Последний шанс на первую возможность

      Опять больница. Равномерный гул приборов и въевшийся в стены запах стерильности и лекарств. Я чуть приоткрыла глаза. Приглушенный свет и темнота за оконным стеклом. Я слышала тихую дробь капель дождя по карнизу: наконец-то пошел дождь.       Ощущения медленно возвращались ко мне. Тянущая боль в груди с каждым вздохом напоминала о себе. Ужасно хотелось пить, и я облизала губы сухим языком. Облегчения это, к сожалению, не принесло. Я скосила глаза на прикроватную тумбочку. Да, бутылка минералки стояла в каком-то полуметре от меня. Казалось, нужно только протянуть руку, и вот она — живительная влага. Но мышцы катастрофически отказывались подчиняться воле разума. Максимум на что я была способна в данный момент — это слегка поворочаться и тихо застонать. Но и этого было достаточно, чтобы привлечь к себе внимание…       — Саша… — Ната, дремавшая на неудобном стуле в углу комнаты и не замеченная мною ранее, моментально проснулась и бросилась ко мне. Она опустилась на колени рядом с моей кроватью и аккуратно, словно боясь причинить мне ещё больше боли, взяла меня за руку. — Как ты?       Я ещё раз провела языком по губам и попыталась что-то сказать, сделав более глубокий вдох. И сразу же почувствовала, словно лёгкие вместо воздуха заполнил жидкий огонь. От боли из глаз брызнули слезы, и, чтобы хоть как-то привыкнуть к ощущениям, я задержала на несколько секунд дыхание и медленно выдохнула. Когда боль вернулась в разряд терпимой, я чуть шевельнула губами на выдохе и еле слышно произнесла:       — Ить…       Ната тут же подскочила с пола и выбежала из палаты, оставив меня в недоумении. Через пару минут она вернулась в сопровождении женщины в белом халате, которая быстрым шагом подошла ко мне и, записав в медицинскую карту показания приборов, обратилась ко мне:       — Как Вы себя чувствуете? — Я только моргнула, не рискуя повторить подвиг в плане разговорной речи, и опять провела языком по сухим губам. Женщина понимающе улыбнулась. — Сейчас я дам Вам немного воды, станет легче.       Она смочила ватный тампон водой и приложила его к моим губам. Я бы не сказала, что это было именно то, что мне нужно — в тот момент я, казалось, могла выпить целое море — но, как она и сказала, мне действительно стало легче. Я благодарно посмотрела на нее.       — Вам пока нельзя много пить, но по чуть-чуть можно. — Она поправила трубку от капельницы, присоединенную к моей руке. — И не пытайтесь говорить. А то сделаете себе ещё хуже. Наташ, — обратилась она к Нате, — дай ей отдохнуть.       Ната понимающе кивнула и робко улыбнулась, глядя на меня.       — Конечно, Раиса Николаевна, я только ещё немного посижу с ней.       Женщина хмыкнула и вышла из палаты, тихонько притворив за собой дверь. Ната подтащила стул, на котором сидела до этого, ближе к моей койке и села на него. Потом снова взяла меня за руку и прижалась щекой к моей ладони.       — Господи, как же ты меня напугала. — Я заметила, как в её глазах слабо поблескивали еле сдерживаемые слезы, и чуть шевельнула большим пальцем, пытаясь погладить её по щеке. — Скажи, зачем ты это сделала?       «А у меня был выбор?» — подумала я и закатила глаза.       — Выбор есть всегда! — ответила Ната на мой мысленный вопрос. Ого, а канал опять заработал…       «Для меня его не было. Я не могла позволить ей причинить тебе боль.»       — Глупая… Мне уже больно от того, что я чуть не потеряла тебя… Снова. — Ната поцеловала мою ладонь и опустила мою руку вниз, но не прервала нашу связь, а переплела наши пальцы и слегка сжала мою ладонь.       «Но не потеряла же, — я слегка растянула губы в улыбке. — Ты мне расскажешь, кто она?»       Ната вздохнула и перевела взгляд на темноту за окном.       — Я боялась этого вопроса. — Любимая вновь чуть сжала мои пальцы и повернулась ко мне. — Это была Вика. — Ещё один глубокий вздох. — Она…       «Сестра Гали.» — закончила я за неё.       — Да, — подтвердила Ната, но потом, словно очнувшись от своих мыслей, удивленно вскинула бровь. — Откуда ты знаешь?       «Просто почувствовала» — не стала я вдаваться в подробности своих логических умозаключений. Мне было достаточно только увидеть взгляд её холодных голубых глаз, чтобы всё сразу встало на свои места.       — Ясно… Это было давно. Ещё до того, как я познакомилась с Женей. Родители решили, что мне пора жить самостоятельно и купили квартиру. Я, ошалелая от полученной свободы, познакомилась со своими соседями. Галя и Вика. Мы очень быстро подружились, ходили по-соседски друг к другу на чай с тортиком. Даже пару раз устраивали тихие девичники. А потом я встретила Женьку. И она так стремительно ворвалась в мою жизнь… Почти полностью занимала всё мое свободное время, и на девчонок времени уже почти не осталось. — Ната опять вздохнула, погружённая в свои воспоминания. — А я была слишком молодая и глупая, чтобы заметить, что для Вики я стала значить гораздо больше, чем просто подружка-соседка. Она стала одержима мной, а я этого не понимала. Тогда не понимала. Поначалу, она пыталась настроить меня против Женьки, но этого ей почти не удавалось. Почти…       Ната замолчала. Время медленно отсчитывало секунды этой тишины. Я тоже погрузилась в свои мысли. Или… Нет, это было нечто совсем другое.       «Это из-за неё вы в тот день поссорились, не так ли? — Это был риторический вопрос, поэтому я даже не стала ждать подтверждения и продолжила. — Вика сказала тебе, что видела Женьку с какой-то девчонкой, и ты заревновала. Вы поругались, очень сильно поругались и ты выскочила из квартиры готовая рвать и метать… И куда же ты пошла? К соседям… Гали не было дома, а Вика, которая только этого и добивалась, была только рада „поддержать и утешить“ тебя. И в тот день она сказала, что любит тебя. А тебе было слишком больно из-за мнимой измены Жени, что ты даже не обратила на её слова внимания. Ты только отмахнулась. И в тот момент в ней что-то сломалось… Ты ушла мириться с Женей, а Вика осталась. В ярости и гневе…»       Я не стала продолжать дальше, всё было и так слишком очевидно.       — Да. Она призналась, что это она сбила в тот день нас с Женькой. Полиция тогда долго искала виновника ДТП, но так и не нашла. Дело отправили в дальний ящик, как "глухарь".       «Нат… — мысленно позвала я девушку. Затем, дождавшись пока наши глаза встретятся, сделала неимоверное усилие и слегка сжала её руку. — Ты же понимаешь, что это не твоя вина?»       — Моя и только моя! — Ната замотала головой, свободной рукой вытирая бегущие по щекам слезы. — Саш, Женька закрыла меня собой, подставила себя под удар. Из-за меня она погибла, и только из-за меня!       «Нет! Не смей так думать! — Я лихорадочно пыталась подобрать слова, чтобы достучаться до неё. — Это не ты гнала машину только ради одной цели: убить. И Женя любила тебя, и до сих пор любит, поэтому она пожертвовала собой. На её месте ты бы поступила точно так же. Я знаю. А ещё я знаю, что она не винит тебя в произошедшем. Верь мне, пожалуйста. Я это знаю…»       — Я верю…       И в ночной тишине пропитанной запахом лекарств больничной палаты я ясно услышала тихий лязг сброшенных оков вины…