Особенная

Я сидела на бревне у берега реки. Белье само собой полоскалось в проточной воде, отжималось и складывалось в корзины. Я приложила к этому лишь каплю собственного волшебства. День был тихий, ничто не предвещало беды, пока к реке не вышли мальчишки из индейского поселения. - Привет, Генри. – на перебой заголосили дети. Я махнула им рукой. Чувство самосохранения было словно мертво, даже когда самый задиристый из пацанов с говорящим именем Дикий Хорек бросился ко мне, оно молчало. Я взвизгнула только, когда мальчишка практически мне в лицо сунул мышь. Животное бросилось наутек. Ребятня покатилась со смеху. Я показала им язык и направила волшебную палочку на своего обидчика. - Колорум. – язвительно произнесла я. Волосы Дикого Хорька тут же окрасились в ярко-зеленый цвет. Другие дети принялись хохотать пуще прежнего, теперь высмеивая своего друга. Я победно усмехнулась и, взмахнув палочкой, пошагала в сторону поселения. Корзины с постиранным бельем полетели за мной. Я жила в индейской деревне уже почти две недели. Успела со всеми познакомиться и многим понравиться. Все в поселении знали о магии, но у этого самобытного народа она была совершенно другой. Они понимали природу и варили множество полезных и сильных магически зелий, о которых я даже не слышала, но ни один из них не обладал палочкой и не мог творить заклинаний. Потому я была каким-то чудом чудным, веселила детей разными фокусами, помогала всем по хозяйству, а сама старалась не думать, что Геллерт по-прежнему где-то там, за моей спиной. Шаман все еще где-то скитался. Одни судачили, что он ушел в горы общаться с предками. Другие называли первых врунами и говорили, что Всевидящий Дуб запасается редкими травами для зелий. Вождь на мои вопросы отмалчивался, хитро щуря глаза. Я вернула чистое белье и помогла с готовкой обеда, после решила прогуляться, тогда Дикий Хорек и нашел меня. Я думала, мальчика станет просить прощения и вернуть ему человеческий вид, но немного ошиблась. - Верни все, как было! – требовательно заявил негодник. – Иначе не расскажу, зачем вождь тебя ищет. Я скептически выгнула бровь. Видимо пацан ждал, что все пройдет так, как он задумал, но что-то пошло не так. В смысле, Хорек об этом еще не догадывался, а я точно знала, что именно. - Друг мой, ты допустил стратегическую ошибку. – нарочито трагическим голосом проговорила я, проходя мимо мальчишки. - Что? – непонимающе и возмущенно спросил он. – Ты куда?! Последний вопрос прилетел мне в спину. Я хохотнула. - К вождю, разумеется. – через плечо бросила я. - Старая ведьма! – обижено прокричал Дикий Хорек. Ведьма? С этим и не поспоришь, но точно не старая. Хотя это дело сугубо субъективное. - Я тебе еще и бородавок наколдую. – пригрозила я, обернувшись. Мальчишка дал деру. Я вернулась к намеченному курсу, который пролегал к дому вождя. Появилась надежда, что шаман наконец-то вернулся в деревню, и я получу то, что так хочу. А чего я хочу, мне самой не известно. Просто цепляюсь за соломинку. Вечерняя Звезда нашелся в привычном месте, на пороге собственного дома с трубкой в руках. Увидев меня, пожилой индеец мне приветственно кивнул. Я ответила тем же и чуть ускорила шаг. - Дикий Хорек на меня жаловался? – поинтересовалась я. - Даже если не вернешь его волосам нормальный цвет, он все равно проголосует в твою пользу. Мальчишка впервые влюбился. – меланхолично отозвался вождь. Я рассмеялась. Так вот, оказывается, откуда ко мне столько внимания. То в реку столкнет, то самого огромного и мерзкого жука, который только нашелся в лесу, подсунет. Забавно, какой бы нации мужчина не принадлежал, сколько бы лет ему не было, все равно всячески попытается тебе досадить, лишь бы обратить твое внимание на себя. Я вздохнула, ничего забавного на самом деле… умею же я сама себя накрутить. - Сегодня вторник. – вдруг вспомнила я. – Ваш друг из Шайенна прислал газету? Вечерняя Звезда делился своей корреспонденцией, за что я была безмерно благодарна. Остаться отрезанной от мира и не иметь понятия, что происходит за пределами крохотного индейского поселения, в моем случае крайне опасно. - А еще письмо. – мужчина внимательно на меня посмотрел. – Для тебя. Сердце ухнуло куда-то в район желудка. Я схватилась рукой за перила, силясь не свалиться без чувств. Что далось мне с каким-то титаническим усилием, но задавить подступившую к горлу панику было не так легко. Никто не должен знать, что я здесь, кроме местных обитателей. Я применила все известные мне защитные чары, чтобы только никто меня не нашел. Даже смешно, неужели я думала, что этого достаточно, что бы остановить Геллерта. А если нет, почему он не нашел меня раньше? Или просто не пытался? - Точнее письмо для меня, в которое вложено еще одно, адресованное для мисс Харриэт Освальд от некого Персиваля Грейвса. – поправил сам себя Вечерняя Звезда. - От кого? – с трудом выдавила я, пытаясь хватануть побольше воздуха. Вождь молча показал мне письмо. Я сразу узнала почерк «нового» бывшего начальника, но осознание далось не так быстро. Разумеется, защитными чарами можно сбить с толку почтовую сову или что-то в этом роде, но не обмануть поисковый кристалл, именно потому Грейвс всегда легко меня находил. Впрочем, это не объясняет, почему он решил написать мне теперь, по прошествии трех месяцев с нашей последней встречи. Если только не случилось что-то скверное. Отступившая было истерика, дала новый виток. - Ты скрываешься от этого мужчины? – прямо спросил индеец. - Нет. – выдохнула я. – Это от бывшего начальника. Скорее всего, слезно молит вернуться на работу такую незаменимую специалистку, как я. Я выдала подобие усмешки, но куда там. Моя рука, которая все еще сжимала перила так, что побелели костяшки пальцев, говорила намного красноречивее моего лживого рта. Своим пристальным взглядом, Вечерняя Звезда дал мне это понять, но конверт все же отдал. Я благодарно кивнула и поспешила удалиться, желая скрыться от посторонних глаз. - Ты пришла за помощью, не убегай. – голос вождя заставил меня остановиться, не успела я и сделать пары шагов прочь. – Всевидящий Дуб вернулся на рассвете. Вечером будет большой праздник и голосование. Племя решит в твою пользу. - Спасибо. – проговорила я, чуть повернув голову. Я взмахнула палочкой и трансгрессировала на берег реки, где утром стирала белье. Хотелось сбежать как можно дальше, но я, как разумный взрослый человек, пыталась себя успокоить и не спешить с выводами. Что я, впрочем, успешно провалила, выдумав уйму самых ужасных вариантов того, что может содержать в себе письмо. А вот духу открыть конверт не хватало. Я несколько минут мерила шагами землю вдоль реки, пока, наконец, не уселась прямо на траву и не разорвала конверт резким движением. «Приветствую, мисс Освальд!»- гласила первая строчка письма. Грейвс был узнаваем даже в манере изложения. Мне кажется, я никогда не смогу перепутать записи этого мужчины с чьими бы то ни было. Слишком долго я изучала его рапорта и записки, слишком сильно они врезались мне в память, а может, и чуть глубже. Пусть последнее я и пыталась отгонять от себя, как неприятное наваждение. Ничего не было и быть не могло. Я так решила. «Надеюсь, мое письмо вас нашло. Признаться, мне пришлось для этого хорошо постараться. Почтовые совы раз за разом приносили мне мои же послания, не сумев вас найти. И на месте, мисс Освальд, вам совсем не сидится. Порой думается, вы излишне осторожны, но стоит вспомнить, от кого вы бежите, эта мысль отпадает сама собой. Мне хочется верить, что мое письмо вас не напугало, и вы не успели придумать сотню страшных причин тому, что я вам написал, но зная вас, не слишком на это рассчитываю. Позвольте вас успокоить, в Нью-Йорке спокойно, как и во всем мире. Демоны не торопятся себя обнаружить, а мы не торопимся их искать. Не спешите и вы. Я рад, что вы, наконец, решили сделать передышку. И к слову, выбрали для этого отличное место. Индейцы племени арапахо вряд ли помогут вам по части магии, но в их общине можно вернуть душевный покой, который вам так необходим. Только не сочтите мое беспокойство за грубость, мисс Освальд… И пожалуйста, не смотрите на меня осуждающе. Вы должны согласиться, что мое беспокойство оправдано. Президент Пиквери отчитала меня за потерю ценного кадра в вашем лице, в отличие от меня, она сразу увидела ваш потенциал. Галерка по вам скучает, мисс Освальд, особенно Торнтон. Говорит, с вами потерял единственного достойного противника в играх на выпивание. Я, разумеется, об этом ничего не слышал. Да и кто в здравом уме поверит, что вы, мисс Освальд, занимаетесь подобным в рабочее время… Вы не перестаете меня удивлять. Я не могу вас принудить и не хочу, только попросить, не оставьте мое письмо без ответа. Хватит одной строчки, что вы в порядке, или что не в порядке. Просто дайте мне знать.

С самым трепетным отношением к вам, Персиваль Грейвс».

Я прижала письмо к груди, не зная, смеяться мне или рыдать.