя мой явный ступор, засмеялась.       Мы вышли на улицу и медленно брели в сторону дома Наты. Пик дневной жары уже давно миновал, и на улице было много праздношатающегося народа. Мы шли в этой толпе, периодически соприкасаясь руками, но ни у меня ни у Наты пока не хватало смелости взяться за руки.       Неожиданно Ната остановилась и обернулась. Я чувствовала её беспокойство, но не могла понять причину.       — Что случилось? — спросила я.       — Официант… Ты не заметила в нём ничего странного?       — Вроде нет. — Я задумалась, вспоминая те ощущения, которые он во мне вызвал. Обычный гомофоб. И его мысли  такие же - обычное неприятие и нетерпимость. Хотя… — Было в нем что-то странное. Ему не понравилось, что я взяла тебя за руку.       — Звони Вите, срочно. Пусть подъедет к моему дому.       — Хорошо. — После того случая со Светой, я уже не сомневалась в словах Наты, поэтому быстро достала телефон и набрала его номер. — Вить, ты далеко? Можешь быстро подъехать к дому Наты? Да, туда. Хорошо, ждем. Только быстро. — Я отключила гаджет и посмотрела во взволнованные глаза своей девушки. Своей? Да, своей. Теперь я имела полное право называть её так. Хотя сейчас явно не время размышлять на эту тему. — Он скоро будет. Что случилось?       — Я пока не могу понять, но это как-то связано с нами и с тем парнем… — Ната достала свой телефон и тоже сделала звонок. — Лёха, привет. Ты занят? Далеко? И сколько вас там? Отлично, можете подойти к моему дому? Нет, у арки. Ага, ждем. Ну вот и всё.       Минуты ожидания длились практически бесконечно. Ожидание и неизвестность. Я никак не могла понять причину тревоги Наты, и это заставляло меня нервничать ещё больше. Наконец-то, я увидела витькину развалюху, которая припарковалась в том же месте, где мы стояли сегодня утром. Я указала на машину, и мы направились к ней. Я залезла на заднее сиденье, а Ната заняла пассажирское.       — Привет, Нат, — широко улыбнулся мой друг. — В чём проблема?       — В общем так… — Ната прикусила нижнюю губу, словно подбирала правильные слова. — Есть основания полагать, что на нас с Сашей нападут какие-то отморозки. Твоя задача — не дать им скрыться. Заблокируй их машину. Понял?       Витька, лицо которого с каждым словом все больше и больше удлинялось, нахмурился и кивнул.       — Какая тачка? — коротко спросил он.       — Серая иномарка, кажется Дэу. Она будет там минут через 10. — Ната указала направление, и Витька буквально замер, напряжённо вглядываясь в проезжающие мимо машины.       Ната же снова достала телефон и позвонила.       — Лёх, мы тут недалеко. Я вас вижу. Стойте там, только будьте начеку. Скоро начнется шоу. — Она сбросила вызов и развернулась лицом ко мне. — Ну что, пойдем? Побудем немного приманкой.       Я судорожно сглотнула подступающий к горлу ком и кивнула. Она так спокойно говорит об этом, словно всё было в порядке вещей.       — Эй, не бойся, всё будет в порядке. Верь мне. — Ната взяла меня за руку и слегка сжала ладонь. От этого прикосновения тревога и страх стали казаться настолько незначительными, что я даже смогла найти в себе сил широко улыбнуться.       Мы медленно шли по тротуару, всё так же не разрывая контакта рук. Я увидела несколько парней, кажется их было четверо, стоящих рядом с аркой и ведущих какой-то разговор между собой. Я чувствовала, что они нас заметили и узнали, по крайней мере Нату, но никто из них не подал виду. Мы не дошли до них буквально несколько метров, как Ната неожиданно остановилась и резко притянула меня к себе в объятия.       — А теперь время попробовать вкус зелёного чая с мятой, — ухмыльнулась она и поцеловала. От неожиданности, я на несколько секунд замерла, а потом полностью отдалась этому поцелую. — Ммм… Лимон… — услышала я шёпот, когда мы ненадолго прервались, чтобы перевести дыхание.       То, что произошло дальше, я с трудом восстановила по отдельным вспышкам воспоминаний. Резкий визг тормозов, и старая, местами побитая Нексия резко затормозила буквально в полуметре от нас. Из неё вышли трое парней, одного из которых я с трудом, но узнала. Давешний официант, только вот от маски безразличного равнодушия на его лице не осталось и следа: её место заняла неприкрытая злоба и ненависть.       — Эй, девчонки, хотите развлечься? — Да, это без сомнения самый «оригинальный» подкат, который я когда-либо слышала.       — Нет, спасибо, нам и вдвоём не скучно, — ответила Ната, по-прежнему прижимая меня к себе.       — Вам понравится, я уверен. Член лучше пальцев. — Всё трое гадко ухмыльнулись этой тупой шутке.       Они остановились буквально в метре от нас, и я ощутила довольно-таки сильный запах перегара. Вот чёрт, нам ещё только пьяных ублюдков не хватало!       — Идите куда шли, мальчики. А если скучно — развлеките друг друга сами.       Ох… Если раньше они были просто агрессивны, то теперь в них буквально клокотала ярость. И мне стало действительно страшно. Не сложно было догадаться, куда может дальше зайти эта «милая беседа».       — Ах ты шлюха!!!       Парень уже делал замах для удара, как внезапно всё пришло в движение. Буквально доли секунды, и он уже лежал, прижатый к асфальту перекошенным то ли от злости, то ли от боли лицом. Его друзей постигла та же участь. Витька, тихо подъехавший и заблокировавший выезд, вышел из своей машины и подошёл к нам.       — Нат, спокойно, ты же Сашку задушишь, — улыбнулся он, и я почувствовала, что её хватка действительно стала заметно слабее.       — Ну что, куда их? — спросил один из незнакомых мне парней, что пришли нам на помощь.       — Лёх, мне всё равно, — Ната безразлично передёрнула плечами. — Делайте с ними что хотите.       — Стойте! — услышала я свой голос. Это точно я сказала? Видимо да — все обернулись ко мне и с любопытством посмотрели. Что ж, надо что-то сказать. Я подошла к официантику и присела рядом с ним на корточки. — Ну что, доволен? Отомстил? — Я говорила тихо, но не было сомнений в том, что все слышат каждое моё слово. — А кому мстил то? Себе, за ту первую любовь? К пацану из соседнего подъезда? — Я слегка напряглась и вспомнила его имя, которое было указано на его рабочем бейджике. — Да, Андрей? Или своей девушке, которая ушла от тебя к более любящему её человеку? Пусть к другой девушке, это ведь совсем не имеет значения. Это ты не любил её, ты её отталкивал, относился, как к предмету мебели. И кто, по-твоему, виноват в том, что она тебя бросила? Ну, конечно, это всё бабы виноваты. Так? — Я прислушалась к своим ощущениям и улыбнулась. — Или ты просто не можешь себя простить за то, что до сих пор не можешь относиться к Серёге, — я махнула рукой в сторону одного из его дружков, — как к другу? Так кому же ты мстишь? — Я поднялась с корточек и, подойдя к Нате, взяла её за руку. — Отпустите их. Пусть катятся на все четыре направления.       И я потянула Нату за руку в сторону её подъезда. Слишком много волнений за сегодня. Мне просто жизненно необходим горячий чай. И тёплые объятия любимой.