Особенная

Преступником оказался один из рядовых сотрудников Магического Конгресса, мистер Каспер Браун. Оказывается, он набросился на меня только потому, что видел меня в компании Грейвса в фойе МАКУСА. Он решил, что я полноценный сотрудник Департамента защиты магического правопорядка, и испугался, тем самым окончательно себя обличив. Я же продолжала чувствовать себя лишь красивым дополнением к Грейвсу. Что-то вроде дорогих наручных часов. Статуса придаю и польза, разумеется, есть, только и без наручных часов любой человек спокойно проживет. Начальник даже не позволил мне присутствовать на допросе. Да, Персиваль извинился, за то, что не воспринял мои слова всерьез, но мое уязвленное самолюбие перестало иметь значение, когда речь зашла о Грин-де-Вальде. Мне было необходимо узнать, связан ли Браун с Геллертом. От мысли, что бывший «идейный вдохновитель» уже добрался до Штатов, вызывала желание забиться в какой-нибудь темный угол и не подавать никаких признаков жизни, в надежде что пронесет. Кабинет Грейвса под это определение подходил, к тому же где еще можно быть настолько защищенной, если не в сердце магического мира целой страны. Я сидела над отчетами. В общем-то, в последний месяц своей жизни, я ничем другим и не занималась, но все же периодически позволяла делать себе перерывы на сон и еду. Сегодня был не тот день. Идти в свою съемную квартирку, где до утра придется быть одной, совсем не хотелось. Я и не думала о скорой встрече с Грейвсом, но он застал меня врасплох, явившись в кабинет, когда я его совсем не ждала. - Почему я знал, что найду вас здесь, мисс Освальд? – поинтересовался Персиваль. - Я люблю свою работу? – предположила я. - Вы напуганы. – уверенно ответил начальник на свой же вопрос. Я удивленно посмотрела на мужчину. Согласна, был момент, когда я испугалась, но он был столь незначительным, что Грейвс не должен был заметить. Я не цепенею от ужаса, представляя собственную смерть, а здесь, так далеко от дома, забрать у меня некого… наверное… - Вовсе нет . – хмыкнула я. – Скажите лучше, что теперь будет с Брауном? - Сегодня его казнят. – холодно отозвался Персиваль. Для меня казнь, как высшая мера наказания, казалась чем-то средневековым. Но с порядками другой страны приходилось мириться. - А по поводу его связи с Грин-де-Вальдом? – спросила я. Начальник сел на край стола. Я скрестила руки под грудью и посмотрела на мужчину снизу вверх. - Браун не связан с Грин-де-Вальдом. – ответил Грейвс. – Хотя полностью разделяет его идеалы. - Будто он что-то знает о его идеалах. – фыркнула я. У Геллерта на все свои резоны. И когда проведешь рядом с ним несколько лет, точно знаешь, что он вовсе не от гнета маглов избавиться хочет, потому как гнет тот сомнителен. - Говорите так, словно вы знаете. – Грейвс пристально на меня посмотрел. Под этим взглядом я почти растерялась. Я знала, чего хочет Грин-де-Вальд, но говорить об этом не могла. К тому же сейчас это не имело никакого значения. Главное для меня остаться в стороне от всего, что могло бы привлечь внимание Геллерта ко мне, по крайней мере до тех пор, пока я не найду способа или того, кто от него избавится. - Для англичан Грин-де-Вальд личность не столь эфемерная, как для американцев. – попыталась пояснить я. – Мы видим его террор своими глазами, а не читаем в газетах. Потому я хочу сказать, что знаю больше мистера Брауна и всего лишь. Оправдываться не в моих правилах, но позволить Грейвсу думать, что я как-то связана с Геллертом недопустимо. Я стану лишний раз поднимать ненавистное имя на слух, так безопасней и спокойней. Пусть покой мне разве что только снится. - А вы видели? – зачем-то спросил Персиваль. Бросив взгляд на мужчину, я вдруг поняла, что спрашивал он осторожно. Словно опасался моей реакции. Я повела плечами и отвернулась, сильнее прижав руки к себе. Сколько я видела, многим и в кошмарных снах не снилось. Стоит ли упоминать, о моем непосредственном участии в большинстве разбоев Грин-де-Вальда. Пусть я и всегда старалась держаться в стороне, будто подобная суета меня не достойна, а когда сил сохранять беспристрастное выражение лица не оставалось, смеялась как умалишенная. Сумасшедший хохот оставался последним, что спасало меня от разоблачения. Геллерт этот хохот обожал. - Меня это коснулось не слишком близко, но… - я замолчала. Как закончить фразу, я не знала, потому позволила Грейвсу сделать это за меня. - Вы все же решили перебраться в Штаты. – Персиваль справился с поставленной задачей на ура. - И пока не имела возможности об этом пожалеть. – я сумела вымучить улыбку. «В вашем мрачном кабинете, я чувствую свою спину защищенной», хотела бы сказать я, но Грейвс бы меня не понял, или же наоборот понял бы слишком хорошо. Пусть я и сама не смогу объяснить это внятно, но думаю, в этом месте я хоть сколько-то могла расслабиться, потому что оно принадлежало Персивалю. И хоть я его практически выселила, присутствие начальника ощущалось едва уловимым запахом его парфюма с горькими нотками муската и бесчисленным количеством записок, содержание которых порой будто высмеивало меня. В такие моменты я легко представляла, как Грейвс усмехается. В этой усмешке проскальзывало высокомерие и доля снисходительности. Персиваль чувствовал свое превосходство, и я чувствовала, но оно не душило в отличие от той же черты Геллерта. В Грейвсе это было силой, настоящей, и рядом с ним я сама становилась уверенней. - Несмотря на невежественного начальника? – поинтересовался Персиваль. Говорил он несерьезно, вот только я не могла понять, пытается мужчина посмеяться надо мной или над самим собой. - Я прощу вам ваше невежество, если сумеете задать мне один правильный вопрос, мистер Грейвс. – деловито высказалась я. От моей самоуверенности моментально не осталось и следа, но показывать это я не собиралась. Даже если я окажусь полной дурой, лицом в грязь не ударю. К тому же и отступать мне некуда. - Спросите, голодна ли я. – я улыбнулась, скорее чтобы скрыть панику. Персиваль удивленно выгнул бровь. На секунду мне показалось, я сумела произвести впечатление. Но обезоруживающая усмешка мужчины вернула меня на землю. Все же я оказалась дурой. - Вы голодны, мисс Освальд? – спросил начальник, когда я уже решила, что выставила себя идиоткой. - Признаться, зверски голодна. – с непонятным облегчением ответила я. Грейвс поднялся с края стола и протянул мне руку. - Тогда у нас совсем немного времени, что бы успеть в ресторан. – заметил мужчина. Я с благодарностью приняла его помощь, как и чувство такта. Персиваль и словом не обмолвился о моей наглости и неподобающем для молодой особы поведении. Я не ждала подвоха. Мы уже ехали в лифте, когда Грейвс наклонился ко мне и негромко произнес: - Смущенный румянец вам к лицу, мисс Освальд. - Вовсе нет. – запротестовала я. Хотела сказать, что я совсем нисколечко не смущена, но щеки предательски запылали. Грейвс усмехнулся, а я попыталась спрятаться за воротником своего плаща. Спорить было бессмысленно, злорадная физиономия гоблина-лифтера это только подтверждала.