Пламя и кровь

Саурон

Только прибыв в Барад-Дур, он проработал план дальнейшей кампании. Рунцы и его вторая армия, скованная постоянными маневрами гномов и людьми с Дейла наконец перешла в наступление. Сто двадцать тысяч орков во главе с генералом Гимбулом и новым военачальником рунцев — Улфангом, названным в честь их давнего предводителя, только мало он походил на предателя времен Нирнаэт Арноэдиад, должны были атаковать гномов, разбить их и подчинить себе. В это же время вторая армия Саурона со флотом умбарцев должна покорить север Средиземья и часть Гондора. И наконец его последняя армия — сорок тысяч орков должна любой ценой захватить Минас-Тирит во что бы то ни стало. Саурон уже был на полпути из Барад-Дура, когда узнал, что гондорцы посмели осадить Минас-Моргул. — Хозяин, что будем делать? — спросил его Кхамул, на военном совете. — Пусть осаждают. Захватим их в тиски. — если бы у назгула были губы он бы скривился в злорадной ухмылке. — Отослать письмо умбарскому капитану. Пусть они массово высаживаются в Гондор. Разделим армию. Двадцать тысяч отправим по дороге в Черные Врата. А я с двадцатью тысячами займу оборону Минас-Моргула. А дальше дело времени. Как только две армии сойдутся, будет уже поздно. Как скоро они прибудут? — спросил Саурон. Когда все покинули помещение, тёмный владыка Мордора остался наедине со своими мыслями. «На что они надеются? Это же самоубийство продолжать войну. Какой резон им её продолжать? Гордость» — тут же возник ответ в его голове: " Гордость. Хотят умереть, но так, что бы нанести максимальный урон. Гордость последних нуменорцев. Они не могут осознать. Не могут понять, а может и не хотят, что слава Нуменора давно прошла. Прошла, как только они стали завидовать эльфам. После этого они начали гнить. Несомненно. Гнить и разлагаться.» — торжествующая улыбка возникла на его лице. — «Не без моей помощи. Гондор — лишь истлевшие кости Нуменора. И давно их пора похоронить. Не без моей помощи. И скоро это свершится. Сопротивление бесполезно. Это лишь дело времени. А дальше все будет, как по накатанной» И тут неожиданно легкая грусть накатила на него. — А я буду скучать по этим белокаменному Гондору, лесному очарованию Лориэна, могучим твердыням гномов. На их место придут однообразные уродливые постройки орков. — но тут же отбросил лирический наплыв — Это во благо них же! Единый закон, единая культура, единая власть, одна мощная экономика, империя! Вот он. Идеал государства. Вот государство, что действительно простоит тысячи лет. — он тяжко вздохнул — Проводить дороги, содержать армию чиновников, создать новые должности. — Хозяин — его размышления вслух прервал Кхамул. — Чего? — сжал от раздражения подлокотник стула повелитель Мордора. — Новый наместник Барад-Дура приступил к своим обязанностям. У него множество планов, идей, свойственно молодым. — И что? — процедив, сказал Саурон. — Осмелюсь заметить, что некоторые его предложения немного… Радикальны. — Направь его к Дени, в Нурн. Я доверяю ей, как самому себе. Пусть оценит его предложение. — Как прикажете, хозяин — коротко кивнув, назгул.

***

Саурон неделю уже как был в Минас-Моргуле. Напряжение в войсках нарастало. Армия Гондора куда-то исчезла. — Господин! — примчался Кхамул. — Что случилось? — обеспокоенно спросил Саурон — Господин, армия которая должна была прийти из Чёрных Врат! Она разбита! Гондорцы начинают строить укрепления по берегам Андуина. Вполне возможно, что они осмелятся осадить Минас-Моргул. — Лицо Саурона исказил гнев, лицо покраснело, губы обнажили оскал белоснежных зубов. Это была пощёчина, оскорбление самолюбия Саурона. Едва сдерживаясь от-того, что бы в гневе не спалить в покоях всё, он процедил: — Кто их полководец? — По нашим сведениям, Фарамир, господин — Фарамир?! — взревел Саурон. Тёмный майа соскочил со своего места, метался по комнате, словно тигр, огненный шар врезался в стену — Фарамир! Фарамир?! Этот… Щенок! Молокосос! — он повернулся спиной к назгулу, о чём-то задумался, шевеля губами. Затем резкий разворот, как по команде «кругом» — Отдай приказ Сайте. Пускай убьет его! Плевать как! Плевать чем! Пускай хоть половину армии Гондора вырежет, но их принц должен быть мёртв!

Дейнерис

— Миледи — низко поклонился Ортган. — вас просят об аудиенции — Ты знаешь, я в это время уже не принимаю посетителей — проворчала Дени. Маленькие дракончики летали около неё, пища и выдыхая облачки дыма. Они совершенно безбоязненно подлетели к Ортгану, один из них тщательно обнюхал его, прикусил ему палец и тут же ринулся к хозяйке. — Это новый наместник Барад-Дура. — сказал орк, совершенно не замечая его — Он хочет обсудить с вами план реформ в стране. — О, семеро, — помассировала она кожу между глаз. — ладно, если уж это касается государства, то пускай. Передай ему, что бы был в тронном зале, и никуда не уходил. Слуги подготовили её к приёму, дракончики были заперты, она надела своё чёрное платье, в сопровождении Чёрных гвардейцев, она сидела в тронном зале, и со скучающим видом ждала его. Двери распахнулись, и перед её глазами предстал молодой человек, чуть ли не юноша, худощавый, в одеждах предыдущего наместника Барад-Дура, только лицом он отличался от него: чёрные кудрявые волосы, зелёные глаза, нос с горбинкой, с ямочкой на подбородке. — Где наместник? — спросила она. — Не сочтите за дерзость, госпожа, но он прямо перед вами. — Ты? Уж не ранило в голову моего мужа на войне? Тебе совсем ничего. — К счастью, господина нашего, Саурона Великого, ни одна стрела не ранила. И пребывает он в добром здравии. Как в физическим, так в духовном. — «Седьмое пекло, неужто опять какой-то лизоблюд. Ну ладно, дадим ему шанс» — пронеслось у неё в мыслях. — Ты прибыл сюда с целью улучшить наше государство. Что же, я слушаю твои предложения. — глаза его загорелись. — Конечно, конечно. — Пройдёмте в сад. На свежем воздухе эти предложения воспринимать лучше. Кстати, может хотите вина? — предложила она. — О, вы слишком щедры. У черных нуменорцев есть пословица: счастливый случай может не вернуться. — О, да вы его кажется любите. — Иногда, нет ничего лучше бокала сладкого лёгкого вина. Они прошли в сад. За ним шли двое клерков, которые держали множество свитков. А за ними шли слуги с вином, в изящном серебряном кувшине и хрустальными бокалами. Сидя на мраморной скамье, нуменорец с жаром стал излагать мысли. Суть его предложения заключалось в том, что бы ввести новые налоги, начать инвестировать в экономику по-крупному, начать содержать гигантскую армию чиновников. Устроить реформу в армии, более жёсткую иерархию званий, провести финансовую реформу, реформу культуры и образования. Дени слушала его, и не могла поверить своим ушам. — Воистину, Саурон умеет выбирать себе слуг. Твои предложения смелы, хороши, свежи. Я лично напишу Саурону письмо и посоветую ему принять его реформы. Но ты же понимаешь, это всё надо отложить, до окончания войны. — Да я знаю — с нотками грусти сказал наместник. — Тем не менее, ты восхитил меня, юноша, как тебя зовут? — К сожалению, по традиции, когда ты становишься наместником Барад-Дура, ты отказываешься от своего имени. Ты становишься безликим служителем ока. Постепенно мы привыкаем. Да и не остаётся времени на сожаления с такой работой. Но если вам это что-то будет значить, раньше меня звали Имразор. — Имразор, я восхищена тобой, скажи мне, как ты получил такие обширные знания? — Я был сыном знатного воина. Отца я лишился рано, в три года, а так как я был единственным наследником рода по мужской линии, то я фактически стал главою рода. Но пока мне не исполнилось шестнадцать, за меня управляла матушка. После того, как я стал главою рода, я рьяно взялся за восстановление усадьбы и поправлении дел семьи, спасибо моему сонму распутных сестёр — раздражённо сказал он. — А пока они проматывали и кутили мои деньги, я изучал экономику, и часть других наук. У меня были учителя, для приличия, но все я изучал сам, на практике. Потом, я получил доступ к библиотекам и архивам Морна и ряда других городов, и дело это не ограничивалось только мордорскими. Жажда знаний влекла меня ещё 12 лет. Потом меня приметил предыдущий наместник Барад-Дура и благодаря нему я прошёл весь путь чиновника Мордора, изнутри наблюдая, как и чем живёт наша страна, и отдельные её провинции. А потом Саурон назначил меня наместником Барад-Дура. Затем я оказался у вас, светлая госпожа. — Воистину, рождает Мордор самородков. Что же, предложения выслушаны и одобрены, можешь идти, Имразор — нуменорец низко поклонился и ушёл.

Горблуц

Корабль с чёрными парусами вынырнул из чрева туманов, где-то в водах Штормовых земель. — Побережье скалистое, должно быть много разных гротов и пещер, где можно было спрятать корабль. — сказал многоопытный Файта. — Ну вот мы в Вестеросе, первые из Средиземья — сказал Горблуц, — Это…так кровь волнует. — Побережье, как побережье, ничего особенного. В Умбаре такого что-ли не видел? — проворчал капитан. Горблуц лишь вздохнул, будто говоря ему:"Эх ты, ничего ты не понимаешь» — Надо чтобы туман рассеялся, иначе мы тут напоремся на скалы, в лучшем случае на мель сядем. — умбарец закурил трубку. Горблуц взглянул на светлый круг, который поднимался на востоке. — Еще только утро. Он скоро пройдёт. Орк оказался неправ. Солнце было уже в зените, а туман только начал постепенно рассеиваться. Его компаньоны в это время играли в кости с пиратами, курили табак, пили ром и рассказывали байки. — А я тебе говорю, старый пень, нет таких зверей! — с жаром спорил Ворлок с Янгушем. — Клянусь Морготом, водятся они! В глубоких пещерах Гундабада! Отвратительные, склизкие, подземные черви без глаз! Которые роют проходы в горах. — И чего они жрут тогда? Камень голый? Хватит вот это мне заливать! Кстати, слыхал о том, что наших в Гундабаде победили? — Ворлок хлебнул рома. — Да это давно как было. Проклятые остроухие! Ну ничего, вот Саурон пойдёт на Минас-Тирит, и тогда у них поджилки затрясутся! Вот увидишь! В лесах своих попрячутся и песенки грустные петь. — И вино свое лёгкое пить! Эх! Вот это — он стукнул кружкой по столу — Вот ром это другое дело! — А я слышал в Хараде научились огненную воду делать. — Что?! — Да, горит она синим пламенем, а крепкая сволочь! — Это же как ты её попробовал? — Да, я же алхимик. Однажды в Барад-Дур какой-то харадец заезжал. Он её таким словом интересным назвал, алка… алке… Моргот всемогущий, не помню! Вот Валар этого торгаша побери! Я думал изнутри сгорю. Горло печёт, слезы из глаз текут, я что-то тырк, тырк, а ничего под боком нет. Ни запить, ни закусить, ни по башке этой сволочи дать. Он на смотрит, ржет, как конь, и сам пьет, не морщась. — Ишь ты! — Потом он мне рассказал, что вот эту огненную воду, надо водой обычной разбавлять, причём так, на ведро вот этой огненной, ведро простой. Не то, говорит, крепость не та будет. — Так! — прервал их Файта — хватит ром хлестать! Он не бесконечный. Я купил эту партию на далёком юге! Хватит! Пейте эль! А то палубу драить заставлю. — Ну полно вам, капитан, — заступился за них Горблуц. — туман уже почти рассеялся, может, стоит наконец разведать берег? — Да, ты прав. Но учти: если твои дружки вылакают весь ром, они будут все это задание драить палубу на корабле! — И правда, ближе к полудню туман рассеялся. Перед ними раскинулось, на сколько хватало глаз, скалистый берег, летали чайки, справа вдалеке виднелся сильно выпирающий утёс, об которого бились волны, вспенивая воды Узкого моря, слева ничего примечательного не было, кроме каких-то огней, наверное, маяка или прибрежной деревни. — Ну вот, капитан, Вестерос. Земля, которую только предстоит покорить. — Теперь, необходимо найти удобную, а самое главное неприметную бухту, такую, что бы мой корабль не было видно. Или хотя бы, что бы он не выделялся на фоне всего. — Полдня они искали удобное место, пока н нашли его. Это была маленькая, неприметная бухта, где-то в сотне километров от их прошлого места. Корабли здесь не ходили, а побережье не было таким скалистым, как там. Можно было легко, и без проблем забраться по ним. Команда Горблуца собралась, что бы обсудить план дальнейших действий. — Так что будем делать, Горблуц? — спросил Янгуш. — Для начала необходимо исследовать побережье. Максимально подробно. Реки, леса, крепости. Затем образ жизни населения и политическая ситуация. — И как мы это сделаем? Насколько мы знаем — основная масса населения забитые крестьяне. И как думаешь, встретят они нас, орков с распростёртыми объятиями? — Опа, просчёт командования — икнул подвыпивший Ворлок. Горблуц кинул на него испепеляющий взгляд, от чего он втянул голову в плечи. — Сколько на него не смотри, но он прав. Мы не взяли с собой агентов из числа людей короля. — А команда Файты? — предложил Горблуц — Ох, ворчать капитан начнет — махнул рукой Янгуш.

***

— Вы уверены? — скептически спросил Файта, неизменно со своей трубкой в зубах. — Вы видели моих ребят? — Мы будем прибегать к этому, только при разведке поселений. В остальных случаях, то есть разведка местности мы будем проводить сами. — Хорошо. Боюсь я не могу отказать вам, в силу важности этой миссии. — Замечательно, завтра же и приступим.